Если мы сойдем с ума, то сойдем с ума вместе

      Вот уже пару часов мы бродили по лесам Хоукинса, избегая дорог и любых столкновений с солдатами. Несмотря на особо густые заросли, изредка встречающиеся на нашем пути, Уилл всегда находил тайную тропинку и вел меня за собой в полном молчании. Я догадывался, что много лет назад ему, должно быть, приходилось по этим самым лазейкам пробираться через лес и прятаться от Демогоргона, но о таком и говорить не стоило - я уже превысил лимит терзающих друга тем. А таких был много - наши ссоры из-за Эл, длительное пренебрежение после пары месяцев игнорирования "лучшего" друга, почти постоянное присутствие Векны в его жизни, и конечно же та самая неразделенная любовь.       На месте Уилла я бы никогда не стал влюбляться в такого, как я. Чего только стоит мой опыт с Эл, полный провал по всем фронтам, мне бы стоило поучиться у Лукаса его преданности Макс - он никогда не забывал о своей девушке, а я даже смотреть в глаза своей не хотел.       В какой момент это все началось? После хэллоуина, когда я взял его за руку и произнес: "Если мы сойдем с ума, то сойдем с ума вместе"? Или тогда в больнице, пока я спал у его кровати или рассказывал ему о нашей первой встрече? Я тогда, кажется, почти что расплакался, а вот Уилл выглядел потрясенным до глубины души. Будто Векна и правда больше не владел им, а на его место вернулся привычный Уилл, с такими лучезарными глазами и светлой душой, не заслуживающей ни единой минуты этих страданий.       Нам то и дело попадались Демогоргоны, с которыми Уиллу было все труднее справиться из-за отсутствия хоть какого-то отдыха. Будь на его месте Эл, она бы подкрепилась своей любимой едой и пошла дальше, но Уиллу нужен был простой человеческий сон, и я чувствовал острую необходимость позаботиться о нем.       - Уилл, как ты себя чувствуешь?       - Нормально, - просипел Уилл, стирая в очередной раз кровь из носа.       - Еще один Демогоргон, и у тебя случится новый приступ.       - И какой план?       Я знал, что ему не понравится эта идея, но все же стоило попытаться.       - Тебе нужно поспать.       - Это исключено.       Он больше не стал меня слушать, продолжая идти вперед в Бог знает каком направлении.       - Всего час, хотя бы пол часа, но тебе нужно отдохнуть.       - Я знаю, что мне нужно - найти логово Векны и освободить тех детей.       - Да, но...       - Никаких но, Майк, - резко перебил меня Уилл. - Чем дольше они находятся здесь, тем больше он завладевает их разумом и телом. А когда это происходит с тобой то...       Его голос сорвался. Лицо исказилось так, будто он представил нечто совершенно мучительное. Нечто, о чем невозможно было рассказать. Ведь озвучить это означало придать ему телесную форму, вновь пройти через те кошмарные дни, а Уилл бы этого больше не выдержал.       Он устало развернулся и пошел прочь, дальше в лес, и мне ничего не оставалось, кроме как продолжать идти вслед за ним.       Где-то через 10 минут Уилл случайно запнулся о какой-то выступ и упал прямо на грудь, громко чертыхнувшись. Он тут же подсобрался и отчего-то поморщился, ухватившись за лодыжку. Я без лишних слов приподнял его штанину и осмотрел ногу - на первый взгляд ничего серьёзного, но тугая повязка ему бы не помешала.       - Знаешь, почему это произошло?       - Только не начинай.       - Двадцать минут. Я буду рядом и не сомкну глаз, обещаю.       - Сомневаюсь, что смогу когда-нибудь расслабиться здесь.       - Я помогу тебе, давай, ложись сюда, - Уилл оторопело смотрел на мои колени, куда я активно предлагал ему прилечь.       - Вот уж нет.       - Удобнее места тебе тут не найти.       - Да уж лучше я на груду листьев прилягу.       - Ты таким ехидным успел стать?       - Не знаю, может когда познакомился с Робин?       О да, Робин, как же я мог забыть про Робин. Что-то по-прежнему не давало мне успокоиться на их счёт, но объяснить самому себе в чем дело я был не в силах.       Уж не знаю, что Уилл прочитал на моем лице в этот момент, но он все же принял моё предложение и умостил голову чуть выше коленей, повернувшись лицом к пустынному лесу. Я не знал, что сказать или сделать в этот неловкий момент, и только через несколько секунд до меня дошло, как глупо я выглядел - с задерженным дыханием и приподнятыми руками.       Мы просидели так около пяти минут, прежде чем Уилл снова заговорил:       - Я знал, что это плохая идея. Не могу сомкнуть глаз.       - Может мне тогда спеть тебе? - в ответ я услышал почти издевательский смешок.       - Что например, колыбельную?       - Можно и колыбельную, а можно к примеру...       Мне вдруг вспомнилась одна очень хорошая песня - ее текст как нельзя кстати подходил в этой ситуации, и прежде чем напеть ее, я все же попросил Уилла закрыть глаза.       Когда я убедился в том, что он и правда это сделал, то постарался как можно мелодичнее произнести следующие строчки:

      Close your eyes

Have no fear

The monster's gone

He's on the run

And your daddy's here

      Уилл издал тихий смешок после этой строчки, но я не поддался на эту провокацию, думая лишь о следующих словах песни.

Beautiful, beautiful, beautiful

Beautiful boooy

      От волнения у меня слегка задрожали пальцы, и отчего-то мне показалось хорошей идеей запустить их в волосы Уилла, проводя ими по его непослушным завиткам.

Beautiful, beautiful, beautiful

Beautiful boy

      Снизу больше не доносилось протестующих звуков, только размеренное дыхание Уилла - ему и правда хватило пары секунд, чтобы забыться во сне. Я дал ему обещание не смыкать глаз, но не удержался и прикрыл их на секунду, только бы не видеть очередных вспышек в этом алом небе.       Сознание рисовало размытые картинки нашего неясного будущего, и открывающиеся перспективы меня не особо радовали. Когда все закончится и Векна исчезнет, что будет с нами? Я вернусь в свой дом, Эл отправится с восьмой в далекое путешествие, а что будет с Уиллом? Захочет ли он видеть меня после всего произошедшего? Разве можно любить человека, который принес тебе столько боли, любить так долго и невзаимно? Мне показалось, что я понимаю это чувство, но что я мог знать о любви? Мои родители лишь казались образцовой семьёй, но в ней не было искренности, не было любви и понимания. Каждый шёл своей дорогой, и лишь иногда наши пути пересекались. И я поступал так с Эл отчасти от того, что видел, как мой отец поступал с матерью.       Откуда мне тогда было знать, что чувствовал Уилл все эти годы? И что тогда чувствовал я? В момент, когда он признался перед всеми и "вышел из шкафа" - все, о чем я мог тогда думать, было: "Ого, кто-то может любить человека своего пола и это воспримут нормально?" На моей памяти я не встречал никого нетрадиционной ориентации - за такое бы сразу отметелили в школе, только повод дай. Если так подумать, еще до своего первого исчезновения прослыл странным чудиком и... да, тем ужасным словом. Но в нем не было ничего такого. То есть, да, конечно, Уилл казался таким хрупким и тихим, его всегда хотелось оберегать. Поэтому когда в спортзале тот чудила наговорил о нем всякого, я впервые в жизни так сильно разозлился и со всей силы толкнул парня на пол. Не задумываясь ни о каких последствиях, в голове тогда был только Уилл.       Как и сейчас, как и много раз до этого. Думал ли я хотя бы на одну десятую часть так же часто об Эл, как об Уилле? Кажется, нет. Я никогда не был склонен к самоанализу, но последние события каким-то магическим образом накручивали мне в голове разные мысли, от которых я не мог избавиться. Например, какого это быть первой влюбленностью Уилла - об этом я думал до сегодняшнего дня. Или например, почему я так часто делал акцент на том, что мы именно друзья - будто это итак не было очевидно. Ведь было, верно?       Я словил себя на том, что уже пятнадцать минут глажу Уилла по голове, и такой вид беззащитного друга что-то будоражил во мне - самую малость, на кончике сознания. Я отложил руку в сторону и просто посмотрел наверх - все то же тревожное небо, но в этот раз для Уилла все было иначе. С ним был я, и мне бы не хотелось его терять. Никогда в своей жизни.       Как бы сильно мне не хотелось его будить, я понимал, что иначе он просто надорвет себе что нибудь в попытках наверстать упущенное. Мне пришлось легонько растормошить его, и Уилл проснулся далеко не сразу, а когда все же разлепил глаза, еще долго не мог сфокусировать его на мне.       - Сколько времени я спал?       - Всего двадцать минут. Точно не хочешь полежать еще?       - Дольше нельзя, спасибо что разбудил. Мне нужно встать, - он попытался справится самостоятельно, но больная нога еще давала о себе знать. Мне пришлось запрокинуть одну его руку за плечо, а другой я поддерживал его за талию, и так мы медленно зашагали дальше в направлении неизведанного.