Библиотекарь

»… они пугливы (и не без причины), но некоторые всё-таки осмеливаются пытаться подружиться к незнакомцам. Такие обычно долго не живут.»

© Неизвестно

      … это было чем угодно, только не крысой.       Неизвестное существо было очень маленьким, почти крошечным. Оно бы могло с лёгкостью поместиться на ладони Джентльмена В Белом — может быть, даже несколько таких экземпляров.       Помимо своего роста оно так же было необычной формы: контрастно большая конусовидная голова и меньшее гуманоидное тело, с руками, ногами и туловищем. На каждой конечности было по пять пальцев. Коричневый окрас кожи — если это, конечно, кожа, а не что-то другое, например, кора дерева — пусть и болезненно выделялся в его владениях, но, вероятно, был бы не так заметен во внешнем мире Нигде, который никогда не отличался чистотой. Это явно была своего рода природная маскировка для более слабых существ, вынужденных выживать под гнётом более сильных, а не жить.       Библиотекарь никогда не видел ничего подобного, но не это потрясло его больше всего.       В тот момент, когда он увидел этого маленького нарушителя, у него зачесались зубы, а живот, который до этого момента не знал, что такое голод, внезапно сжался от пустоты и жажды живой плоти.       Не желая этого, но в то же время не в состоянии это контролировать, в его голове сами собой возникли тёмные образы. В этих видениях он хватал и жестоко мучил это маленькое существо, которое даже ничего ему не сделало, прежде чем проглотить его. Он практически чувствовал горячую кровь существа на своих губах, стекающую по подбородку, и почему-то, помимо воли, воспринимал это как что-то восхитительное…       Казалось, каждая клеточка его тела в этот момент пронзительно кричала его сознанию: «Это чужак! Пахнет так вкусно! Съешь его!»

Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его!

Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его!

Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его! Съешь его!

Съешь его! Съешь его! Съешь его!

Съешь его! Съешь его!

СЪЕШЬ ЕГО!!!

      Он не мог отвести взгляд от этого незнакомого маленького аппетитного существа. Его тело напряглось, одна рука крепко сжала твёрдые обложки томов, а другая сдавила рукоять трости. Он словно держался за спасательный круг, едва удерживающий его разум от полного краха.       Но, несмотря на внезапную бурю, он не сдвинулся с места.       Только невольно вырвавшийся из груди тихий хриплый вздох, который больше напоминал едва сдерживаемое звериное рычание, продемонстрировал его внезапную внутреннюю борьбу и воцарившийся в голове хаос.       Хотя по его внезапно обострившемся, словно у хищника, ощущениям прошёл значительный отрезок времени, на самом деле это были всего лишь несколько долей секунд.       Следует отдать этой вкусной крошке должное. Оно было невероятно проворным.       Поняв, что его сомнительное укрытие было раскрыто, существо громко пискнуло и мгновенно бросилось бежать, энергично тряся своей конусовидной головой. Добежав до края полки и скатившись вниз по углу книжного шкафа, оно очень быстро скрылось из вида, не подозревая, что теперь, когда хозяин этого места заметил неизвестное присутствие, это было совершенно бесполезно. Во владениях Джентльмена В Белом, если он знает, что там кто-то или что-то есть, то ничто не может от него спрятаться.       Библиотекарь мог бы преследовать неизвестное существо. Он мог бы поймать другую сторону более сотней различных способов, податься своим низменным инстинктам, которые сейчас растекались по его венам, словно раскалённая лава, побуждая разум к насильственным действиям.       Но он не стал этого делать.       Вместо этого он тихо парил в воздухе, не двигаясь и не моргая смотря в сторону того поворота, за которым скрылось маленькое существо. Почти судорожная хватка на книгах и трости не ослабла ни на мгновение.       Он парил так до тех пор, пока красные огоньки в его тёмных провалах постепенно не погасли. Только тогда он сдвинулся с места — в совершенно противоположном направлении от своей добычи неизвестного существа.

***

      Самоконтроль был его гордостью. Был его отличием от этих низших существ, заполняющих этот прогнивший мир.       Он бы никогда не поддался этим животным инстинктам. Никогда бы не стал уподобляться этим безмозглым Обитателям.       Он бы скорее попытался бы ещё раз уничтожить мир, чем потерпел бы такое оскорбление — стать таким же, как эти насекомые.       Так что же такого было в этом существе размером не больше его указательного пальца, что оно одним своим присутствием пошатнула весь его многовековый самоконтроль?       Библиотекарь задавался этим вопрос, сидя на пороге своего дома и задумчиво любуюсь пространственной нестабильностью за его пределами.       К слову, крайне завораживающе зрелище. Буйство многочисленных цветов и переливающихся красок, которые, казалось, всегда находятся в движении и никогда не бывали одиними и теми же, не идут ни в какое сравнение с мрачным, серым миром Нигде. Ему очень повезло, что этот кусочек пространства отлетел именно в это особенное место, когда он его «откусил».       Потому что то, что находится за ним — бесконечная темнота.       Когда-то он хотел использовать её, эту тёмную неизвестную пустоту, в которой нет ни единого кусочка света и жизни. Таков был его первоначальный план — разорваться мир Нигде на мелкие кусочки и дождаться, когда они все растворятся и исчезнут в этой пустоте.       Но… у него не получилось. Все разодранные кусочки кошмарного мира в какой-то момент просто собрались и соединились снова, срослись в ещё более неблагоприятном облике.       Только этот кусочек, до сих пор удерживаемый с помощью невидимого круга пространственной нестабильности, остался на месте и стал его новым домом.       … так что, по крайней мере, теперь ему есть на что посмотреть после своего катастрофического провала.       Но даже это привычное завораживающие зрелище не могло его полностью отвлечь.       Даже находясь на значительном расстоянии, он слышал каждый шаг и вздох, чувствовал кожей каждое движение маленького существа, которое сейчас бродило по его логову в поисках неизвестно чего.       Он даже мог определить точное местоположение маленького существа в текущий момент времени — оно спряталось в ящике его рабочего стола в его кабинете и копошилось там.       И от каждого такого — вплоть до самого маленького и незначительного — движения его по какой-то причине внезапно ставший сверхчувствительным разум был вынужден бороться с волнами голода и диких инстинктов. Они не оставляли своих попыток, продолжали пытаться принуждать его сделать что-то плохое с его маленьким… гостем.       Впервые за много лет он захотел тяжело вздохнуть — он ещё никогда не испытывал такого дискомфорта и психического напряжения, даже когда пытался уничтожить кошмарный мир.       Но поддаваться этой грязи он тоже не собирался. Иначе чем он будет отличаться от этих низших и безмозглых форм жизни?       Не видя другого выхода он, всё ещё чересчур напряжённый, словно оголённый провод, наконец, заставил себя открыть одну из книг, которые до сих пор носил с собой (для самоуспокоения) и… начать «читать».       В конце концов, книги были его одержимостью. Нет лучше способа справится с тем, что он назвал «нестабильным состоянием», чем они, вещи, которые являются для него более сильной и устойчивой эмоцией.       Им обоим — Библиотекарю и неизвестному маленькому созданию — был необходим перерыв. Ему — чтобы совладеть с самим собой и немного подумать, а неизвестному крошечному существу — чтобы успокоиться.       Ведь он до сих пор слышал, как это крошечное сердечко так и не замедлило свой бег. Было бы не хорошо, если бы он случайно довёл эту маленькую штучку до сердечного приступа.

***

      Это заняло какое-то время, но в конце концов ему удалось подавить те отвратительные намерения, которые по какой-то причине внезапно напали на его разум. На инстинкты снова были надеты неуязвимые, холодные цепи самоконтроля, чтобы он наконец почувствовал себя самим собой.       Но после того, как он немного пришёл в себя… в нём пробудился глубокий интерес по отношению к неизвестному маленькому существу.       Ведь, судя по тому, как оно быстро убежало, оно явно не хотело, чтобы его съели, а потом атаковать внутренности Библиотекаря изнутри, как поступают некоторые особенно извращённые виды Обитателей. Здесь явно было что-то не так и Джентльмен В Белом собирался в этом разобраться.       Чтобы не терять время зря, как только ему удалось по большей части взять свои порывы под контроль, он вернулся обратно в логово и обратился к Белой Библиотеке в поисках дополнительной информации. Хотя он не мог понять символы по-настоящему, те немногие картинки, на которые можно было случайно натолкнуться, были более чем доступны для понимания.       Но, на удивление, он ничего не нашёл. Ни намёка, ни даже отдельной зарисовки на каком-нибудь отдельном варварски вырванном листе, ни каких либо других материалов с нужной информацией.       Более того, он сам был на сто процентов уверен, что ни разу в жизни не видел ничего подобного — хотя он не спешит любоваться сомнительными «красотами» этого мира, он был вынужден в какой-то момент провести исследования, чтобы выяснить слабости Обитателей и прочие вещи в качестве подготовки к уничтожению мира.       Можно сказать, что хотя он и может не знать всего, но он знает очень, очень много.       И, тем ни менее, он понятия не имеет, кем является его неожиданный маленький гость, который одним своим присутствием так сильно мог на него повлиять.       Можно сказать, что Библиотекарь был… весьма заинтригован.       Ведь существо было даже чище, чем книги в его логове. Как это вообще могло быть возможным в этом прогнившем мире, в котором заражён даже воздух?       Не имея другого выбора и подгоняемый проснувшимся нездоровым любопытством, он решил собрать информацию самостоятельно.

***

      Хотя слова «собрать информацию самостоятельно» звучат поэтично, на деле это больше напоминало… сталкинг.       Библиотекарь стал навязчиво, но совершенно незаметно наблюдать за маленьким существом, которое продолжало бесцельно бродить по его владениям.       Для Джентльмена В Белом это было немного проблематично в том плане, что его инстинкты каждый раз становились более непослушными в зависимости от дистанции. Чем ближе он был к своему маленькому гостю, тем сильнее становился соблазн наброситься и…       Однако, он был очень хорош в том, чтобы адаптироваться, не говоря уже о самоконтроле. После того, как он совладал с самой первой, самой мощной приливной волной, остальные приступы оказались незначительными и легко поддающиеся дисциплине.       Нельзя сказать, что он полностью вернул свою былую сдержанность, но и инстинктам теперь было нелегко вырваться из-под холодных цепей здравомыслия.       Таким образом, в какой -то момент он всё равно оказался лениво парящим под потолком Белой Библиотеки, на люстр, которые изредка покачивались от порывов воздуха при его почти призрачном перемещении. Он специально сделал свет свечей более тусклым и точно контролировал свою тень, чтобы не спугнуть свой объект наблюдения. Две красные точки в чёрных провалах маски чумного доктора, которые теперь, казались, горели каким-то более расчетливым, а не диким, огоньком, внимательно наблюдая за маленькой фигурой, которая крадучись исследовало его логово.       Следует отдать этой маленькому существу должное — оно было очень осторожным и никогда не создавало лишнего шума. Маленький гость тоже старался не выходить на открытое пространство и с явно отточенной годами выживания на территории хищников привычкой всегда держался как можно ближе к всевозможным укрытиям.       Более того, существо откуда-то добыло белый кусок ткани и полностью себя им обмотало, чтобы было легче слиться по большей части белым окружением.       С точки зрения Библиотекаря, который был вынужден иметь дело только с туповатыми монстрами, этот ход, направленный на увеличение шанса выживания, был практически гениален.       С его тепловым зрением, легко разоблачающим присутствие маленького существо, это, конечно, не работает так, как должно, но сам факт такого трюка, явно придуманного самостоятельно, ещё больше возбудил в нём интерес.       … не смотря на то, что позже он обнаружил порванные занавески, которые нуждались в замене.

***

      Как и в мире Негде, время в Белой Библиотеке не имело какого-то особого значения. Из-за того, что Джентльмену В Белом не нужно было отдыхать, если только он не находиться в тяжёло раненном состоянии, белый свет свечей всегда ярко освещал каждое помещение, делая присутствие теней крайне незначительным, почти отсутствующим.       В конце концов, это тоже вопрос защиты от заражения. Чем меньше теней, из которых могут вырасти эти злополучные глаза — тем лучше.       Поэтому вне зависимости от времени суток здесь всегда было ярко, как днём. Время в такой атмосфере пролетает незаметно.       По этой же причине последующие событие стало сюрпризом.       Внезапно маленькое существо перестало суетиться (по какой-то причине оно обходило каждую стену, словно ища что-то конкретное на уровне своего роста, но Библиотекарь так и не смог понять что именно). Вместо этого оно, прижав свои маленькие ручки к животу и слегка дрожа, съежилось около ближайшей книжной полки и больше не двигалось с места. Оно только сильнее закуталось в ткань, чтобы импровизированная маскировка не сползала в самый неподходящий момент, но в остальном оставалось странно неподвижной и… несчастной?       В свою очередь, внезапная перемена сильно озадачила Джентльмена В Белом, который, оставаясь незамеченным для своего маленького гостя, сидел на корточках совсем близко — он специально спустился с потолка, чтобы разобраться в причине аномального поведения. Его голова с маской чумного доктора была наклонена на бок в любопытной птичьей манере, а слишком длинная накидка покоилась на полу, словно сложенные белые крылья. Его локти были комфортно сложены на коленях, а нижняя часть маски опиралась на согнутый кулак в белой перчатке.       (Если бы маленькое создание в этот момент чисто случайно обернулось, у него бы наверняка случился сердечный приступ. Ведь тот, кого оно всеми силами пыталось избегать, всё это время был рядом.)       Только когда он услышал очень, очень тихий урчащий звук, исходящий откуда из глубины крошечного тела, он невольно замер и оцепенел от удивительного открытия.       Нет, он знает, что такое голод — тем более испытал это чувство на себе совсем недавно, пусть и не знает почему. Обычно это ощущение ему не свойственно из-за психологических и физических особенностей.       Однако, в целом его мнение об этом очень твёрдое: он ассоциирует голод как что-то отвратительное, как признак жадности, а не воспринимает это как чью-то естественную потребность.       В конце концов, самый яркий пример — это Обитатели. Они могут существовать без еды, но всё равно либо едят, либо чрезмерно одержимы чем-то другим, не менее отвратительным. Они буквально сходят с ума, если не получают то, что хотят и при этом каждое их движение, как обычно, будет омерзительным и неповоротливым.       Однако…       Хотя маленькое существо явно испытывало тот же голод, что и Обитатели, оно совсем не реагировало так, как отреагировал любой Обитатель. Библиотекарь впервые увидел, что голод может быть чем-то настолько… беспомощным? Даже немного жалким?       Следует отметить, что Библиотекарь не обязательно испытывал чувство жалости по отношению к своему маленькому гостю. Даже если он слишком сильно — намеренно — отличается от других Обитателей и ненавидит их всей своей сущностью, он всё равно остаётся коренным жителем этого кошмарного мира. Даже если он не хочет этого признавать, некоторые эмоциональные нюансы ему — пока что — остаются недоступны.       Вместо этого чувство, которое он ощутил, можно было охарактеризовать как своего рода более сильное любопытство. В его глазах это маленькое существо стало только ещё более особенным из-за своего «слабого» и «от природы неагрессивного» поведения.       Благодаря этому и отсутствию грязи он не почувствовал отторжения при мысли о том, что другая сторона тоже может испытывать «отвратительный» голод.       Поэтому, немного подумав, он медленно поднял руку и бесшумно щёлкнул пальцами.