Тюльпаны

Гарри не мог понять этого изощренного издевательства. Шутки кончились. Это продолжалось каждый день. Словно пережитого кошмара было мало. Гарри с ненавистью посмотрел на букет цветов, которые символизировали смерть. Стоило сказать, что это началось сразу же. Темный Лорд с удивлением смотрел на глаза, цвета своей смерти, которая, по воли их обладателя, решила не наступать. — Мы, — кивнул он, глядя как по лицу Поттера расползается абсолютно светлая, неприемлемая улыбка. Почему-то с этого лица ее совсем не хотелось стирать. — Как же мне повезло… — палец сам прошелся по губам Поттера, словно огладив нечто драгоценное и хрупкое. — Вряд ли проклятье можно назвать везением. Впрочем, полагаю, повезло, что все случилось с нами и именно в такой расстановке, — в голосе прозвучал лишь намек на горечь, и Гарри прикусил губу, поняв, что сказал. — То есть я не имел в виду… — Если это проклятье вдруг передалось бы на тебя… — Оно не может передаваться, — четко покачал головой Гарри, не сомневаясь в своих словах. — Ты так хорошо прочитал все книги? — усмехнулся Том, забавляясь этой игрой, но серьезный ответ выбил его из колеи. — Ты — да. И ты бы не стал рисковать моей жизнью. Видимая уверенность вдруг рассеялась, оставляя Поттера почти беззащитным. Эта уязвимость почему-то теперь была не по нутру Темному Лорду, что он осознал только тогда, когда достиг цели. — Да. Не стал бы, — быстро подтвердил он, желая свернуть тему. Через полчаса на столе в вазочке стоял изумрудный тюльпан. В первый раз Гарри несмело растянул губы в улыбке, думая, что так Том празднует то, что смог победить. Неделю спустя это стало казаться невыносимым. Личной вендеттой. Кровной местью. Напоминанием. «Я люблю тебя…» — испуганно шептал Гарри среди ночи в растрепанные кудри. «И я тоже тебя люблю», — усмехался он, стоило Тому выгнать его из дома на несколько часов с приказом не возвращаться, пока не проветрится. — Гарри, — осторожно позвал Реддл, заметив его реакцию. — Почему ты… О чем ты думаешь? — маг провел рукой над букетом, намекая на странную реакцию Поттера — оцепенение. — Ни о чем. — Гарри. — О том, что мог потерять тебя, — юноша помотал головой, вообще не желая думать и говорить о подобном. — Когда я вижу эти цветы, я вспоминаю, как почти потерял тебя, как… Я не понимаю, чего ты хочешь от меня, Том, потому что я и так это помню. Букет вспыхнул пламенем, не менее зеленым, осыпавшись иссини черной золой. — Жаль, — бросил Реддл почти безразлично. В эту ночь Поттер не мог уснуть вовсе. *** — Гарри… — тихо позвал Том, заметив, что парень просто сидит на постели, нервно теребя пальцы, смотря куда-то в одну точку, в пустоту, выглядя так, словно бередит все свои раны разом. — Ты не можешь уснуть? — Не спится. Извини, сейчас лягу… Не дожидаясь, пока озябший Поттер примет горизонтальное положение, Том перехватил его, утыкаясь носом ему в бок. — Этого больше не повторится. Я не понимал, что это так тебя расстраивает. Гарри просто мотает головой, подставляясь под убедительную ласку. Закрыл и открыл глаза, а после потер их, словно они чесались или болели, явно демонстрируя сильную усталость. — Я просто не понимаю, за что ты… — Не будь идиотом, я лишь хотел, чтобы ты понял. Это не наказание, — быстро перебил его Том, не желая слышать лишнее. — Понял что? Том едва не закатил глаза, но Гарри задержал дыхание — ответ был важен ему, ответ был необходим ему для спокойствия, и Том, по-хорошему, уже не видел смысла в том, чтобы играть. — Что это твое признание очень запоздало, а не мое. Что тебе не требовалось бы никаких доказательств, разуй ты глаза. Что проклятье, будь оно стократно заразным, никак не могло повлиять на тебя, потому что, черт возьми, это было бы просто не логично, ведь ты должен знать о моих чувствах с самого первого дня, — Реддл даже сел на кровати рядом с Гарри, чтобы, пользуясь своим зрением, видеть его недоуменное ошарашенное лицо. — Я одержим тобой настолько, что даже выяснил, какими именно проклятыми цветами ты убивал меня. — Том… — И если бы я не боялся, что ты можешь влюбиться в кого-нибудь другого, из принципа проклял бы тебя, чтобы ты убедился в моей искренности! — прорычал Том в губы юноши, стремясь закрепить результат, донести, наконец, свою мысль. Поняв, что сказал, он чертыхнулся. — Забудь, это все не то… — Ты бы проклял меня, если бы не боялся случайно убить за измену… — подвел итог Поттер. — Определенно звучит даже слишком романтично, — хихиканье само сорвалось с его губ. Нервозность последних дней, и если уж на то пошло, последних месяцев, сходила на нет. — Ш-ш-ш, — успокаивающе зашептал Реддл, крепче обнимая его. — Больше никаких цветов. Я не думал, что они настолько тебя нервируют, — пробормотал Том снова. — Мне жаль, что все снова не так. — Все идеально, — пробормотал Гарри, затихая в руках и подставляясь под ласку чужих ладоней. — Не идеально. Я не могу… Я не знаю, как сделать, чтобы ты понял… Гарри хрипло засмеялся, укладываясь в любимые объятия. Это было действительно смешно, ведь его раздражали лишь символы, а не содержание. — Не волнуйся, я понял все еще тогда, когда уточнил у Гермионы значение слова «консорт». — Значит?.. — Реддл чуть приподнялся, заглядывая в чуть искрящиеся зеленые глаза, ставшие его смертью и его спасением. — Нет, однозначно нет, — засмеялся Гарри. — Я просто хочу быть с тобой. Просто с тобой. Так можно? — Можно, — кивнул Том, прижимая парня покрепче. Собственно, только так и можно. И Гарри определенно следовало бы это знать. Оставалось лишь найти более внятные способы объяснения.