Тюльпаны

Из конверта на пол выпал небольшой ключик и несколько фотокарточек, когда конверт повис в онемевших пальцах. Не прощаясь с Беллой, не обращая внимания на упавшие вещи, Реддл пронесся к выходу, практически летя по ступеням. В его спальне никого не было. Едва соображая, он несколько раз прокричал имя Гарри, мечась по коридорам, готовый, кажется, ко всему, распахивая дверь в комнату Поттера, из которой тот почти переехал три недели назад. — Гарри! Юноша спокойно сидел на кровати, не предпринимая и, судя по виду, не собираясь предпринимать ничего опасного. Удушливая паника постепенно отступала, сменяясь побуждающей к действиям яростью. Быстрыми шагами пересекая расстояние до кровати, Том резко взял Поттера за плечо, поднимая его вверх за ткань футболки и не обращая внимание на то, что ворот врезается ему в плечо. — Поттер! — рявкнул он, стягивая его с кровати на пол, все еще придушивая его и игнорируя хрипящие вздохи. — Проклятый мальчишка! «Проклятый мальчишка» даже перестал дышать. Что-то в его виде отрезвляло. Он замер, опустив глаза, не рискуя смотреть на Тома, не оправдывался, не возмущался таким обращением, в общем-то, незаслуженным. Рука сама отпустила футболку Гарри, и Реддл с удивлением смотрел, как тот опускается на кровать, словно ему тяжело стоять. — Гарри, тебе плохо? — взгляд мага зацепился за осторожно сложенную на комоде поверх аккуратной стопки вещей палочку. Юноша словно очищал комнату от своего присутствия. — Гарри, я не понимаю, что… — признание повисло несформулированным. Гарри выглядел даже не больным, он выглядел смертельно равнодушным и, вместе с тем, абсолютно несчастным. — Скажи мне, как ты себя чувствуешь? Мне позвать Снейпа? — Я в порядке, — странно быстро отозвался Поттер, даже с нотками удивления. — Что нужно делать? — Делать? — переспросил Том, не понимая вопрос. — Сейчас? Отошедшее благодаря выбросу адреналина на задний план легкое опьянение, возвращалось. Вот только теплое спокойствие не спасало от острой тревоги. Молча, Том коснулся взъерошенных после сна волос, с удивлением понимая, что они расчесаны. Обычно Гарри вспоминал об этом к вечеру, если вспоминал. Особой разницы не было заметно — они торчали во все стороны в любом случае. Лишь при попытке их погладить, пальцы застревали в не расчесанном ежике. Путая пряди пальцами, Реддл присел на колени перед Поттером, одной рукой беря его за колено. — Объясни мне, что с тобой такое, — тихо, уже потеряв желание кричать, попросил он. — И что ЭТО такое? — неприлично смятое письмо красовалось в руке, и он бросил бумагу на кровать, возвращая руку на колено. Одного короткого взгляда хватило Поттеру, чтобы понять, о чем речь. К удивлению, он не показал никаких эмоций. Взгляд мага бродил по комнате, в панике ощупывая ее, на предмет подсказок. Когда такая нашлась, он вскочил, оставив Поттера молчаливо сидеть на кровати. Заторможенность. Онемелость. Отсутствие эмоциональной реакции. Полупустая склянка стояла на тумбе, и Реддл поднес состав к носу, определяя одно из мощных обезболивающих зелий. — Сколько ты выпил?! — это прощальное письмо и бутылочка незамедлительно сложились вместе, и теперь маг прикидывал в уме, достаточно ли будет безоара или нужно срочно аппарировать в Мунго. — Гарри? — Что? А, тройную дозу, — тот безразлично пожал плечами, сообразив, чего хочет Реддл. Это не было смертельно. Максимум последствий, кроме имеющихся, на которые мог претендовать Поттер — это тошнота и сильная сонливость. Ничего серьезного. — Тройную? Тройная — это три? — идиотский вопрос все же вызвал некоторую реакцию, и Гарри сосредоточился на нем. — Три. Максимальная доза без серьезных последствий, — повторил Поттер некогда заученный материал. — Хорошо, — вздохнул Том, успокоившись на пару мгновений. Гарри пил обезболивающее. Причем не одну дозу, а три, которые даже после серьезных травм обычно не применяются. Все знают: болит голова и нет слабого зелья — пей половину дозы. Какой же силы должна была быть боль Поттера, чтобы… — Хорошо. Ты поранился? Где тебе больно? Мне нужно знать, можно ли аппарировать тебя или стоит вызвать целителя сюда. — Целителя? — по слогам переспросил Поттер. — Зачем целителя? Том едва не взвыл, уже не зная, хвататься ли за голову, или просто аппарировать парня в Мунго. На вид тот не выглядел больным. Теперь, когда странное поведение объяснялось обезболивающим, все казалось вполне нормальным. Кроме, разумеется, неизвестной причины, заставившей его выпить обезболивающее. — У тебя что-то болит, — повторил он медленно, пытаясь заставить Гарри сосредоточиться на идее. Решив просто пренебречь попытками договориться, он поднялся, подхватывая Гарри под локти и бережно поднимая. — Я плох в целительстве, поэтому… Северус Снейп. Не то чтобы он был профессиональным целителем. Но каким-то был. Идея пришла быстро, и теперь мужчина лишь сожалел, что она не пришла раньше. — У меня ничего не болит, — повторил Поттер, и Том ни на секунду не усомнился в этом. После трех доз мощного обезболивающего зелья оно просто не могло. — Но ты же пил зачем-то зелье, — Реддл успокаивающе улыбнулся. — Я не знал, как ты захочешь это сделать… — тихо озвучил Гарри очевидную для него истину. — Как и любой нормальный человек, я боюсь боли… А теперь не так боюсь. Записка. Прощание. Завещание. Обезболивающее, но не попытка суицида. «Он больше не нужен», — заявила Белла. — Сделать… — повторил Том глухо. — Медленно, с самого начала и по порядку, зачем ты выпил зелье? — Я не знал, как именно ты захочешь от меня… — его голос все же сорвался. Эмоции пробивались через пелену дурмана и были удивительно яркими. — Я не знал, что ты со мной сделаешь. Я попрощался с друзьями. Вспомнил про зелье. И решил, что, почему бы и нет? — Ты не ранен? Никаких травм, повреждений? — уточнил Реддл на всякий случай, еще раз оглядывая поддерживаемого им парня с ног до головы. — Нет. Теперь можно было злиться. На самом деле, злиться теперь было самое время. Кричать на Поттера до хрипоты, которая только прошла, казалось правильным. Том взглянул на лишенное эмоций лицо и не смог поступить правильно. Подхватив Гарри за бедро одной рукой, а второй прижав за талию, он легко оторвал его от пола. — Все хорошо, Гарри. Сейчас пойдем в спальню, накормлю тебя безоаром, — он намеренно озвучивал планы, надеясь, что его слова долетают до Поттера и приносят ему успокоение. — Отдохнешь, через час будешь в порядке, — шепнул он, уткнувшись носом в его висок. Последнее обещание, необходимое, но непроизносимое, он выдавил уже с трудом. — Я тебя не трону, никто тебя не тронет. Ты здесь в безопасности. *** Гарри уснул сразу, после того, как маленький кусочек безоара был принят. Повторить свою ошибку мог только полный идиот, а Том себя к таковым не относил — в этот раз он уселся прямо на постель, закинув одну руку на Поттера, а второй листал страницы книги. Приглушенный шторами свет не слишком помогал читать, но зрение Тома обострилось благодаря ритуалам, и он вполне мог себе позволить читать практически при полном отсутствии света. Поттер заворочался, просыпаясь, примерно через полчаса — как всегда, слишком быстро. Распахнутые зеленые глаза были слегка покрасневшими, и Том сразу захотел спросить о самочувствии, попросить не бояться, заключить в объятия, наконец… — Чем, Мордред тебя дери, ты думал?! — прорычал он вместо этого. — Я не знал, чего ждать, — тихо ответил Гарри, морщась при попытке подняться. — Как ты? — обеспокоенно спросил Реддл, возвращаясь к первоначальному плану. — Обезболивающее бы сейчас не помешало, — фыркнул Гарри. — Какая ирония… — Ты думаешь, я убью тебя? — не замечая ни иронии, ни юмора в ситуации в целом, спросил Том. — После всего, ты думаешь, что я просто убью тебя? — внутри рождалась непонятная обида. — Ах нет, конечно, не «просто». Ради «просто», ты бы не напился зельем как сливочным пивом… Претензии разом закончились, когда он посмотрел на Поттера. Мальчишка был измучен, винил себя во всем, включая, пожалуй, первый в жизни акт самосохранения. — Я думал, что не боюсь боли, — признался он тихо. — Но когда представил, что пытать будешь ты… — Я не буду, — констатировал Реддл, когда понял, что продолжения не будет. — Знаю. Глупо вышло, — признал он. — Глупо бы вышло, если бы ты отравился проклятым обезболивающим, а я нашел бы твой хладный труп, — проворчал Том, уже с издевкой, но все еще обеспокоенно. Сама мысль, что Гарри боится его настолько, была неприятна. — Я бы никогда так не сделал. Это утешило не сильно. — Чем ты думал? Вчера? — спросил Том, но вопрос остался не понятым. Гарри пожал плечами, внимательно глядя на Реддла и ожидая пояснений. — Ты был готов умереть со мной вчера. И ты мечтал спасти меня. Хочу понять, о чем думает человек, пытаясь спасти того, кому приписывает свое будущее убийство с предварительными пытками. — О том, что пытки терпеть несколько часов, а жизнь без любимых — чертовски долгая штука. Это был уже второй раз, когда Гарри, пусть в этот раз и косвенно, признался в своих чувствах к нему. Не то чтобы Том считал… Рука сама потянулась к парню, пока в мыслях усиленно решался вопрос — что делать. Спасением стала яркая вспышка за окном, на мгновение осветившая комнату, и прокатившаяся по поместью вибрация. — Что это? — Гарри едва не подскочил на кровати. — Полагаю, атака Ордена Феникса, — абсолютно не обеспокоившись сообщил Том. — Не беспокойся, чары вокруг поместья были переведены на боевое положение уже двадцать минут назад. — Почему? — Гарри метнулся к окну, но с такого расстояния ничего не было видно. Вспышка, вероятно, шла от защитного купола, который сейчас не светился. — Когда я любезно отправил твое письмо адресату, было понятно, что их появление — лишь вопрос времени. Так быстро на памяти Реддла на поправку еще не шли. *** Прошло около трех часов, прежде чем ощупанного, допрошенного и основательно потрепанного Поттера отпустили обратно в поместье. Наибольшую «радость» у парня вызывало, конечно, то, что он не мог ответить прямо и полно на большинство вопросов. Теперь, измотанный, Гарри искал в окне хоть что-то занятное, но его взбешенный взгляд постоянно возвращался к Тому, а Поттер негодующе фыркал. — Это было подло, — констатировал он, устав молчать. — Ты сам отправил это письмо, Гарри. Я не из шкафа у тебя его взял — формально я проверил, что ты не выдал тайн, и пропустил безопасное письмо, — со смешком прокомментировал ситуацию Том. — Гермиона рыдала на мне! — продолжал негодовать юноша, подскочив и начав расхаживать по комнате. — Это не самое страшное в ситуации, — Реддлу не приходило в голову, что Поттер не видит главной проблемы. Гарри понесся туда, где Орденцы пытались создать брешь в защите, и замер статуей, наблюдая страшную картину. Добрая половина из них угодила в силовые ловушки, а численность оставшихся сильно уступала численности постоянно проживающих в поместье Пожирателей. Ослабший Дамблдор практически лежал внутри силового поля-ловушки, которую пытался вскрыть Ремус, явно без должного умения. — Стойте! — воскликнул Поттер, выбегая вперед, чувствуя, как Реддл следует за ним. — Стойте, все замрите! — призывать магов к спокойствию было практически бесполезно. Все все равно приняли боевые позы. На свободе в итоге осталось четыре не раненных мага — Молли Уизли, Гермиона, Фред и Люпин. Этого было бы недостаточно даже для того, чтобы защитить пленных от одного Темного Лорда. — Гарри! — воскликнула оцепеневшая в миг Гермиона. — Гарри, ты жив! — Представим на минуту, что ты был прав. Я бы убил тебя, — предложил Реддл и продолжил только убедившись, что парень верно истолковал ситуацию как игру, а не как реальную угрозу. — Что, по-твоему, было бы потом? Они получили твое письмо и прибежали сюда. У меня нет причины оставлять их в живых, но есть прекрасная возможность истребить разом большую часть своих врагов. Поздравляю, ты только что убил всех, кого любил. Кроме, конечно, меня. Мне жаловаться не на что, и я ставлю тебе посмертный памятник. — О Мерлин… — кажется, так Гарри ситуацию еще не рассматривал. — Я всех убил… — Гарри, мы говорим гипотетически. Все в порядке, — напомнил Реддл. — Просто на твоем месте, я бы переживал из-за потенциальных последствий твоего поступка, а не потому, что кто-то расстроился. — Я просил их не мстить… — пробурчал Поттер неуверенно, сразу натыкаясь на насмешливый взгляд красных глаз. — И мы оба видим, как велико твое влияние, и как хорошо ты умеешь убеждать, — Том протянул руку вперед, заставив Гарри перестать метаться по комнате. Тот доверчиво в силу привычки вложил ладонь в ладонь, готовясь к аппарации — обычно так Реддл приглашал его — но маг подтянул его ближе, слегка обнимая. Гарри встрепенулся и отстранился спустя несколько секунд, уставившись на Тома немигающим взглядом. — Том… — Что? Ты успел побудить к массовому самоубийству и кого-то из моих людей? — усмехнулся Реддл, но усмешка довольно быстро сошла с его лица. — Что? — переспросил он серьезнее. — Я просто только сейчас понял, насколько выгодно тебе было их убить… — Ты же видел, они все ушли, целые и относительно невредимые, — медленно проговорил Том, давая время осмыслить слова. — Я не о том. Ты отпустил их. На самом деле отпустил их… Поттер словно говорил сам с собой, и, пытаясь привести его в себя, Том поймал его лицо ладонями, привлекая внимание. Чего он не ожидал, так это того, что парень подастся вперед, едва ощутимо касаясь его губ своими. Ахнув, Том замер, не пытаясь ни оттолкнуть, ни ответить на это приглашение. В голове стучала мысль о том, что Белла себе такого не позволяла. Отстранившись, Гарри опустил взгляд, явно смущенный и дезориентированный. Его лицо пылало, и можно было с уверенностью сказать, что он силой удерживает себя на месте. — Прости меня. Я н… Том заткнул его резковатым поцелуем, выражая в нем все накопившееся желание. Видит Мерлин, он понятия не имел, сколько его было. Никогда не расценивая свою одержимость как искреннюю любовь или хотя бы страсть, он не понял, почему его собственные губы подрагивают на губах юноши, почему он так и не смог прикусить их, требуя свое, почему так ласков. — Я… — снова начал Гарри. — Где ты хочешь, чтобы мы жили? Какой статус для тебя приемлем? Ученик, партнер, консорт… Что-то еще? — Том загнул два пальца, при этом не убирая руки с плеч Поттера. — Ты хочешь пойти в Хогвартс в этом году, а со мной проводить выходные, или согласен сдавать экстерном? Поттер открыл рот, но, видимо не найдя слов, захлопнул его вновь, глупо уставившись на Реддла. — Я просто подумал, раз ты так хочешь поговорить именно сейчас, то хотя бы сообщи мне то, что мне действительно важно знать. Логика в словах Темного Лорда определенно была. Ее не могло там не быть, пусть даже Гарри едва разбирал этот определенно бессмысленный набор слов. Он сделал пару шагов назад, запутавшись в своих ногах, к собственному счастью, приземлившись на диван. Пусть и едва не съехав с него. — Тебе… ммм… тебе не кажется, что ты не оставляешь мне выбора? — тихо, на грани слышимости поинтересовался парень, мигом пожалев о своих словах. — О чем ты? Я даю тебе выбор, — желваки заходили. Впервые за долгое время он испытывал искреннее раздражение, направленное именно на Гарри. — Ты первый, кому я даю выбор. — Между обычной тюрьмой и тюрьмой строгого режима, — фыркнул Гарри с неподходящей ситуации насмешливостью. Том сдавленно зарычал, и лишь после этого взгляд Поттер взметнулся к его лицу, с удивлением находя на нем признаки злости. — Если ты хотел свободы от меня, возможно, стоило лучше думать, прежде чем нести эту чушь вчера, — ровная речь с четко выверенными ударениями применялась Томом действительно редко. Гарри глубоко вздохнул глубоко, словно собираясь нырять. — В Хогвартс на весь год не хочу. Должен бы, но, проклятье, я не хочу провести без тебя целый год. Я не знаю, как видеться с друзьями, но мы разберемся? — в интонациях послышался вопрос, похожий на мольбу. — Я не знаю, где жить… Мы могли бы… Нет, я не знаю, — он опустил голову. — Статус? Я… Что это должно значить? Ну, мы можем сказать, что ты меня учишь, да?.. Предполагается, что я буду маленьким грязным секретом? — он неловко взмахнул руками, и прикрыл лицо, словно пытаясь спрятаться. — И Том… Единственная, о чем я жалею, по поводу всего сказанного вчера, это о том, что у меня не хватило моих тупых мозгов сделать этого раньше! — теперь в голосе слышалась злость и какая-то обида, то ли на судьбу, то ли на себя. Гарри поднял взгляд с вызовом, что устрашающе смотрелось вкупе с нездорово алеющими от смущения чахоточными скулами. — Иди сюда, — тихо, намного мягче позвал Том, чуть протягивая руки. Легкая заминка, поначалу принятая за упрямство не ушла от его взгляда. — Гарри? — Лучше ты сюда, — в голосе не было ни упрямства, ни непокорности, лишь безграничный стыд. Словно объясняя, Гарри чуть вытянул вперед ладонь, которая дрожала настолько лихорадочно, что даже беглый взгляд мага не мог это проигнорировать. Без лишних вопросов, Том практически упал на диван рядом с ним, сразу притягивая юношу к себе и перехватывая его ладонь. — Спасибо. — Все будет хорошо, — шепотом, боясь разрушить эту повисшую в комнате откровенность, пробормотал Реддл. — Я не знаю… Твои вопросы, — Гарри сморщился, словно съел что-то кислое. — Я хотел бы, но просто не знаю. Не знаю, где хочу жить, это место больше всего похоже на то, что можно назвать домом за всю мою жизнь. Я ничего не знаю о статусах, я не знаю, я… — Гарри, — перебил сбивчивую и слишком быструю речь старший волшебник. — Гарри, я не имел в виду, что тебе надо все решать сейчас. Просто понял, что я ничего не знаю о твоих желаниях и планах, мне нужны твои мысли, может, мечты, не планы. — Я… а какие есть варианты? Было бы здорово, жить в месте вроде Хогсмида? — Поттер бросил вопросительный взгляд на мага, и тот бегло кивнул, поощряя к размышлениям. — Что-то, чтобы можно было летать, как здесь или в школе, и не прятать магию?.. — И подальше от маглов, которых мне будет хотеться убить, — добавил Том, растирая замерзшую ладонь. — Я не хочу войны. — Она не планируется, — абсолютно честно проинформировал Том. — Но я все еще собираюсь устроить тут политическую революцию. — Революцию? — напряженно уточнил Гарри. — Мы можем провести ее в форме реформ, но я буду участвовать в этом. Поттер поспешно кивнул, и лишь через несколько мгновений мирной, почти удовлетворенной тишины, удивленно переспросил: — Мы?