Игры разумов

      — Время пришло.       Мередит откинуло в сторону, она успела заметить, как Максин пригвоздило к стене. Монстр, Векна, только бросил на неё быстрый взгляд, он был сосредоточен на Макс. Он подошел к ней вплотную.       — Не трогай её, Крил, — прокричала Мередит, и её снова откинуло, к другой стене. Ударившись спиной, она упала на пол хватать воздух ртом. Слезы выступили на глаза.       — Ты смелая, Максин, — сказал Векна, — намного смелее своего брата. Но в конечном итоге ты слаба и уязвима.       — Она сбежала от тебя однажды, — Мередит говорила сквозь зубы, она не была уверена в том, что её позвоночник в норме, — ты не угнался ни за мной, ни за ней. Это ты слаб, Генри.       Скатерть и тарелки слетели на пол. Стол влетел в неё, она даже не успела поднять головы. Её зажало между двух плоскостей, легкие сдавило, воздуха становилось всё меньше и меньше.       — Вы думаете, что умнее всех.., — Монстр насмехался над их усилиями, — что смогли обхитрить меня. Но я вижу всех твоих друзей, Макс. Я знаю, что вы планируете. Вы добровольно ступили в мою ловушку.       Он поднял свою длинную руку, вены на ней зашевелились.       — И я сломаю всех вас.       Мередит не знала, что произошло с Максин, но в один момент стол упал, освободив ей пространство. Мередит глубоко вдохнула, закашлялась. Она краем глаза заметила, как Векна повис посреди комнаты. Девушка с остриженной головой вышла вперед.       Мередит подумала, что сходит с ума.       Это странно, но именно сейчас этот монстр показался ей, Мередит, действительно уязвимым. Сейчас ярче, чем когда-либо. Ей в который раз вспомнилась сцена с отцом: темнота ночи, едва светящаяся лампочка подсвечника, обмякшее посредине комнаты тело, отодвинутый стул. И то, что она видела сейчас: выключенный свет, тусклые лучи от диско-шара, распятое под потолком тело монстра, - и это в обстановке рождественского бала.       Насколько же он слаб, если позволил им, детям, противостоять ему на таких условиях. Насколько же он непредусмотрителен. Насколько же глуп.       Тело Векны отлетело в сторону, прошибло зрительные скамейки. Неизвестная девушка помогла Максин подняться.       — Мередит, иди сюда, — Максин взяла её за руку. Девушка встала перед ними.       — Вам нужно выбираться, — сказала неизвестная.       — Нет, Эл, ты не понимаешь, у нас есть план.       — Я знаю, про план, — прервала её Эл.       — Я не знаю, — влезла Мередит, — но согласна с тем, что нужно выбираться. Как ты это сделала в прошлый раз?       Максин впала в растерянность, она не знала, с чего начать, и что лучше предпринять. Векна уже возвращался к ним.       — Без музыки ничего не получится, — Максин нахмурилась.       — Не подходите, — сказала Эл, когда Векна вышел в центр зала.       — Это кто? — спросила Мередит, потирая ребра. От темного освещения у неё начинали болеть глаза.       — Эл, она единственная, кто может противостоять ему. Но сейчас главное не это, — Максин взяла Мередит за плечо, проследив за тем, чтобы она слушала только её. — Послушай, это прозвучит странно, но мне надо, что ты поверила мне. — Мередит кивнула. — Мы сейчас находимся в моем разуме, но в то же время в разуме Векны. Он проник ко мне в голову, чтобы убить. Когда он убьет меня, — Максин нахмурилась, — или тебя, кстати, то Хоукинс не будет прежним. Многие умрут. Так что единственное, на чем нам нужно сосредоточиться сейчас, — это отвлекать внимание Векны настолько долго, насколько это возможно. А потом сбежать из его разума.       — Я не знаю, как это сделать, — возмущенно зашипела Мередит.       — Нам нужно попасть в то красное место, помнишь?       — Да, Максин.       — Просто Макс.       — Это сейчас важно?       Девушку, сражающуюся с Векной, откинуло в их сторону. Мередит достала заточенную палку, но навряд ли это могло им как-то помочь.       — Хорошо, и как нам туда попасть? В комнату любителей всех тонов красного.       — Я не знаю, — сказала Макс, подбирая отломанную доску, — это территория его разума.       Она побежала на Векну, в надежде помочь Эл, но отлетела обратно. Мередит лихорадочно думала. Ситуация была почти проигрышной. Каким же образом они умудрились продуть всё своё преимущество? Да и было ли оно у них вообще?       Векна откинул Эл в другое пространство, в его "красную комнату". Он обернулся и посмотрел на Мередит, сжимавшую в руках тело бессознательной Макс.       — Не подходи.       Он взмахнул рукой. Мереди полетела вслед за Эл. Она упала на мокрую поверхность, что-то склизкое попало ей прямо в рот. Она сплюнула мерзкое ощущение.       — Нет, нет, нет, нет, — щупальца схватили её за ногу; она заметила, что потеряла где-то свою наточенную доску, свое оружие. Через несколько мгновений она оказалась привязанной к одному из столбов. Векна принес Макс, связал и её.       — Папа мёртв, — крикнула Эл.       Мередит захотелось рассмеяться, она не могла поверить, что всё это происходило с ней. До сих пор не могла поверить. Каков абсурд, какова фантастика, как разнообразен этот сон. Всего лишь сон.       — Чего ты пытаешься достичь всем этим, Генри? — обессиленно спросила Мередит. — Это месть за что-то?       — Исправление, — Векна подходил к ней медленными шагами, — избавление мира от человечества, от заразы, поразившей и продолжающей поражать всё вокруг.       — Исправление... Избавление.., - Мередит по-детски передразнивала его, только это она и могла в сложившейся ситуации. — Твои слова звучат красиво, но скажи мне, Генри, как изменить мир, если ты не до конца разобрался в себе.       Всё его отвратительное дыхание было направлено на неё, он дышал как смерть, как разложившиеся останки. Казалось бы — ничего живого, но глаза видели, следили за движениями, в них проявлялись скука, гнев. Через них только и происходило общение.       — Можешь ли ты зайти в пещеру? — поддела его Мередит.       На его лице появился — на долю секунды — небольшой оскал.       — Что там? Я не нашла ничего, — если бы она могла развести руки в стороны, то определенно сделала бы это сейчас, — если всё это — твои воспоминания, то ты занимаешься бесполезным делом. Слышишь меня, Генри? Твои усилия бес-по-лез-гхаа...       Её сжало сильнее, Векна подошел ближе, рука его потянулась к её лицу, острые когти нависли над овалом лица.       — И в итоге.., — Мередит хрипела, чувствуя покалывание во всем теле, видя перед глазами затуманенное висящее тело мертвого отца, — резуль...тат ока... окажется... разочаровывающим.       Последнее слово она произнесла настолько четко, насколько могла, выразительно открывая челюсть. Проникновение его разума в её она встретила с улыбкой и слезами. Дыхание захватило, Мередит посмотрела в глаза Векне перед тем, как с головой погрузиться в небытие.       ...Отец, петля, стул.       Пробуждение было отвратительным. Она почувствовала во всех соках прежнюю головную боль. Она увидела обжигающе яркий свет больничной палаты, услышала, как быстро запищал аппарат жизнеобеспечения, в ритм стука его сердца. Она успела резко присесть, осмотреть палату, выключенный магнитофон.       Потом Мередит почувствовала, как что-то потянуло её обратно. Схватив острыми когтями, это что-то разодрало ей спину, она почувствовала, как форма пропиталась кровью. Выпав на пол, Мередит легла на живот. Голоса, чтобы закричать, не было; горло пересохло. Она теряла власть над телом с каждой последующей секундой, всё больше и больше, пока в глазах не потемнело и звуки не исчезли.       Её утащило обратно.

***

      — Я не вижу в этом смысла, — поднял в недоумении руки Стив.       — Я вижу, — сказал Лукас, — Макс тоже перед комой была в сознании, но после всего этого...       — Да, но здесь иначе, разве нет?, — возразил Стив. — Как сказала Эл, Векна выбрал в итоге Макс, он не пытался убить Мередит. Так почему она проснулась, как говорит медсестра, всего на одну минуту? Почему до сих пор не приходит в себя?       — Я не знаю, — ответил Лукас, покачивая головой. — Я не знаю.       Мередит и Макс поместили в одну палату, Лукас и Стив настояли на этом: чтобы музыка проигрывалась сразу для двоих. Они обе были в коме. И врачи не знали причины. Причины не знал никто.