Часть открытой души

      Холодный пот прошиб ослабшее тело Ильи. Последнее задание сравнимо со смертью психического состояния его. Сравнимо? Оно таким и является.       Вскакивает от чего-то незримого, потайного. В душе разлад. Он проснулся? Не важно. В квартире в последнее время пусто. Джек у Леры по просьбе его, мол, заболел и не хочет заразить товарища. И Леру с братом. И Невера. Просто закрылся в квартире.       Рукой стирает влагу со лба, садится на край кровати, чтобы надеть тапочки. Тапочки. В своё время они были красивыми, самыми лучшими. И сейчас помнит, как увидел их в интернет-магазине, как заказал и ждал чёртову неделю. Пушистые, мягкие и очень удобные. В месте прикосновения с пяткой появилась дырка, и, фактически, кожа касалась холодного пола. Мех облезлым стал, с проплешинами.       На улице зима, холодная и жадная.       Илья один на весь мир. Врёт. Один в квартире, не более. Сам отрезал путь к внешнему миру, чтобы «залатать раны и собраться с духом». Новая ложь. По телу разливается тепло от осознания своей беспомощности. Он один.       Возможно, друзья переживают за него, думают о состоянии товарища, но не более. Мысль о страданиях Леры, Невера и Джека греют душу. О нём же помнят?       Помнят и о «ковиде», что сразил Илью. Нету у него положительного теста, как и болезни. Настолько помнят, что не пишут и не звонят. Заслужил.       На самом деле он чувствовал себя больным не только телом, но и психикой. Температуры нет, но зачем верить градуснику? Врёт не только он, но и голова дурная.       Илюшка шагает в туалет, снимает штаны и берёт член в руку, чтобы банально не обоссаться. Терпит он до последнего, заставляя себя сжаться в клубочек. Уже были случаи, когда он просыпался в мокрой постели от пота и других биологических жидкостей. Других?       В желудке пусто ровно так же, как и в холодильнике. Рот пересох. Чтобы что-то говорить, нужно собраться с мыслями. Собраться с мыслями. Мыслями. Собраться. Собраться с мыслями.       Тьфу на всё.       Не идёт на кухню, зная, что ничего не найдёт съестного. Надо будет заказать доставку. Сколько он не ел?       В ванной царит полутьма. На привычном месте лежит канцелярский нож. Старается не обращать внимание на него. Не смотреть. Не. Смотреть. Быстро ополаскивает руки без мыла. Оно давно закончилось, оставив после себя сантиметр пространства. Бесполезный кусок дерьма.       Возвращается в комнату, падая на кровать. Пружины впились в спину, вгрызлись в плоть. Почему-то вспоминает про рак мозга. Не стоит ему вспоминать данную тему. Почему? Липкое чувство будет преследовать его как и.. надо отдохнуть.       У кровати стоит баночка с лекарствами. Не вставая, свешивается половиной тела над полом, чтобы достать жаропонижающее. Точно температура. Он уверен. Сто процентов.       Глотает без воды пару таблеток, чтобы «наверняка» сбить температуру. Телефон давно сел, но именно сейчас захотелось посидеть в соц сетях. На самом деле он хотел увидеть, скучали ли по нему друзья. Звонили? Писали? Подсоединяет устройство к зарядке, ложиться обратно, чтобы посмотреть в потолок. Глаза слипаются. С одной стороны хочется забыться, с другой.. его ждут. Во сне ждут.       Трупы, кровь, кишки, мольбы о помощи. Обвинения, жалобы, предательство, и.. Оно. Страшный страх ребёнка — остаться одному. Глупый, глупый страх.       Насильно держит глаза открытыми, чтобы не уснуть. Там его ждут потери, разочарования и реальное одиночество. Сейчас он не один. НЕ ОДИН!       Неизвестно сколько он спорил в мыслях с самим собой, отчаянно сопротивляющемуся с естественной потребностью, но на телефоне был почти полный заряд. Зажимает кнопку сбоку — появляется заставка с иконкой фирмы телефона. Щуриться от света яркого, тут же убавляя мощность.       Звонок. Мгновенный, громкий и жалобный. Казалось, что оглохнет наш Илюшка. «Невер» было написано сверху экрана. Достаточно угрожающая надпись. Палец застывает над кнопкой принятия звонка — тяжело решиться ему. Отчаянно принимает вызов и мгновенно приживает телефон к уху — Илья! Илья! Что за шутки?— знакомый грубый голос. Ни капли переживаний в нём не слышаться. — Почему не отвечал?       Поджимает губы, облизывая их. Чешет голову отросшими ногтями. Что сказать? Правду или пленительную ложь? — Я..я..— жалкие потуги вытянуть из себя оправдания. Илюша наш совсем погряз в дерьме. Доносятся всхлипы до ушей Невера. — Ничего не говори. Скоро буду.       И вешает трубку.       Руками зарывается в волосы от боли. Капли слёз стекают по рукам, отчего начинают щипать свежие порезы. Нет, его не должны таким видеть. Торопится, снова надевая те самые тапочки, бежит на кухню, чтобы хоть немного привести квартиру в порядок. Моет, торопясь, посуду, прячет мусор за диван. Идёт в ванную за тряпкой и натыкается на лезвие. На нём застывшая кровь, капли на раковине тоже красные.       И уходит с тряпкой, так и не убрав «орудие преступления». Не знает чего хочет: чтобы Невер увидел или не заметил? Всевышние решат каков будет исход.       В дверь стучат сильно, долго, по-страшному. Илья проверяет, не видно ли шрамов под одеждой, и направляется ко входу в квартиры. Поворачивает замок, давая Неверу самому открыть себе путь. Он налетает, словно хищная птица, цепляется за плечи хрупкие и вопрошает банальные вопросы. — Ты как? Что случилось? Почему пропал и не отвечал?       Илюша отводит глаза в сторону, собираясь с духом. Как себя вести? Радоваться, что о нём переживали? Или боятся слов, что прозвучат этим днём? — Пошли на кухню, и всё подробно расскажешь…       Они идут на кухню, Илья идёт первее: не дали ему возможность отставать. Садятся. Перед Невером взгляд побитой собаки. Тишина давит. Невер не спускает взгляд с товарища, ожидая, когда он начнёт говорить. Но тот молчит. Молчит. Он молчит.       А глаза Ильи толи обманывают, толи плачут. За спиной у Невера стоит Оно. Страшное, громадное Оно. Страх туманит гололу. Опускает глаза на руки свои. А они плавают. Плавают! Мир в океане слёз. Он спит. ТОЧНО СПИТ!!! — Как.. твоё самочувствие?— не выдержал давящей атмосферы Невер.— Илья?       Это что-то вроде сна, потому что во снах есть ОНО. В реальном мире он не видел его давно. ЭТО ОНО! ОНО!!!       Осматривает помещение, словно рядом не сидит взволнованный Невер. Илюшу мы теряем. — Илья. Илья-я-я,— зовёт его Агент Невер, щёлкая пальцами перед носом товарища, но Илюше плевать с высокой башни. Он улетел куда-то далеко.       Невер встаёт со стула, трясёт за плечу, но никакой реакции. Идёт в ванную за нашатырём, натыкаясь на нож. Вспыхивает толи от гнева, толи от непонимания, толи из-за страха потерять друга.       Врывается в комнат. Раздаётся пощёчина, звонкая и отрезвляющая. Илья наконец-то смотрит в глаза Невера. Проясняется реальность, приходит осознание. Илюша краснеет. — Покажи       Вначале Илья не понимает про что говорит Агент, но через пару секунд промаргивается, отводит взгляд. — Покажи       Не стал Илья испытывать терпение друга. Закатывает рукав, где были перпендикулярные полосы красные. Много горизонтальных и всего пару вертикальных. Не знает за что стыдно: от показа души своей оголённый или от незавершённости «преступления».