Обреченные

Сомнения терзали ее душу до последнего. Даже когда на город опустилась тьма, она никак не могла заставить себя наконец решиться. Хотелось бросить эту глупую затею и вернуться в свою любимую трубу. Сжаться клубочком и забыть обо всех невзгодах. Но голод вряд-ли отпустит её. Общие дома были выгодной целью для ограбления. Где много людей — там много припасов. Проблема была лишь в том, что эти люди были готовы пойти на всё, чтобы защитить свою собственность. Если ее поймают, то участь будет малоприятной. Когда-то это был чей-то двухэтажный дом. Простой, без каких-либо изысков. Теперь он был призраком былого себя. Исписанные хулиганами стены, хлипкий заборчик и окна с решетками. Теперь он служил крышей для десятка с лишним человек, сплоченных идеями коллективизма и выживания. Народ на улицах потихоньку разошелся, а тьма скрывала Еву от лишних глаз. Подойдя к забору, она замешкалась. Было очевидно, что в дом она попасть не сможет, а вот небольшой гараж рядом казался весьма интересным. Оказавшись на участке, она тут же сиганула в кусты. Убедившись в отсутствии угрозы обнаружения, она подобралась ближе к дому и посмотрела в окно. Через щель между занавесками, она увидела кухню, на которой сейчас наверняка ужинала большая часть жителей. По тарелкам разливалась жиденькая похлёбка. От вида еды живот неприятно скрутило. Нужно было воспользоваться моментом пока все заняты и убираться к черту. Дверь в гараж была ожидаемо закрыта. Нащупав в карманн жалкое подобие отмычки, Ева просунула ее в замочную скважину. Опыта в этом деле у нее было гораздо меньше, чем хотелось. Процесс затянулся гораздо сильнее, чем она думала. Казалось, что из-за этого промедления ее вот-вот схватят, а дальше разговор короткий. Руки начинали трястись всё больше и больше. «Спокойно, спокойно.» Самотерапия не оказала должного эффекта, но вдруг замок щелкнул и она с легкостью смогла убрать его. Она резко нырнула в темноту гаража, закрыв за собой дверь. Окруженная тьмой она только сейчас осознала свой главный просчёт. Какие бы сокровища тут не прятали — без света их найти будет очень трудно. Если бы здесь было хоть одно маленькое окошко, то уличного света вполне хватило бы, но судьба вновь была не на ее стороне. «Да что такое-то!» Оставалась лишь одна надежда на валяющийся в недрах куртки, спичечный коробок. Нервно шарясь по карманам она наконец-то смогла найти его. Ширк, и помещение осветилось маленьким огоньком. Короткий миг, которого хватило на то, чтобы рассмотреть помещение. Сжигая спичку за спичкой, она приметила на одной из полок маленький карманный фонарик. Наконец-то ей повезло. Но радоваться было некогда. Чем дольше она тут находилась, тем сильнее тряслись коленки. Машина ожидаемо отсутствовала, зато на ее месте расположилось множество полок с разным барахлом. Гараж стал обычным складом, в котором хранили то, чем не нашлось места в доме. Она обыскивала полки и шкафчики, надеясь найти хоть что-нибудь, что можно впарить за пару монет. Как же она жалела, что не успела разжиться сумкой. В одном из ящиков нашлась пачка батареек и прочий электронный хлам. Небольшой кейс с наверняка рабочим шуроповертом, старый телефон, маленькая канистра с бензином… А вот следующая находка заставила ее невольно вздрогнуть. В железном шкафчике аккуратно стояло ружье. От такой находки ей хотелось как можно скорее убраться отсюда подальше, но жажда наживы удерживала её. Если кто-то скинул сюда такое оружие за ненадобностью, значит в доме было вооружение куда серьезнее. Она мало что знала об оружии и уж точно не держала его в руках. Раньше оно казалось ей недоступным и ненужным, а теперь даже самый крошечный и простецкий пистолет мог сыграть очень большую роль. Она осторожно взяла в руки двухстволку и осмотрела. Старое и много повидавшее ружье оказалось невероятно тяжелым, но выглядело достаточно простым в использовании. Ева интуитивно разобралась где предохранитель и как раскрыть ружье. В оба ствола было заряжено по патрону. Поставив его в углу с прочей своей добычей, Ева решила что обязательно заберет его с собой. Следом отправилась и полупустая пачка патронов и ремень для их удобного ношения на поясе. Пока что это была ее главная находка. Вряд-ли она сможет разгуливать с ружьем по улице, но вариант толкнуть за приличную сумму никуда не делся. Возможно даже получится обменять его на каком-нибудь пистолет, чтобы ходить по улице было не так страшно. Достаточно было одного только факта, что в кармане есть оружие. Патроны были ни к чему. Она точно знала, что никогда не сможет спокойно выстрелить и убить человека. Поэтому в ее руках пистолет был бы обычной пугалкой для недоброжелателей. К тому же казался весьма надежной инвестицией. С деньгами может случиться что угодно. Цены менялись, а может быть однажды наступит полный крах и твои бумажки вовсе окажутся никому не нужны. В отличие от пистолета. На такую вещицу всегда найдется спрос. Она копошилась в окружавшем ее барахле, думая как было бы классно вынести всё за один раз. По отдельности мало что могло вызвать интерес, но в общей массе этот хлам наверняка мог оплатить Еве несколько сытых дней. Она была так увлечена поисками, что успела забыть о тревогах и осторожности. Лишь после того как открыла очередной выдвижной ящик, она вдруг заметила как дверь рядом открылась и в проходе оказался обросший мужчина. Ужас сковал её так сильно, что она не могла пошевелиться. — Ах ты, сука! — воскликнул он вдруг, ринувшись на неё. — Атас! Сбежать у неё не было ни единого шанса, а драться с таким противником она точно не смогла бы. Схватив ее за шею, он повалил ее на стол, начав душить. Своими щупленькими ручками, она пыталась освободиться, но куда ей было тягаться с ним по силе. Сквозь зубы она что-то шипела и умоляла ее отпустить, но он был непреклонен. Только сейчас она услышала, как снаружи раздаются крики и выстрелы. Для отвлекшегося на мгновение мужика это стало роковой ошибкой. В панике нащупав в выдвинутом ящике отвёртку, Ева схватила её и со всей силы вонзила обидчику в бок. Она чувствовала как по руке струится теплый ручей крови. Голова кружилась и она не могла понять от чего ей сейчас стало хуже. Дело было в нехватке кислорода или в ощущении чужой крови? Вскрикнув и отстранившись в сторону, мужик схватился за рану. Сбежать не получится, ведь даже с дырой в боку, он твердо стоял на ногах, отрезав Еву от выхода. — Да я тебе мозги вышибу, тварюга! — сказал он, схватив разводной ключ. Ева испуганно выставила вперед руку с отверткой, но не смогла даже на мгновение напугать противника. Одной рукой держась за рану, а второй замахиваясь в сторону Евы, мужик подобрался ближе. Отскочив назад, Ева споткнулась об ту самую канистру бензина и рухнула на пол. Мужик вновь махнул ключом и в этот раз она смогла отразить удар только ценой своей руки. Ева громко завизжала. Руку сковала боль и она твердо была уверена в переломе, даже смотря на шевелящиеся пальцы. Обезумев от страха, она со всей силой ударила противника ногой в пах. — Ай, бля! — запыхтел он, согнувшись пополам. Оказавшееся рядом ружье пришлось как рад кстати. Схватив его трясущимися руками, Ева направила его на мужика, который сквозь боль готовился к новой атаке. От вида ружья на его лице вдруг отразился страх, а мгновением позже помещение озарили две коротких вспышки. Крича от боли, Ева выронила ружье и схватилась за плечо, которое пронзила адская боль. Она чувствовала, как ее оросило дождём крови и готова была вот-вот выпустить наружу свой скудный обед. Мужик уже распластался на полу, вываливая внутренности из разорванного живота. Кровь была повсюду. На полу, на стенах, на столах, ящиках и на Еве. Это был настоящий потоп. Она видела, как какое-то время у будущего мертвеца еще дергаются пальцы. Скуля от ужаса и боли, Ева отползла в угол. Даже адреналин не мог заглушить всю палитру ее чувств. Казалось, что ей напрочь оторвало правую руку, а левую переломило пополам. В горле стоял ком, готовый в любой момент вырваться наружу. Выстрелы на улице не смолкали. Раздался звон стекла и через дверной проем Ева увидела как кто-то спрыгнул со второго этажа. Небрежно приземлившись, он тут же удрал прочь. Она всей душой желала последовать его примеру, но никак не могла совладать с собой. Всё тело болело, голова кружилась, а рассудок казалось совсем покинул её. В ужасе она стонала и всхлипывала, держась за руку так, словно это должно чем-то помочь. Ее переполняло отвращение. Она только что убила человека и была с головы до ног покрыта его кровью. На улице творилось черт пойми что и вряд-ли ей дадут уйти под шумок. Ей вновь не повезло.