Обреченные

Спина и нога до сих пор болели. Угораздило же его так вляпаться. — Вот и доброе утро. — пробормотал Марк, приподнявшись с матраса. Стрелки на часах медленно двигались к обеду. Встав на ноги он вяло потянулся и прошёл к раковине. Ночевать в подвале было не так уж и удобно, но он привык. Сколько лет уже прошло с начала изоляции? В комнате больше никого не было. Ничего удивительного, ребята работают. У него же вчера был тяжелый день, поэтому пришлось как следует отдохнуть. Не стоило записывать его в ряды тунеядцев. Любой мог подтвердить, что Марк из кожи вон лез ради идеи и общего дела. Холодная вода быстро привела его в чувства и перед тем как уйти, он посмотрел в зеркало. Оттуда на него смотрело собственное отражение. Бледное и худощавое лицо, словно высеченное из мрамора. Со своим болезененным видом он давно уже свыкся. Да и кто будет смотреть на его лицо, зная кто он есть. Самодовольно усмехнувшись, он вернулся к своему месту и принялся одеваться. Кто знал, какие приключения ему преподнесет город сегодня. Казалось, он был готов ко всему. Местный криминальный контингент ему казался сборищем примитивных приматов. «Обезьяны с гранатой.» Одних он предпочитал использовать, а от других и вовсе избавляться при первой возможности. Для многих оставалось загадкой, как он умудрился заслужить себе такую репутацию. Чего уж прибедняться — его знали все. У одних его имя вызывало радостный трепет, у других — тревогу и страх. Может быть он и не всегда был таким. Но откуда такие способности? Что ж, порой вера в идею способна творить чудеса. Особенно когда ты одержим ею, а мир вокруг рушится, открывая перед тобой все дороги. Но к чему вся эта лирика? Пришла пора разведать обстановку сверху. Он накинул свою потрепанную куртку и поплелся вверх по лестнице. Как только он открыл дверь на кухню, кто-то схватил его за руку и злобно воскликнул: — Какого хрена вы с Чоком удумали?! Отдать гребанный грузовик?! Шпик всегда был недовольным и чрезмерно заумным ублюдком. Ботаник с амбициями головореза. Он нравился Марку меньше всех, но даже в нем было что-то хорошее. Нужно лишь переодически опускать его с небес на землю. — А тебя что-то смущает, душка? — ухмыльнулся Марк. — Мы блять ради чего рисковали? Чтобы всё раздать? — Всё под нашим контролем, поэтому можешь дальше спокойно стряпать оладушки. — он убрал руку Шпика с своего плеча и прошёл вперёд. Обед еще не наступил, поэтому и посетителей не было. Парни же во всю трудились на кухне, чтобы не оставить голодным поток рабочих, который вот-вот нахлынет. — Варево-то какое! — довольно сказал Марк, вдохнув пары похлебки из кастрюли. — Это еще херня, было бы у нас больше разнообразия в ингредиентах — я бы такое устроил! — мечтательно сказал Ромка. Низкий, щуплый, но он всегда был душой компании. В нем напрочь отсутсвовало беспокойство и уныние. Такие как он могли в любой дыре найти своё место. — Ничего, придёт время и закатишь нам огромный стол. — сказал Марк, похлопав его по спине. — Пир во время чумы? — воскликнул вдруг Герцог. — Боюсь народ нас изведет, если узнает что мы тут чревоугодием промышляем. Долговязый и худой Герцог многих напрягал своим мрачным видом, но в душе был вполне порядочным человеком. Все они когда-то были порядочными. Теперь жизнь вынуждала время от времени браться за оружие. Герцог тесаком рубил мясо на кусочки. Если нужно было кого-то расколоть, то он подходил на роль дознавателя лучше всех. — Мы же не для себя, а во благо общества! — крикнул Ромка с другой стороны кухни. — Это вы, буржуи забугорные только о себе и думаете. А у нас, братка, всё ради народа. В своё время герцог частенько заикался о своём благородном происхождении, что привело к колоссальному количеству шуток. Последним трудягой на кухне остался Чирик, криво-косо нарезающий овощи. Вечно тихий и незаметный участник их идейного объединения. В ушах как обычно были потрёпанные проводные наушники, которыми пользоваться мог только он. Стоило лишь Ромке один раз одолжить их и разразился страшный скандал. — День добрый. — сказал Марк и протянул руку. Чирик протянул локоть и сказал: — Руки грязные. — А я не из брезгливых. — Зато людям было бы не очень приятно, если бы я в процессе готовки со всеми за руки держался. Марк усмехнулся. Даже в нынешнее время, некоторые чтили мораль и человеческое отношение. Именно это их и объединяло. — Где остальные? — спросил он, сев на табуретку рядом. — Работают. — Чирик пожал плечами. — Сам знаешь, одним супом наша деятельность не ограничивается. — Даже Чок усвистал! — крикнул Ромка. — Недовольный как черт. Что у вас с ним стряслось? — Да идейка тут одна нарисовалась. Вопрос с Третьей Бригадой решать будем. — Что, опять мокруха? С другого конца кухни отозвался Шпик: — Нет, мы им теперь дать грузовиками платить будем! Его слова как обычно остались без особого внимания. Все знали, что в подобном состоянии с ним разговаривать невозможно, а Марк зарекомендовал себя как надёжного человека, способного творить чудеса. — Харизма, хитрость, острый ум! — крикнул Марк. — В ближайшее время жди результата. — А что за баба к тебе вчера приходила, а? — посмеялся Герцог. — Сом рассказывал, что ты тут званный ужин устроил. Глупо было надеяться на то, что это останется незамеченным. К тому же Сом был редкостным треплом, которому палец в рот не клади, а дай посплетничать. — Секрет фирмы. — крикнул Марк. — Я свои источники не сдаю. — Ишь ты, деловой! — отозвался Ромка. — С бабами там возится, а мы значит работать должны. К нам присоединиться не хочешь? — Ну не, вы же знаете, что я готовить не умею. — отмахнулся Марк. — У меня сегодня график плотный. Он взял тарелку и черпаком налил в неё супа, над которым так старательно трудился Ромка. — Да не готово еще! — выругался он, выхватив черпак. — Нужно пробу снять, а то вдруг добрый люд отравишь. Пока все трудились, он мирно хлебал суп, иногда поддерживая беседу. Контингент в «Дружбе» собрался необычный, но именно это и привлеко в них Марка. Они не были отчаянными бандосами и ублюдками, творящимм зло просто потому что не могли жить по-другому. Здесь у людей было своё дело и продолжали поддерживать его на плаву, попутно стараясь выжить и увеличить своё влияние. Да, грехов у них хватало, но нельзя вершить великие дела, не запачкав руки. Они казались Марку хорошими людьми, поэтому он и сработался с ними. Все грезили идеями о переменах и светлом будущем, которое они в силах построить. У них был правильный настрой, а Марк дал им хороший план и воодушевил на реализацию. Именно здесь он нашел своих соратников. В дверь скромно постучали, но этого хватило, чтобы все напряглись. Не будь Марк здесь завсегатаем, он бы удивился тому, сколько оружия держалось на кухне. Несколько пистолетов и ружьё за холодильником всегда были на своиж законных местах. — Открою. — сказал Ромка и вышел в зал столовой. Весь местный люд знал, что столовая начинает работать только с обеда, а другие гости не предвещали ничего хорошего. Кто знает, с каким намерениями к ним заявились. Ромка слегка приоткрыл дверь, второй рукой держа пистолет за спиной. Он резко расслабился и все поняли, что проблем ожидать не стоит. — Ну и чего ломимся, красавица? — спросил он. — Видишь что написано? Работать начинаем в обед, а до него ещё полчаса осталось. Просто посидеть никого не пускаем, не серчай уж. В ответ раздалось невнятное бормотание, а Марк понял, что ему пора собираться. Повернувшийся вдруг Ромка только подтвердил эти мысли. — По твою душу. — крикнул он. Марк поставил тарелку в раковину, и поплелся к выходу. — Ты всем приходящим о моём присутствии говорить будешь? — упрекнул он Ромку. — Ой, а то к нам баб много ходит про тебя спрашивать! — ехидно смеясь отмахнулся Ромка. — Приголубил — теперь сам разбирайся, а мне работать надо. — Да пошёл ты. — замахнувшись прогнал его Марк. Как и ожидалось, в дверях стояла ночная гостья, которая явно не сильно радовалась своему нахождению здесь, а Ромкины комментарии только усугубляли положение. В какой-то степени, Марк был удивлён её приходу. После вчерашнего разговора она возможно вообще носа не высунула бы на улицу. Так уж ее мог запугать Чок. Но нет, она всё же пришла. Он бы в любом случае нашёл её, но так она только облегчила ему работу. — День добрый. — сказал он, выйдя на улицу и захлопнув дверь. — Я тебя уже и не ждал. — У меня часов нет, боялась что опоздала. — оправдывалась девушка. — Да ладно, в этом городе торопиться некуда. — сказал Марк, закурив самокрутку. Горький до ужаса дым ударил по горлу так сильно, что Марк чуть не закашлялся, но сейчас нельзя было терять лица. — Пойдём. — кивнул он. — Обсудим жизнь насущную. — Куда? — тревожно спросила девушка. — Да не кипятись ты, узнаешь всё. — успокоил её Марк. Она неуверенно поплелась за ним по улице, явно чувствуя подвох, а Марк смолил папироску, думая над тем, насколько хорошая его идея.