Сделка с особым условием.

      Аластор шёл по длинному холлу. Под апартаменты Вокса был отведён целый этаж. Радио-демон всю дорогу матерился себе под нос, проклиная всех вокруг, пытаясь придумать план, как он может переиграть теле-демона, но идеи совершенно не приходили в голову. Вот он уже стоит в лифте и нажимает кнопку с нужным этажом, предвкушая отвратительный вечер. Двери открылись, и Аластор вошёл в просторную комнату, бегло оглядевшись по сторонам. — Ал! — воодушевленно поприветствовал Вокс.       Аластор сразу нахмурил брови. — Давай ближе к делу. Что тебе снова от меня надо? — Всё, мне нужно от тебя абсолютно всё, Ал, — игриво сказал Вокс, провожая Аластора к дивану. — Присаживайся, выпьем.       Вокс поставил два дорогих стакана и налил Аластору сазерак, а себе виски. Радио-демон сразу сделал залпом несколько глотков. А Вокс, в свою очередь, поедал его глазами, подмечая любые черты, как будто бы пытаясь всё запомнить: выбившиеся пряди волос, подрагивание ушей, еле уловимое шевеление кончика носа при разговоре, то, как он облизывал губы после алкоголя. Аластор не мог не заметить такого взгляда на себе. — Помнится, ты хотел мне что-то показать, не тяни кота за яйца, — отрезал радио-демон, делая ещё один глоток. — Да, точно, — неловко подскочил Вокс и направился к стоящей неподалёку деревянной тумбе.       Теле-демон включил граммофон, аккуратно положив пластинку на диск и переведя на неё звукосниматель. Сегодня звучал именно старинный инструмент, хотя вся башня давно была оснащена колонками, звук из которых был в разы громче и чётче. Уши сидящего на диване Аластора вывернулись в сторону приятного звука, и он обернулся. Проигрывалась джазовая пластинка.       Аластор налил себе ещё алкоголя, вслушиваясь в приятный мотив. Теле-демон же уверенно подошёл и протянул тому руку. — Потанцуем?       Аластор приподнял бровь, снисходительно посмотрев на ладонь Вокса перед собой, а после на него самого, издав приглушённый смешок.       Рука Вокса дрогнула, а сам он занервничал, проведя ладонью по мерцающему экрану. — Почему ты такой тупой, Аластор? По условию сделки, о которой я уже заебался напоминать тебе, ты — мой омега, а это подразумевает, что ты должен радостно соглашаться на всё, что я тебе предлагаю. Если сейчас я захочу стриптиз от тебя, то ты должен будешь оформить его так, будто тебе самому в кайф.       Аластор поморщился и отвёл хмурый взгляд, до конца осушая стакан. — Но сейчас я просто хочу потанцевать с тобой под сранный джаз из развалюхи.       Аластор выдохнул и, поставив стакан на столик, поднялся, расправив складки пиджака. На этот раз сам радио-демон нехотя протянул ладонь Воксу. — Я более чем уверен, что ты дерьмово танцуешь, так что поведу я.       Вокс хотел было возразить, но его устроило даже такое проявление инициативы. Прикоснувшись к крепкой, но явно меньше собственной ладони, Вокс не успел опомниться, как Аластор притянул его к себе за талию, сразу начиная движение. Поначалу ноги запутывались от быстрого темпа, но вскоре теле-демон втянулся, позволив Аластору управлять собой.       В мыслях Вокса момент выглядел гораздо интимнее, чем оказался в действительности. Строгие, выверенные движения, сосредоточенный Аластор, что даже не смотрел на него, чересчур напряжённые мышцы. Но если бы можно было посмотреть на них со стороны, то это выглядело бы красиво. Дыхание Вокса начало сбиваться оттого, что его то крутили, то наклоняли. Ранее воодушевлённый теле-демон умолял в мыслях о том, чтобы музыка быстрее закончилась или старый граммофон сломался, так как собственноручно оборвать даже такой, но момент близости с Аластором он не мог. Когда же Вокс начал думать, что помрёт во второй раз, музыка наконец-то закончилась, и радио-демон остановился, выпуская партнёра из рук. — Давно я не танцевал, — легко сказал Аластор, поправляя одежду.       Вокс упёрся руками в колени, восстанавливая дыхание. — Ты удовлетворён? — спросил радио-демон. — Я… — сбивчиво начал Вокс. — Представлял всё немного иначе.       Аластор нахмурился и сложил руки на груди, демонстрируя недовольство. — Я вёл ровно в темп. Да я танцевал под эту музыку, когда тебя ещё в планах не было!       Вокс поднял глаза на статную фигуру перед собой. — Забей, Ал, ты не понимаешь… Просто не способен понять, — махнул рукой слегка расстроенный теле-демон, наливая себе виски.       Аластор недовольно закатил глаза и подошёл к граммофону, проведя пальцами по рупору. — Там дохера пластинок, можешь поставить, что там тебе нравится. Собственно, его я и хотел тебе показать, — как бы невзначай сказал Вокс, но абсолютно вся музыка на пластинках была во вкусе Аластора, коллекция была собрана из композиций, которые сопровождали его эфиры.       Теле-демон устало упал в кресло, сбросив пиджак и расстегнув верхние пуговицы рубашки. Аластор стал перебирать пластинки, как вдруг замер и побледнел, он стал чётче ощущать феромоны Вокса, к постоянному шлейфу которых, казалось, уже привык. Ноги начали слегка подкашиваться, а на лбу выступили капельки холодного пота.  — Уйди, — еле слышно сказал радио-демон. — Что ты там бормочешь, Ал? — Вокс скучающе сидел за столом, подпирая рукой монитор и потягивая виски. — Съеби отсюда! — Аластор повторил уже громче, оперевшись о тумбу, на которой стоял граммофон. Ноги отказывались держать своего владельца. Конечно, Аластор понимал, что с ним происходит. Он давно не испытывал всех прелестей течки, принимая вовремя сильнодействующие подавители, поэтому сейчас симптомы ощущались в разы ярче.       Вокс прищурился, смотря на радио-демона, который взялся свободной рукой за голову, прижимая уши. В воздухе повис еле уловимый, но совершенно новый запах, будто бы кто-то забыл вынуть орхидею из воды, и прелость корней смешалась со сладким ароматом бутона.       По экрану расползлась ухмылка. — Что, Ал, наконец-то припекло?       Аластор в ответ на издёвку проматерился себе под нос. — Застегнись и надень пиджак обратно, —  пробормотал он, зажмурив глаза и сжимая виски.       Вокс прикусил губу, злорадствуя. — О, если это вызвало у тебя настолько бурную реакцию, то я сейчас полностью разденусь.       Аластор лишь прошипел радиопомехами. Вокс медленно встал и размеренными шагами, держа руки за спиной, направился к радио-демону. — Не подходи ко мне! — сквозь подрагивающую улыбку отрезал Аластор, и в его глазах заиграли стрелки радиоприемника. Несмотря на своё состояние, он пытался бороться, но в привычной войне с Воксом открылся второй фронт, где противостоять пришлось более страшному врагу — собственной физиологии. — А то что, Ал? Ты весь трясёшься, — Вокс ещё больше сократил расстояние между ними. — Хватит ломаться, я могу помочь тебе.       Аластор не мог пошевелиться, тело просто отказывалось слушаться, поэтому он так и стоял, уперевшись когтями в тумбу, оставляя порезы на дереве. Вокс же сравнялся с ним и нежно провёл рукой по голове, заостряя внимание на прижатых ушах и огибая рожки. Тело Аластора предательски отреагировало подкатившим жаром, он до боли зажмурил глаза, пытаясь вернуть контроль. Вокс продолжал размеренно поглаживать алую макушку, проводя по волосам и тёплым ушам, которые не поднимались, прижавшись к голове. — Расслабься, — бархатно произнёс Вокс. — Уйди, это слишком жалкое зрелище, — прошептал Аластор. — Не буду врать, выглядишь ты и вправду жалким, — спокойно, без насмешки в тоне констатировал теле-демон.       Аластор чуть отшатнулся, и Вокс тут же поймал его. Их взгляды встретились. Аластор чувствовал, как упирается телом в грудь Вокса. Они сейчас находились слишком близко друг к другу, что, на удивление, смутило только теле-демона, отразившись помехами на экране. — А-а-а... э-э-э… — он замялся и, взяв Аластора за затылок, наклонил его так, чтобы тот упёрся подбородком в пространство между плечом и шеей, разорвав зрительный контакт. Ладонь продолжала поглаживать волосы, а вторая рука поддерживала ослабленное тело за талию. — Пусти, — несмотря на слова, тело Аластора совсем не сопротивлялось, более того, оно инстинктивно прижималось ближе к источнику тепла и, к сожалению для его владельца, приятного запаха. — Если бы не только твоё тело так реагировало на меня, Аластор, — с явной досадой в голосе сказал Вокс, чувствуя чужие руки, сжимающие ткань рубашки. — Моё тело сейчас одинаково отреагирует на любого альфу в радиусе мили, так что не льсти себе, — сквозь зубы процедил радио-демон, уткнувшись носом в ткань рубашки Вокса. — Не порть мне момент, — теле-демон провёл ладонью по загривку Аластора, переходя на спину, отчего омега нервно дёрнулся. — Ал, ну серьёзно, успокойся уже. Отпусти себя хотя бы на пять минут. Я ничего с тобой не делаю, просто небольшая нежность. Наслаждайся, — расслабленно выдохнул теле-демон. — Меня тошнит от тебя, — отрезал Аластор. — Правда? А твоё тело почему-то прёт от меня, — усмехнулся Вокс. — Был бы у тебя хвост, я более чем уверен, что ты бы им завилял. А, кстати… так он у тебя есть? — Вокс потянулся рукой к краю пиджака Аластора, чуть приподнимая. — Держи руки при себе! — возмутился радио-демон, отпрянув. Его глаза горели гневом.       Вокс удивился. Его руки застыли в примирительном жесте. — О, тебя отпустило.       Аластор посмотрел на уже послушные ему ноги, контроль над телом был возвращён, видимо, организм, который всю жизнь пичкался различными подавителями, давал сбои при возвращении обычного цикла. Аластор взялся за голову, впиваясь когтями в волосы, понимая, что теряет контроль. Вокс же прекрасно знал, что означает этот жест в исполнении Ала. И внутри теле-демона началась борьба: ухватиться за эту слабость, ткнуть его туда и посмеяться, как это всегда делал Аластор, или… второй импульс пугал, Вокс увидел, как что-то в радио-демоне надломилось, и это казалось искренним. Последний раз таким настоящим он его видел только в те времена, когда они выпивали в баре, обсуждая всё на свете. Вокса раздражала неопределённость собственных чувств, ему хотелось одновременно и доломать его, и починить. — Ал, — серьёзным тоном попытался вывести омегу из паники Вокс, — это всего лишь физиология, просто прими свою природу. Ты омега, тебе нужен альфа, это же правило работает и в обратную сторону, мы все заложники системы.       Аластор бешеным взглядом посмотрел на Вокса. — Оставь свои советы при себе, мне плевать на систему, которая делает из меня чью-то подстилку.       Вокс громко выдохнул, начав ходить из стороны в сторону. — Да почему сразу подстилка? Это обоюдная связь, Ал. Взаимность, партнёрство, — начал перечислять теле-демон. — Любовь, в конце концов!       Аластор демонстративно повёл бровью. — Ты абсолютнейший из идиотов! Мы в Аду, какая нахуй любовь? Ты вообще слышишь, какой инфантильный бред несёшь?! — Аластор провёл ладонью по волосам, рассмеявшись. — Ты не изменился! "Друзья", "любовь", как ты ещё не сдох здесь, мысля такими категориями! Хотя ответ лежит на поверхности, — радио-демон быстро сравнялся с растерянным Воксом, пару раз жёстко ткнув тому в экран. — Ты никто без других! Если бы не твои партнёры — этого всего бы не было, как и тебя самого!       Вокс тысячу раз пожалел, что решил проявить сострадание, он снова повёлся, и слова Аластора изрезали душу, обнажая старые шрамы. — Ты прав, — поникшим голосом ответил он. — Блять, да наконец-то! Оказывается, твоя коробка с болтами ещё способна обрабатывать информацию! — взмахнул руками радио-демон. — Но, знаешь что, Аластор, — Вокс рывком схватил того за запястье и потащил за собой, швырнув на кровать. — Ты прав и в том, что назвал себя подстилкой.       Аластор приподнялся на локтях, не переставая хищно улыбаться. Но провода быстро связали ему руки над головой. Аластор непроизвольно согнул ногу, что выглядело со стороны крайне соблазнительно. Вокс навис сверху, сильно упираясь коленом тому в пах, отчего радио-демон прижал уши и запрокинул голову: у него начиналась фаза течки, которая вызывала собой повышенную чувствительность. Вокс быстро расстегнул пуговицы на пиджаке омеги и задрал водолазку, обнажая множественные шрамы и ту самую рану, которая практически затянулась, но швы ещё оставались на месте. Окинув взглядом торс радио-демона, Вокс поморщился, и на экране появились помехи. — Что такое? Больше не стоит? — с иронией спросил Аластор, сведя брови домиком.       Вокс не ответил и лишь перевернул того на живот, подтянув вверх бёдра. Аластор повернул голову в бок, но пряди волос закрыли его лицо, а сама поза была, мягко говоря, неудобной. — На спину тогда тоже не смотри, раз такой нежный!       Вокс не обращал внимание на слова Аластора, он резко притянул его к себе, попутно расстёгивая брюки радио-демона, отчего тот стиснул зубы и уткнулся лбом в матрас, понимая, к чему всё идёт.       Вокс продолжал молчать, что пугало Аластора, для которого было лучше, если бы теле-демон как обычно пиздел без остановки, подначивая его или с упоением комментируя каждое своё действие. Сейчас же обстановка напрягала и давила: провода сковывали руки, по телу разливался жар, едкие феромоны вбивались в ноздри, но больше всего Аластора напрягало то, что он не видел происходящего сзади, а следовательно он лишался контроля. Ненавидя свою природу, сейчас Аластор как никогда надеялся, что вот-вот начнётся активный приступ течки, при котором есть шанс, что он смутно будет осознавать происходящее с ним, но в данный момент он всё понимал и всё чувствовал.       Расправившись с застёжкой, Вокс потянул ткань брюк Аластора, отчего тот сильнее сжался и зажмурился, готовясь прикусывать одеяло. Но Вокс остановил их на половине. Он увидел, что хотел. — Так у тебя всё-таки есть хвост, — теле-демон провёл рукой по поджатому пушистому хвосту, окрас был идентичен ушам: алый с вкраплением чёрного на конце. — Очень мило, Ал, — Вокс сделал фото экраном и отпустил Аластора, щелчком пальцев убрав провода с рук.       Радио-демон быстро перевернулся на спину и поджал слегка дрожащие ноги, приподнимаясь. Вокс же, как ни в чём не бывало, поднялся с широкой кровати и потянулся. — Если устал, можешь остаться у меня на ночь или… нет, — Вокс покачал монитором, как бы думая. —  Ты переедешь ко мне. Твои апартаменты всё равно были полным говном, к тому же у тебя начинается течка, будет обидно, если кто-то, помимо меня, узнает твою маленькую тайну, так ведь?       Аластор забился в угол кровати — весь взъерошенный, в расстёгнутых вещах и с нервной улыбкой на лице. Только что он был прижат к кровати, а сейчас Вокс спокойно говорит о каких-то бытовых вещах. — Ты идиот, — заявил Аластор. — Возможно, — ухмыльнулся Вокс.