Весь мир-мой крематорий

Гу Лоуинь был искренне удивлён: — Как кто-то может тебя ненавидеть? Сяо Юань лишь усмехнулся: — Почему бы и нет? Меня многие ненавидят. — Потому что ты слишком… — Гу Лоуинь внезапно осекся и не стал продолжать. Собрав вещи, они вместе отправились в город Лулин. Заметив, что на Гу Лоуине лишь тонкое белое одеяние, Сяо Юань не удержался от вопроса: — Мастер Гу, неужели вам совсем не холодно? Или вы расходуете духовную силу только на то, чтобы согреться? Вместо ответа Гу Лоуинь снял с пояса нефритовый кулон и протянул его Сяо Юаню на раскрытой ладони. Сяо Юань в изумлении поднял брови: — Ты… отдаёшь его мне? Гу Лоуинь на мгновение замолчал, а затем негромко произнёс: — Так будет лучше. — Значит, он не для меня? — Сяо Юань взял нефритовый кулон, и его глаза тут же радостно блеснули. — Он такой тёплый! Я чувствую, как тепло разливается по всему телу. — Этот нефрит был добыт в Цинъяне, его называют «тёплым нефритом», — пояснил Гу Лоуинь. Сяо Юань искренне восхитился: — Если есть такой нефрит, зачем вообще нужны лисьи шубы? Весь мир судачит, что ученики Павильона Юньцзянь настолько суровы, что носят одни и те же одежды и зимой, и летом. Так вот, оказывается, в чём секрет! — Если он тебе по душе, я подарю его тебе. — Не стоит спешить, — Сяо Юань вернул кулон Гу Лоуиню. — Отдашь его, когда благополучно вернёшься в свой Павильон. В городе Лулин проживало более ста тысяч человек, поэтому он считался крупным центром в этих малонаселённых северных краях. Город располагался неподалёку от земель клана Синьтянь. В те времена, когда Сяо Юань ещё был «в фаворе», Сяо Ду как-то привозил его сюда. Если память не изменяла ему, это было в день воссоединения, когда праздновали середину осени. Сяо Юань отогнал лишние мысли и обратился к Гу Лоуиню: — Мастер Гу, Павильон Юньцзянь расположен к югу от Янцзы. Вы, должно быть, редкий гость в северных краях? Гу Лоуинь коротко подтвердил: — Да. — Пусть на севере и немноголюдно, зато еда здесь отменная, — продолжал Сяо Юань. — Для жителей Лулина рисовые лепёшки — обязательное блюдо. Когда я впервые попробовал их здесь, то был просто поражён и с тех пор часто о них вспоминал. Мой брат даже присылал за ними человека... — Осознав, о ком зашла речь, Сяо Юань на мгновение замолк и быстро поправился: — Я помню, что неподалёку есть лавка с лучшими лепешками. Позвольте мне угостить вас, мастер Гу. Не успел Гу Лоуинь возразить, как Сяо Юань уже скрылся в толпе, невольно приковывая к себе восхищённые взгляды и мужчин, и женщин. Гу Лоуиню ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Сяо Юань купил два больших рисовых хлебца и протянул один спутнику. Тот принял угощение, но есть не спешил, в нерешительности разглядывая лепешку. — Мастер Гу, ну же, попробуйте, — подбодрил его Сяо Юань. — Есть прямо на улице… неблагородно, — отозвался тот. Сяо Юань с аппетитом откусил кусок лепешки и, прожевав, с вызовом спросил: — То есть вы считаете, что я сейчас выгляжу «неблагородно»? Гу Лоуинь на мгновение задержал взгляд на лице Сяо Юаня, после чего поспешно отвернулся: — Мастер Сяо — вольный странник. Вам стоило бы получше позаботиться о маскировке. — Маскировке? Неужели мастер Гу хочет, чтобы я прятался под шляпой с вуалью, подобно женщине? Это ещё зачем? — Ваше лицо… слишком притягивает взгляды, — отрывисто произнёс Гу Лоуинь. — Я не виноват, что родился таким, — беззаботно отозвался Сяо Юань. — Мастер Гу, вы и вправду не притронетесь к еде? — Не сейчас. Сяо Юань лишь пожал плечами. Он подозревал, что этот праведный заклинатель скорее умрёт с голоду, чем станет жевать на ходу. — Мастер Гу, как преемник Павильона Юньцзянь, вы ведь наверняка баснословно богаты? — Верно. Тебе нужны деньги? Я могу дать их тебе. — В этом нет нужды, — отмахнулся Сяо Юань. — Просто угости меня по-настоящему вкусным обедом. Он привёл Гу Лоуиня в самый роскошный ресторан Лулина и заказал несколько фирменных блюд, включая тушёную кровь. Когда заказ принесли, Гу Лоуинь не сразу взялся за палочки; первым делом он наконец откусил ту самую рисовую лепёшку, которую Сяо Юань купил ему на улице. — Ну как? — с любопытством спросил Сяо Юань. — Сладко, — лаконично отозвался Гу Лоуинь. — Вот и славно, я люблю сладкое. — Сяо Юань подцепил кусочек тушёной крови и положил его прямо в миску спутника. — Ты потерял слишком много крови, нужно восполнять силы. Ешь. Гу Лоуинь едва заметно нахмурился, разглядывая сомнительное, по его мнению, угощение. Помедлив, он всё же вежливо откусил кусочек. Одно из поданных блюд называлось «Счастливая свинина». Чтобы оправдать название, повар украсил его забавной фигуркой поросёнка из карамелизированного сахара. У золотисто-коричневой фигурки был круглый животик и огромные уши — выглядело это на редкость мило. Сяо Юань задумчиво покрутил в руках сахарную фигурку. — Глядя на этого поросёнка, я невольно вспоминаю о своём несносном шиди, — медленно произнёс он. — Почему же? — отозвался Гу Лоуинь. — Когда мы были маленькими, Шицзунь как-то взял нас прогуляться по городу. На улице стоял старик, мастеривший фигурки из сахара. Мой шиди так заворожённо наблюдал за его работой, что замер у прилавка и наотрез отказался уходить. В то время у него как раз выпадали молочные зубы, он забавно шепелявил, и Шицзунь строго-настрого запретил ему сладости. Я тогда был юн и глуп: поддался на его жалобный взгляд и втайне от учителя купил ему маленького сахарного поросёнка. Сяо Юань лениво улыбнулся, но в глазах его не было веселья: — Кто же знал, что он схватит этот подарок и с силой швырнёт его на землю? Поросёнок разлетелся вдребезги, а шиди ещё и раздавил обломки ногами, яростно выкрикнув мне в лицо: «Кто просил тебя покупать это для меня?!». Я так испугался, что расплакался навзрыд — Шицзуню стоило больших трудов меня успокоить. Скажите, мастер Гу, разве мой шиди не сущий кошмар? Гу Лоуинь немного помолчал, обдумывая услышанное. — Дети бывают неразумны. Не стоит принимать это так близко к сердцу. Сяо Юань с хрустом откусил хвост сахарному поросёнку. — Мастер Гу, легко вам рассуждать со стороны, когда это не ваш сахар пострадал. Впрочем, оставим моего шиди в покое. Давайте лучше поговорим о вашем шисюне. Что он за человек? Ответ Гу Лоуиня был предельно краток: — Он очень достойный. Покончив с едой и чаем, Сяо Юань поинтересовался: — И как же мастер Гу намерен искать своего шисюна? — У мастера Сяо есть идеи на этот счёт? — вопросом на вопрос ответил тот. Мэн Чи лишь упомянул, что шисюн находится в Лулине, но город был достаточно велик, и искать здесь человека без точного адреса — всё равно что иголку в стоге сена. Сяо Юань отхлебнул чаю и задумчиво произнёс: — Дайте-ка подумать... Они сидели у окна на втором этаже, и Сяо Юань заметил, что на противоположной стороне улицы собралась толпа. Люди так активно что-то обсуждали, будто стали свидетелями невероятного зрелища. Когда подошёл официант, Сяо Юань поинтересовался, в чём причина суматохи. Официант, польщённый вниманием такого красавца, так и расцвёл в улыбке и выложил всё как на духу: — Отвечаю уважаемому гостю: там вывесили указ губернатора Лулина! Слыхано ли дело — в его особняке в последнее время творится сущая чертовщина. Дошло до того, что у губернатора не осталось иного выхода, кроме как искать по всему свету мастеров, способных изгнать злых духов. Тому, кто справится с напастью, обещано не только щедрое вознаграждение золотом, но и рука дочери губернатора в придачу! Скажите, уважаемый гость, разве это не подарок судьбы? — Прекрасно, просто чудесно, — усмехнулся Сяо Юань. — Похоже, с неба сегодня падают не только снежинки, но и будущие жёны. Сяо Юань наградил официанта парой монет и отпустил его восвояси. — Пойдём и посмотрим, — предложил Гу Лоуинь. Сяо Юань не упустил случая подколоть его: — Неужели мастер Гу всерьёз вознамерился стать зятем правителя Лулина? — Вовсе нет. — Значит, решили проявить милосердие и помочь людям? — Если мой шисюн в городе, он точно не станет сидеть сложа руки, узнав о такой беде, — пояснил Гу Лоуинь. — Если же его там нет, мы сможем попросить губернатора задействовать его связи и людей для поисков. Вторая часть фразы была именно тем, о чём подумал и сам Сяо Юань. Молодой господин Павильона Юньцзянь хоть и обладал холодным нравом, вовсе не был ограниченным праведником; напротив, он оказался весьма проницателен. Видя, что Сяо Юань медлит с ответом, Гу Лоуинь добавил: — Если мастер Сяо не желает идти, на этом наши пути разойдутся. — Ну уж нет, я иду с тобой, — поспешно отозвался тот. Когда они подошли к особняку губернатора, им даже не пришлось представляться. Стражники, едва взглянув на их облик и величественную осанку, решили, что перед ними сами небожители, спустившиеся в мир смертных. Один из них тут же бросился в дом с докладом, и вскоре губернатор Лулина лично выбежал их встречать. Правителю Лулина было на вид около сорока. Внешность его не внушала доверия: мутные слезящиеся глаза и слабая осанка выдавали в нём человека, погрязшего в излишествах и мирских желаниях. Дочь же его, напротив, была сущим очарованием: ясные глаза, белоснежная улыбка — настоящая красавица, подобная распустившемуся цветку. Губернатор принял Сяо Юаня и Гу Лоуиня как самых почётных гостей и велел дочери лично подать им чай. Расплывшись в подобострастной улыбке, он заговорил: — Господа Бессмертные, взгляните на мою младшую дочь... — Господин губернатор, — спокойно прервал его Гу Лоуинь, — если вам больше нечего добавить о достоинствах вашей дочери, пожалуйста, перейдите к делу. Расскажите, что именно произошло в особняке. Губернатор тяжело вздохнул: — Честно говоря, с конца прошлого месяца в особняке один за другим обнаружили три трупа. Смерть каждого была ужасающей. Один был сожжён дотла, лица других изуродованы до неузнаваемости чем-то острым... А последнего и вовсе разорвали на части, разбросав останки по всему поместью. Зловоние стояло невыносимое... — При этих словах лицо губернатора побледнело, а к горлу явно подкатил ком. Сяо Юань зацепился за странную деталь. Губернатор сказал «появились три трупа», а не «погибли три человека». — Вы установили личности убитых? — Мы пытались, но тщетно, — губернатор поёжился. — В моём особняке служат сто двадцать три человека, и все они целы и невредимы. — Вы наводили справки в городе? — спросил Гу Лоуинь. — Разумеется! Но никто не заявлял о пропаже. Власти не получали никаких вестей. Сяо Юань задумчиво прищурился: — Значит, убийца расправляется с жертвами где-то в другом месте, а тела намеренно подбрасывает вам? Зачем ему это? — Господа Бессмертные, в Лулине никто не осмелится пойти против меня, — губернатор понизил голос до шёпота. — Боюсь... боюсь, это дело рук нечистой силы. Сяо Юань повернулся к спутнику: — Мастер Гу, что скажете? — Нужно осмотреть место происшествия, — коротко ответил тот. Сяо Юань ободряюще улыбнулся правителю: — Не извольте беспокоиться. Раз уж мастер Гу взялся за это дело, он докопается до истины. Губернатор так и просиял: — Благодарю вас, мастера! Если вы не против, быть может, моя младшая дочь прислужит вам во время вашего пребывания здесь? Улыбка Сяо Юаня стала на несколько градусов холоднее: — Едва ли это уместно. Дочь благородного дома в роли прислуги? Нехорошо. — Неужели господин Бессмертный считает мою дочь дурнушкой? — Вовсе нет, просто... — Впрочем, верно, — засуетился губернатор. — Рядом с вами даже первая красавица Поднебесной покажется замарашкой. Но у меня есть ещё пять незамужних дочерей, они попроще... Может, почтенные мастера выберут кого-нибудь из них? — Он с надеждой уставился на Гу Лоуиня: — Что скажете, мастер? Улыбка Сяо Юаня окончательно погасла. — Господин, оставьте эти вульгарные фантазии. Неужели вы всерьёз полагаете, что пока я рядом, мастер Гу удостоит взглядом кого-то ещё? Гу Лоуинь: «...» Губернатор, казалось, был сражён наповал этим аргументом. — Д-да... Простите мою оплошность, — пролепетал он с трепетом. Сяо Юань по-дружески похлопал его по плечу: — Мы ценим ваше радушие. Оставьте дочерей в покое, лучше окажите нам одну небольшую услугу. Правитель Лулина торопливо утер пот со лба: — Прошу, господин Бессмертный, я весь во внимании. — Мы ищем человека, чьё имя... — Лин Улянь, — твердо произнес Гу Лоуинь. Чтобы понять, стоят ли за убийствами люди или нечисть, нужно было осмотреть останки. Все три тела перенесли в морг на окраине города. Время близилось к ночи. Сяо Юань предложил заночевать в особняке и отправиться в путь с рассветом, но Гу Лоуинь был полон решимости покончить с этим делом как можно скорее. — Мастер Гу, вы когда-нибудь читали народные сказки? — с сомнением спросил Сяо Юань. — В них ясно сказано: тех, кто шатается по моргам посреди ночи, не ждёт ничего хорошего. Я бы посоветовал вам не искушать судьбу. — Ты боишься? — Гу Лоуинь взглянул на него сверху вниз. — Есть немного... — признался Сяо Юань. — Тогда оставайся здесь. Сяо Юань уже открыл рот, чтобы продолжить уговоры, как вдруг ощутил знакомую пульсацию — Сяо Ду снова пытался выйти на связь через артефакт. Внезапно передумав, Сяо Юань кивнул: — Что ж, будь по-твоему. Ступай, а я подожду тебя здесь. Он рассудил, что с уровнем совершенствования Гу Лоуиня обычные призраки ему не ровня, так что за его безопасность можно не переживать. Как только силуэт Гу Лоуиня скрылся в темноте, Сяо Юань поспешил в гостевые покои, выставил слуг за дверь и извлек серьгу. — Господин? Послышался знакомый женский голос: — Мастер Сяо, это Мэн-гэ. То Мэн Чи, то Сяо Ду… Что там у них вообще происходит? — Достопочтенный Господь снова рядом с тобой? — шепотом спросил Сяо Юань. — Нет, Лорд ушёл практиковаться в фехтовании с Молодым господином и вернётся нескоро. Услышав, что Сяо Ду поблизости нет, Сяо Юань заметно расслабился: — Как удачно. Мне как раз нужно кое-что спросить у тебя, гэгэ. Ты уверен, что Линь Улянь скрывается именно в Лулине? Можно ли узнать его точное местоположение? — Кто такой этот Линь Улянь? — Шисюн Гу Лоуиня. — Ах, он… Да, я знаю, что он въехал в город, но после этого вестей не было. Мои люди всё ещё прочёсывают местность. — Понятно. Спасибо за труды, гэгэ. — Не за что, — отозвался Мэн Чи с легкой улыбкой. — Ну, и как продвигаются твои дела? — Всё идёт довольно гладко. — Я не ошибся в суждениях: Гу Лоуиня и впрямь выдающийся молодой человек. Талант, внешность — почти под стать тебе. Где он сейчас? — Отправился в покойницкую. Сяо Юань вкратце поведал Мэн Чи о чертовщине в губернаторском особняке. Но подробности об изуродованных трупах его не впечатлили. Вместо этого он отчитал Сяо Юаня за то, что тот отпустил спутника одного: — Ты что, совсем глупый? Почему не пошёл с ним? Это же лучший момент, чтобы завоевать его доверие! Ты вообще собираешься раздобыть противоядие от «Яда Пламени»? Сяо Юань на мгновение лишился дара речи. — Разве не ты искал меня, гэ-гэ? Неужели ты рискнул связаться со мной в отсутствие Господа только ради того, чтобы прочитать нотации? Тон Мэн Чи внезапно стал серьёзным: — Нет. Есть кое-что, о чём я обязан тебе сообщить. Господь строго-настрого запретил мне говорить об этом, но… — Говори, — Сяо Юань мгновенно подобрался. — В секту пришёл кое-кто из твоей прошлой школы, — вздохнул Мэн Чи. Сердце Сяо Юаня пропустило удар. В его школе было всего трое. — Наставник? — Нет. Твой шиди. Сяо Юань решил, что ослышался: — …Что? — Твой шиди явился без приглашения. Его Светлость принял его лишь из уважения к вашему наставнику, но кто же знал, что он пришёл предъявлять требования. — И чего же он хотел? — Тебя. — ?! — Он заявил Его Светлости: «Раз мой шисюн — не тот младший брат, которого ты ищешь, ты обязан вернуть его нам». Сяо Юань онемел от шока. Не в силах вымолвить ни слова, он лишь слушал продолжение рассказа Мэн Чи. — И что… что было потом? — О-о-о… — Мэн Чи невольно содрогнулся. — Почтенный Господь пришёл в ярость. Сяо Юань никогда не видел Сяо Ду в гневе. Когда-то тот притворялся его названным младшим братом — мягким, внимательным и послушным «гэгэ». Позже, когда маски были сброшены, Сяо Ду тоже не злился открыто — он просто велел запереть Сяо Юаня и перестал с ним видеться. Мысль о том, что Повелитель Демонов, обычно скрывающий эмоции за маской безразличия, так разъярился из-за его несносного шиди, не укладывалась в голове. — Господин велел твоему шиди немедленно убираться, — продолжал Мэн Чи. — Но тот не только не подчинился, но и посмел напасть. Его отбросило одним ударом ладони ещё до того, как он успел приблизиться к трону. В тот миг Господь был готов убить его на месте. К счастью, мне стоило огромных трудов его отговорить, и твой шиди остался жив. Но удар Почтенного Господа… он выжил, но наверняка получил тяжелейшие раны. — Благодарю тебя, Мэн-гэ, за то, что спас его, — серьёзно произнёс Сяо Юань. — Пустяки, — усмехнулся Мэн Чи. — Твой гэгэ питает слабость к красивым юношам. Я бы не вынес, если бы такой милашка, как твой шиди, расстался с жизнью. Но едва он умолк, как в ухе Сяо Юаня раздался леденящий душу голос Сяо Ду: — О чём это вы так увлечённо беседуете? Позвольте и мне послушать.