Body movin' with a hiss

– Вы снова деретесь? – Умути заглянул в комнату, оглядывая переполох. Все гнездо разворошили: подушки валяются по углам, некоторые лежат на полу, пледы скомканы и падают с соединенных кроватей, в воздухе витает приятный свежий аромат цитрусовых и мяты. – Мути-хён, мы не деремся! – рычит Хару, забираясь на бету и заламывая его руки над головой. Бета в ответ заливисто смеется, бьет альфу коленом и вырывается из ослабленной хватки. На всю комнату раздается агрессивный рык, а Умути закатывает глаза и делает глоток любимого виски. В их единственный выходной хотелось отдохнуть по максимуму, так что громкие крики из собственного гнезда немного нервировали Луну и он решил проследить за играми. Руи, не отрываясь на разговоры, завороженно следил за действиями альфы, чтобы вовремя от него увернуться: несмотря на рецессивность и самый низкий в их стае рост и вес, Хару был хорошо физически сложен и, придавив кого-то из участников, мог довольно долго его удерживать. Бета все выслеживал хаотичные действия альфы, пытаясь их предугадать и избежать прямого столкновения, из которого еще долго бы не смог выбраться. Феромоны мяты каждый раз возбужденно расцветали, когда Руи уворачивался от очередного нападения или как бы случайно царапал альфу клыками или когтями. Он выматывал его морально и физически, веселясь со злых рыков. – Ну, альфа, попробуй, – Руи удобно разлегся, показывая мнимую расслабленность, но все так же внимательно следил за всеми жестами Хару. Тот хищно сел на краю кровати, следя за всеми мелкими телодвижениями и застыл. Руи возбужденно присвистнул, когда вгляделся в глаза напротив. Зрачки Хару опасно расширились, он не отрываясь следил за бетой, его тело пронзило напряжение, а феромоны резко начали окутывать комнату, выдавая агрессию. Умути удобно расположился в компьютерном кресле напротив кровати. От телефона и вкусного коктейля в стакане его оторвали яркие феромоны, ударившие прямо в нос. Он напряженно посмотрел в гнездо, изучая, в опасности ли его участники. – Руи, осторожно! – Умути резко подорвался, чтобы схватить Хару, но не успел: бета уже был полностью прижат к кровати, альфа сжал его ноги своими бедрами, сдавил запястья и опасно приблизился к шее. Его десна начало жечь, а от интенсивного аромата мяты прямо под носом клыки начали чуть увеличиваться в размерах. – Хару, стоять! – Умути выпустил доминантные феромоны, оттягивая тело альфы от беззащитного Руи. Тот лежал на кровати почти без сил, немного ошарашеный интенсивностью действий. – Я не знал, что ты так умеешь, щенок, – бета разомлевше оглядел Хару, что сейчас пытался вырваться из крепкой хватки, – Я почти провалился... – Хару, перестань! – Умути вновь прикрикнул на альфу, кусая его за загривок. Тот тут же расслабился, падая в руки Луны и притираясь к ней. – И что это было, Руи? – Умути зло посмотрел вперед, хмурясь от напряжения, – Зачем ты его вывел? Делать нечего? – Мути-хён, он такой сильный... – бета все завороженно смотрел в одну точку, дрожа будто от холода. – Ты в порядке, бета? Иди сюда, – Умути подозвал его, принюхиваясь к аромату мяты. Руи вяло подполз к ноге Луны, поглядывая снизу-вверх, – Ты уверен, что не провалился, а? Умути нежно огладил лицо Руи, ощущая изменение в его состоянии. Дрожь и притупленные феромоны явно символизировали о том, что Руи все же оказался в бета-пространстве, или хотя бы одной ногой уже стоял там, надо было только подтолкнуть. Умути нервно выдохнул: отдых отменяется, теперь на нем два щенка, не совсем отдающие отчет своим действиям и почти полностью зависящие от него. – Хён, мне нужно позаботиться о Хару, да? – Руи с надеждой взглянул на Луну, оголяя шею. Это была не просто просьба, это была мольба, продиктованная сущностью беты. – Да, подержи альфу, пока я строю гнездо, – Руи тут же притянул к себе Хару, затягивая его центр кровати и начиная выпускать успокаивающие феромоны. Он мягко поглаживал волосы длинными ноготками, сжимал в объятиях и мурлыкал что-то на ухо альфе. Тот лишь прикрыл глаза, поддаваясь ласкам. Умути в это время поднял все подушки, подкладывая их под парочку, разглядил пледы и накрыл два тела в центре несколькими из них. Только когда щенки были полностью в безопасности и тишине, его сущность успокоилась и он смог вновь сесть на свой стул. Теперь им двоим нужно поспать, чтобы выйти из этого состояния, а Умути понаблюдает за тем, чтобы ничего критичного не произошло. Он некоторое время следит за воркующими младшими, а потом возвращается к телефону, ощущая спокойствие в феромонах в комнате. Хару нежно жмется к шее беты и трется о нее лицом, пытаясь избавиться от наваждения. Руи на это еще более умиленно прижимает его к себе, поглаживая по спине. Спустя пару минут бета практически погрузился в сон, ощущая мягкое тепло под боком. В окружении подушек и пледов своей стаи он наконец расслабился, отдыхая от утренней игры. Он уже прикрыл глаза, когда почувствовал что-то на шее... Хару что, решил его вылизать? Почему мокро? Руи аккуратно отстраняется от Хару, заглядывая в его глаза, и тут же хватает его за щеки, смахивая крупные слезинки. – Что случилось, Хару? – бета начал активно выпускать успокаивающие феромоны, обеспокоенно оглядывая лицо альфы. Тот все молча плакал, явно сдерживая всхлипы, отчего по всему телу проходила дрожь. Хару весь сжался, пряча лицо за руками и попытался отстраниться, но ему не позволили: Руи крепко его обнял, начиная ворковать вокруг альфы, говоря ему ободряющие и милые фразочки, которые могли бы его успокоить или развеселить. – Руи-хён, ты будешь моим? – Хару громко всхлипнул, закрывая рот рукой, чтобы не выдать еще больше звуков. Руи недоуменно на него посмотрел, а потом отвел руки от его лица, вглядываясь во влажные глаза. – Я итак твой, щенок? – бета нахмурился, пытаясь считать подтекст из слов альфы. Они находятся в одной стае уже год и точно не собираются ее покидать, поэтому Руи тревожно ищет причины такого вопроса на лице Хару. Тот лишь отводит взгляд, а потом его щеки предательски краснеют, и он зарывается в ближайшую подушку. Руи все пытается сложить шестеренки в голове, поглядывая то на альфу, то на Луну, что сейчас что-то вбивает в телефоне. – Что ты имеешь в виду, альфа? – Руи делает еще одну попытку, побуждая альфу вновь посмотреть на него с помощью толчка в плечо, – Объясни мне. Хару лишь с надеждой смотрит на него, а поняв, что до беты так и не дошел смысл его слов, глубоко вздыхает и отпускает себя: сильный цитрусовый запах наполняет комнату, начиная подавлять бету рядом. Тот разомлевше прикрывает глаза, любовно поглядывая на альфу. – У меня скоро гон, хён, - Хару смущается еще больше, к концу фразы переходя на шепот, а потом так серьезно смотрит в глаза бете, что тот как будто трезвеет. Он не ослышался? Нет, это нормально, что у Хару бывают гоны, даже очень хорошо, что это происходит регулярно, и все дела. Но почему он говорит это ему? Хару же не хочет... – Руи-хён, ты бы хотел провести со мной гон? – Хару с тревогой вглядывается в глаза беты, ощущает замешательство в феромонах и напряженно замирает, выжидая. Руи пару долгих секунд моргает в пустоту, потом смотрит на Хару и резко вспыхивает: его лицо жжет огнем от этого предложения, уши предательски краснеют, а во рту становится невероятно сухо. – Ты хочешь провести гон... со мной? – Руи еще раз неверяще переспрашивает, как будто отрицая такую возможность в принципе. У них в стае целых две омеги, одна из которых идеально подходит к Хару по динамике, а он выбрал... бету? Умути может идеально контролировать процесс, замечая все мелкие изменения в запахе или поведении. Он практически наизусть выучил Хару за то небольшое время, что они находятся вместе. Хён помогает Хару принять свой вторичный пол, утвердиться в динамике и контролировать альфу в себе. Он направляет его мягко, показывая нежность, которая только может быть в омеге. Так в каком месте тут оказался бета? – Да, – непоколебимый взгляд разрезает пространство, но тут же смягчается, а потом становится и разочарованным, – Если ты не хочешь, то так и скажи, хён. Хару вновь отводит взгляд и отстраняется, цитрус начинает горчить, и шум со стороны кресла намекает, что Луна уже учуяла это изменение и готова вмешаться, если будет нужно. – Нет-нет, я не против! Просто... – Руи прытается прикрыть смущение руками, а потом тихо произносит, – Почему я? Хару на это вопросительно вскидывает брови, а потом плавно приближается к лицу Руи, чтобы поцеловать. Бета вздравгивает от неожиданности и переводит руки на плечи альфы, сжимая их. Свежесть мяты разносится на всю комнату, и смущенный Руи отводит взгляд, когда Хару отстраняется и смотрит прямо на него. Альфа аккуратно берет бету за подбородок, заставляя смотреть на себя, а потом тихо шепчет ему прямо в губы: – Потому что я тебя люблю, Руи-хён. Со стороны слышится любовный рокот, и Руи еще больше краснеет, прижимаясь к шее альфы и вдыхая его защищающие феромоны. Тот подминает бету под себя, наваливается сверху и порыкивает пару раз, стремясь обезопасить. – Так ты согласен? – он еще раз шепчет на ухо бете, прижимая его всем телом к кровати. – Да! – Руи может лишь громко выдохнуть, когда ощущает жар альфы прямо над собой. Тот сжимает талию и вновь целует бету, нежно окутывая феромонами, наполенными счастьем и желанием.