the night is long but you are here

Когда Уилл, Майк, Джонатан, Нэнси и Оди добираются до конца леса и смотрят сквозь деревья на увитую плющом церковь, тишина, повисшая между ними с момента инцидента с пауками, кажется, становится в тысячу раз тяжелее. Первым заговорил Майк. – Кто-нибудь ещё начинает думать, что этот план может быть безумным? – шепчет он, вытягивая шею, чтобы посмотреть на каждого из них. – Даже для нас. – Если у тебя есть план получше, Майк, – говорит Нэнси, широко раскрыв глаза и протягивая руку, словно обращаясь к невидимой аудитории. Майк тяжело сглотнул. – Просто… а вдруг она… а вдруг… – Она еще жива, – перебивает Оди, и когда они смотрят на нее, она поправляет бандану, снимая ее с глаз. – Она не двигается, но она жива. – Вероятно, она в каком-то трансе, – говорит Джонатан. – Знаете, он хорошо умеет вводить в транс. – Хорошо, но что, если… – Майк, – твердо говорит Нэнси. – Ты видел, что Уилл там натворил. Он может постоять за себя, а если нет, мы будем рядом. В этом-то и весь смысл. Уилл не может не заметить, что Майк ничего не сказал о том, что беспокоится о нём. – Сейчас мы зря тратим время, – продолжает Нэнси. Она поворачивается к Уиллу. – Ты готов? – Да, – говорит Уилл. Его эмоции вернулись примерно наполовину в норму после того, как он сжег пауков, и он рад, что это только половина, иначе он почти уверен, что его голос и сердцебиение не были бы такими ровными. – Пошли, – говорит Нэнси. Она начинает двигаться вдоль линии деревьев к задней части церкви, где вход для духовенства находится вверху пандуса. Оди следует за ней, бросая Уиллу небольшую ободряющую улыбку, на которую он пытается ответить. Затем Джонатан тянет его за рукав и наклоняется ближе. – Я буду рядом, ладно? Он говорит это тем голосом, который он использует только для общения с Уиллом, тем, который не менялся с тех пор, как он себя помнит. Иногда этот голос раздражает Уилла, заставляет его чувствовать себя ребёнком, но сейчас он понимает, что, возможно, Джонатан использует его в своих интересах так же, как и в интересах Уилла, как будто роль старшего брата даёт ему силы бороться. – Да, – говорит Уилл. Он кивает Джонатану и ободряюще улыбается. – Удачи. Его брат сжимает его плечо, и Уилл рад видеть, что в его глазах читается решимость. Он направляется вслед за Оди и Нэнси. Майк же, напротив, по-прежнему не двигается. Уилл оглядывается через плечо и видит, как тот смотрит на него обеспокоенными глазами, кусает щеку изнутри и проводит руками по лямкам рюкзака. – Майк, – тихо, но настойчиво произносит Уилл. Он качает головой. – Это просто глупо. Нам не следует разделяться. – Раньше тебя устраивал этот план. – Да, это было до того, как мы сюда добрались, и я понял, что мы отправляем тебя одного и безоружного прямо в адскую пасть, – говорит он, поднимая брови в сторону церкви. В этот самый момент над ней вспыхивает зловещая красная молния. – Технически это дом Божий, – говорит Уилл. Взгляд Майка становится безразличным, и Уилл улыбается. Эта улыбка, кажется, хотя бы отчасти сглаживает морщины беспокойства на лице Майка. – И технически у меня есть оружие. Более того, взгляд Майка от этого потемнел еще сильнее. Кажется, что-то изменилось в нем с тех пор, как он полчаса назад назвал способности Уилла «крутыми», и Уилл не может не подозревать, что дело в том, как Уилл превратился в хладнокровного зомби во второй половине их прогулки. Майк буквально дрожит, кусает губу, словно обдумывая, что сказать. Уилл уже собирается прервать его, чтобы положить конец его мучениям, но Майк тут же произносит: – Уилл, пожалуйста, просто... – Он делает паузу. – Просто не позволяй ему тебя задеть. Уилл невольно задается вопросом, действительно ли Майк собирался сказать это до того, как начал колебаться, но теперь, когда он это сказал, в его памяти всплывают воспоминания об их пребывании в логове разума Векны, о том, как Векна издевался над ним и манипулировал им. Я хочу, чтобы ты рассказал ему, почему ты так расстроен. Я хочу видеть, как ты его теряешь. Но он его не потерял, правда? После всего этого, после того, как сбылись его худшие опасения, он его не потерял. Векна ошибался. Майк не понимает, что Уиллу безопаснее пройти через эти двери одному, потому что он не думает, что Векна сможет причинить ему еще какой-либо вред, если будет считать, что они остались одни. Если остальные в безопасности, то и Уилл тоже. – Всё будет хорошо, – говорит Уилл, и уверенность в его голосе удивляет даже его самого. Майк сглатывает. Он кивает. Затем снова открывает рот, но что-то со свистом проносится по воздуху и с лёгким хрустом бьёт его по виску. – Ой! – шипит Майк, морща нос и прижимая руку к виску. Он и Уилл осматривают пространство под его ногами в поисках оружия и замечают злополучную сосновую шишку. Затем они оба смотрят в сторону источника звука и видят Нэнси, Оди и Джонатана, ожидающих чуть дальше в лесу. Нэнси ловит взгляд Майка и беззвучно произносит: – Пойдём. – Она в тебя сейчас уже выстрелит, – замечает Уилл. – По-видимому. Боже мой, – говорит Майк, более энергично потирая висок. Затем он опускает руку и смотрит на Уилла, и Уилл видит, как тот снова смягчается, словно собирается начать очередную ободряющую речь. – Иди, – настаивает Уилл. – Скоро увидимся. Майк кивает, но слишком быстро и нервно, словно пытается убедить самого себя. Тем не менее, он направляется вслед за остальными, и, бросив последний взгляд на Уилла через плечо — взгляд, который, как ни странно, выглядит как сожаление, — уходит. Сигнал поступает менее чем через пять минут: три мигания фонарика в задней части церкви, означающие, что они успешно проникли через дверь для духовенства. Он ждет еще две минуты, давая им возможность занять свои позиции. Затем он делает глубокий вздох и выходит из леса. Он не собирается устраивать из этого целое представление, особенно когда остальные ждут в подвалах церкви, рискуя быть обнаруженными в любой момент. Он просто сделает это. Он переходит улицу, пересекает лужайку, поднимается по лестнице к ярко-красным двойным дверям. Он просто это сделает. В своих мыслях он говорит: «Я здесь», и надеется, что Векна его слышит. Затем он открывает двери. Внутри стены, пол и скамьи кишат вьющимися растениями, которые становятся все гуще по мере приближения к возвышению в задней части церкви. Там декоративные стены едва различимы, а вьющиеся растения, обвивающие две огромные колонны по обе стороны возвышения, свисают к центру, соединяясь с одинокой фигурой, парящей в воздухе. Векна. Генри. Один. Даже в синих тенях Изнанки Уилл видит, как тот изменился с тех пор, как в последний раз видел его в своем логове разума. Наиболее заметны выступы, похожие на кости, заточенные до острого кончика, защитно обвивающие его плечи и руки. Его кожа, кажется, утолщилась слоями, покрытыми веревкообразными рубцами, придавая ему объем в тех местах, где он когда-то был гладким и гибким. В целом, эффект такой же, как у рыцаря, обремененного кольчугой и доспехами, — только у доспехов Векны есть зубы. Уилл затаил дыхание, когда его взгляд остановился на Холли. Она стояла на коленях у его ног, склонив голову, словно в мольбе. Если она и слышала, как он вошел, то не показывала этого. Она была так неподвижна, что он подумал бы, будто она не дышит, если бы не подтверждение Оди, что она жива. У него переворачивается желудок, когда он видит небольшую лужицу крови у ее колен, но она находится достаточно далеко, чтобы не казаться ее собственной — не говоря уже о том, что это странная, маслянистая черная кровь, такая, какая вытекает из останков демонических существ. Затем он видит темный коридор в дальнем правом углу задней стены, где, как он знает, его друзья ждут, скрываясь из виду. Уилл останавливается в проходе между скамьями, делает глубокий вдох и снова говорит: Я здесь. Его голос зловеще разносится по пустой церкви. Холли не вздрагивает, но Векна, спустя мгновение, начинает медленно поднимать веки. Призрачно белые глаза опускаются на Уилла. Уилл смотрит прямо в ответ, неподвижно. – Я надеялся, что это ты, – наконец говорит Векна, его голос хриплый, как скрежет чего-то неприятного. Он оглядывает пустую церковь. – Где твои друзья? – Ты просил меня. Меня в обмен на Холли. – Уилл кивает подбородком в сторону её стоящей на коленях фигуры. – Так что можешь отпустить её. Векна на мгновение склоняет голову, глядя на Холли. – Она была очень полезна. Он начинает опускаться на землю, где парил в воздухе, и когда его ноги касаются помоста, лианы с влажным хлюпающим звуком втягиваются из его спины и обвиваются вокруг колонн. Векна выходит вперёд, поднимая руки, как Иисус на кресте. – Тебе нравится то, что она для меня сделала? Как далеко она продвинулась? Она начинала всего лишь с кроликов. Животные-жертвы… их так легко сломить. Но она, – говорит он, почти с нежностью глядя на Холли, – может превратить даже самые тяжелые раны в оружие. – Я могу сделать для тебя больше, – говорит Уилл. Он с трудом сдерживает желчь, прежде чем произнести следующую фразу. – Я… хочу сделать для тебя больше. Векна спускается с помоста к нему, опуская руки. Он движется с безмятежным видом человека, считающего себя непобедимым. На полпути к Уиллу, с блестящими глазами, Векна наклоняет голову и говорит: – Ты ждешь, что я поверю, будто ты изменил решение в мою пользу, и тем не менее, ты принес с собой собственное оружие. Едва слова слетели с его рта, как один из этих костлявых отростков выскочил из него так быстро, что Уилл вздрогнул, и устремился вглубь церкви. В одно мгновение Оди вырвали из тени коридора, новый отросток Векны обвился вокруг ее шеи. С криком он поднял ее в воздух, она дёргала ногами и пыталась руками отцепить три когтя, вцепившиеся ей в горло. Уилл инстинктивно рванул вперёд, но Векна вытянул свою скрюченную левую руку, и внезапно Уилла отбросило в сторону. Его живот сжался от страха, когда он полетел по воздуху. Его спина ударилась обо что-то, и у него перехватило дыхание от сокрушительной силы, настолько мощной, что он был уверен, что вот-вот пробьёт собой стену. – Забери её и уходи! – слышит он крик Нэнси, прежде чем раздаётся оглушительный выстрел. Тело Векны дёргается от попадания пули, и Нэнси выходит из тёмного коридора с дробовиком, направленным на голову Векны. Тем не менее, он не отпускает Уилла, и Уилл всё ещё слышит, как Оди задыхается у сводчатого потолка. Он поднимает глаза и видит, как одна из её рук протянута к Векне, но Векна лишь немного отходит по проходу, прежде чем Оди снова сильно кашляет, и её рука прижимается к горлу. Они учли тот факт, что Векна может понять, что Уилл не один, прежде чем им удастся вывезти Холли из здания, но именно здесь Оди должна была вступить в игру в качестве первой линии обороны. Никто не ожидал, что Векна сможет отращивать новые конечности, как этот чертов Доктор Осьминог, поэтому вот так их план начал рушиться. Пока он висел, прижавшись к стене, беззвучно задыхаясь от давки, Уилл увидел, как Джонатан и Майк, пригнувшись, выбежали из коридора к Холли. Майк упал на колени перед ней, схватив ее за лицо… Внезапный крик привлекает внимание Уилла, и он как раз вовремя видит, как Нэнси врезается в стену и падает на пол в конце скамьи, а её дробовик скользит по полу. Свободная рука Векны протянута к ней, а другая всё ещё удерживает Уилла на месте. – Нэнси! – кричит Джонатан. Затем он спрыгивает с помоста и мчится к ружью. Зная, что его брат ужасно стреляет, Уилл решает, что сейчас самое время что-то предпринять. В детстве самым приятным занятием Уилла с помощью цветных карандашей иногда было закрашивание пустого листа бумаги каракулями, пока все белое пространство не становилось полностью закрашенным. Это простое дело, которое он мог делать, едва достигнув годовалого возраста. И он может делать это сейчас, даже когда его давят насмерть о стену. Как он и предполагал, перед ним начинает материализоваться скопление черных частиц, образуя стену между ним и протянутой рукой Векны. Затем, внезапно, он падает. При ударе его тело сотрясает резкая боль, но он слишком занят тем, что жадно глотает воздух, чтобы обращать на это внимание. Подняв глаза, он с удивлением обнаруживает, что его стена всё ещё на месте: сплошная чёрная штуковина из неопределённого материала, защищающая его от сил Векны. В отличие от того, что он создавал в Хокинсе, стена остается на месте, и ему не нужно сознательно ее удерживать. Точно так же, как и все остальное в Изнанке. Джонатан, похоже, воспринял щитовую стену Уилла как возможность выстрелить, не рискуя попасть в него, потому что он снова услышал выстрел. Затем ему кажется, что он слышит, как Майк говорит: – Эй, придурок! – после чего раздается грохот и свист взрыва коктейля молотова. Уилл вскакивает на ноги и обходит стену, надеясь увидеть Векну, объятого пламенем, но вместо этого видит протянутую руку Векны, которая останавливает огонь, словно мощный порыв ветра. Майк прикрывает своим телом все еще стоящую на коленях Холли, его рюкзак открыт у ног, а глаза широко раскрыты, как блюдца, когда он наблюдает за огненной воронкой. Джонатан тоже смотрит на нее, широко раскрыв глаза и застыв на месте, его дробовик по-прежнему бесполезно направлен на цель. Векна пользуется их шоком. Пока он пытается потушить огонь, используя свои силы, из его спины вырастают ещё две конечности. Они толщиной с руки Уилла и увенчаны множеством острых, похожих на кости выступов. – Осторожно! – бесполезно кричит Уилл, даже не успев выговорить слова, как Джонатана и Майка хватают за шеи и поднимают в воздух. Уилл с ужасом следит за ними, когда их поднимают почти до потолка. Затем он замечает Оди, которая все еще висит там. Но она замерла и молчала, с колючек вокруг ее шеи капала кровь. – Нет! – вырывается откуда-то из глубины Уилла рыдание. Даже остаточное онемение от строительства стены не может удержать его сердце от разрыва при виде сестры… Его мертвой…? Его умершей сестры? – Нет, – снова стонет он, и на этот раз смотрит на брата, на лучшего друга (любовь всей его жизни, о, чёрт, о, чёрт, о, чёрт), на них обоих, которые бьются ногами, борются и задыхаются, царапая путы на шее. Ужас сковывает его кости, и он спотыкается, ноги чуть не подкашиваются. Он оглядывается на Нэнси, но она всё ещё лежит без сознания на земле. Он смотрит на Холли, которая всё ещё стоит на коленях. Он смотрит на Векну, который наконец-то погасил огонь, и воздух вокруг них обоих замер. И тут, за головой Векны, он видит колонну. Одну из двух толстых колонн по обе стороны от помоста, поддерживающих фасад церкви. В его голове вспыхивает идея. – Ты мог прийти с чистым сердцем, – говорит Векна, медленно поворачиваясь к Уиллу. Если ему и было тяжело удерживать троих человек позади себя, он этого не показывал. – Но ты предпочел обмануть меня. И теперь ты будешь смотреть, как они умирают. Нет. Нет, он этого не сделает. Уилл хочет закрыть глаза, чтобы как следует представить себе свое новое творение, но он не хочет раскрывать, что именно он делает, на случай, если Векна снова решит швырнуть его об стену. Его пальцы скользят по ладони, расположенной сбоку. – Я обманывал не тебя, – говорит Уилл, и ему легко удается говорить ровным голосом, когда энергия снова разливается по его венам. Он кивает подбородком в сторону друзей. – Это были они. Векна, кажется, напрягся от интереса, но его глаза подозрительно сузились. – Я хотел, чтобы они исчезли, – продолжает Уилл. Он на мгновение стискивает зубы, наблюдая, как его творение начинает разворачиваться за Векной, черные частицы, закручиваясь, занимают свои места. – В лесу… я так сильно хотел, чтобы они исчезли, что, кажется, он послал пауков мне на помощь». – Он? Уилл поднимает взгляд к потолку, словно указывая на гигантского теневого паука, нависающего над церковью. – Он. Векна качает головой. – Ты ошибаешься. Я его хозяин. Он не будет действовать без моих приказов. – Значит, это ты послал пауков? – спрашивает Уилл, продолжая тянуть время и впиваясь пальцами в ладони. Глаза Векны сверкают. Он выглядит… почти растерянным. Но Уилл не успевает обдумать это, как раздается оглушительный грохот и треск ломающегося дерева, когда частицы творения Уилла затвердевают, превращаясь в известняк. Три колонны, идентичные тем, что стоят перед церковью, возвышаются под Оди, Майком и Джонатаном, раздавливая скамьи под собой. Векна резко поворачивается как раз вовремя, чтобы увидеть, как ноги Майка и Джонатана касаются каменных вершин колонн. Они ахают, когда с их шеек снимается тяжесть, но Оди все еще частично висит, не в силах удержаться на ногах, находясь без сознания. Силы Уилла лишили его всякого облегчения, которое он мог бы почувствовать при звуке дыхания Майка и Джонатана. Быстрым, точным движением пальцев он делает колонну Оди выше, пока её ноги не подгибаются, и она не наклоняется на бок, свесив руку с края. Майк смотрит на неё со своей колонны, на его лице смесь паники и благоговения. Векна неподвижно наблюдает за происходящим. Уилл же остается начеку, прекрасно понимая, что их облегчение лишь временное, и Векна может в любой момент снова их остановить. Он только начал придумывать способы отломать новые конечности Векны, как, к его удивлению, Векна отпускает все три. Щупальца с шипами на концах втягиваются обратно в плоть его спины с отвратительным хлюпаньем, и Майк и Джонатан, цепляясь руками и ногами за свои столбы, падают на четвереньки, из их шей течет кровь. – Ты очень умный, – говорит Векна. Он медленно поворачивается к Уиллу, и в его глазах читается почти грусть. – Ты всегда производил на меня впечатление. Векна протягивает к нему свою скрюченную левую руку, и Уилл готовится к его прикосновению, к ощущению того, как его ноготь скользит по его лицу, вызывая тошнотворную имитацию привязанности. – И это еще более прискорбно, – говорит он, – ведь я не могу тебе доверять. Векна резко взмахнул запястьем, его длинный, острый коготь коснулся головы Уилла, и тот ахнул, когда его голову резко откинули назад, а глаза устремились в потолок. Под этим углом он не видел Майка или Джонатана, но слышал, как они оба что-то кричали — может быть, «нет», может быть, «стоп», может быть, его имя. В любом случае, оттуда они ему ничем не помогут. В состоянии эйфории после обретения сверхспособностей он размышляет о том, как ему следовало бы построить им лестницы. Уилл снова слышит этот хлюпающий звук, когда новые конечности Векны вытягиваются из его спины. Все еще не в силах пошевелить головой, он слышит лишь тихие вздохи, которые подсказывают ему, что он делает то же самое с Майком и Джонатаном позади себя. – Возможно, пришло время, – говорит Векна, – показать твоим друзьям, почему они тоже не могут тебе доверять.