Лазуритовый отблеск

- Тащи, тащи, - прохрипел голос старого придворного, а за ним посыпалсся рой ругательств другого не менее неприятного сорванного голоса.       Старики вытягивали рыболовную сеть с крупным уловом, вовсе не похожим на рыбу или других морских обитателей.       Принц стоял неподалёку. Ему хотелось бы помочь своей прислуге, но прошлая попытка провалилась, ведь "его сиятельство не должно марать руки в вонючем море".       Лодку качало из стороны в сторону. Когда мужчины наконец перевалили свой улов на берег, лодка перевернулась с громким характерным стуком. Казалось, это могло услышать всё королевство. Однако органная музыка из открытых окон замка напрочь заглушала любые внешние звуки.       Ночная прогулка до берега была намного приятнее бала, где все гости притворялись радушными, а хозяева - то есть родители принца - казались добродушными, принимая всё новых и новых людей, хотя всё следующее утро будут жаловаться на "непристойное" поведение гостей в их величественном замке.       Встреча с придворными вышла совершенно случайной. Как рассказали старики, король попросил их выловить побольше рыбы для торжественного мероприятия - дня рождения принца. Он был уже завтра, а веселье длится уже с сегодняшнего вечера - так было заведено в королевстве Мариленд - вечером перед праздником устраивать бал и проводить его всю ночь, а на следующий день устраивать пышный пир. Немного странная традиция, но ей следуют уже сотни лет, и ни один король не смел ей противоречить.       Но в сетке была явно не рыба. Было что-то одно крупное. Оно извивалось и как будто било большим хвостом... - Ваше сиятельство, Вам следует поспешить на бал, скоро полночь, - сказал один из прислуги.       Принц прислушался к шуму из замка. Басистый голос отца объявлял, что через минуту, когда наступит полночь, гости увидят уже не маленького принца, а настоящего наследника престола.       И принц побежал со всех ног. Он проскочил мимо засыпавшей охраны у чёрного входа, через который он сбежал. Полы плаща зацепились за копьё, и оно со звонким стуком упало, разбудив охранника. Мужчина лет 40 с лишним, толстый и небритый, вздрогнул, схватился за меч и грозно спросил: – Кто здесь? – Извините, очень спешу, – пролепетал в ответ принц и без оглядки продолжил свой путь.       Чёрные лакированные туфли звучно отбивали дробь. На каменных стенах, окружавших высокую витиеватую лестницу, ещё не до конца были стёрты рисунки, сделанные принцом в детстве. На них были изображены молодые мужчины, которые находились слишком близко друг к другу, чтобы списать это на дружеские отношения. Когда эти «произведения искусств» были замечены впервые, королева, конечно же, пыталась доказать, что это не что иное, как проявление дружеских взаимоотношений, защищая маленького принца от сурового наказания отца, который в тот момент был разъярён до такой степени, что всё его лицо покраснело от злости.       Хоть времени у принца было мало, он всё же бросил презрительный взгляд на свои рисунки, за которые он всё же получил жестокое наказание, и устремился вверх по лестнице.       По мере приближения к зале голос отца становился всё громче и громче. Он говорит чётко, так что каждое слово можно было понять. – А сейчас, – пробасил отец, – попрошу минуточку внимания, – и вмиг весь шум гостей утих, на секунду стало так тихо, что было слышно, как извивалось пламя в факелах, – С сегодняшнего дня мой сын, Элиан Грейт, будет иметь полное право занять моё место на престоле, – и, понизив голос, добавил, – естественно, после свадьбы. Но тем не менее, в моих глазах он уже будущий король Мариленда! – толпа радостно прокричала, а когда голоса утихли, речь отца продолжилась. – Попрошу его выйти к нам и принять наши поздравления.       Двери распахнулись. При виде по меньшей мере сотни человек принц застыл на месте. Будто в тумане он сделал один шаг вперёд. Толпа ревела. Красавицы в пышных платьях стали активнее махать веерами, желая обратить на себя больше внимания. Но принц ничего не видел, кроме общей картины, кроме множества людей, похожих друг на друга. Их голоса сливались в единый, но шум в ушах заглушал их. Отец снова что-то начал говорить, но теперь его слова превратились в один нечленораздельный комок звуков, которые не имели никакого смысла. Всё это не имело никакого смысла. Ни бал, ни пышные наряды, ни праздник – ничего. Принцу хотелось сбежать. Он сглотнул и снова ступил, выходя в свет. Он надел на своё лицо ту же притворную улыбку, что искрилась и на устах всех этих бессмысленных людей, и двинулся прямо. Впереди ждала безумная ночь танцев, поклонов, лести, и всё это было так бессмысленно... – А теперь, дамы и господа, – пропел король, – танцы!       И толпа двинулась. Молодые, а некоторые и не очень, люди подходили к дамам, кланялись и приглашали на танец. Принц стоял, как вкопанный. – Ну же, – прошептал рядом стоявший отец, – пригласи вот ту даму в лазурном платье. Она из Нотерленда – очень богатого королевства.       Когда король указал взглядом на девушку, она тут же засмущалась и раскрыла свой веер, закрыв им половину лицо. На её маленькие ручки были надеты тонкие перчатки. Казалось, их слегка потянешь, и они тут же порвутся. И сама дама выглядела хрупкой, как льдинка в первые дни мороза. – Меня не интересуют деньги, – равнодушно промолвил Элиан.       Его взгляд был больше устремлён на мужчин. Он искал среди них того, кого сердце ещё не в силах забыть. С тех пор, когда их раскрыли, принца Амира и всю его семью не допускали в Мариленд под угрозой повторения того инцидента. – Ну что ж, – ответил мужчина огорчённо, но всё так же величественно, как полагалось королю, – тогда что насчёт принцессы Софии? – и указал на девушку в нежно-розовом платье, в ушах которой блистали золотые серьги. Она стояла вместе с подругами и мило посмеивалась с их шуток. – Говорят, она добрейшая из всех ныне живущих дам.       Элиан вздохнул. У него не было выбора, нужно обязательно выбрать себе пассию для танцев, чтобы удовлетворить старческие хотелки отца. И раз уж на то пошло, то София была не самым худшиим вариантом.       Принц подошёл к девушке. Она мигом отвлеклась от разговора с подругами. На щеках появился лёгкий румянец, а в глазах блестнула искорка. София застенчиво протянула ладонь Элиану и поплыла вместе с ним в танец.

***

      Наконец, ночь подошла к концу. Трудно вспомнить все детали этого бала. С кем только не танцевал принц! И с «добрейшей» Софией, которая уже сотни раз из-за своей доброты глухо плакала по ночам, и с гордой и мужественной Дианой, которая скорее была самолюбива, чем храбра, и с веселушкой Жанной, которая ослепляла своей вечной улыбкой и оглушала тоненьким смехом, да и ещё много с кем. И ни одна ему не подходила. Каждая была одета так изящно, неповторимо, что ни один образ в итоге не запомнился Элиану.       Было около четырёх утра, когда принц вернулся в свои покои. Он упал на кровать. Единственное его желание было поскорее уснуть. Фрак душил, а ноги ломились после стольких часов, проведённых в движении.       Найдя в себе силы растегнуть хотя бы несколько пуговиц рубашки, Элиан прислушался к тишине. Точнее к звукам, издававшимся в тишине. От дикой усталости принц даже не сразу заметил незнакомый шум. Как будто что-то барахталось в воде. Осознав, что такие звуки не могли принадлежать маленьким тропическим рыбкам, Элиан подскочил и тут же поморщился от кольнувшей ноги боли.       Парень достал спичку из комода у кровати и зажёг свечу. Света было недостаточно, чтобы в кромешной тьме разглядеть, что же издавало подобные звуки в огромном аквариуме. Элиан подошёл ближе. Он заметил, как что-то крупное, размером с человека, проплыло в стеклянной коробке. Принц подошёл к аквариуму вплотную и постарался разглядеть, что же там твориться. В этот же самый момент к его лицу приблизилось что-то необычное, и от внезапности Элиан попятился назад, чуть не упав и не выронив свечу. «Что это, чёрт возьми?» – пронеслась мысль в голове у принца.       Тёмный силуэт плавал в тесном для таких размеров аквариуме. Чётко выделялся длинный хвост, который отдавал лазуритным блеском от бледного света свечи. Туловище точь-в-точь было человеческим. Кроме ушей. С расстоянии и в темноте тяжело было разглядеть, но у них точно была модифицированная форма. – Нет, мне это уже привиделось, – в ужасе произнёс Элиан, – мне нужно просто поспать, и тогда всё будет в порядке.       Принц стянул с себя одежду, которая так сдавливала всё тело, лёг в кровать и затушил свечу.