After the Silence

Поезд, издав пронзительный свист, увозил учеников на рождественские каникулы. Проводив его взглядом, до того как остался лишь дым на горизонте, я повернулась к замку. Сегодня я впервые вернусь в родительский дом и… Меня это тревожило. В тот визит я задержалась на три дня. Это было прекрасное время воссоединения, но… Было больно осознавать, что именно я была причиной разрыва. Это была моя глупость, моя… Покачав головой, я направилась в личные покои и сложив необходимые вещи в портфель, направилась к границам щитов замка. Сделав глубокий вдох, я четко представила себе место и аппарировала. Кроули встретил меня заснеженными улицами. Дороги были ухожены, а многие дома украшены рождественскими украшениями. Дом родителей был исключением, но это и не удивительно — они вернулись только вчера. Подходя ближе, на меня навалились воспоминания из детства. Я же была счастлива здесь, так как же я могла принять столь глупое, опрометчивое решение не возвращать память родителям? Что именно стало причиной? Я часто задавала себе этот вопрос в этом году. Задавала, но не находила ответа. Тогда мне казалось, что поступила правильно. Что родители никогда не смогут меня понять. Что я… — И долго ты собираешься сверлить взглядом дверь, дорогая? — я и не заметила как мама открыла входную дверь. — Заходи скорее, холодно. Я невольно улыбнулась и ступила за порог. Дом совсем не изменился. Те же крючки на входе, тот же столик для ключей в прихожей. Та же фоторамка… На которой я снова появилась в окружении семьи. Но была и еще одна. — Насмотришься еще. Сбрось пальто и проходи. У нас готов глинтвейн, да елку еще нужно будет нарядить, поможешь? — Конечно, мам. — покачав головой чтобы отвести взгляд от фото, заверила я. На фото были мои родители, Оливер и Он. Гарри стоял там, где должна была бы стоять я, перед родителями и рядом с Оли. Это болезненно было осознавать. И, что показалось мне более важным — он улыбался. Это меня смутило еще больше. — Кто там, мам? — послышался голос Оливера из гостиной. — Это… — Твоя сестра пришла. — Гермиона! — радостный голос брата приближался с каждым слогом и на последнем он врезался в мои ноги. — Ты празднуешь с нами Рождество? Ты не уйдешь? В его карих глазах был радостный блеск, а улыбка была столь заразительной, что я не смогла удержать серьезного лица и улыбнулась в ответ. — Конечно, малыш. — сев на корточки я заключила его в объятия. — У меня, как и у тебя каникулы. Так что я останусь до тех пор, пока не погонят. Я невольно запнулась на последнем слове, понимая, что было бы правильно выгнать меня за все то что я сделала с этой семьей. — Я не маленький! — возмутился парень вырываясь из объятий. — Мне уже почти 12. — он достал волшебную палочку из рукава и указал ей на стол. — Вингардиум Левиоса. Стакан, наполненный темной жидкостью поплыл по воздуху и остановился возле моего лица. Я с удивлением смотрела на магию в исполнении брата и машинально протянула руку, чтобы принять стакан. — Оливер Грейнджер. Сколько можно тебе повторять! Магия не решение всех вопросов. — грозно сказала мама, постукивая ногой по деревянному полу. — Прости мам. — он опустил голову. — Я просто… — Хотел похвастаться. Я понимаю, милый, понимаю. Просто помни, что я тебе говорила. — Извини. Он тут же положил палочку обратно.. в скрытый карман, видимо и вернулся к столу, повернувшись к телевизору. — А как же ограничение магии… — запнулась я, вспомнив о законе. Мама пренебрежительно махнула рукой. — Действует только на палочки купленные в Британии. — Откуда?… — начала я поднимаясь и тут же осеклась. — Гарри, да? Мать лишь кивнула и направилась на кухню. Замешкавшись, всего на пару мгновений, я последовала за ней. Проходя мимо, я, по странному наитию, потрепала Оли по голове. Он возмущенно отмахнулся, но я увидела как на его лице появилась очаровательная улыбка. — Как у тебя дела? — не оборачиваясь от плиты, спросила мама. — Все хор… нормально. А вы как? Где отец? — мне все никак не удавалось принять новую норму. — Поехал за елкой, конечно. — с улыбкой ответила мама, выглядывая в окно. — Как Оли в школе? — поинтересовалась я. — У него и спроси. — ответила мать и я уж подумала, что это укор, но по мягкой улыбке поняла обратное. — Но если тебе нужно мое мнение — он в восторге. Помогает то, что он каждый вечер дома. — Действительно? — с любопытством спросила я. — Я не знала, что Тасмания школа такого типа. — По требованию, вообще-то. Большинство детей остаются в кампусе на неделю и возвращаются по выходным. — Интересное решение. — прокрутив его в голове чтобы адаптировать к Хогвартсу и разочарованно покачала головой. — Хогвартс так не сработает. — Знаю. Гарри нам это уже объяснил. При упоминании Гарри, у меня все внутри сжалось. В этот раз от ревности. И хуже всего — я понимаю, что сама виновата в этом. Меня отвлек шум из прихожей. — Я вернулся. И посмотрите кого привела кошка! — громкий голос отца звучал бодро и радостно. Мама вытерла руки о фартук и мы направились к двери. — Дядя Гарри! — послышался крик Оли, которого и след простыл в гостиной. — Ты пришел! — Конечно, малыш. Я же обещал. Этот голос заставил меня застыть на месте. Что он здесь?.. Нет, это очевидно. Он был гораздо ближе к моей семье последние годы. Друг семьи, подсказала мне память. Пока я застыла в гостиную зашёл отец, а следом за ним Гарри, у которого на руках был Оливер. Но, что привлекло мое внимание — улыбка. Яркая, теплая улыбка была на его лице. Это не была учтивая, дежурная улыбка, нет. Это была та самая улыбка, которую я помнила. — Привет, дорогая. — поздоровался отец и заключил меня в короткие объятия. — Рад тебя видеть. — Я тоже, пап. Я тоже. — ответила я, наконец взяв себя в руки. Я наблюдала как Гарри, отпустив Оли на пол, обнимал маму. Они о чем-то тихо перешептывались и он улыбнулся. Когда они разошлись, он вошел в гостиную, а следом за ним летела красивая сосенка. — Мам, ты же говорила… — указал Оливер на парящую лесную красавицу. — Гарри взрослый, дорогой. И это не чашка с напитком. — Лаадно. — сдался мальчик и я невольно улыбнулась. — Как в прошлом году, Эм? Или ты решила сменить угол? — послышался голос Гарри. В нем не было того холода, что раньше. Он говорил с нескрываемым весельем, что разительно отличалось от его прежнего поведения. И к моему удивлению, мать ничуть этому не удивилась. — Мы меняли угол всего раз, Гарри. Ты будешь вечно это упоминать? — Конечно. Ты же знаешь, как я отношусь ко всей этой феншуйной чуши. Я не понимала о чем они говорят, но осознавала, что за такое время у них появятся новые традиции и шутки. Гарри, словно и не заметив меня, устанавливал елку в углу комнаты, сотворив подставку у основания. — Вот так. — он похлопал руками и обернулся. — О. Добрый день, Гермиона. В его голосе не было того же холода, но и тепла, проявленного к матери не было. Он словно говорил о погоде. В то же время я наконец смогла его разглядеть. Те вещи, те детали которые не сходились — встали на свои места. Глаза были скрыты за аккуратными, прямоугольными линзами очков. Эти пронзительные, зеленые глаза, цвета молодой травы. В то время, как я разглядывала его, он смотрел на меня и на короткое мгновение мне показалось, что в его глазах промелькнуло какое-то разочарование, но, как быстро появится, так мгновенно оно и исчезло. — Привет, Гарри. — сглотнув комок в горле поприветствовала я. — С Рождеством. — Ну это завтра. — быстро отмахнулся он и повернулся к столу. — Ох. Ты уже сделала свой знаменитый глинтвейн, Эм? Надеюсь в этом году никакого рома? — Неа. — расслабившись на диване ответил отец и я с подозрением посмотрела на него. — Что? Это показалась хорошей идеей. — Ага. — Гарри прошел мимо меня, не коснувшись, но и не огибая намеренно и сел в кресло, притянув к себе стакан. — До тех пор пока Оли не уснул от него под столом. Не стоило говорить ему, что это «взрослый глинтвейн». Ты же уже такой взрослый, да, малыш? Он потрепал Оливера по волосам, еще больше спутывая короткие волосы. Все дружно рассмеялись и я почувствовала себя лишней на этом празднике жизни. Наконец, вспомнив о своем собственном стакане, который использовала как грелку для рук, я отхлебнула. Пряный вкус специй, апельсин, гранат и запах корицы преобладали и согревали меня изнутри. Я подошла ко второму креслу и заняла свое место, напротив Гарри. Окклюменция, как же. Осознание ударило с новой силой. Он ни от кого не скрывался, просто… Мальчик которого я знала повзрослел и изменился… Эх. Это будет долгое Рождество.