Новый год в «Храни моё сердце»

Утро 1 января. Тишина. Не только бархатная от усталости, но и чуть чуть звонкая от пустоты. Первые лучи зимнего солнца заглядывали в окна, подсвечивая не только мирный хаос после праздника, но и три аккуратно стоящих у двери чемодана. Собраться рано утром первого января было безумием, но так решили они. Ворон, Рейн и Восток, те, кто приезжал в этот большой дом только на праздники, как яркие кометы. Их учёба, работа, жизнь были далеко и ришла пора возвращаться. Но перед этим «посидеть на дорожку», так сказала Санчез, и голос её дрогнул. И вот они все, помятые, невыспавшиеся, но уже не сонные, собрались на кухне в последний раз в таком составе. Стол был заставлен вчерашними пирогами, кофе, чаем и.. странным ассортиментом из холодильника, которое Санчез назвала «дорожным пайком». Было тихо, неловко. Чудик пытался улыбаться, но глаза его были красными. Миллвет уже раз пять всхлипнула в рукав свитера Элио. Даже Инсин молчал, уставившись в свою кружку, его обычная строгость растаяла, оставив только усталую грусть. - Ну что, - наконец нарушила тишину Ворон, пытаясь говорить бодро. - Ёлку мы вам, можно сказать, с боем собрали, теперь поддерживайте марку. - С чёрно золотой гаммой я ещё поборюсь в следующем году, - с слабой, но искренней улыбкой сказала Имя, глядя на Рейн. - Борись, - хмыкнула Рейн, и её обычный сарказм звучал теперь тепло. Восток, всегда такой общительный, сейчас просто молча обнял за плечи Жана и Кэйла, стоявших рядом. Заплакала первой Чапа. Потом Виллоу. Потом уже никто не сдерживался. Обнимались все со всеми, смешивая слёзы со смехом, давая глупые напутствия, обещая писать каждый день. - Вы всегда будете нашей новогодней бригадой, - сказала Санчез, обнимая каждого из уезжающих так крепко, будто хотела запомнить этот момент на ощупь. - Места ваши тут никто не займёт, ждём в гости, хоть на выходные. Чемоданы поставили в такси. Последние взмахи рук из окон. Дверь закрылась. В доме снова стало тихо, пусто, но не навсегда. Корвет громко высморкался. - Ладно.. кто помогает доедать «дорожный паек»? А то пропадёт же. - Я, - сразу отозвался Чудик, вытирая лицо. - Надо же силы восстанавливать. Они снова собрались на кухне, уже другим, чуть уменьшившимся составом. Солнце светило ярче, ёлка в зале, немного потрёпанная, но сияющая, стояла как обещание. Обещание того, что этот дом останется местом, куда можно вернуться, что расставание это не конец истории, а просто точка, после которой абзац. И пока они молча делили пирог, каждый про себя думал, что это был не просто самый тёплый и весёлый праздник, это была самая настоящая семья. Та, которую не выбирают, а которой становятся, и расстояния для неё не помеха. Они потянулись обратно на кухню, и тут Имя, протирая глаза, наступила на что-то мягкое. Она наклонилась и подняла пёстрый, смешной носок в виде морды лисы. - Это.. чьё? Все обернулись. Санчез вздохнула, но в этом вздохе вдруг пробилась знакомая всем тёплая нота. - Вороний, она их всегда теряет. - Санчез взяла носок и повесила его на край стула у входной двери, место, где его было хорошо видно. - Ну что ж.. Значит, так надо.