Новый год в «Храни моё сердце»

Шок длился ровно до этого момента. - Элио! - первым очнулся Чудик, который прибежал из кухни следом. Он, не раздумывая, начал растаскивать пластиковые ветви. - Держись, мы тебя вытащим! Его движение сработало как спусковой крючок, замёрзшая картина пришла в стремительное, шумное движение. - Осторожно с гирляндами, там могут быть оголённые провода! - крикнула Шейли. - Жан, отключи всё от розетки! Жан, не задавая вопросов, пополз к удлинителю. Восток и Ворон бросились к Элио, чтобы помочь Чудику. Имя, отбросив шок, опустилась на колени и начала аккуратно, словно археолог, извлекать из под обломков уцелевшие, особенно дорогие ей шары. Рейн и Квинси без слов встали по разные стороны ствола ели и по команде «раз два!» приподняли его, чтобы остальные могли вытащить Элио. - Всё цело? - озабоченно спросила, подбежав, Санчез, уже доставая из кармана телефон, чтобы в случае чего вызвать скорую. - Всё.. вроде цело, - отозвалась Элио, которую уже вытащили и усадили на банкетку, она была перепачкана свёклой и опилками, но смотрела на разруху с таким виноватым ужасом, что даже ругать её было невозможно. - Простите.. - Потом, - коротко сказала Санчез, но похлопала её по плечу. - Сначала разгребём. Инсин, услышав грохот и последовавшую за ним суматоху, появился в дверях зала, его взгляд скользнул по овощному месиву на полу, по груде игрушек, по перепачканной мишуре. На его лице отразилась настоящая, почти физическая боль, но он снял свой идеально чистый фартук, повесил его на ручку двери и подошёл к ёлке. - Каркас не поврежден, - констатировал он, осмотрев основание. - Необходимо закрепить основание надёжнее, прежде чем поднимать. Кэйл, Дориан, поддержите с этой стороны. Все замерли на секунду, услышав, как Инсин не только действует, но и координирует действия, потом Кэйл и Дориан молча встали, куда он указал. Работа закипела. Корвет и Хаос собрали рассыпанные овощи в уцелевший таз, Чапа и Виллоу аккуратно складывали уцелевшие игрушки, в том числе и те, что прислали пользователи, которые все, к счастью, оказались прочными и не разбились. Фушигуро и Тартар занимались гирляндами, Шейли молча подметала осколки. Не было больше групп, была одна команда. Все разногласия, споры о цвете и правильности оливье растворились в общей, срочной задаче, спасти праздник. Даже Миллвет, хлопая Элио по спине, принесла ей стакан воды. Через сорок минут елка снова стояла на своём месте, чуть потрёпанная, но гордая. Игрушки висели уже не по концепции, а как получится, чёрный шар рядом с голубым, самодельная игрушка от пользователя рядом с магазинной шишкой, и это выглядело по домашнему, по настоящему. К полуночи в доме наконец воцарился тот самый, выстраданный уют. Ёлка, пережившая крушение и воскрешение, сияла в углу пёстрым, лишённым всякой концепции, но оттого невероятно живым светом, запах хвои смешивался с ароматами готовой еды, доносящимися с кухни. Стол, накрытый в большой гостиной, ломился. Тут было всё, и традиционное оливье в нескольких вариантах, и селёдка под шубой, и запечённая курица с хрустящей кожицей, и та самая говядина, и даже шашлык, который Восток и Корвет всё таки уговорили кого то из ребят быстренько замариновать и пожарить во дворе на переносном мангале, под бдительным оком Санчез, разумеется. Первой, к всеобщему удивлению, опустела не большая миска с ассорти, а скромная салатница Инсина с его эталонным, идеально нарезанным оливье с курицей. К нему потянулись сначала из любопытства, «Инсин же старался!», а потом и за добавкой, потому что получилось действительно невероятно вкусно, сбалансированно, нежно, точно. Инсин, наблюдая за этим, стоял в стороне, но в его обычно строгих глазах светилось глубокое, молчаливое удовлетворение, когда кто то протянул руку к его салатнице в третий раз и зачерпнул лишь несколько горошин со дна, он даже не сдвинул бровью. - А в этом, знаете, есть какая то хитрая изюминка, - с набитым ртом проговорил Корвет, указывая ложкой на большой салат «ассорти». - Не пойму что, но цепляет. - Это вустерширский соус и дижонская горчица, - спокойно, как о погоде, сообщил Кэйл, наливая себе морс. - В микродозах, для связывания вкусов. Все на секунду замерли, переглядываясь, а потом Элио фыркнула - Значит, это ты наш тайный дипломат! Спасибо, а то мы тут чуть не передрались. - Всегда пожалуйста, - Кэйл кивнул, и в его глазах мелькнула та самая, редкая улыбка. Смех, разговоры, звон бокалов, с соком, морсом и, у некоторых, с чем то покрепче, наполнили комнату гулом настоящего, живого праздника. Все ели со всех мисок, хвалили шашлык Востока, украдкой доедали последние кусочки из салатницы Инсина и шутили над тем, как Квинси до сих пор косится на несимметрично висящие на ёлке шары. Сытный гул постепенно сменился предвкушающей тишиной, все расселись за огромным столом, телевизор показывал уже знакомые новогодние картинки, часы на Спасской башне неумолимо отсчитывали последние минуты. Восток, чинивший шатавшуюся ножку стола после падения ёлки, выглядел довольным, он закрепил её скотчем, верёвкой и проволокой. «Технический коллаж», гордо сказал он, ножка держалась, и это было главное. - Тихо тихо, начинается! - прошептала Миллвет. На экране появился Саймон, и в тот самый момент, когда он открыл рот, из под стола раздался негромкий, но отчётливый треск, звук был похож на ломающуюся хворостину. Одна сторона стола резко дёрнулась и пошла вниз, тарелки и бокалы дружно поползли к краю, раздался всеобщий вскрик. Инсин сидел как раз рядом с той самой ножкой. Без единой мысли о последствиях, он резко вскочил и, оказавшись на пути падающего угла, подставил под него не руки, ими он тут же начал ловить скатывающиеся салатницы, а своё колено. Массивный край стола всей тяжестью пришёлся ему прямо на коленную чашечку. Инсин ахнул от внезапной острой боли, но не отстранился, наоборот, он уперся, став живой, хромой подпоркой. Стол, зависший под углом, замер, катастрофа с посудой была остановлена в зародыше, лишь пара ложек с грохотом упала на пол. И тут полилось. Не крик боли, а чистая, концентрированная, многослойная тирада, вырвавшаяся наружу под давлением физической и моральной несправедливости происходящего. - Да чтоб вас всех разобрало и собрало обратно по инструкции, блять! - начал он, его обычно ровный голос взвизгнул на высокой ноте. - Я же говорил, динамическая нагрузка на несущую конструкцию, сволочь, не рассчитана! Это же элементарная физика, ёб твою мать, ты, - он ткнул пальцем в ошарашенного Востока, - скотчем ножку стола, на которой полтонны еды?! Я тебя сейчас.. Он продолжал ещё секунд десять, подробно описывая анатомические и умственные особенности всех присутствующих, их родственников и гипотетических потомков, с профессиональными отсылками к инженерному делу и медицине, это был шедевр, почти поэма. И что самое удивительное, в зале не стало тихо. Сначала кто то фыркнул, потом Корвет загрохотал так, что чуть не свалился со стула. За ним, сдавленно хихикая, начала Ворон, и вот уже весь стол, держась за животы, хохотал до слёз, до икоты, показывая пальцами на багровеющего от ярости и боли Инсина. Даже Санчез, сначала бросившаяся его отковыривать, не выдержала и, отвернувшись, затряслась от смеха. - Вам смешно?! - вопил Инсин, но его голос уже тонул в всеобщем хохоте. - держите уже стол! Тут все опомнились. Кэйл и Дориан молча вскочили и, аккуратно отодвинув Инсиня, который застонал, наконец освободив ногу, подхватили стол. Жан и Чудик мгновенно подсунули под него стопку толстенных книг из соседней полки, кризис был устранён. Инсин, хромая и потирая ушибленное колено, бубнил что то про «неблагодарных варваров», но в его интонации уже не было прежней ярости, а лишь усталое брюзжание. Кто то подал ему лёд, завёрнутый в полотенце. Куранты, наконец доигравшие без новых происшествий, пробили полночь. Крики «С Новым годом!», смех и звон бокалов слились воедино, а Инсин, приложив лёд к колену, впервые за вечер позволил себе кривую, стыдливую ухмылку.