​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

      На подземной парковке было тихо, только гул вентиляции и редкий кап конденсата нарушали стерильную, давящую тишину. Мы шли к машине, и я всё еще чувствовал на губах вкус Кайрена, а в теле — ту самую приятную тяжесть после нашего офисного «урока». Он обнимал меня за талию, и его ладонь, лежащая на моем боку, ощущалась как раскаленное клеймо. Эта его собственническая манера теперь не вызывала протеста, только уютное, глубокое тепло, разливающееся по венам.       Но когда из-за массивной бетонной опоры, окрашенной в серый цвет, вышел Рид, идиллия рассыпалась, как карточный домик. — Какая трогательная сцена, — голос Рида прозвучал надтреснуто, как разбитое стекло под подошвой. — Директор и его маленькое чудо-оружие. Прямо кадр из низкопробной мелодрамы. Кайрен среагировал мгновенно. Это было похоже на щелчок предохранителя: он не просто напрягся — он шагнул вперед, полностью закрывая меня своим телом, превращаясь в непроницаемый ледяной щит. Его аура в секунду стала колючей, опасной. — Рид, — голос Кайрена был пугающе спокойным, но в этой тишине слышался рокот приближающегося оползня. — Ты перешел черту. Тебе запрещено находиться на территории корпорации. Охрана уже в пути. — Тебе запрещено... — передразнил Рид, и я увидел, как его руки бряцают от ярости и бессилия. Он выхватил телефон и, криво ухмыляясь, направил камеру прямо на нас. — Давай, Кайрен! Скажи это еще раз для моих подписчиков. Расскажи, как ты спишь со своим аналитиком, пока вы вместе стряпаете фальшивые обвинения против честных людей! Один клик — и твоя репутация «ледяного короля» превратится в грязную лужу.       Я видел, как у Кайрена на шее вздулась вена, а кулаки сжались так, что кожа на костяшках натянулась до белизны. Он сделал тяжелый, хищный шаг вперед. Он был готов раздавить этот телефон вместе с рукой Рида, и я понимал — это именно то, что нужно этому подонку. Скандал, драка, физическое насилие.       Я мягко, но уверенно положил руку на плечо Кайрена, пальцами чувствуя, как его мышцы превратились в камень. Опыт моей прошлой жизни научил меня: когда на тебя лает бешеная собака, не нужно вставать на четвереньки и лаять в ответ. Нужно просто показать ей поводок.       Я вышел из-за его спины. Мое лицо было непроницаемым, а взгляд — таким холодным и пустым, что Рид невольно качнулся назад, едва не выронив мобильный. — Рид, — произнес я почти ласково, делая шаг в его сторону. — Вы ведь опытный игрок. Неужели вы думаете, что ваш «прямой эфир» напугает человека, который только что вскрыл ваши счета в Панаме? — Заткнись, щенок! — выплюнул он, но в его глазах промелькнула тень паники. — О, я могу замолчать, — я продолжал идти на него, игнорируя то, как Кайрен за моей спиной глухо зарычал. — Но тогда я не успею сообщить вам, что следственный комитет уже изучает ваше «тридцать второе приложение». То самое, про которое мы говорили на совещании, без вас. Там не только махинации, Рид. Там ваши письма к конкурентам из «Сансет-Медиа». А это уже промышленный шпионаж. Это не увольнение. Это реальный срок в тюрьме строгого режима.       Лицо Рида стало землисто-серым. Рука с телефоном опустилась. — Ты... ты не мог этого найти. Это зашифровано через двойной прокси... — Вы снова совершаете свою главную ошибку, — я улыбнулся, и в этой улыбке было больше угрозы, чем в любом крике. — Вы недооцениваете тех, кто идет по вашему следу. Прямо сейчас у вас есть выбор: либо вы уходите, выбрасываете этот телефон в мусорку и ждете повестки дома... Либо вы нажимаете кнопку «эфир», и я лично добавлю к вашему делу статьи о шантаже и клевете.       Я обернулся к Кайрену. Его гнев испарился, уступив место неприкрытому восхищению. Он смотрел на меня так, словно я был самым прекрасным и опасным существом во вселенной. — Рид, — Кайрен заговорил снова, и теперь в его голосе была только смертельная скука. — Слушай моего аналитика. У тебя десять секунд, чтобы исчезнуть. Иначе охрана на выезде сдаст тебя полиции за незаконное проникновение. Время пошло.       Рид посмотрел на телефон, потом на нас. Он выглядел как побитый пес, осознавший, что его зубы сломаны о сталь. Он глухо выругался, швырнул мобильный в бетонную стену — тот разлетелся стеклянным дождем — и, спотыкаясь, почти бегом бросился к выходу.       Тишина на парковке восстановилась. Кайрен выдохнул, и это был звук сдувающегося вулкана. Он притянул меня к себе, зарываясь лицом в мой воротник. — Боже, Элион... — прошептал он, и я почувствовал, как его колотит мелкая дрожь адреналина. — Иногда ты пугаешь меня больше, чем все мои враги вместе взятые. Откуда в тебе эта сталь? — Я просто защищаю то, что принадлежит мне, Директор. Помните? Вы — моя собственность. Кайрен рассмеялся — это был искренний, свободный смех человека, который наконец-то нашел равного себе. — Поехали домой, мой сумасшедший аналитик. На сегодня с меня хватит и работы, и подвигов.       Кайрен вел машину так, словно за нами гнались все дьяволы ада. Его пальцы на руле сжимались до хруста, а в салоне автомобиля воздух, казалось, вибрировал от нашего общего нетерпения. Он молчал, но я кожей чувствовал исходящие от него волны жара.       Как только тяжелая дверь пентхауса захлопнулась, я даже не успел дотянуться до выключателя. Кайрен прижал меня к стене в прихожей, и его поцелуй был похож на столкновение двух стихий. Он рвал на мне одежду, не заботясь о пуговицах, его ладони жадно исследовали мое тело через ткань, словно проверяя, действительно ли я здесь, живой и невредимый. — Ты... — прохрипел он, отрываясь от моих губ всего на мгновение. — То, что ты сделал на парковке... Твой ледяной голос... Это было самое сексуальное, что я видел в жизни. Ты меня уничтожил, Элион.       Он подхватил меня под бедра, и я инстинктивно обхватил его талию ногами, вжимаясь в его мощное тело. Кайрен понес меня в спальню, на ходу сбрасывая пиджак прямо на пол. Он не стал церемониться — он буквально впечатал меня в матрас нашего огромного ложа, нависая сверху, как грозовая туча.       В полумраке спальни его глаза горели тем самым первобытным огнем, который я так успешно раздувал весь день. Он быстро достал из прикроватной тумбочки смазку и презервативы — его движения были лихорадочными, но точными. Когда он нанес прохладный гель на свои пальцы и начал готовить меня, я выгнулся, впиваясь ногтями в подушки. Его прикосновения были жадными, глубокими, он не просто растягивал меня, он клеймил меня изнутри. — Ты хотел видеть хищника, который не умеет сдерживаться? — Кайрен прикусил мою нижнюю губу, чувствуя, как я содрогаюсь под ним. — Получай. Сегодня не будет никаких правил. Он надел защиту и, зафиксировав мои запястья одной рукой над моей головой, вошел в меня — резко, сокрушительно, до самого предела. Я вскрикнул, откидывая голову назад, чувствуя, как мир вокруг взрывается миллионами искр. Весь мой хваленый контроль, вся моя выдержка сгорели в этом пламени. Кайрен двигался неистово, его толчки были тяжелыми и ритмичными, вбивающими меня в матрас.       Это был марафон страсти. Когда мы достигли пика в первый раз, он не отстранился. Он перевернул меня на живот, грубо прижимая лицом к подушке и фиксируя мои бедра своими железными ладонями. В этом положении я чувствовал его еще глубже, еще острее. — Нет... — рычал он мне в затылок, обжигая кожу горячим дыханием, пока его руки оставляли красные следы на моих бедрах. — Я еще не закончил. Я буду возвращать тебе долги за каждое твое слово на совещании. Весь твой холод, Элион... я выжгу его до капли.       К четырем утра, когда небо за панорамным окном начало едва заметно сереть, я лежал на нем, абсолютно обессиленный, чувствуя, как его сердце всё еще бешено колотится о мои ребра. Кайрен медленно перебирал мои волосы, его дыхание наконец-то выровнялось, становясь глубоким и спокойным.       Я слабо улыбнулся, чувствуя каждую мышцу, каждую клеточку тела, которая теперь принадлежала ему. Кайрен осторожно провел ладонью по моей спине, задерживаясь на пояснице, где кожа всё еще пульсировала. — Надеюсь, теперь твоё желание подразнить меня поутихло? — его голос, севший до хрипоты, вибрировал в моей груди. — Я едва донес тебя до кровати в четвертый раз.       Я чуть приподнялся, глядя на его растрепанные волосы и зацелованные губы. Директор Керн сейчас выглядел как человек, который обрел свою истинную душу. — Знаешь, — я коснулся пальцами его подбородка, и в моем взгляде снова промелькнула та самая дразнящая искра. — Это было шикарно. Но не расслабляйся. Я обязательно придумаю еще какой-нибудь повод, чтобы ты снова так «раздраконился». Мне слишком понравилось видеть тебя таким... неуправляемым.       Кайрен издал низкий стон, наполовину полный притворной муки, наполовину — предвкушения, и натянул на нас одеяло, прижимая меня к себе так крепко, словно боялся отпустить даже во сне. — Спи уже, дьяволенок. Если ты сейчас не замолчишь, мы не встанем отсюда до следующего понедельника.       Я тихо рассмеялся, закрывая глаза. Ночка действительно была жаркой, и я знал — это только начало нашей бесконечной истории.

***

Взгляд Кайрена

      Когда они вышли на парковку, Кайрен всё еще ощущал на себе фантомные прикосновения Элиона из конференц-зала. Внутри него боролись два волка: один — расчетливый Директор, готовый к любым корпоративным интригам, и другой — первобытный защитник, чей инстинкт требовал спрятать свое сокровище от любого грязного взгляда.       Появление Рида вызвало в Кайрене не просто гнев, а ледяную ярость. Когда этот подонок направил на них камеру, Кайрен почувствовал, как внутри него просыпается нечто темное и разрушительное. Он был готов размозжить телефон Рида вместе с его челюстью, плевать на репутацию и последствия. Для него в тот момент не существовало «Директора Керна» — был только мужчина, чью личную территорию посмели осквернить.       Но когда Элион положил руку ему на плечо, Кайрен замер. Он почувствовал, как через эту связь передается не паника, а абсолютная, ледяная уверенность. Наблюдая за тем, как Эл выходит вперед и методично, слово за словом, уничтожает Рида, Кайрен испытал почти религиозный экстаз. Он смотрел на своего суженного и видел в нем не просто любимого человека, а равного себе титана. То, как Элион оперировал фактами о Панаме и шпионаже, как он улыбался этой своей «улыбкой ангела смерти» — это было самое прекрасное и пугающее зрелище, которое Кайрену доводилось видеть.       «Он защищает меня», — эта мысль прошила его сознание, вызывая волну обжигающей гордости.       Дорога до пентхауса превратилась в пытку. Кайрен едва видел шоссе, его пальцы на руле подрагивали от переизбытка адреналина и желания. Он чувствовал, как Эл дразнит его своим присутствием, своей победой на парковке.       В спальне Кайрен окончательно сорвал поводок. Ему было жизненно необходимо почувствовать власть над этим невероятным созданием, которое только что поставило на колени его главного врага. Его движения были продиктованы жаждой обладания — он хотел впечатать себя в Элиона, заставить его забыть о логике и аналитике, оставив только чистые инстинкты.       Когда он входил в него, чувствуя податливость и одновременно внутреннюю силу Эла, Кайрен понимал, что тонет. Каждый стон Элиона, каждое его «пожалуйста» до четырёх утра были для Кайрена дороже всех активов «Керн-Групп». Он видел следы своих рук на бедрах Эла и чувствовал, как дракон внутри него удовлетворенно сворачивается кольцами вокруг своей добычи.       Лежа в предрассветных сумерках и слушая дерзкий шепот Элиона о «повторении», Кайрен впервые в жизни почувствовал себя по-настоящему живым. Он знал, что этот «дьяволенок» еще не раз доведет его до грани, но теперь он не боялся упасть. Потому что Элион был единственным, кто мог не только столкнуть его в бездну, но и научить в ней летать.