Глава 59. Послевкусие
3 января 2026 г., 22:32
Я снова провалился в сон сразу после того, как Кай, закончив со своими импровизированными «водными процедурами» и завтраком, бережно уложил меня обратно в постель. Это был не тот тревожный, рваный сон, что преследовал меня в прошлом. Это было глубокое, целительное погружение в темноту, где не было места страхам или сомнениям — только ощущение его рук, всё еще держащих меня за плечи.
Второе пробуждение было куда более осознанным. Солнечные лучи уже переместились, мягко подсвечивая пылинки, танцующие в воздухе огромной спальни. Первое же движение заставило меня невольно поморщиться. Тело всё еще ныло, мышцы бедер и спины ощущались так, будто я накануне пробежал марафон по пересеченной местности, но теплая ванна с маслами и те несколько часов абсолютного покоя, которые подарил мне Кай, сделали свое дело. Резкая, режущая боль сменилась приятной, тягучей истомой.
Я потянулся на шелковых простынях, чувствуя себя невероятно любимым и… защищенным. Внутри разливалось странное чувство триумфа. Вчерашняя ночь, где я позволил себе быть ведущим, где я «наказывал» этого стального человека, оставила во мне след гораздо более глубокий, чем просто физическая усталость. Я чувствовал нашу связь так отчетливо, словно она была натянутой струной, вибрирующей в такт его сердцу, которое сейчас билось где-то в недрах Башни Керн.
Воспоминание о том, как этот большой, суровый мужчина, способный одним росчерком пера разрушить чужую карьеру, аккуратно вытирал каплю воды с моего подбородка и дул на чай, чтобы я не обжегся, грело меня сильнее, чем полуденное солнце. Я не жалел ни об одной секунде. Ни об одном укусе, ни об одном стоне. Это была наша правда, скрытая от глаз всего мира.
С трудом приняв сидячее положение, я натянул на себя тяжелый махровый халат Кая. Он был мне катастрофически велик: плечи сползали, а рукава пришлось подворачивать в несколько слоев, чтобы просто освободить кисти рук. Запах Кая — этот сводящий с ума сандал и холодный океанический бриз с едва уловимой нотой свежескошенного кедра — окутал меня с ног до головы, создавая иллюзию, что Директор всё еще здесь, за стеной, а не на другом конце города заставляет подчиненных дрожать от одного своего взгляда.
Я взял телефон, лежащий на прикроватной тумбочке рядом со стаканом воды и таблеткой, которую Кай заботливо оставил для меня. На экране светилось одно-единственное уведомление, заставившее моё сердце пропустить удар.
Кай: «В Башне сегодня непривычно тихо. Все смотрят на меня так, будто я только что совершил государственное преступление... или в одиночку выиграл войну. Шепот за спиной не прекращается ни на секунду. Кажется, твоя "работа" произвела неизгладимое впечатление на юридический отдел. А уж Вард из безопасности вообще забыл, как дышать. Как ты, мой чертенок? Спишь?»
Я прикусил губу, чувствуя, как лицо мгновенно заливает жаркий румянец. Представить эту картину было и сладко, и чертовски неловко. Кай, мой непоколебимый, жесткий Кайрен Керн, сидит во главе стола переговоров, срезая бюджеты и ставя подписи, а у него на шее — мой «автограф». Яркий, вызывающий узор из моих зубов и губ, который я оставил там в порыве той дикой, первобытной страсти, которую он сам во мне разбудил.
— Ну и пусть смотрят, — тихо пробормотал я в пустоту спальни, чувствуя внезапный прилив дерзости. — Ты сам не захотел это прятать. Ты сам хотел, чтобы они знали.
Пальцы быстро забегали по экрану.
Я: «Надеюсь, ты не уволил никого за слишком долгий или испуганный взгляд на твою шею? Я в порядке, если не считать того, что чувствую себя так, будто меня переехал твой любимый спортивный автомобиль. Твой халат слишком большой, в нем можно спрятать еще одного меня, но я не собираюсь его снимать — он пахнет тобой. Возвращайся скорее... если коллеги не съедят тебя от любопытства раньше времени. Мне не терпится узнать подробности твоего триумфального шествия по офису».
Отложив телефон, я снова откинулся на подушки, обнимая ту, что принадлежала Кая. Тело всё еще требовало отдыха, и я с удовольствием подчинился этому требованию. Впереди был целый день в тишине нашего двухъярусного пентхауса, но я уже начал обратный отсчет. Каждая минута приближала вечер, когда я услышу характерный звук открывающегося замка и тяжелые, уверенные шаги человека, который сегодня гордо носил мои метки перед всем миром.
Я закрыл глаза, представляя, как он сейчас входит в очередной кабинет, и как у людей вытягиваются лица. Это было забавно. Это было горячо. И это было по-настоящему наше.
