​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

***

Взгляд Кайрена

      В зале заседаний пахло дорогим парфюмом, свежей типографской краской и тем специфическим холодным металлом, который всегда сопровождает движение больших денег. Интерьер кабинета был выдержан в строгом имперском стиле: стены, обшитые темным орехом, панорамные окна с видом на площадь Первого Короля и массивный стол из черного мрамора, за которым уже расположилась австрийская делегация. Пятеро мужчин в безупречных серых тройках сидели смирно, напоминая фарфоровые фигурки. Даже Ганс Фишер, глава их концерна, человек с сорокалетним стажем и стальными нервами, невольно поправил галстук, когда двери распахнулись.       Вход Кайрена и Эла был подобен явлению стихии, сметающей всё на своем пути. Кайрен двигался с хищной грацией хозяина положения, и от него исходила такая волна власти, что присутствующие невольно вжали плечи. Его пиджак был вызывающе расстегнут, а воротник белоснежной рубашки больше не пытался скрывать багровые узоры и отчетливые следы укусов на шее — он носил их как высшие военные награды, как трофеи, не заботясь о том, что об этом будут шептать по всем углам Вены.       Эл шел чуть позади, стараясь сохранять невозмутимость, хотя двигался чуть медленнее обычного. Каждое движение отдавалось в теле сладкой, тягучей негой, а в паху всё еще теплился жар после их огненной вспышки в кабинете. Они сели: Кайрен во главе стола, Эл — по правую руку, прямо в эпицентре его ментального поля. — Начнем, господа, — голос Кайрена, низкий, вибрирующий и абсолютно уверенный, заполнил зал, не оставляя места для пустых любезностей.       Первые двадцать минут Кайрен был эталоном профессионализма. Он методично «вскрывал» пункты контракта, как хирург вскрывает нарыв. Его манера была безупречно деловой: он оперировал цифрами, котировками и юридическими терминами с такой легкостью, что австрийцы едва успевали перелистывать страницы. Фишер только кивал, явно подавленный этим интеллектуальным напором. Но постепенно Кайрен первым почувствовал неладное.       Он продолжал чеканить условия, но периферийным зрением уловил движение напротив. Его взгляд, отточенный годами контроля, мгновенно зафиксировал цель. Маркус Хагер, аналитик австрийцев — молодой мужчина с зализанными волосами и холеным лицом — полностью игнорировал документы. Его взгляд был запредельно наглым, почти физически липким. Он буквально «раздевал» Эла глазами, скользя по его губам и задерживаясь на метках Кайрена на его шее с тем самым сальным выражением узнавания, от которого у директора внутри всё встало на дыбы.       В их общей связи океан, бывший до этого спокойным, начал стремительно темнеть. Кайрен почувствовал, как Эла буквально «мутит» от этого присутствия, и его ярость начала закипать, превращаясь в расплавленный свинец. Рука Кайрена, лежащая на черном мраморе, медленно сжалась в кулак. Кожа на его запястье под манжетой начала неметь от прилива бешеного жара. Это было тяжелое ощущение — инстинкт хищника, чей соулмейт подвергся осквернению чужим взглядом.       Фишер на секунду запнулся, сверяясь с графиком. В наступившей тишине Хагер, окончательно потеряв берега, обратился прямо к Элу: — Простите... я всё это время не мог поверить своим глазам. Ты ведь узнал меня? Аркадия, тот самый спецкурс... Такое сокровище трудно забыть. Не ожидал встретить тебя здесь, в Вене, да еще и в такой роли.       Кайрен почувствовал, как мир вокруг него сузился до точки. Вакуумная тишина. Он медленно, с пугающей деликатностью закрыл кожаную папку. Грохот пластика о мрамор прозвучал как выстрел в упор. Ярость затопила мозг, выжигая всё профессиональное. Кайрен хотел только одного — перемахнуть через стол и вырвать Хагеру гортань вместе с его грязными воспоминаниями. Никто не смеет называть его Эла «сокровищем». Никто не смеет дышать в его сторону без разрешения.       Эл поднял на Хагера взгляд, полный ледяной, абсолютной отстраненности: — Я вас не знаю, господин Хагер. И ваше воображение меня не интересует.       Кайрен резко встал, и скрежет его стула по паркету заставил австрийцев вздрогнуть. Он возвышался над ними как карающее божество. Его Эл. Его кровь. Его жизнь. — Десять минут перерыв, — голос Кайрена был подобен удару бича, хлестнувшего по нервам Фишера. — Господин Фишер, разберитесь со своим персоналом. Прямо сейчас. Если этот человек еще раз откроет рот не по делу, сделка будет расторгнута в ту же секунду. Эл, за мной.       Кайрен чувствовал, как за его спиной рассыпается в прах хваленая австрийская выдержка. Ему было плевать на контракт. Он вел Эла к выходу, крепко сжимая его плечо, и через связь транслировал ему только одну, всепоглощающую мысль: «Ты под моей защитой. Я уничтожу любого за тебя».