***
Взгляд Кайрена
Кайрен смотрел на Элиона, который спокойно пил кофе, и внутри него всё еще вибрировала темная, хищная радость. Он намеренно не посвящал соулмейта в детали утренних отчетов: Элу не нужно было знать, что пока он спал, мир Вилиандры уже превратился в тлеющие руины. Финансы были лишь первым ходом. Кайрен наблюдал за тонкими пальцами Эла и чувствовал, как в его собственном сознании активируется холодный аналитический центр. Мираэль и Вард сработали безупречно. Пока мачеха металась, пытаясь спасти остатки средств через оффшоры, алгоритмы Керна пожирали её счета один за другим. Но это была лишь необходимая завеса. Кайрену требовалось идеальное, железобетонное алиби. Он понимал: сегодня они должны появиться в офисе вместе. Нужно показать всему совету директоров и затаившимся конкурентам, что Керн непоколебим, а его пара находится под абсолютной защитой. Пока они будут стоять под прицелом сотен камер и внимательных глаз сотрудников, Вард завершит вторую, финальную часть приказа. Тихо. Без свидетелей. Вилиандра должна была просто исчезнуть из этого мира, оставив после себя лишь шлейф позорного банкротства. Кайрен хотел, чтобы каждый, кто хоть раз задумывался о давлении на него через медиа или личные связи, увидел: Элион — это не его ахиллесова пята. Он — его знамя, его высшая ценность, за которую Кайрен сотрет в порошок любого. Сборы были короткими. Никаких театральных жестов. На мне был серый костюм из плотной ткани, на Кае — его классическая черная «броня». Мы не стали прятать бинты на моих запястьях, как не стал Кай прятать свои разбитые руки. Это были метки нашей общей борьбы. Когда мы вошли в холл «Керн-Корп», время словно замедлилось. Офис замер. Сотрудники застывали с чашками кофе, Мираэль в приемной выпрямилась, её глаза расширились, но она лишь профессионально кивнула. Мы шли сквозь толпу как единый монолит. Все видели: Кайрен не просто вернул меня — он вернулся вместе с тем, кто разделяет его хищную натуру. Уже в кабинете на мониторе вспыхнул запрос на видеосвязь. Вилиандра. Кай хотел сбросить, но я остановил его руку. — Оставь. Я сам. На экране появилось её лицо. Она выглядела безупречно, но в глазах горел пожар паники. — Кай! Ты сошел с ума? Мои счета заблокированы! Это незаконно! — Твой муж мертв, Вилиандра, — я выступил вперед, заслоняя плечо Кая. Мой голос был тихим, но в нем звенела сталь, которую я впитал от него. — И его методы ушли вместе с ним. — Ты... ничтожество с задворок, как ты смеешь... — зашипела она. — Закрой рот, — оборвал я её с такой жесткостью, что она осеклась. — Ты совершила ошибку, когда решила, что меня можно использовать как рычаг. Твое время истекло. Каждое твое слово сегодня будет стоить тебе еще одного миллиона из тех крох, что у тебя остались. Хотя... тебе они уже не понадобятся. Я нажал кнопку отключения, обрывая её визг. Кай смотрел на меня с нескрываемым восхищением. Он подошел со спины и крепко обнял меня, утыкаясь носом в шею. — Я и не знал, что ты можешь быть таким жестким, — тихо произнес он. Я развернулся в его руках. — Я просто не позволю никому снова встать между нами. Я чувствовал через связь, как Кай облегченно выдохнул. Его план работал идеально. Пока мы стояли здесь, в самом сердце его империи, история Вилиандры подходила к своему финалу. Мы были дома. Мы были свободны.