​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

      Возвращение с пляжа в номер «Атлантис» было ленивым, пропитанным солью Керноса и каким-то особенным, тягучим ощущением завершенности. Солнце уже начало свой медленный, торжественный спуск к горизонту, окрашивая береговую линию в нежно-персиковые и густые медовые тона. Как только за нами с тихим щелчком захлопнулась массивная дверь, я, вместо того чтобы позорно рухнуть на кровать и продолжить свой режим «ленивого тюленя», резко обернулся к Каю.       В моих янтарных глазах, я уверен, уже плясали те самые коварные чертики, о которых Кайрен знал всё. Я физически чувствовал, как по нашей ментальной связи, словно по оголенным проводам, пробегают искры моего азарта. Кай, который как раз стягивал через голову мокрую, пахнущую солью футболку, на мгновение замер. Свет лун и заката подчеркнул его безупречные, мощные мышцы — результат атлетичного телосложения. Он бросил футболку на кресло и с нескрываемым интересом взглянул на меня, явно ожидая очередной выходки. — Кай, сегодня я ставлю ультиматум, — заявил я, дерзко подпирая плечом дверной косяк и скрестив руки на груди. Моё тело, хоть и уступало ему в массе, но выглядело сильным и подтянутым, а не хрупким. — Мы идем в самый дорогой, пафосный и до тошноты роскошный ресторан в этой бухте. Я хочу увидеть всё то, что ты видел постоянно в своей жизни богача. Хрусталь, безумные цены в меню, официанты с осанкой королей в изгнании — хочу попробовать этот пафос на вкус. Хочу, чтобы мы сегодня выглядели как самая порочная, неприлично богатая и властная пара в этом секторе.       Кай усмехнулся, медленно сокращая расстояние между нами. Он подошел вплотную, мимоходом мазнув горячими губами по моей щеке. — Раз моё сокровище требует декораций — он их получит. Собирайся, Эл. Сегодня будет вечер по твоим правилам.       Сборы напоминали священнодействие. Я выбрал рубашку из тончайшего, почти прозрачного шелка цвета полночного неба. Она переливалась при каждом движении, подчеркивая разворот моих плеч и мускулистую фигуру. Кай же надел темно-серый костюм-тройку, который сидел на его мощном торсе так идеально, что казался второй кожей. На его волевой шее всё еще отчетливо алели метки от моих вчерашних укусов, и на фоне белоснежного, жесткого воротника рубашки они выглядели как откровенная пощечина всему местному этикету.       Когда мы вошли в зал ресторана «Альтаир», я почувствовал, как воздух вокруг мгновенно пропитался запахом «старых денег» и запредельно дорогого парфюма. Огромные каскадные люстры из горного хрусталя отбрасывали тысячи бликов на серебряные приборы и тончайший фарфор. Официанты в белоснежных перчатках двигались бесшумно, как призраки, а публика разговаривала тем самым приглушенным полушепотом, который бывает только там, где один ужин стоит как небольшая квартира в нижних секторах.       Мы заказали деликатесы, названий которых я даже не слышал, и ледяное вино, искрящееся в бокалах. Но мой коварный план требовал реализации. Я видел, как чопорные дамы за соседними столиками украдкой, сквозь веера и бокалы, разглядывают наши «клейма» на шеях, как лорды поджимают губы, пытаясь сохранить мину приличия. Мне захотелось взорвать этот вакуум напускного благородства.       Улучив момент, когда в зале стало особенно тихо — лишь скрипка едва слышно выводила меланхоличную мелодию, — я подался вперед через стол. Я сделал вид, что хочу поделиться чем-то сокровенным, но на самом деле произнес это четко, с расстановкой и в полный голос, так, чтобы мои слова гарантированно долетели до каждого столика: — Кай, знаешь… ты в прошлую ночь был просто неутомимым. Я до сих пор под глубоким впечатлением от того, какой ты жадный, грубый и ненасытный. Я бы и сегодня хотел еще больше… и еще жарче, — я сделал театральную паузу, с наслаждением обводя взглядом застывших посетителей, чьи вилки замерли на полпути к ртам, — но, увы, задница так сильно болит после всех твоих вчерашних стараний, что сегодня мне точно нужен физический покой.       Тишина в «Альтаире» стала такой густой, что её можно было резать ножом для стейка. Дама справа замерла с поднятым бокалом, а её престарелый спутник буквально поперхнулся омаром, издав невнятный хрип. Официант, стоявший неподалеку, на мгновение потерял свою профессиональную маску, округлив глаза так, будто увидел конец света.       Я победно сиял, ожидая, что Кай либо тихо усмехнется, либо мягко меня осадит. Но мой соулмейт за последние месяцы изменился. Он перенял мою дерзость, виртуозно смешав её со своей ледяной, сокрушительной властностью.       Кайрен медленно, с достоинством поставил бокал на скатерть. Его синие глаза стали темными, тяжелыми, почти осязаемыми. Он не смутился ни на секунду. Наоборот, он вальяжно откинулся на спинку стула, не сводя с меня хищного взгляда. — Что ж, — произнес Кай спокойно и отчетливо. Его голос прозвучал как удар хлыста в вакууме, заставив меня вздрогнуть. — Если ты настолько устал физически, сокровище, я напомню: у тебя всё еще есть рот.       В дальнем конце зала кто-то громко, со звоном уронил серебряную вилку. Но Кайрен не остановился. Он медленно поднял руки перед моим лицом, прямо на уровне моих глаз. Согнув пальцы левой руки в плотное кольцо, он несколько раз медленно и ритмично вогнал в него указательный палец правой — вульгарная, предельно ясная имитация того, что он собирался сделать со мной позже. Затем он поднес этот палец к своим губам и медленно, вызывающе облизал его, глядя мне прямо в зрачки. — Если ты действительно хочешь продолжения, ты можешь поработать им. Я буду не против. Более того, я буду на этом настаивать.       Я почувствовал, как к моим щекам приливает такой жар, что я, кажется, начал светиться. Я ожидал игры, интеллектуальной дуэли, но не такой прямой, грязной и обезоруживающей атаки на глазах у всей элиты бухты. Кай разрушил мой план одной фразой и одним жестом. Теперь под прицелом шокированных, едва ли не падающих в обморок аристократов краснел я, стремительно превращаясь цветом в спелую свеклу. Мой аромат медового улуна смешался со шлейфом шалфея — верный признак моего запредельного смущения.       Дорога обратно в номер была наполнена таким электричеством, что между нами могли лететь видимые искры. Я шел на шаг впереди, глядя в пол и чувствуя, как буквально горят уши. Кай следовал за мной походкой триумфатора, хищника, который не просто отразил атаку, а полностью подавил противника. — Ты… ты просто невозможный! — выдохнул я, как только мы вошли в лифт и двери закрылись, отсекая нас от посторонних. — На глазах у всех! Этот жест! Кай, там были люди, у которых состояние больше, чем бюджет маленькой страны!       Кай молча, одним движением прижал меня к зеркальной стенке лифта. Он перехватил мои руки, фиксируя их над головой, и посмотрел на меня с нескрываемой, порочной нежностью своих штормовых глаз. — Хотел похулиганить, сокровище? Получай сдачу. Ты действительно думал, что я буду краснеть? После всего, что ты вытворял со мной постоянно, меня не смутит даже публичный допрос в Верховном Суде.       Он наклонился и больно прикусил мочку моего уха, заставляя меня выгнуться навстречу его мощному телу. — Так что там насчет твоего рта? Или ты хочешь забрать свои смелые слова обратно прямо здесь?       Я рассмеялся, пряча лицо у него на груди, вдыхая запах сандала и собственного поражения. — Ты неисправим. Ты стал в сто раз хуже меня.             Когда мы вошли в номер, Кай подхватил меня на руки — легко, несмотря на мой рост и вес, — и понес к огромной кровати, залитой светом лун. Это была ночь не только страсти, но и глубоких, тихих признаний под шепот кондиционера. Мы лежали, сплетясь телами, и я понимал: никакая роскошь и никакой хрусталь «Альтаира» не заменят мне этого мужчины, который готов ради меня быть и ледяным Директором, и последним наглецом.

***

Взгляд Кайрена

      Кайрен наблюдал за тем, как Элион собирается, и внутри него росло тягучее, темное предвкушение. Он видел этого «чертика» в янтарных глазах соулмейта еще в номере, когда тот выставил свой ультиматум. Кайрену было плевать на хрусталь и счета — он вырос в этой среде, он сам был её порождением и вершиной. Но видеть, как Эл, облаченный в этот струящийся темно-синий шелк, хочет «попробовать роскошь на вкус», было чертовски заманчиво.       В ресторане Кайрен кожей чувствовал взгляды окружающих. Он знал, что они видят: властного Директора «Керн Групп» и его невероятного, дерзкого партнера, чьи метки на шее кричали о перенесенной страсти громче любых официальных заявлений. Когда Эл подался вперед и на весь зал выдал тираду о своей «болящей заднице», Кайрен на секунду даже восхитился его беспрецедентной наглостью. «Маленький провокатор», — пронеслось в его голове.       Он видел, как замерли официанты, как подавились аристократы. Но Кайрен не был бы собой, если бы позволил Элиону так просто выйти победителем из этой игры. В нем проснулся тот самый холодный игрок, который привык подавлять любое сопротивление, превращая его в свое преимущество. Когда Кайрен сложил пальцы в тот самый жест и медленно облизал палец, глядя Элу прямо в зрачки, он почувствовал через связь, как разум парня взорвался от шока и густого, багрового смущения. Видеть, как Эл мгновенно превращается из самоуверенного искусителя в пунцовую свеклу, было лучшим удовольствием за весь вечер.       «Ты хотел играть по-взрослому, сокровище? Тогда принимай правила до конца», — подумал Кайрен, наслаждаясь тем, как Эл судорожно хватает ртом воздух. В тот момент Директор точно знал: позже он заставит этот рот работать именно так, как пообещал при всех.       Позже, уже в полумраке «Атлантиса», Кайрен лежал, перебирая пальцами светло-русые волосы уснувшего Элиона. Он чувствовал, как парень наконец затих, полностью расслабившись и прижавшись к его мощному боку. Внутренняя усмешка всё еще блуждала на губах мужчины. Ему безумно нравилось это новое состояние. Эл вытащил из него ту часть, которую Кайрен похоронил под слоями ответственности — живую, дерзкую, способную на безумства.       «Ты даже не представляешь, на что я готов ради тебя», — подумал Кайрен, закрывая глаза и вдыхая смешанный аромат медового улуна и кедра. — «Если тебе нужно будет сжечь этот пафосный мир, я сам подам тебе спички. А потом трахну тебя прямо на его пепелище».       Он крепче прижал Элиона к себе. Завтра их ждало небо. И Кайрен знал, что там, на высоте, он будет держать свое сокровище так крепко, как никто другой в этой вселенной.