Омут моей памяти

В доме Малфоев было непривычно шумно. Не тот уютный шум его детства с мягкими шагами домовиков, редкими голосами родителей, шелестом страниц. Сейчас шум был другой. Сухие команды, шорох переворачиваемых папок, мягкие хлопки диагностических чар, серебристой сеткой стекающих по стенам. -Осторожнее с этим, - спокойно, но жестко бросил Драко, когда один из авроров чуть резче сдвинул резную шкатулку. - Это всего лишь фамильные ценности. - Если ты разобьешь Малфоям мебель, нам придется компенсировать ущерб из бюджета. Я не хочу объяснять Шеклболтсу, почему мы платим за новый стол эпохи кого‑то‑там‑великого. - вместо приветствия бросил своему подчиненому вышедший из камина Гарри Поттер. Он стоял посреди гостиной в мантии Аврората, слегка выбиваясь из аристократичного интерьера. Очки покрыты пылью, волосы растрепаны. Драко опирался на каминную полку, скрестив руки на груди. Вид у него был такой, словно он терпит все происходящее исключительно из вежливости. -Кто бы мог подумать, Поттер, - лениво заметил он, - что ты будешь защищать мою мебель от своих же людей. Мир, правда, сошел с ума. -Мир сошел с ума, когда ты стал вызывать меня, потому, что подозреваешь, что на твою семью покушаются пожиратели смерти, - отозвался Гарри. Он окинул комнату еще одним профессионально‑внимательным взглядом. -Кстати, где твои родители? Не скажу, что был бы рад увидеть старину Люциуса, но Нарцисса всегда производила впечатление приятного человека. -В поездке в Париж, - отмахнулся Драко. - на очередной выставке чего‑то дорогого и бессмысленного. Так что сегодня тебе повезло, Поттер. Сам видишь, тут только я, Паркинсон и авроры, паникующие из‑за пыли. Пэнси, сидевшая на подлокотнике дивана, лениво покручивала палочку между пальцами и наблюдала за развернувшейся «операцией». -И да, - добавил Драко, - так что если ты собирался сыграть на публику и очаровать мою мать, момент упущен. Можешь сосредоточиться на письме. Гарри фыркнул. - Я еще в школе понял, что очаровывать твою семью - занятие безнадежное, - заметил он. - но спасибо за предупреждение. Гарри бросил взгляд на гостиную, где на низком столике, аккуратно отделенный от всего остального, лежал разорванный конверт с темно‑зеленой печатью. По краю пергамента еще тянулись тонкие, блеклые рунические линии. -Ладно, -Гарри чуть посерьезнел, - Давай еще раз. Филин прилетел…? -Около получаса назад, - ответил Драко. - Я укладывал Пенни спать и получил по окну клювом. Открыл. Прочел. Подумал пару минут. Вызвал Пэнси. Та тебя. Пэнси подняла палочку, как в тосте. -Не говори, что я тебе не полезна, Поттер, - заметила она. - Без меня ты в этот дом лишний раз не аппарируешь. -Без тебя я бы и не узнал, что Малфой вдруг стал образцовым отцом, - парировал Гарри. - Честно, Пэнс, я до вчерашнего дня вообще не мог представить, что он… Он повернулся к Драко и чуть развел руками. - Что ты отец. С ребенком, игрушками и всем таким. -Потрясающе, - сухо сказал Драко. - Столько лет знал меня, Поттер, и все еще удивляешься, что я умею… ну, в общем, делать детей. Пэнси прыснула. - Он имел в виду «уметь о них заботиться», гений, - подсказала она. Гарри поднял руки в примиряющем жесте. -Скажем так, - мягко уточнил он, - у меня картинка «Малфой, который шипит как змея в коридорах Хогвартса» как‑то плохо совмещалась с «Малфой, который читает сказки на ночь». Он чуть улыбнулся. -Но, похоже, это моя проблема. -Наконец‑то мы пришли к согласию, -хмыкнул Драко. Колдователь из Отдела Таинств, сухой мужчина с тонкой бородкой, закончил очередную серию диагностических чар и кивнул. -Активных закладок в стенах нет, - сообщил он. - Дом чист. Следы древних клятвенных структур - только на письме. -Что, в общем, ожидаемо, — кивнул Гарри — Позволишь? Драко чуть вскинул бровь. — Если бы я не хотел, чтобы ты его прочитал, Поттер, — спокойно ответил он, — ты имел бы дело с пеплом, а не с пергаментом. Гарри кивнул, принял письмо и развернул лист. Выражение его лица менялось в процессе чтения. Наконец он сложил лист и выдохнул. Затем поднял палочку, руническая вязь вокруг письма вспыхнула тусклым, неприятным светом. — Это не классическая метка Пожирателей, — тихо сказал сухощавый колдователь — Но структура подчинения и вызова очень похожа. Модифицированные древние клятвы. Кто бы это ни был, они знают, что делают. Гарри кивнул и перевел взгляд на Драко. Тот чуть напряг плечи, но голос остался ровным. -Именно поэтому я тебя позвал. Просто, когда по моему дому ходят люди с палочками и заглядывают во все шкафы… - он чуть усмехнулся, - у меня всплывают не самые приятные ассоциации. -Поверь, - тихо ответил Гарри, - у меня тоже. Девочка, которая должна быть мертва... А кстати, откуда вообще у тебя взялась девочка? На секунду в гостиной стало совсем тихо. Наверху тихо скрипнула ступенька. Все одновременно посмотрели на лестницу. На пролете, держась за перила, стояла Пенелопа. Босоногая, с выбившимися из косички волосами. Большие карие глаза внимательно смотрели на Гарри. Глаза Гермионы. У Гарри на миг перехватило дыхание. Будто кто‑то вонзил в грудь острый кинжал. Перед глазами пронеслась вереница образов из прошлого, упрямый взгляд Гермионы, как крючек, цеплял за душу. И теперь то же упрямство и тот же взгляд, но на детском личике. -Папа? - тихо спросила девочка. - кто это? Один из авроров поспешно спрятал за спину свиток. Драко мгновенно сменил тон. -Пенни, - мягко позвал он, протягивая руку. - Иди сюда, крошка. Она спустилась медленно, не сводя глаз с гостей. Проходя мимо Гарри, он заметил на ее переносице россыпь едва заметных веснушек. Совсем как у нее. «Это не может быть случайностью», - пронеслось в голове. - «Этого просто… не может не быть». Пенелопа встала рядом с отцом, вцепившись в край его рубашки. - Они все двигают, - серьезно констатировала она, оглядев гостиную. — У тебя на столе все было по‑другому. - У них профессиональная болезнь, - примиряюще сказал Драко. - Если что‑то стоит ровно, им тревожно. Он коротко взглянул на Гарри: И, чуть тише, с привычной усмешкой: - Это Гарри Поттер. Мальчик, который выжил в прошлом и, возможно, несчастный бойфренд тети Пэнси в настоящем, если они когда‑нибудь решат признаться. -Если он прямо сейчас не умрет после такого признания, — не удержалась Пэнси из угла. Гарри моргнул, не сразу находя голос. -Ты… -начал он и осекся. Любые слова казались неуместными. «Дочь Гермионы» застряло где‑то в горле и не пошло дальше. Пенни изучающе посмотрела на него, как на новый, странный, но пока безвредный объект. -Вы странный, — вынесла она вердикт. - Но… нормальный. - Спасибо, - хрипло выдавил Гарри. - ты мне тоже нравишься. Драко чуть коснулся плеча дочери. -Пенни, послушай, - тихо сказал он. - Уже поздно. Тебе пора спать. Он говорил мягко, очень ровно, будто каждая фраза была защитным заклинанием: -Ничего ужасного не случилось. Просто кое‑кто прислал глупое письмо, а эти люди пришли убедиться, что у нас всё в порядке. Поняла? Она вскинула на него взгляд. - Но вы кричали. -Мы громко обсуждали, как именно Поттер портит мне вечер, - вздохнул Драко. - Это… у нас с ним старая традиция. Никакой войны, крошка. Он едва заметно улыбнулся: -Пока я здесь, пока тетя Пэнси здесь... тебе нечего бояться. Обещаю. Пенни подумала, как взрослый, взвешивая слова, и кивнула. -Тогда я пойду, - сказала она. - Если они начнут все ломать, ты меня позовешь. - Обязательно, - кивнул он. Она еще раз скользнула по Гарри взглядом. Настороженным, но уже без страха и поднялась наверх. Шаги затихли, мягко хлопнула дверь спальни. Гарри все еще смотрел на лестницу, будто надеясь, что сейчас дверь снова откроется и это окажется ошибкой зрения. -Это… - выдохнул он наконец. - Драко… она… Он не договорил, но вопрос и так висел в воздухе. -Да, Поттер, - спокойно сказал Драко. - То, о чем ты думаешь. Он отвел взгляд на мгновение, как будто давая Гарри время переварить это, а потом снова встретился с ним глазами: -Мы поговорим об этом, но не сейчас. Не здесь. И уж точно не при твоем отряде, который норовит засунуть голову в каждый шкаф. Гарри сжал в пальцах письмо, словно только что вспомнил, что держит его. -Я… заберу это, - тихо сказал он. Голос чуть дрогнул, но быстро окреп. - Отвезу в Отдел. Мы начнем работать сразу. Он еще раз посмотрел на лестницу, куда ушла девочка с глазами Гермионы. -Ради нее - тем более. Драко кивнул. -Забирай, - коротко сказал он. - Веришь или нет, в этом я тебе доверяю. Он выдохнул, собираясь: -А теперь будь добр - уведи своих людей. Пенелопе на сегодня и так хватит зрелищ. Гарри кивнул и отдал приказ своим сотрудникам. Авроры быстро погасили диагностические чары и один за другим исчезли с тихими хлопками аппарирования. Гарри задержался у двери, повернувшись к Драко еще раз. В его лице по‑прежнему читалось потрясение. -Малфой... Драко, - сказал он мягче, чем обычно, - я… правда не ожидал. Ни того, что ты вообще отец, ни… этого. Он чуть качнул головой в сторону лестницы. - Но теперь я понимаю, почему ты позвал меня сразу. Уголок его губ дрогнул в попытке вернуться к привычному тону: -И представь себе, из всех неожиданностей, связанных с тобой, это первая, которая мне… нравится. Все остальное все так же идет в категорию «от Малфоя одни проблемы». -Не льсти себе, Поттер, - спокойно ответил Драко. - Половина этих проблем по‑прежнему начинается со слов «Гарри решил, что это хорошая идея». -Зато теперь, - тихо парировал Гарри, - у нас есть очень веская причина разбираться с ними вместе. Он крепче сжал под мышкой папку с письмом, в последний раз посмотрел на лестницу и, не добавляя больше ни слова, вышел. Хлопок аппарирования и дома снова стало тихо. Не успела последняя вспышка зеленого пламени погаснуть в камине, как тишина накрыла гостиную тяжелой волной. Драко выдохнул почти со стоном и просто сполз на диван. Пэнси рухнула рядом, откинулась на спинку и расхохоталась так, как смеются после слишком долгого напряжения. -Не могу поверить, что ты ему не сказала, - выдохнул Драко, глядя в потолок. -Он не спрашивал, - фыркнула Пэнси. - И, если честно, я думала, он знает. -Он не мог знать, - отозвался Драко. - Мое дело засекречено на самом верхнем уровне. Из простых смертных доступ есть только у ее матери, - он кивнул подбородком вверх, в сторону лестницы, - впрочем, она никогда им не интересовалась. Пэнси повернула к нему голову. - Уверен? - тихо спросила она. Он усмехнулся сухо: - Мне бы сообщили. У нас очень любезные кураторы, они обожают напоминать, кто что читает. Он провел ладонью по лицу. - Впрочем, какая теперь разница. Все равно скоро все все узнают. - Не узнают, - спокойно возразила Пэнси. - По крайней мере, не так, как ты себе это рисуешь. Он прищурился. -С чего такая уверенность? Она потянулась к журнальному столику, забрала оттуда свой крошечный кожаный портфельчик, щелкнула застежкой и вытащила сложенный вчетверо пергамент. -Потому что, как сотрудник Департамента по защите несовершеннолетних волшебников, - она подчеркнула официальное название с издевкой, - я уже позаботилась об этом. Развернула лист, помахала им в воздухе. -Поттер получил сову с запретом на разглашение еще до того, как вышел из камина в твоем доме, — сообщила она. — В твоем деле, в ее деле и во всем, что касается Пенни, теперь стоит такой уровень допуска, что даже Шеклболт дважды подумает, прежде чем сунуть туда нос. Драко моргнул. -Ты… — он чуть приподнялся на локтях. -Ты отправила приказ о неразглашении Поттеру до того, как я вообще его вызвал? - Я не ясновидящая, -фыркнула Пэнси. -Но я очень хорошо знаю, как работает твоя паника. Когда та мерзкая сова врезалась в твое окно, я уже сидела у камина. Как только ты прочитал у тебя было ровно два варианта: сжечь письмо или послать меня к Поттеру. Остальное дело техники. Он посмотрел на нее с новым вниманием. -Паркинсон, - медленно произнес он, — напоминай мне почаще, почему я с тобой связываюсь. -Потому что без меня ты бы уже сидел в Азкабане за убийство особенно тупых чиновников, - без тени скромности ответила она. - И потому что кто‑то должен думать наперед, пока ты драматично смотришь в камин. Он все‑таки усмехнулся. Ненадолго наступила удобная тишина. Та, в которой можно почти сделать вид, что у тебя обычный вечер: дом, диван, шутки, никакой древней рунической дряни на горизонте. Но вопрос уже висел в воздухе. -Ты не хочешь рассказать ей? - спросила Пэнси вдруг, не глядя на него. -Что прости? - он сделал вид, что не понял, о ком речь. -У тебя не так много времени для того, чтобы успеть поговорить с Пенелопой до того, как ее мать материализуется на пороге твоего дома. -Думаешь все настолько серьезно? - Драко все еще пытался изображать равнодушие. -Более чем. Он откинулся на спинку, уставившись в потолок. -Знаешь, чего я боюсь больше всего? - спросил вдруг. - Что однажды она сама все поймет. Раньше, чем я решусь сказать. Посмотрит на меня вот так… - он невольно вспомнил недавний серьезный детский взгляд с лестницы, - и спросит: «Почему ты мне не сказал правду?» Пэнси подвинулась ближе, облокотилась плечом о его плечо. - Тогда ты ей ответишь, - просто сказала она. - Не как Малфой, не как бывший Пожиратель, не как фигурант засекреченного дела. А как отец, который боялся. Она повернула голову и поймала его взгляд. -И да, ей будет больно. Но меньше, чем если ты будешь продолжать врать бесконечно. Он медленно кивнул. -Значит, так, - проговорил он, будто фиксируя решение вслух. - Сначала мы разбираемся с теми, кто прислал письмо. Палец коротко стукнул по подлокотнику. -Потом я… готовлю ее. Потихоньку. Без сказок про «далекую маму на важной работе». Уголок рта дернулся. -А уже потом, если повезет, Гермиона сама объяснит дочери, почему ее гениальная мать решила, что исчезнуть - хорошая идея. -Если повезет, - согласилась Пэнси зевнув. Она встала, потянулась, словно сбрасывая остатки напряжения. -Ладно, хватит рефлексировать на диване. Ты обещал спящему ребенку, что ей нечего бояться. Значит, пора сделать так, чтобы это было не только красивой фразой. Драко тоже поднялся. -Поможешь? -Конечно, - фыркнула Пэнси. - Кто‑то же должен проследить, чтобы ты не начал строить защиты, призывающие древнюю магию, которую мы как раз пытаемся от себя отодвинуть. Он усмехнулся и, уже на полпути к лестнице, пробормотал: -И все‑таки… странно это слышать от Паркинсон, которую в школе обвиняли в том, что она «слишком любит темное искусство». -В школе меня обвиняли в том, что я слишком люблю тебя, - хладнокровно парировала Пэнси. -Так что их компетентность давно под вопросом. Он запнулся на ступеньке, обернулся, встретился с ней взглядом. И впервые за этот день в его глазах появилось что‑то очень близкое к настоящей, не оборонительной улыбке. -Тогда, может быть, на этот раз они хоть в чём‑то ошибутся, - сказал он. - И Пенни вырастет просто счастливой. Несмотря на нас. -На зло всем, - согласилась Пэнси. Когда со всеми защитными делами было покончено, они снова рухнули на диван в гостиной. -Останешься? - улыбнулся Драко -Пожалуй пойду, - мягко покачала головой Пэнси и сделала непонятный жест рукой, - Меня еще ждет неприятное объяснение. А ты не откладывай разговор, пожалуйста. У тебя меньше времени, чем ты думаешь. Она тяжело поднялась с дивана и поцеловав Драко в щеку исчезла в камине. Он бросил взгляд на часы. Шел второй час ночи. Пора было ложиться спать.

***

-Тебе нужно расслабиться. Напряжение прямо висит в воздухе. - Пэнси вышла из камина в квартире Поттера Но Гарри не ответил. Просто продолжил молча отстукивать какой-то ритм по подлокотнику кресла. Молчание затягивалось и Пэнси не придумала ничего иного, как подойти к креслу и положить руку Гари на плечо. Такой маленький и такой отчаянный жест примирения. -Почему ты мне не сказала? - наконец выдавил из себя Гари. -Ты не спрашивал. Тебя вообще не очень волновало что там происходит. Гарри сжался. Она была во всем права. Его мало интересовал ребенок Малфоя и каждый раз, когда Пэнси пыталась что-то рассказать про свою крестницу он осторожно переводил разговор. -К тому же, я была связана непреложным обетом. Сам понимаешь - она как будто услышала его мысли и попыталась смягчить его чувство вины. -Это из-за Гермионы? -Нет, - она отрицательно покачала головой, - из-за темного лорда. Ее пытали, министерство опасается, - она зямялась - ну понимаешь, вдруг она такая как ты? С частичкой темной души. -Крестраж, ты хотела сказать? - горько усмехается он, - Запрет на разглашение ты, конечно уже наложила? -Конечно, как советник по защите прав несовершеннолетних волшебников я просто не могу остаться в стороне в такой ситуации. Но ты сможешь сам узнать все у Драко. Полагаю он не откажет. -Кто бы мог подумать, что мир так перевернется, что вы с Малфоем станете главными защитниками детей. - замечает он. -Кто бы мог подумать, что главный герой магического мира, выпускник Гриффиндора, будет встречаться со слизеринкой - парирует она.

***

Пэнси не ошиблась. Гермиона действительно появилась быстрее, чем он ожидал. Просто материализовалась на детской площадке, куда они зашли после балета "только на 5 минут папочка" Пенелопа по щиколотку утонула в песке и командовала стайкой малышей: -Ты копаешь ров, ты строишь башню. Я главная архитекторка. И никто ничего не ломает, пока я не посмотрю! «+1 к Слизерину», - машинально отметил Драко, сидя на скамейке. В руках для вида была папка, но взгляд цеплялся только за Пенелопу. Он заметил ее сразу. И с досадой подумал, что зря откладывал разговор с дочерью. Но у нее и без того было слишком много потрясений в эти дни. Гермиона шла по дорожке неуверенно, будто каждый шаг давался с усилием. Магловское пальто, джинсы, пакет из супермаркета в руке. Несколько прядей вырвались из пучка и падали на лицо так же, как когда‑то в библиотеке Хогвартса. Драко не встал. Дал ей дойти самой. Легким движением накинул заклинание усиления слуха и замолчал, превратившись в наблюдателя. Гермиона подошла к песочнице, чуть присела на корточки у края. - Привет, - мягко сказала она. - Отличная крепость. Ты тут главный архитектор? Пенелопа подняла на нее внимательный взгляд. -Я, -уверенно подтвердила она. - Я все придумываю. А ты кто? -Я… - Гермиона на миг замялась. - Меня зовут Гермиона. Я знакомая твоего папы. Имя повисло в воздухе, как слишком тяжелое заклинание. Драко видел, как у нее побелели пальцы на ручке пакета. Пенни кивнула, не впечатленная: -Папа знает много людей. Они все время к нему приходят и плачут. Ты тоже? -Иногда, -выдохнула Гермиона. Они немного помолчали, возясь с песком. Девочка выдавала инструкции, Гермиона послушно подравнивала башенку, как ей велели. - Ты ведь тоже волшебница? - скорее с утверждением, спросила Пенелопа -Как ты догадалась? Она пожала плечами: -Не знаю. Я всегда вижу. Как будто метка. Кстати, ты знаешь, магическом мире меня называют "девочка, которая выжила", но папа не любит магический мир. -Как тебя называют? - выдыхает свой вопрос Гермиона. -Девочка, которая выжила. Как мальчик, только девочка. Ты знаешь, темный лорд пытался меня убить, но умер сам. Вот поэтому. - Пенелопа поднимает глаза на Гермиону, - разве ты не знала? Та лишь отрицательно качает головой. -Тогда ты не папина знакомая! Кто ты? - девочка явно напугана, - Папа, папочка! Драко тут же материализовался рядом и прижал дочь к себе. -Ну здравствуй, Гермиона, - сказал он нарочито ровно. - Давно не виделись. Она поднялась на ноги, отряхивая ладони от песка. На секунду показалось, что она вообще не может подобрать слова. -Не ожидала увидеть тебя здесь. - наконец выдавила из себя она. -А что ты вообще ожидала? Что я держу дочь в чулане? Представь себе нет. Пап? - начала Пенелопа и заметила, как он смотрит на Гермиону. Драко чуть повернулся к дочери: - Пенелопа Фелиция, - сказал он спокойно, - познакомься. Это твоя мама. Мир словно хрустнул. Пенни застыла, глаза расширились. -М… мама? -выдохнула она. - Но… ты же говорила… ты же говорила, что ты просто знакомая… Драко почувствовал, как в девочке под его взглядом начинает подниматься волна, но не удивления, а паники. Гермиона дернулась, сделала полшага вперёд. Молча. Еще одна затянувшаяся пауза. -Пенелопа Фелиция - вдруг выдохнула Гермиона, резко повернувшись к нему, словно хватаясь за любую деталь. - полагаю я могу прокомментировать выбор имени? -Полагаю не можешь. Год спустя могла бы. Но сейчас нет. Поэтому давай без кругов и реверансов, - сказал он. - Чего ты хочешь? -Я хочу забрать дочь. Пенелопа побелела, рот чуть приоткрылся. На секунду она даже не смогла вдохнуть, а потом резко, судорожно втянула воздух. Понемногу до неё доходило главное: взрослые говорят о ней, как о чем‑то, что можно «выбрать» и «забрать». -Забрать… — переспросила она. - К себе?.. Взгляд отчаянный и растерянный метнулся к отцу. -Папа?.. Не отдавай меня! Я не хочу! По лицу побежали слезы. Первые всхлипы превратились в открытый плач, резкий, захлебывающийся. Она прижалась к нему, вцепилась в его свитшот. Драко мгновенно подхватил ее на руки, прижал к груди, прикрыл голову ладонью. Как тогда, когда она была еще младенцем. -Слышишь? -тихо повторил Драко. - Она не хочет. -Это моя дочь, Драко. Я имею право хотя бы попытаться… -Имеешь, - кивнул он. - И я это право для тебя сам когда‑то оформлял. Подписи, печати, все дела. Но... Обсуждать судьбу ребенка на детской площадке, при самом ребенке, не самая гениальная идея, согласись. Даже для тебя. Она попыталась выпрямиться. -Если ты не готов говорить со мной нормально, я… я пойду в Министерство. В опеку. В Визенгамот. Куда угодно. Она смотрела на него с отчаянием и упрямством, таким же, как у девочки у него на руках. Драко коротко хмыкнул: -Вот и прекрасно! Там как раз самое место таким разговорам. А мы, пожалуй, домой. Он развернулся, прижимая Пенелопу к себе. Та все еще всхлипывала, но уже цеплялась за его шею, как за единственную твердую опору. -Ты правда думаешь, что можешь просто… закрыть дверь? - тихо спросила Гермиона. - Что я уйду? -Думаю, - спокойно ответил он, - что сейчас я закрою дверь, чтобы успокоить мою плачущую дочь, - он повернулся в полоборота, чтобы видеть ее лицо, - Для начала, нам нужна встреча без нее. Ты, я, бумаги и все твои претензии. Про «забрать», «вернуть» и «имею право». Но не при ребенке. Никогда больше при ребенке. Он не стал ждать ответа. Развернулся и пошел к дому, к слезам, к горячему лбу у своего плеча и к длинной ночи, в которой ему снова придется доказывать одной маленькой девочке, что никто не заберет ее у него, даже если в дверь стучится сама Гермиона Грейнджер.