Ты можешь арендовать место в моем сознании.

Майкл проснулся от того, что солнечный свет проникал в комнату сквозь щели в жалюзи. Он чувствовал себя более отдохнувшим, чем когда-либо за последнее время. Его мечты о спокойной жизни с Майком дарили ему умиротворение во сне, о котором он даже не подозревал. Обычно его ночи были полны беспокойного сна и кошмаров, вспышек света и искр, скрежета металлических зубов и крови. Он покачал головой, пытаясь избавиться от этих образов, всплывающих в памяти. Он медленно выбрался из-под вороха одеял и на мгновение оглядел свою комнату. Она была такой же пустой, как и комнаты, которые он видел в доме Майка, но, в отличие от дома младшего брата, в доме Майкла было холодно и неуютно. Дом перешёл к нему после исчезновения и смерти Уильяма. Ванесса больше не хотела иметь ничего общего с их семьёй, поэтому дом достался ему. Это был его дом, но он никогда не чувствовал себя здесь как дома. Каждый тёмный угол напоминал об их детстве, об одержимости отца и жестоком обращении с ними. Он жил там, потому что, ну а куда ещё ему было идти? Он заставил себя встать и по холодным коридорам прошёл на кухню, чтобы сварить кофе. В голове у него проносились фантазии, посетившие его прошлой ночью. В ожидании кофе он молча расхаживал по кухне, размышляя. Ему нужен был новый план, его одержимость Майком приняла неожиданный оборот, но он мог с этим справиться. Возможно, он мог бы извиниться, не всерьёз (по крайней мере, так он себе говорил), но, может быть, Майк ему поверил бы. Он схватил кружку со стойки и налил себе кофе, разумеется, без сливок и сахара. Он сделал быстрый глоток и зашипел, когда обжигающая жидкость обожгла язык. «Каждый раз», — пробормотал он себе под нос, покачал головой и сел у подножия лестницы, обхватив кружку пальцами, чтобы согреть их. Он оглядел пустой дом. Чего он вообще хотел от Майка? Не секса, хотя при этой мысли его лицо слегка покраснело, но он хотел большего. Он видел, как Майк терпелив с Эбби, как он защищает Ванессу, и хотел, чтобы Майк относился к нему так же. Его охватило тошнотворное осознание того, что он тоже хотел, чтобы Майк его защитил. Никто никогда не показывал, что ему не всё равно, что он пытается защитить его от ужаса, который царил в его детстве, и от призраков, которые преследовали его сейчас. Он хотел, чтобы кому-то было не всё равно, и от этой мысли он чувствовал себя слабым. Отец всегда учил его полагаться на себя, взрослеть и преодолевать трудности. В конце концов, он был мужчиной и потомком Афтонов, ему больше никто не был нужен. Но, может быть, всё-таки был... С тех пор как умер его отец. Майкл чувствовал себя потерянным. Без гнетущего присутствия отца, нависавшего над ним, он не знал, что делать, куда идти. Он хотел, чтобы отец им гордился, но Майкл всегда разочаровывал его, как бы ни старался. Он изо всех сил старался быть идеальным сыном, беспрекословно выполнять приказы отца, как хороший маленький солдат. Он убивал ради отца, но этого было недостаточно. И вот теперь он пытался продолжить дело своего отца, планировал его в течение нескольких месяцев, но всё рухнуло так быстро. И всё из-за Майка, но он слишком устал, чтобы ненавидеть этого человека. Ненависть отнимала у Майкла слишком много сил, это было неестественно. Раньше он не был таким. Его руки дрожали, сжимая кружку. Он опустил голову, признавая своё поражение. Он не знал, чего хочет, не знал, кто он такой без отца, который управлял его жизнью. Он вздохнул и опустил голову, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. «Чёрт. Пора взрослеть», — тихо прошептал он себе под нос, испытывая отвращение к собственной уязвимости. Но когда он поднял голову и оглядел комнату, почувствовав, как холодный воздух пустого дома окутывает его, по щекам потекли слёзы. Он поставил чашку с кофе на ступеньку у своих ног и закрыл лицо ладонями, глубоко и прерывисто вздохнув. Куда ему теперь идти? Он опустил рукава, чтобы вытереть слёзы. Он сделал ещё один глоток уже остывшего кофе и медленно поднялся, продолжая идти по коридору. Он вошёл в ванную, поставил чашку на раковину и повернулся, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Он уже давно не смотрел на себя. Его волосы были растрёпаны после сна и торчали во все стороны. Из-за тёмных кругов под глазами он выглядел старше, а кожа была бледной, как у призрака. Он всегда был бледным, но сейчас казалось, что он уже много лет не видел солнца. Чёрт, может, и не видел: его работа требовала, чтобы он работал по ночам, так что он выходил на улицу только в это время. Его щёки слегка покраснели от того, что он яростно вытирал слёзы. Он открыл кран и плеснул холодной водой себе на лицо. Это освежило его. Он взял полотенце, вытер лицо и направился в свою комнату, забыв про кофе. Он выдвинул ящик и достал чёрные джинсы, а затем повернулся к шкафу за лавандовой футболкой для регби. Фиолетовый всегда был его любимым цветом. Он натянул одежду, взял носки и кроссовки и тоже надел их. Он вернулся в ванную, чтобы привести в порядок волосы и почистить зубы. Он снова посмотрел в зеркало, но на этот раз не на себя, а в пустоту, погрузившись в свои мысли. Была пятница, по пятницам Майк не работал, и Майклу не составило труда найти его расписание, немного покопавшись в документах. Он быстро запомнил его. Сейчас было 8:00 утра, Майк скоро вернётся, отведя Эбби в школу. Может быть, ему стоит попытаться поговорить с ним. Он дал Ванессе второй шанс, может быть, и Майкл получит его. С этими словами он выключил свет в ванной и вышел, вернувшись на кухню за ключами от машины. Он не мог позволить себе думать о том, что делает. Ему нужно было действовать, пока сомнения и страх не остановили его. Он вышел через парадную дверь, запер её за собой и направился прямиком к машине. Сев в машину и повернув ключ, он замер. Что, если это ошибка? Что, если Майк не послушает его или вызовет полицию? Нет, он взял себя в руки и сдал назад. Ему было нечего терять. Впервые за долгое время он почувствовал себя человеком и соскучился по этому ощущению.