День Святого Октавиана

Банкет в поместье Котийяров стал большой неожиданностью для чистокровных. Влиятельная семья не жаловала гостей, а тем более не устраивала торжественные приёмы, но в этом году всё изменилось. День святого Октавиана считался семейным праздником, поэтому когда Хитклифы получили приглашения, они сначала решили, что это ошибка. Позже выяснилось, что список гостей превышал полсотни человек. Котийяры никогда не славились религиозной фанатичностью, а это наводило на определённые подозрения. Мероприятие имело другой подтекст. Уильям Хитклиф организовал семейный сбор, где объявил, что банкет будет направлен на поддержку Совета Старейшин. Котийяры заявляют о превосходстве тёмной материи и поддерживают радикальный настрой в отношении низших слоёв населения. — К нашей семье будет проявлено особое внимание, — Уильям со всей серьёзностью обращался к своим сыновьям. — Я надеюсь на ваше благоразумие, вы не должны вестись на провокации и открыто проявлять протест. — Что насчёт Габи? — Гедеон внимательно слушал, анализировал каждую крупицу информации. — Габриэлла остаётся дома, она слишком мала для подобных банкетов, — Уильям перевёл взгляд на съёжившегося Готье. — Никаких разговоров о полукровке. — Я и не собирался, — тихо ответил Готье, не выдерживая на себе пристальный взгляд. — Мне точно нужно туда явиться? — Будет больше вопросов, если тебя там не будет, — в разговор вступил Гедеон, наконец отвлёкшийся от раздумий. — Просто переводи тему, говорить со всеми буду я. — А ещё там будет Дарсериан, — пробурчал Готье себе под нос, сдерживаясь, чтобы не начать проклинать его прямо тут. — Мы проведём там не более трёх часов, — Уильям поднялся с кресла, давая понять, что разговор окончен. — Постарайтесь никого не убить. Ночь перед мероприятием Готье провёл с бессонницей. То ли презрение, то ли тревога копошились у него в голове, мысли возвращались к Дарсериану, которому Хитклиф готов был вцепиться в глотку. Марсериановец явно не откажется от комментариев по поводу Скэриэла, а Готье явно не будет молча выслушивать оскорбления своего друга. Он так и не заснул. Утром, когда Сильвия пришла будить его, он готов был кричать в подушку. Может, стоит взять пример с Биби и закатить истерику, что он никуда не пойдёт? Волосы пушились: укладка отказывалась держаться дольше минуты, смокинг казался слишком узким и давил в плечах, а заспанное лицо могла исправить только косметичка сестры, и то не факт. — Можно? Дверь приоткрылась, в комнату вошёл Гедеон. Идеально собранные волосы казались шёлковыми, ни одна прядь не выбивалась из причёски. Костюм-тройка подчёркивал подтянутую фигуру, даже чёртов галстук-бабочка не сбивался в сторону. — Заходи, — Готье мучался с пуговицами, пальцы не слушались, и младший обречённо выдохнул. — Я ненавижу Котийяров. — Ты вообще спал? — Гедеон опустился перед братом и помог с несчастным костюмом, который, к слову, очень даже шёл Готье. — Выглядишь так, будто месяц не просыхал. — Спасибо, всегда знаешь, как меня подбодрить, — Готье закатил глаза и повернулся к зеркалу, ещё раз осматривая свой внешний вид. — Это катастрофа. — Ты драматизируешь. — Тебе легко говорить, мистер Совершенство. — Не начинай. Теперь они оба смотрели на себя в зеркало. Гедеон был порядком выше, Готье еле доставал до его плеча. Младший выглядел непривычно в этом образе, словно модель со страниц глянцевого журнала. Уставшие глаза лишь добавляли шарма, Гедеон невольно засмотрелся и облизнул пересохшие губы. — Если будешь так пялиться при всех, то тебя сочтут за сумасшедшего, — Готье заметил этот голодный взгляд, которым Гедеон одаривал его. — Сомневаешься в моём самоконтроле? — Брови Гедеона на мгновение взлетели вверх, в отражении можно было заметить лёгкую ухмылку. — Сомневаюсь в том, что ты не будешь охранять меня, как сторожевой пёс. — Подбирай выражения, Готье. Гедеон обхватил пальцами его подбородок и поднял на себя, сокращая расстояние между их губами. Поцелуй вышел глубоким, властным, но недолгим. Готье всегда отдавал Гедеону контроль, позволяя тому проникать в свой рот и вылизывать его изнутри. — Не моя вина, если за тобой приходится приглядывать, — Гедеон отпустил его и поправил свой галстук. — Ты либо лезешь в драку, либо флиртуешь с каждым встречным. — Во-первых, я не флиртую! — Готье искренне возмутился такому заявлению, да когда такое было! — А во-вторых, прекрати ревновать меня к, как ты выразился, «каждому встречному». — Не давай мне повода, и проблем не будет. Гедеон открыл дверь и жестом пригласил Готье на выход, намекая на то, что их уже все ждут. Готье схватил телефон со стола и, проходя мимо брата, показал ему средний палец, после чего чуть ли не сорвался на бег, чтобы исчезнуть из его поля зрения. — Ещё раз увижу — и останешься без пальца! Гедеон тихо выругался, обещая себе, что рано или поздно прибьёт маленького засранца, нацепил привычную маску безразличия и спустился следом.

***

Холл был полностью заполнен людьми. От бесконечных разговоров у Готье начинала болеть голова. Дом Котийяров был огромный, наполненный бессмысленным дорогим декором (очевидно, для показухи) и кучей чистокровных, которые только и делали, что восхваляли нынешнюю власть Октавии. Готье даже не притронулся к фуршету, много чести. Несколько раз в поле его зрения мелькал, чёрт бы его побрал, Дарсериан, но при малейшем намёке на контакт с ним Готье капитулировал в соседнее помещение. Гедеон, как и ожидалось, не покидал его ни на минуту. Братья ловили на себе косые взгляды, но обоим со временем стало плевать. В какой-то момент Гедеону всё же пришлось отойти, его втянули в разговор несколько влиятельных чистокровных. Оставшись наедине с собой, Готье двинулся в сторону барной стойки. Брат бы не одобрил его желание выпить, но Гедеона рядом нет, поэтому Хитклиф-младший заказал мартини и залип в телефон, глазами пробегаясь по чатам. — Не устал сбегать от меня, Хитклиф? — Лилейный голосок за спиной Готье заставил волосы на затылке встать дыбом. — Даже не поздороваешься с… — С кем, Дарси? — Его имя из уст Готье прозвучало с таким презрением, будто он выплюнул какое-то грязное ругательство. — С заносчивым марсериановцем, который только и ждёт момента, чтобы вывести меня из себя? — Не зови меня так, отщепенец, — Дарсериан сморщился и сделал глоток из своего бокала. — Не забывай, в чьём поместье ты находишься. — Заканчивай этот цирк, что тебе от меня надо? — Готье наконец забрал свой мартини и отпил сладковатый напиток, всем видом показывая свою незаинтересованность. — Чтобы ты не осквернял своим присутствием этот банкет, — Дарсериан перестал улыбаться. — Отщепенцам здесь не рады. — Скажи это своему отцу, который отправлял приглашения, — Готье легко парировал, но на деле его кулаки сжались, этот разговор ему знатно надоедал. — Ты думаешь, я сюда явился по своему желанию? — Разве ты не идёшь в комплекте со своим старшим братцем? — Лицо Готье изменилось, Дарси нашёл его больную точку. — Должен признать, питомец из тебя получается неплохой. — Ещё одно слово, и я… Договорить ему не дали. Чужая рука забрала напиток из рук Готье и крепко сжала плечо, приказывая молчать. — Добрый день, Дарсериан, — Гедеон выступил вперёд, как бы загораживая собой брата. — О чём ведёте беседу? Котийяр натянул вежливую улыбку, но по его лицу было видно, что он вот-вот готов потерять самообладание и наброситься на Готье. — Всё замечательно, мистер Хитклиф, — от такого обращения Готье передёрнуло. — Хорошего времяпрепровождения вам и вашему брату. Дарсериан вежливо кивнул и ушёл прочь, не желая иметь дел с Гедеоном. Всей своей аурой Гедеон показывал, что с ним лучше не вступать в конфликт, а тем более нелестно отзываться о Готье. Младший вышел из-за спины брата и выхватил свой бокал обратно, делая жадный глоток алкоголя. — Зачем ты помешал? — Готье агрессивно шептал, чтобы никто из окружающих не подслушал их разговор. — Чтобы мне не пришлось прятать труп Дарсериана, — Гедеон злобно посмотрел на младшего. — Что вы тут устроили? — Он первый начал. — Мне плевать, кто начал, ты должен был это прекратить. — Тогда я ухожу отсюда. Готье с силой поставил бокал на барную стойку, на шум обернулось несколько гостей. Младший стремительно вылетел в коридор, чуть ли не расталкивая толпу перед собой. Гедеон рванул за ним, наплевав на недоумевающих чистокровных. Готье стоял у лифта. Кто вообще ставит в своём доме лифт? Это даже не пафосно, а глупо. Безмозглые богатые уроды. Гедеон подошёл в тот момент, когда двери лифта открылись и младший зашёл внутрь. Не обращая внимания на возмущение Готье, он встал рядом и дождался, пока не закроются двери лифта и они не останутся наедине. — Ты, блядь, в своём уме? — Гедеон схватил Готье за шиворот, как котёнка, и встряхнул. — Решил опозорить отца? — А я должен был молча проглотить всё, что он говорит? — Готье протестующе вырывался. Лифт поехал вниз, и оба брата дёрнулись от движения. — Скажи спасибо, что я ему не врезал. Терпение Гедеона лопнуло. Он припечатал Готье к стене и навис сверху, больно сжимая запястья, чтобы тот не вырвался. Кабина, в которой они ехали, опасно качнулась. — Когда эти двери откроются, ты сделаешь вид, что ничего не случилось, — Гедеон отделял слова друг от друга, Готье больше не смел огрызаться, игры закончились. — Если так невыносимо находиться здесь, то говоришь, что тебе плохо, и уходишь. Я понятно выразился? Готье хотелось съязвить, показать, что он не послушный пёсик, которым его считает Дарсериан. Кровь младшего закипала, он прокручивал в голове их с Дарси диалог. Готье не беспомощный и не обязан подчиняться своему брату. Готье выставил ногу вперёд и, пользуясь мимолётным замешательством Гедеона, нырнул под его выставленные руки и сбил с ног. Старший завалился на пол, его глаза потемнели от злости. Гедеон, не теряя времени, схватил Готье за ногу и заставил упасть следом. Свет замерцал, лифт резко остановился. — Доволен? — Гедеон несколько раз зажмурил глаза, чтобы привыкнуть к темноте и видеть Готье. — Теперь домой ты точно попадёшь не скоро. — Кто просил тебя идти за мной? Гедеон замолчал, он боролся с желанием влепить безрассудному брату пощёчину. Лампы над ними вновь замигали, но свет был прерывистым: лишь иногда освещал парней, а после сразу исчезал. — Раз ты не в состоянии себя контролировать, то этим буду заниматься я, — Гедеон принял сидячее положение и поправил пиджак. — Ты своим поведением лишь в очередной раз это подтверждаешь. Готье тяжело дышал, он лежал на спине с закрытыми глазами и думал о том, что погорячился. Теперь они тут застряли на неизвестное количество времени, бог знает, когда кто-то заметит, что лифт сломан. — Извини, — Готье открыл глаза и повернул голову в сторону брата. — Что будем делать? Гедеон молчал. Он проверил телефон — как и ожидалось, связи нет. Никаких экстренных кнопок Котийяры в лифт решили не устанавливать. Где-то далеко слышались чужие разговоры. Гедеон придвинулся к Готье, зарылся в его волосы. — Не знаю, — тихо признался он, оглядывая кабину. — Возможно, отец скоро заметит, что нас нет поблизости. Готье успокаивался под массирующими движениями. Кожа головы всегда была у него чувствительной, Гедеон, очевидно, знал об этом. С возрастом в Готье начала просыпаться вспыльчивость, поэтому брат часто прибегал к подобным манипуляциям. — Тут есть камеры? — Готье повторно начал изучать взглядом место их временного заточения. — Нет, только если скрытые. В дурной голове младшего проскользнула мысль, которую он старался игнорировать в течение всего торжества. Они одни, без лишних глаз, в полностью обособленном от всех помещении. В добавок ко всему на Гедеоне чертовски сексуальный костюм. Готье улыбнулся своей идее и перебрался на колени Гедеона, который от неожиданности перестал почесывать голову младшего. — Готье, что ты делаешь? — Гедеон громко сглотнул и автоматически положил руки на бедра брата. — Я же знаю, что ты всё равно на меня засматривался, — Готье поёрзал, чувствуя ответную реакцию тела Гедеона на свои действия. — А тут нас никто не услышит. Готье обхватил шею Гедеона и прильнул к ней губами. Он знал, что это его эрогенная зона, к которой никому, кроме Готье, не дозволено касаться. Дыхание Гедеона сбилось, он старался держать себя в руках, но член уже наполнился кровью, и Готье отчётливо чувствовал чужой бугорок. — Ты мой личный змей-искуситель, — Гедеон оттянул Готье за волосы и выдохнул прямо в губы. — Не противно заниматься таким в поместье Котийяров? — Не упоминай их больше. Готье не выдержал и сам вцепился в губы напротив. Гедеон ответил взаимностью и сам углубил поцелуй. Как бы младший ни пытался управлять процессом, вёл всегда Гедеон. Старший Хитклиф обхватил Готье за талию и притянул ближе, он погладил обтянутые дорогой тканью бока. Готье простонал в поцелуй, требовал большего. Гедеон не смог сдержать дьявольскую улыбку. Длинные пальцы нарочито медленно расстёгивали пуговицы жилетки, которые он сам же утром и застегнул. Предмет одежды оказался на полу, рубашка полетела вслед за ним. — Не медли, — Готье сам положил руки Гедеона себе на грудь. Тот перехватил инициативу и погладил чувствительные соски. — Ты слишком нетерпелив, мой принц, — Гедеон спустился поцелуями к ключицам, прикусил нежную кожу, оставляя на ней след от зубов. — Дай мне насладиться тобой. Готье хотел было ответить, но Гедеон обхватил губами сосок, и вместо слов вырвался стон. Стояк Готье упирался Гедеону в живот, младший двигался в поисках дополнительного трения. Почувствовав чужое возбуждение, Гедеон запустил руки под брюки Готье. Сначала погладил излюбленные ягодицы, сжимая кожу в особенно мягких местах, а после провёл пальцами по головке через трусы, на которых уже было влажное от предэякулята пятно. — Такой мокрый, — Гедеон бархатным голосом шептал Готье на ухо пошлости, зная, что младшего от такого ведёт. — И только для меня. Готье чуть ли не заскулил, когда ловкие пальцы забрались в белье и обхватили член. Гедеон ласково гладил вжимавшегося младшего по спине, постепенно ускоряя темп. Готье пытался сам толкаться в руку, но Гедеон не позволял. В моменты, когда Готье был близок к оргазму, он замедлялся и сжимал член у основания, не позволяя кончить. — Быстрее, — Готье уткнулся ему в плечо, весь бунтарский характер усмирился под властными ласками. — Тебе придётся попросить, — в подтверждение своих слов Гедеон прекратил движение, из-за чего Готье выругался. Ну уж нет. Готье оттянул воротник Гедеона и больно укусил в плечо, из-за чего старший зашипел и шлёпнул брата по ягодице. Рука всё ещё не двигалась, а напротив, выбралась из-под белья. Гедеон повалил Готье на пол, прижимая всем своим телом. Плечо жгло от укуса, мелкие капельки крови бусинами красовались на покрасневшей коже. — Можно поаккуратнее? — Готье потёр ушибленный затылок и недовольно зыркнул на Гедеона. — Сам нарываешься, — Гедеон затянул его в очередной поцелуй, провёл пальцами по скуле брата. — Сегодня из твоего рта доносится слишком много грубости, придётся занять его чем-то другим. В следующее мгновение Гедеон протолкнул пальцы сквозь приоткрытые губы, чуть нажал на язык, заставляя открыть рот шире. Вязкая слюна собралась в уголках губ Готье, его глаза расширились и помутнели от желания. Язык почти на автомате начал вылизывать чужие пальцы, принимать их глубоко, особое внимание уделяя подушечкам. От такой картины кадык Гедеона дёрнулся. Ему нравилось трахать рот Готье, видеть, как глаза младшего извращённо блестят. Готье что-то мычал, пытался сказать, но рот был занят. — Тише, — Гедеон погладил младшего по волосам. — Я знаю, что тебе не нравится поза. Дело было не столько в позе, сколько в грязной поверхности, по которой Готье елозил голой спиной. Вдоволь насладившись языком младшего, он поднялся и потащил за собой Готье, который от возбуждения не мог сосредоточиться на происходящем. Гедеон схватил его за бедра и усадил на себя, прижимая спину сидящего к стене. — Ты чёртов извращенец, — Готье обратился к Гедеону, который покрывал поцелуями его торс. Вместо ответа Гедеон ущипнул его и попробовал стянуть брюки, но сам Готье сжалился и помог освободить себя от ненужной одежды. Штаны вместе с трусами болтались у него в ногах, которые тот обвил вокруг торса Гедеона. Смоченный слюной палец легко проник внутрь, Готье протяжно застонал и откинул голову на стену. Гедеон сгибал его, массировал чувствительные стенки и вскоре добавил второй палец. Готье плавился под руками Гедеона, иногда сжимался, но в такие моменты старший нарочно задевал простату. — Блядь, войди уже нормально, — Готье тяжело дышал, а Гедеон в ответ лишь хитро улыбался, ждал определённого слова. — Пожалуйста, Гедеон… Предохранитель снят, вырван с корнем. Гедеон вытащил пальцы, чтобы снять с себя брюки, от чувства пустоты Готье недовольно заскулил. Нижняя часть смокинга Гедеона оказалась на полу, но сейчас его не волновало состояние одежды. Резким толчком он вошёл в Готье, из глаз младшего брызнули слёзы. Больше тянуть не было смысла, Гедеон ускорялся до тех пор, пока не начал вбиваться в брата, как голодное животное. Тихие стоны Гедеона Готье ловил губами, он был готов кончить от одних лишь звуков. Неожиданно лифт дёрнулся и поехал вниз. Готье испуганно взглянул на Гедеона, но вместо того, чтобы всё прекратить, старший чуть сменил угол, под которым трахал брата, и теперь с каждым толчком задевал комочек нервов. Готье кончил спустя несколько таких попаданий по простате и сильно сжался, стало настолько узко, что Гедеон кончил следом прямо внутрь. Они оба чуть не упали.

***

Двери лифта открылись, перед парнями стоял глава семейства Котийяров. — Прошу прощения за доставленные неудобства, перебои с электричеством. Гедеон с Готье переглянулись и вышли из кабины. Их волосы были спутаны, одежда мятой, а лица красными. — Ничего страшного, — Гедеон зачесал рукой волосы, стараясь исправить испорченную укладку. — Мы не заскучали.