Tell me in a whisper

Чонгук стоял у машины, уперевшись плечом о дверцу, и напряженно вглядывался на вход в общежитие. Воздух был наполнен вечерней прохладой: асфальт еще помнил холодные капли дождя, переливаясь мягкими отсветами фонарей, и даже редкие студенты, проходящие мимо шагали неспеша будто в замедленной сьёмке, но постоянно бросали непонимающие и любопытные взгляды то на машину, то на него самого. Чонгук делал вид, что не замечает, хотя пальцы нетерпеливо барабанили по крышке коробочки с бутоньеркой, которую он собирался вручить Чимину. Альфа выглядел безупречно. Черного цвета классический костюм и в тон ему рубашка, расстёгнутая на несколько пуговиц, сидели идеально на сильном теле, подчеркивая крепкие бедра и талию. Расстёгнутая вещь так удачно открывала прекрасный вид на татуировку на груди, что скруживало всем голову. Недавно уложенные волосы растрепались на ветру, портя укладку, но все равно выглядели идеально. Чон уже устал бросать взгляды на дверь, откуда то и дело появлялись люди, в его мимике читалось больше нестерпимого ожидания, чем непоколебимого спокойствия. А он между прочим просил не опаздывать. Он еще раз бросил взгляд на свое запястье, где красовались часы и спрятал руку в карман брюк. — Ну и где эта короткометражка? — задал он вопрос в пустоту, продолжая прожигать взглядом вход. — Еще и не отписывает. Чонгук десять раз проверял свой телефон, но блондин даже не прочитал, хотя был в сети все это время, о чем гласил зелененький кружочек возле аватарки. В момент, когда терпение достигло уже своего апогея, и Чон решил зайти внутрь дабы проверить на прочность свое лицо, он сделал уже шаг вперед, как из прохода вышел парень, чем-то напоминающий его безалаберного друга — Чимина. Альфа застыл, так и не сдвинувшись и на миллиметр. Челюсть бы отвисла, если б брюнет плохо контролировал свое лицо. Из общежития действительно вышел никто иной как Пак Чимин, вот только другая одежда, прическа и макияж затуманили взгляд, заставляя усомниться действительно ли это тот самый парень. Чонгук даже под дулом пистолета, направленным на него Сокджином не признается в этом Паку: но он всегда считал его довольно привлекательным омегой, ему не нужно было тона косметики или дизайнерской одежды, чтобы выглядеть хорошо. У Чимина есть собственный стиль в выборе одежды, и он особенный, потому что не похож ни на чей другой. И в данный момент этот стиль сохранился, только немного усовершенствовался. Костюм сидел просто идеально. Пиджак делал талию визуально уже и подчеркивал природную хрупкость, а брюки демонстрировали длину ног и крепкие бедра, с упругой задницей. Да, можете выколоть Чонгуку глаза, но он посмотрел туда. Всего разок. Его белокурые волосы были поделены на две стороны и приподняты спереди, создавая эффект объёма и легкой небрежности, а макияж делал глаза выразительней, будто у хитрой лисы. С каждым шагом Чимина, он замечал все больше деталей, например, длинные сережки в ушах, новый пирсинг в брови и… Губы. Последним, на чем остановился его взгляд — были губы. Пухлые и блестящие, будто их хозяин постоянно их облизывал или покусывал. Пак Чимин выглядел как дьявол, которому без сожаления хотелось отдать душу. Когда немного странно улыбающийся омега перед ним остановился, Чонгук едва заметно сглотнул. — Тебе знакомо слово пунктуальность? — слетело с языка скорей на автомате, чем намерено. Улыбка медленно с лица сошла, и вновь вернулся тот самый убийственный взгляд, хорошо знакомый младшему. — Знакомо. А тебе знакомо слово терпение? — и не дав Чону даже рот открыть продолжил: — Мне, например, очень хорошо. Но всему приходит свой конец, и мое терпение уже на исходе, поэтому если хочешь, чтобы все прошло хорошо, подотри слюни, завались и поехали. Он обошел стороной вмиг замолкнувшего альфу и по-хозяйски открыв дверь, забрался внутрь салона, захлопывая за собой дверцу. Еще и так показательно, что парень вздрогнул, от громкого звука, его пострадавшего автомобиля. — Черт, а он был горяч, пока молчал, — произнес в пустоту и направился к черной иномарке, где его уже ожидал то ли принц, то ли дракон. Он бросил ему на колени бутоньерку и завел двигатель, выезжая с территории общежития. Вечер обещал быть интересным.

***

Музыку, доносящуюся из актового зала, было слышно по всей территории. Атмосфера праздника витала в воздухе, некоторые студенты уже были внутри, некоторые крутились у входа, но множество только-только подъезжало, оставляя свой транспорт на парковке, как в данный момент делал и Чонгук, глуша двигатель, пока Чимин застегивал на руке бутоньерку, что у него никак не получалось. Омега обманывал себя тем, что не волнуется. Волнение это не про него, говорил он всем и себе в том числе. Но он ведь тоже живой человек и имеет полное право чувствовать эмоции такого рода, хоть и не привык показывать это. Его пальцы не слушались, и в какой-то момент это заметил младший. Останавливая его попытки своей большой теплой рукой и спокойно, без лишних слов застегивая бутоньерку на небольшом запястье. — Спасибо, — выдохнул омега и уже дернул за ручку двери собираясь выйти, как его вновь остановил альфа. — Подожди, я должен открыть тебе дверь. Чимин не понимал зачем это, ведь он может выйти сам, без лишней показухи, не привлекая нежелательное внимание к своей персоне. Но с этим он проебался еще в самом начале, ведь его спутник Чон Чонгук и как скажете не привлекать внимание с тем, на кого постоянно все пялятся? Чонгук открыл ему дверь и красиво подал руку. Боже, каков джентльмен. Ну точно позерство, знали бы все его фанатки, какой он бывает «хороший», уже давно бы повесились от принятия несбыточных фантазий. Тем не менее свои субтитры на лице Чимин оставил при себе и подал ему руку, которую сразу же сжали в ответ, аккуратно потянув на себя. Чонгук никогда не задавался вопросом, как мелкая рука хена будет ощущаться в его большой. Это интересно, так будто они были вылеплены друг для друга. Его рука идеально умещалась в руке альфы, и почему-то от этого факта внутри разливалось тепло. Чимин выбрался наружу будто ослепленный тысячами софитов, но это были всего лишь сотни удивленно-любопытных глаз парней и девушек, направленных на их пару. Чонгук захлопнул дверцу и заблокировал автомобиль, сразу же подставляя свой локоть так, чтобы Чимин мог вложить туда свою руку. После небольшой заминки он так и сделал, ощущая, как его начинают тянуть ко входу. Голова Пака была высоко поднятой, а взгляд уверенным, даже немного орлиным, но внутри полная неразбериха из чувств. Друзья уже должны были ожидать их в зале. Сокджин и Тэ уехали от него намного раньше, чтобы успеть проверить своих парней и отправиться вместе с ними на бал. Хосока никто сегодня не видел, ведь тот тренировался в поте лица все эти дни, еще и помогая новичкам освоиться. И парни дружно решили не отвлекать его, а только иногда спрашивать о самочувствии и таскать обеды, ведь бета как всегда забывает поесть, когда сосредоточен на чем-то важном. Друзья зашли в здание и прямо перед входом была установлена фотозона, где каждый по желанию мог сделать фотографию вместе со своей парой. Чимин делать этого не желал, поэтому и забавно для сильного Чонгука сопротивлялся его напору, напрягая руку так, что кости могли треснуть. Но этого недостаточно, чтобы остановить неугомонного младшего. На них и так все пялятся. Не то чтобы Паку было до этого дело, но всё-таки неимоверно раздражает, когда каждый твой шаг будто под объективом папарацци. К чему все эти взгляды? Будто никто здесь не в курсе, что они дружат, и находиться рядом друг с другом для них в порядке нормы. Ладно. Может прямо в таком положении не видели, но все-таки. Тут уже субтитры Чимин не смог удержать, по его лицу прямо-таки было заметно, как сильно он «желает» запечатлеть этот момент. Не то, что улыбающийся во все тридцать два альфа. Хотел бы блондин так же блестяще играть на публику. Камера продолжала ослеплять вспышками, и в один момент Чон резко меняет их положения, отпуская его руку и хватая за талию, прижав ближе к боку. Чимин тогда удивленно посмотрел на него, готовый в следующий момент убить, но на него уже смотрели в ответ. И в этих, затягивающих своей галактикой, глазах с россыпью звезд на дне можно было без промедления утонуть. Омега застыл в оцепенении, отдаленно слыша щелчки камеры. Казалось, будто время остановилось, а сердце напротив ускорило ход. Это было что-то странное и может быть впервые за всю жизнь Чимин по-настоящему испугался своей реакции. Чонгук отстранился как в ничем небывало и, поблагодарив фотографа, потянул старшего в сторону актового. Зал университета был украшен нежными весенними цветами и мягкими гирляндами. Свет мерцал от свечей и ламп, создавая тёплую и уютную атмосферу. В воздухе витал лёгкий аромат цветов, а музыка плавно переплеталась со смехом и разговорами студентов. Пары медленно кружились в танце, их улыбки отражали радость и лёгкое волнение праздника. Всё вокруг дышало весной, свежестью и ожиданием чего-то особенного. Сбоку был накрыт большой фуршетный стол, а за круглыми столиками переговаривались уже успевшие ухватить что-то вкусное студенты. Бал был в самом разгаре, и Чимин чувствовал себя звездой вечера, потому что, зайдя с Чоном за руку, сотни глаз вновь устремились в их сторону. Омега не сдержался и закатил глаза, ведь один взгляд прожигал его так сильно, будто готов сжечь, превратив в пепел на месте. — Если это пушистое недоразумение испортит мой костюм, я подожгу ей волосы, — предупредил Чимин продолжая пялиться на Харин в ответ. Ну и костюмчик она себе выбрала, Круэла Дэ Виль нервно курит в сторонке. Меховое розово-белое платье, с вырезом на талии, меховые туфли на каблуке, даже рукавички и резинка на заложенных в высокий хвост волосах тоже из меха. Интересно, она просто проигнорировала слово «весенний» бал или для нее в порядке нормы нарядиться Снегурочкой в середине весны? Чонгук тоже в ахуе. В его сторону даже смотреть не нужно, чтобы понять. — Вы бы еще когда пришли, совсем скоро будет выступать наш Хосок-и, — Сокджин подлетел к ним фурией — быстро и незаметно. За ним пришел Намджун, видимо посчитав, что если начнет бежать, то растолкает людей и снесет столы, поэтому придерживался легкой и неспешной походки. — Хен, что ты уже начал? Мы пришли до выступления, так что считай не опоздали, — Чимин удивленно посмотрел на темноволосого, который оставался непоколебимым. Вообще это из-за омеги они опоздали и тот вполне мог кинуть подколы в его сторону или заставить почувствовать свою вину, но он напротив будто бы защитил его? Или это просто показалось? — Ладно, твоя взяла, — кинул Сокджин, решая не спорить сегодня. Он выглядел потрясно в своем костюме нежно голубого цвета от Диор, а Намджун рядом с ним выглядел как состоявшийся мужчина. Черный костюм с голубой рубашкой и открытый лоб делали его старше и серьезней, только озорной блеск во взгляде выдавал в нем студента. — Так, а где Юнги и Тэхен, только что ведь здесь были. Все принялись оглядываться, но не прошло и минуты, как те появились за их спинами. Держась за руки и разговаривая о чем-то своем. — Серьезно, Юнги? — выгнул бровь Чимин в недоверии. — Бабочка? — Не спрашивай, — альфа поправил бабочку у себя на шее с тяжелым вздохом. — Чего не сделаешь ради любви. Костюмы ребят идеально дополняли друг друга. Изумрудного цвета брючный костюм Тэ с открытой спиной, выглядел очень элегантно, но совершенно не броско, учитывая то, сколько денег он за него должно быть отдал. Юнги хоть и был одет в черный костюм, но с изумрудного цвета рубашкой, что делало их наряды парными, так же, как и Намджуна с Сокджином. Чонгуку с Чимином даже сговариваться не пришлось, они просто пришли одинаково в черном, так что считайте все по стилю. — А что? По-моему, ему очень даже идет, — Тэхен принялся поправлять лацканы пиджака Юнги и ту самую бабочку на шее. — Чувствую себя как на поводке, — скривился Юн. — Выглядишь так же, — Чимин похлопал друга по плечу проходя мимо, направляясь прямиком к фуршетному столу. — Пойду найду что-нибудь перекусить, а то я зря сюда пришел что ли. Все друзья разом прыснули. Пак Чимин и его любовь к еде никогда не изменятся. Он и на вечеринки приходит чисто поесть, больше его там мало что интересует. Пока Чимин вместе с Намджуном обследовали еду, остальные мило общались за круглым столиком. Мило это конечно сильно сказано, если подойти ближе, а не смотреть из далека, то можно услышать отборный мат и целую кипу возмущения, которыми Сокджин делится с друзьями. В главных ролях прокурор одного дела, с которым ему пришлось столкнуться в суде. Абсолютно не компетентный, но очень хитрый опоссум. Чонгук с бокалом шампанского деловито кивает, делая вид что ему интересно, время от времени бросая взгляд на своего спутника, будто проверяя. Тэхен поддерживает возмущение хена, ну а Юнги вообще не гребет, что он забыл тут, а не в своей теплой кроватке. Боже, как же Чимин его понимает. Пак как раз лакомился вкусным бутербродом с икрой, как свет в зале погас и на сцену вышли ведущие этого вечера. Поздравляя всех с праздником и желая приятного вечера, они объявили первого выступающего. По инструментам Чимин понял, что сегодня будет больше живой музыки и это ему пришлось по душе, потому что больше всего он любит именно живое исполнение. Свет на сцене погас, и из-за кулис появилась девушка, подходя к стоявшему посредине сцены микрофону, пока позади нее выстраивались ребята из хореографического факультета. Этот номер тоже работа Хосока, как и многие другие. Чимин оценил и голос и саму постанову, на некоторое время он почти забыл, где находится и с кем пришел, но прожигающий его время от времени взгляд постоянно об этом напоминал. Они с Намджуном все еще находились на расстоянии от остальных друзей, но это не мешало Чонгуку вторгаться в его личное пространство. Когда песня закончилась и все выступающие поклонившись ушли, старший Ким махнул им рукой, и они вернулись к ребятам. Расслабляющие разговоры прекращались, когда на сцену выходил очередной выступающий, а после вновь возобновлялись. В самом конце концерта на сцену вышла знакомая макушка и все в компании начали бурно приветствовать его первый выход на сцену, как главного танцора. Джин и Тэ кричали, Чонгук выкрикивал слова поддержки, Намджун аплодировал как можно громче на пару с Чимином, ну а Юнги умудрился посвистеть несколько раз. В зале творился настоящий хаос, все на них оборачивались, но им было абсолютно все равно. Чон Хосок, их ясное солнышко, тепло улыбался, наблюдая за ними со сцены. Он подумал, что кажется выиграл эту жизнь, ведь имеет таких ебанутых на всю голову друзей. Свет в зале погас и лишь одинокий светло белый луч освещал фигуру человека на сцене. Хосок начал двигаться. Он делал это так плавно. Не было резких выпадов или рывков, все выглядело идеально. Он перемещался по сцене то молниеносно, то слишком медленно, даря студентам ощущение бегущих мурашек по телу. Даже с закрытыми глазами бета был полностью сосредоточен, но выглядел удивительно расслабленным, будто даже не задумывается над следующим шагом. Когда номер подходил к концу все затаили дыхание. Молчали до тех пор, пока не зажегся свет и открылись два изумрудных глаза, сканируя толпу и пытаясь отдышаться. В тот же момент все сорвались на крики и бурные аплодисменты. Хосок измученно улыбнулся, но выглядел по настоящему счастливым. Он поклонился в знак благодарности и покинул сцену, спустя минут двадцать, когда сцену уже покорял ди-джей своей музыкой, спустился к своим друзьям, которые сразу же принялись приветствовать его дружескими хлопками по спине и плечам. — А вот и главная звезда этого вечера, — поприветствовал друга Юнги, улыбаясь. Хо смущенно улыбнулся и потер шею, пытаясь опровергнуть его слова. — Ой, скажешь тоже, — махнул он рукой. — Спасибо, тебе за музыку, это и вправду было прекрасно. Пришла очередь Юнги махать рукой. — Твой танец сделал ее лучше, так что считай, мы с тобой хорошо сработались. — Хватить уже обмениваться комплиментами, зануды, — вмешался Джин и противореча сам себе произнес. — Хоби, детка, это было лучшее выступление за сегодня. — Ты такой странный, Джин, — заметил Мин. — Ничего не знаю, сегодня мы должны как следует оторваться. Пошли танцевать, — проигнорировал слова друга Ким и потянул своего парня за руку на танцпол. — Этот вечер нужно провести достойно. Присоединяйтесь. Хосок кивнул и кинул взгляд на новоиспеченную парочку, которые непривычно не отлипали друг от друга, хотя в обычной жизни даже стоять рядом не желали. Хо улыбнулся своим мыслям. — Отлично смотритесь вместе, — подмигнул он и быстро поспешил за Джином и Намджуном, пока взгляд Пака не разрезал его на части. Чимин и Чонгук только осмотрели друг друга будто впервые видят и фыркнув отвернулись. Но расстояние никто увеличивать не собирался, будь то обстоятельства или же нежелание отходить друг от друга. — Мы тоже пойдем, — выкрикнул Тэ им, так как стоял немного дальше, а музыка была слишком громкой. Еще одна парочка ушла, и парни вновь остались наедине. Ощущалось это не то чтобы неловко, просто все еще непривычно, они всегда были с кем-то, но редко вдвоем. — Танцевать идем? — небрежно спросил он. Будто ответ его вовсе не волновал. Чимин фыркнул. — Иди, я-то тут причем, — пожал плечами Пак, исследуя взглядом помещение, и тут же натыкаясь на стол с выпивкой. Это то, что было нужно.

Nervous — John Legend

Чимин уже собирался сделать шаг в направлении к прекрасному, как Чонгук раздраженно выдохнул, резко схватил его за кисть и потащил за собой через толпу. Они потерялись среди студентов, найдя более-менее свободное место, где их по крайней мере никто не цеплял локтями. Из уст Пака не вырвалось и единого звука возмущения, что было странно. Ведь он как спокойно следовал за младшим, так и спокойно встал напротив, ожидая каких-то действий с его стороны. Чонгук слишком аккуратно, будто боясь получить по лицу, поднял руку Чимина, сначала захватив ладонь, а после кисть. Он уложил его руку к себе на плечо и плавно опустил свою большую ладонь на хрупкую талию блондина, охватил почти полностью и резко прижал к своему телу. Чимин испустил вздох неожиданности, не в силах понять, что с ним творится в данный момент. Это было слишком. В один миг на него обрушилось столько эмоций и каждая пугала своей неоднозначностью. Взгляд Чона излучал уверенность и казался темнее обычного. Другой рукой он схватил его, поднеся сцепленные ладони вверх. Парни начали двигаться под расслабляющий такт медленного танца. Время замедлилось, лица других вдруг стали размытыми, в этом тесном кругу существовали только они, и никто больше не имел права разорвать их контакт. Словесный, телесный, зрительный. Это всегда были они. Когда ссорились, когда смотрели друг другу в глаза, когда наконец дотронулись. Ощущения пугали, но в то же время такое положение казалось правильным. Не было смущения, никто не хотел уйти, лишь комфорт, гармония и желание остаться в этих крепких объятьях как можно дольше. Но все закончилось, как только Чимин осознал сколько глаз за ними наблюдают, и сколько людей, видели все это. Его минутную слабость, потерянный контроль. В душе отчего-то заиграла паника и он хотел отступить назад, вырваться из теплых объятий, но его не отпускали. Держали крепко, даже на миг не ослабив хватку пальцев на талии. Альфа смотрел на него непонимающе, потому что Пак очевидно выглядел немного напуганным, что совершенно ему не свойственно. — Ты чего вдруг такой дерганый? Что произошло? Чимин еще раз осмотрел толпу и наконец ответил. — Мне некомфортно, Чон, — начал он в сопровождении легкого смятения. — Все на меня пялятся, и мне кажется будто я выгляжу нелепо… — Эй, Чим, — Чонгук резко отпустил руку омеги и нежно приложил ладонь к его щеке, останавливая словесный поток и заставляя смотреть на себя. — Ты выглядишь потрясающе. Чимин уставился на красивое лицо в легком удивлении. Это точно тот Чон Чонгук которого он знает? Тот который оскорблял его, шутил и всячески пытался зацепить? Это либо очередной подкол, либо омега спит. Но серьезный взгляд темных глаз говорил совсем по-другому. Это первые хорошие слова, вылетевшие из рта альфы по отношению к нему. Что ж блондину определенно нужно будет выпить за это. — Просто притворись… — он вновь схватил его за кисть. Сначала поднял одну руку, потом сразу же вторую и быстро нашел им место на своих широких плечах. Свои же руки он собственнически пристроил на чужой талии, придвигая омегу ближе и следующие слова прошептал уже ему в самое ухо. — Что тебе не все равно. Со стороны они выглядели точно, как парочка. При чем горячая и несдержанная. Чимин немного расслабился и сам сделал крохотный шаг вперед, оказываясь еще ближе к парню. Он обхватил его за шею крепче и положил подбородок на плечо, создавая иллюзию настоящей тяги и желания быть ближе. А было ли это иллюзией? Но что точно было известно, так это, что по телу брюнета пробежали мурашки от действий Чимина. — Твоя чокнутая подружка убьет меня ночью. Я вижу ее глаза, — Чимин смотрел в ответ, внимательно, прожигающее, нахально, и даже немного издевательски. Ухмылка растянула пухлые губы, а взгляд прямо-таки говорил: ты злишься стоя там, ведь можешь только наблюдать, как другой находится в объятьях мужчины твоей мечты. Кто из нас более жалкий? — Ты что там делаешь? — даже несмотря на неровно отбивающийся где-то под ребрами сердечный ритм, он все еще может держать себя в руках чтобы острить. Чимин затих, удобно устроившись у него на плече и эта близость не давала покоя. — Я посылаю ей убийственные импульсы. То каким серьёзным был его тон заставило альфу прыснуть. Конечно же Пак Чимин никогда не проигрывает, еще ни в одном сражении не довелось и вероятно, что этот зрительный контакт он никогда не нарушит первым. Дело принципа. — Забей, — произнес ему на ухо Чон и Чимин повернулся, едва не задевая его нос своим. — Она недостойна того, чтобы ты с ней сражался. Другими словами: «Она недостойна тебя». Внутри Пака что-то зашевелилось, будто кто-то дернул за какую-то нитку чуть ли ее не оборвав. Что ж, с младшим сегодня определенно происходило что-то странное. Это не объяснить словами и не пощупать руками. Это можно только ощутить: то как он смотрит, как нежно держит в своих руках, как разговаривает с ним и как не отпускает от себя ни на шаг. Пак вдруг понимает насколько хорошо тот играет. Они здесь устраивают спектакль, и брюнет, стоит заметить, чудесно отыгрывает свою роль, чего не сказать о Паке. Когда привык к другому отношению, чувствовать такое становится чем-то странным и не привычным. Звучат последние ноты песни, и они наконец-то покидают столь близкое общество друг друга, отходя на шаг назад, но не более. Чонгук по-прежнему старается держаться близко, и как бы Чимин не хотел, в данный момент от него не скрыться, не убежать, не закрыться в комнате и не спрятаться под одеялом. Хотелось сделать нечто подобное ужасно сильно, но он же не простой омега, должен дотерпеть этот вечер до конца. Кстати все оказалось не так мучительно, как он себе уже успел представить. После пары залитых в себя шотов под пристальным взглядом Чонгука, вечер пошел как по маслу. Плавненько. Они танцевали, веселились, отрывались как в последний день. И просто отдыхали после нудных лекций, выматывающих семинаров и утомительных экзаменов. Юнги успел подружиться с Ди-Джеем и сам выбирал песни, которые подходили по вкусу абсолютно всем, а если кто фыркал или носом крутил, то это исключительно их проблемы. Не всем дано родиться с хорошим вкусом — так однажды сказал Мин и Чимин абсолютно согласен. Потные тела, улыбки на лицах и полная расслабленность в движениях. Вот как они закончили этот вечер. Чимин с Тэхеном пели последнюю песню, уже выходя из здания. Разгорячённые тела были укрыты верхней одеждой своих альф, что не совсем относится к Паку. Он пытался стянуть с себя чужую вещь раз пять, пока не устал сопротивляться и не принял свою участь. Джин бережно охранял бутылку виски, которую сам и стащил со стола перед выходом. А Намджун бережно охранял самого Джина, ведь тот шел скорее по наклонной, чем по прямой. Но и тут уверенность, излучаемая старшим никуда не исчезла. Юнги и Чонгук курили, переговариваясь о чем-то своем, но и не забывали следить за своими горе спутниками. Чимин, например, чуть не свалился со ступенек, но брюнет его придержал, держа сигарету между губ. Может светловолосый омега и успел где-то ебануться головой, потому что, то как курит младший стало выглядеть очень эстетично. Хосок был самым адекватным из них всех, даже самым ухоженным, потому что, если остальные растрепанные как после боя подушками, то у беты все как было, практически так и осталось. Пил он мало, курил очень редко. Да и день был слишком насыщенным. Он столько времени готовился, исправлял ошибки, оттачивал до идеала движения, а в итоге все прошло так быстро, он даже не понял, что произошло и было ли что-то вообще. Но справился парень отлично, за это себя можно и похвалить. А еще он сегодня заметил одну очень интересную вещь. И наблюдая за тем как темноволосый альфа помогает Паку уместиться на сидении своего автомобиля, пока тот рвется наружу. Бета ловит чувство дежавю. Видимо, ему не показалось.

***

«Доброе» утро встретило омегу ужасной головной болью. Сначала он открыл свои глазки, потом не понял, где находится, потому что потолок крутился так, что даже трудно было разобрать его цвет. Через несколько долгих секунд, когда фокус настроился, он наконец разобрался в своем местонахождении. Это, к счастью, была его комната. Немножко неубранная, да и проветрить стоило бы, но зато его родная комнатка. Как он сюда попал вспомнилось еще спустя несколько секунд. Стыдно не было. Пусть страдания младшего, который силком запихнул его в машину, ехал с ним слушая его причитания, а потом еле затащил в комнату, пытаясь уложить, пока Чимин мягко сказать бушевал, будут бонусной платой за его помощь. Он же не пальцем деланный, расчеты вести умеет и наглеть тоже. Хотя стоит заметить, что, несмотря на все, вечер ему пришелся по душе. Он отлично провел время с друзьями, узнал Чона с другой стороны и побесил Харин, что тоже было очень приятно. А то, что нужно было меньше пить является исключительно его проблемой. Он свободный человек, решивший расслабиться, вот только последствия утром не самые прекрасные. Голова раскалывается, во рту пустыня, на голове гнездо. Как же разнится его внешний вид сейчас, с тем, что был вчера. Срочно нужно сходить в душ, освежиться, ну и в магазин желательно сходить, потому что есть нечего, а в животе такие реакции будто что-то просится наружу. Подготавливая себя почти час, он наконец поднялся с постели, сразу же хватаясь за больную голову. Фокус опять сбился, кажется и зрачки в разные стороны разъехались, но спустя минут пять все снова пришло в норму, если его состояние можно так описать. Теплая вода приятно обволакивала, стекая неровными дорожками мелких капель по телу. Чимин подпевал какой-то песне, включенной на телефоне, пока принимал душ. Было так хорошо, особенно после того, какую боль он на себе испытал утром. Зеркало запотело от долгого нахождения в душе, пар стоял словно туман, и раскрасневшийся омега наконец вышел из душной кабинки, принимаясь насухо вытирать свое тело и собирать влагу с кончиков волос. Свежая одежда удобно легла на тело и Пак почувствовал себя немного живее, но головная боль и общее хреновое состояние никуда не ушли. Он подумал, что лежать больше нет смысла, потому как если он приляжет, то больше не встанет. И уверенной походкой, но со сбитым прицелом пошел собираться в магазин, благо который находился неподалеку от кампуса. Он как раз надевал толстовку, когда услышал настойчивый стук в дверь. Никого кроме него не было, поэтому с тяжелым выдохом ему таки пришлось идти открывать. Прямо перед ним стоял улыбающийся Тэхен. Черт, и снова этот говнюк выглядит намного лучше, чем он, хотя пили они почти одинаково. — Если ты не принес ничего от похмелья, то можешь уходить, я сегодня недоступен, — это конечно же была шутка, в какой-то степени. Но правда, он сегодня явно не настроен долго находиться в вертикальном положении, еще и отрывать свой пересушенный язык от неба, чтобы пытаться что-нибудь произнести. Любой другой бы обиделся на такое, но Тэхен не все, он лишь демонстративно фыркнул и сунув руку в шопер, достал оттуда контейнер, потрясся им перед лицом блондина. — Сокджин-хен супчик передал, — Ким сунул еще теплую емкость в руки омеги и прошел мимо, по-хозяйски ориентируясь в его временных апартаментах. — Я обожаю его. — произнес с восхищением Чим и закрыл дверь, наблюдая как Тэ принялся раскладывать купленные продукты на полках в холодильнике. Как же хорошо его знают друзья. Не первый год ведь пьют вместе. — И тебя тоже. — Какие редкие, но приятные слова, — хмыкнул омега. Чимин пошаркал тапочками к кухонному островку и плюхнулся на высокий стул, после того как взял ложку. Вкус спасательной жидкости ощущался блаженством на языке, он поглощал суп не спеша, мыча от удовольствия, краем уха слушая рассказы Тэхена. — Ты собираешься на каникулах поехать к отцу в деревню? — вопрос прозвучал неожиданно и Чимин не знал ответа на него. — Не знаю, я пока не думал об этом. Вдруг в Тэхене что-то щёлкнуло, что сразу неугасаемой искрой отобразилось в его глазах. Пак знал этот блеск, и он не всегда предвещал что-то хорошее. Видите ли, Ким по натуре своей — человек неожиданность. Он иногда такое может вывернуть, что даже обычно безэмоциональный Юнги в ахуе. — Слууушай… Вот с такой интонации и начинается пиздец. — А если мы соберемся все вместе на каникулах и отправимся на Чеджу? Черт, Чеджу и правда прекрасен, но у Чимина уже ранее обговоренные и обдуманные финансовые проблемы и не факт, что он успеет к каникулам насобирать нужную сумму денег. Хотя поехать хотелось бы, пиздецки сильно. — Нет, Тэ, в этом году, пожалуй, без меня. Впервые такое предложение в нем отозвалось горечью, которую он попытался скрыть за безразличием и упрямством. Шатен сразу же понял в чем дело, но предлагать оплатить не станет, Чимин слишком горд и это только поставит его в неловкое положение. — У семьи Чон есть гостевой дом на острове, так что за жилье не переживай. А на билеты успеешь насобирать, если что мы же рядом. — Тэ, это… — Чимин, позволь себе нормально отдохнуть. Не стесняйся говорить нам если что-то нужно, мы ведь не чужие люди. За столько времени ты уже должен был научиться нам доверять. Мы никогда не осуждали и не осудим, не ставили себя выше и не пытались зацепить словами. Мы просто хотим, чтобы ты был с нами и улыбался. На этом все. Так что попроси, если нужно, всегда можем рассчитаться позже. Чимин застыл на мгновенье видя улыбку друга, там было столько чувств по отношению к нему: привязанность, любовь, надежда. Думал ли он, живя в Богом забытой деревне, что однажды судьба сведет его с такими замечательными людьми. Люди, которые есть в твоем окружение влияют на многие вещи. Они могут притворяться, ломать, строить заново и вновь разрушать, а могут возвышать, хранить старое, но каждый раз добавлять что-то новое, делать жизнь более яркой, мешая тусклые цвета с чем-то светлым. Они дарят тепло и надежду, насыщая организм позитивными эмоциями. Такое общество никогда не позволяет уходить в себя и погрязнуть в пучине отчаяния, всегда подавая руку и порой насильно заставляя схватиться за нее крепко. — Спасибо, Тэ, — беловолосый омега редко проявляет привязанность, но сейчас его теплая улыбка говорит о многом. — Я подумаю об этом. — Отлично, — хлопнул в ладоши парень. — Доедай, а я пойду скажу Юнги, чтобы бронировал билеты. Омега сорвался с места за своим телефон, а Чимин закатил глаза и рассмеялся. — Ты просто невыносим. Но его проигнорировали, потому как уже пытались втолкать в голову своему сонному парню, что от него вообще хотят.