Выстрел

***

Работа, работа, работа. Документы. Будильник. Кофе. Компьютер. Заявки. Кофе. Переводы. Платежи. Кофе. Статьи. Инквизиции. Кофе. Наблюдатели. Бюрократия. Кофе. Мигрени. Опять документы? Кофе. Бумаги задерживают. Соединение плохое. Снова ошибка. Голова не работает. Кофе закончился. Работа, работа, работа. Сна нет. Каждое утро Калеб протирает глаза ото сна и кажется, что его не было. Время будто бы подкрутили. Забрали и без того жалкие три часа сна. Глаза слипаются. Снова документы. Он читает очередной лист. Пробегается по первой строчке. Второй. Теряется. Промаргивается. Пытается начать с начала второй строки. Ничего не понятно. Приходится вернуться на первую. Калеб чувствует, словно начал деградировать. Он устал. Лишь кофе в пустом желудке заставляет его на какие-то жалкие пару часов включиться в работу. Хочется блевать. Совсем скоро он возненавидит этот напиток. Как жаль, что замену ему он еще не нашел. Глаза снова теряются на середине пятой строчки. Опять в начало. Это начинает казаться смешным. О чем вообще текст? Ему приходится вновь возвратиться в назад, чтобы теперь перечитывать предложения осмысленно. Звон. Это будильник? Нет, слишком короткий. Калеб тянется к интерактивному экрану гаджета. Свайпает в сторону. Сообщение. Странно. Почему на нерабочий номер? Промаргивается. Строка отправителя: RATARETO. Кажется, это Кейт? Приятная неожиданность. Калеб даже откладывает документ в сторону.

Отправитель: RATARETO

Тема: встреча

Текст: Привет, как у тебя дела? Ты уже освободился? Я бы хотела встретиться. Знаешь, за эти десять дней прошло много чего. Я все еще не понимаю, почему ты просил не писать тебе и не звонить, но, надеюсь, эта просьба уже неактуальна. Давай прогуляемся где-нибудь? Как насчет Эмпориума, например? Жду твоего ответа!! Я, кстати, свободна завтра ( вообще не намек!!! )

Почему-то смысл этого текста доходит до него с первого раза. Перечитывать предложения не приходится. Он щурится в слабой улыбке. Хочется спать. Калеб тянется к клавиатуре.

Отправитель: OTERATAR

Тема: .

Текст: я не противч Втретимся завтра в 18?

Сообщение прилетает чертовски быстро. Быстрее, чем Калеб печатал свой ответ.

О правитель: RATARETO

Тема: да

Текст: давай, я согласна 😺. Как раз можем поужинать в ресторане. Только счет чур с тебя. До завтра!

Ответа он уже не пишет. Просто закрывает вкладку сообщений. Разворачивается к столу. Зевает широко. Блевать хочется до сих пор. Ему надо выспаться перед завтрашним днем. Хотя бы, чтобы соображать чуточку лучше. А еще надо поесть. Нет, не сейчас. Утром. Пока и так слишком мутит. Щас он ответит на последний документ и пойдет спать. Документ, документ… где он? Только что же был тут. Мозг отчаянно не понимает, куда делись бумаги. Блять, их же снова придется перечитывать с первой же строчки… Глаза метнулись на часы. 00:03. Ладно. Плевать. Завтра ответит. Ответственность за свое состояние пришла на удивление только из-за Кейт. Он боялся, что сестра разозлится. Идти далеко не пришлось. Обустроенный диванчик в офисе стал довольно удобным местом для ночлега. Ехать до квартиры занимает слишком много времени. Работа. Работа. Работа. Сон. Сон. Сон.

***

Главный секретарь широко зевает, убирая пряди волос, что лезли в лицо, за ухо. Непослушный ветер чутка бесил. Правда, не так критично, как могло быть, ведь именно из-за него он чувствует себя чуть свежее, нежели вчера. Он стоит на пороге ресторана, периодически поглядывая на часы. Ждет сестру. Калеб искренне благодарен Кейт за то, что вытащила его из треклятого офиса. Уже десятый день он торчал там в горе бумаг, пытаясь разгрести всю ту работу, что накопилась за время его отсутствия. И лишь этот пинок от стороннего человека заставил его наконец отвлечься. Он лег пораньше ( целых 6 часов сна, вау! ), съездил домой, нормально помылся и закинул стираться одежду, привел лицо в порядок и наконец-то хоть чем-то нормальным позавтракал. Выползать в престижное место будучи замаранным бомжом было банально стыдно. Тем более при Кейт. Мало ли еще разочаруется в нем? Они ведь только помирились! Более того, это первая их полноценная внеурочная встреча. Подводя итоги, налажать или произвести плохое впечатление не хотелось. Это даже немного глупо. Калебу и вправду стоило сделать нормальный перерыв еще дней пять, если не больше, назад. Вспомнить даже, как много времени он вчера потратил на один единственный документ. Хотя стоило за него сеть сегодня днем, задача оказалась намного легче. А надо было всего-то проветрить мозги. Будет ли он жалеть о том, что потерял почти пол дня? Наверное, да. Но сейчас он четко заверил себя в том, что погорюет об этом как-нибудь попозже. По крайней мере, Войд не должен заметить его отсутствия... Первую неделю он еще и вызывал его в кабинет периодически, чтобы обновить список дел и ткнуть в какие-то ошибки, но в последние дни почему-то забил на это. Откровенно говоря, Калеба это нервировало. Он в целом в последнее время стал намного сильнее трястись за свою работу. Стоило лишь вспомнить факт, что Войд до сих пор не верит в чистоту намерений секретаря. Калеб в этом уверен. Слишком часто он вспоминает, как на него смотрели тогда, в канализации, как только группа наблюдателей не обнаружила никакого телепортера. С того момента парень стал замечать внимательный взгляд на себе все чаще и чаще. Хотя, может, он это надумал? Непонятно. Обдумать это хорошенько не дает чужой оклик. Калеб поворачивается на звук, замечая вдали близнеца, широко махающего ему рукой. Не прошло и года. Он с легкой улыбкой дожидается, когда сестра подойдет к нему и стиснет в объятиях. — Приве-ет! Блин, почему мы совсем не видимся вне… кхм, работы? Пиши мне почаще! У меня столько новостей есть, щас упадешь, — она хватает его за руку и ведет в здание, а брат и не сопротивляется. Лишь смеется тихо. Главный плюс, выявленный в общении с Кейт - ему не нужно пытаться выдавливать из себя темы для разговора. Девушка постоянно трындела про что-то и сама прекрасно справлялась с тем, чтобы среди них не висела тишина. Калебу лишь оставалось занять позицию слушателя: изредка кивать, мычать одобрительно и периодически вставлять свои комментарии. Наверное, поэтому он и не испытывал в их диалоге те трудности, что обычно возникали во время привычного общения с людьми. Они садятся у заранее забронированного столика в небольшом отдалении от остальных. Официанты тут же приносят меню, убегают, и близнецы снова оказываются вдвоем. Калеб подпирает щеку ладонью. Легкая усталость до сих пор его преследовала, но уже не в такой степени. Глаза пробегаются по строчкам с блюдами. — Давненько я не была в эмпориуме. В последний раз, кажется, с Хейли? — она подтягивает к себе меню, увлеченно осматривая ассортимент, — я буду рис с овощами и говядиной. Надо бы еще что-то из напитков взять… как насчет лимонада? Нам на двоих одного кувшина будет по горло. Выбирай на свой вкус. Только не тархун, — она возвращает меню обратно и откидывается на спинку кресла. Пока Калеб размышляет над своим выбором, она принимается за привычную болтовню. — Как у тебя дела-то? Хоть бы весточку послал за это время, ей богу. Я уже подумала было, что тебя там Войд сожрал, — Калеб напрягся, поднимая глаза на собеседницу. Хотя она, кажется, этого не заметила. — У меня было много работы. Знаете ли, пока вы меня в центре держали, у меня дела копились, — он говорит это с легким раздражением. Почему нельзя было начать разговор с любой другой темы? — Эй, на меня баллоны не надо катить. Ты прекрасно знаешь, почему это происходило. И вообще, не только у тебя здесь работа есть. Мне тоже приходится впахиваться, как лошадь. Между прочим, я только недавно закрыла свой микрозайм. Секретарь удивленно вскинул брови. — У тебя был микрозайм? Не сказать что он следил за ее платежами, нет! Скорее предпочитал убеждаться в том, что сестра не влезла ни в какие долги и не попалась мошенникам. Что успело произойти за те 2 месяца, что он перестал поглядывать за ее деятельностью? Боже, когда успела-то! — Не волнуйся ты, я его уже выплатила. Я стараюсь не брать никаких займов и кредитов, но тогда это и вправду было жизненно необходимо. Нам надо было срочно купить протезы Лололошке. Представляешь, пока он находился у Империи, ему вывихнули руку и прострелили колено. Жуть. Калеб замер. — Лололошка - это Дейв, если что. — Да, я уже в курсе… Главный секретарь поставил меню вертикально, пряча лицо за ним. Было до жути неловко. Они не знают? Конечно, они, блять, не знают! Стала бы Кейт нормально воспринимать его, если бы знала о всем, что секретарь натворил? Да и он сильно сомневается, что Дейв хотел бы рассказывать им всю историю. Было вполне резонно, что конкретно его личность тот умолчал. Просто почему-то до этого момента Калеб и не задумывался об этом. — Ты выбрал? Он нехотя опускает меню, щурясь. — Да, выбрал, — секретарь поворачивается в зал, желая поймать взглядом официанта. Хорошая возможность отойти от темы, между прочим. Не проходит и трех минут, как работник принимает их заказ и шустро уходит. — Кхм, и как он? — Калеб не знает точно, зачем спрашивает. То ли чтобы произвести впечатление реально волнующегося человека, то ли из искреннего интереса. — Без понятия. У нас уже десять дней, как оборвана связь. Честно говоря, я волнуюсь, — она подпирает рукой лицо, — а механики все оттягивают и оттягивают. Мне кажется, это Кавински так на них влияет. По крайней мере, Хейли в этом уверенна… — она молчит недолго: — клянусь, если прямо сейчас они не сидят за сборкой этого сраного телепортера, я их придушу, ну что это такое! Как же она точно, блять, попадает пальцем в небо. Уголок губ нервно дергается. — Значит, вы все-таки нашли, где разместить телепортер? — Он настойчиво пытается отвести тему: — надеюсь, не в канализации…? Кейт отрицательно мотает головой. Она оглядывается по сторонам, и, подтянувшись поближе, снижает тон почти до шепота: — в церкви. Калеб аж поперхнулся. — Где, прости? — Где слышал. Я не знаю, как у них получилось выбить разрешение, но это кажется надежным местом. — Я все еще в шоке с вас… — он неловко чешет голову, пытаясь подобрать слова: — ваша деятельность в целом до сих пор вызывает у меня много вопросов… как вы вообще пришли ко всему этому? Нет, мне правда интересно! Быть может, я даже учту эти ошибки, и у нас получится улучшить имперскую систему. От чего, говоришь, вы затеяли все это? — Он поднимает глаза на сестру и понимает, что она сильно нахмурилась. Он ляпнул что-то не то? — Калеб, мы стремимся поменять систему, а не улучшить ее. Полностью. Прекрати цепляться за имеющееся, если правда хочешь перемен. Что происходит сейчас… уже не спасти. Это гиблое дело. Нужно начинать все с чистого листа, — она делает глубокий вздох. Ладно, Калеб признает, ляпнул не по делу. Он совсем и забыл, что должен притворяться не только в офисе, но еще и в Сиянии. Если так посудить, то он теперь вообще везде должен притворяться. Наверное, он хотел не этого. — Что же насчет первоисточника, то это довольно долгая история… — В этот момент принесли еду. Они отвлеклись буквально на полминутки, чтобы разобраться с подносами и распределить приборы, после чего, по-переменно жуя, продолжили обсуждение. — Вообще, первые мысли о рево… кхм, переменах, пришли еще в школьные годы. Наверное, это было в тот момент, когда меня перевели в другую школу, — Калеб выгибает бровь, ожидая подробностей, поэтому Кейт нехотя раскручивает мысль: — в тот момент, когда наши родители умерли. Образовательным органам пришлось перевести меня в школу-интернат для детей без опекунов. Это произошло как раз через пару лет после того, как пропал… то есть, ушел, ты. Я тогда параноила очень много, и мне все казалось, что они живы, но мне опять врут. Что власти забрали их, как и тебя, и вся моя семья на самом деле жива. В тот момент я и встретила Лололошку. Он учился в этом же корпусе, но на сельскохозяйственном направлении. Он как раз только перешел в старшее звено и был невероятно недоволен тем, что его распределили на его алгоритм. На почве недовольства к империи мы разговорились и сдружились, стали вместе копаться в поисках ответов. Хаха, поверить не могу, что мы знакомы уже 9 лет! А Калеб сидел, сухо жуя кусок хлеба, и не знал, что вставить. Первая мысль, которая ему пришла, слишком сильно въелась в мозги. Их родители могут быть живы? Откровенно говоря, он чувствовал укол вины за то, что перенес их смерть совершенно… по-другому. Он прекрасно помнил тот вечер. Когда в комнату его пришел Войд, поставил перед ним бутылку коньяка, и на выходе безэмоционально сообщил, что родители Калеба погибли в автокатастрофе. Мальчишка тогда так и не притронулся к алкоголю. Горевал очень много. А Кейт все это время искала выходы и ответы? Почему ему в голову не пришло, что ему тоже могли наврать? Почему он даже не попытался что-то разузнать? Калеб ужаснулся от осознания того, что влияние империи на него было колоссальным уже в тот момент. — Ты думаешь, они могут быть живы..? — Родители? А, нет, забей… Мы с Ло тогда незаконно проникли в морг, и я своими глазами увидела их трупы, — она поежилась, обнимая руками свои плечи, — именно после этого я потеряла всякую надежду и стимул искать тебя. Думала, ты тоже умер… У главного секретаря рухнуло сердце. Ладно, в какой-то мере это было ожидаемо… Он замечает, что у собеседницы в уголках глаз образовались слезинки. Тот мгновенно одернул себя. Оглянулся, пытаясь понять, что делать. Ее, наверное, нужно успокоить? Утешить? Бля, а как? Калеб не нашелся ни в чем другом, потому лишь налил в стакан лимонада из общего кувшина и осторожно придвинул его сестре, неловко постукивая пальцами по столу. Девушка тут же взяла его, залпом выпивая весь напиток. Она помотала головой, потерла глаза и вновь подняла голову. — Не беспокойся об этом, все нормально. Просто в последнее время я вообще забыла об этом случае, слишком забегалась с Сиянием. А щас как начала вспоминать, прокручивать воспоминания, вот я и словила грустинку, — она легко смеется: — главное, что ты нашелся. Забавно, правда? Фактически я выполнила ту цель, ради которой затеяла все это. Пусть и случайно. Ладно, чего мы не едим? Остынет же все! — Она тут же принимается за еду, схватив вилку и продолжив увлеченно трапезничать. Калебу осталось лишь пожать плечами и сделать то же самое. Вкус мяса приятно растекался по языку. Ему определенно стоит возобновить нормальные приемы пищи. Живот голодно урчит. Работа точно доведет его до белого каления. Пока они увлеченно поглощали еду, Калеб все думал о словах сестры. Она встретилась с Дейвом в школе-интернате? Получается, у комиссара тоже нет родителей? Довольно интересно. Не то, чтобы ему доставляло удовольствие посплетничать о ком-то за спиной, просто ему жуть, как интересно, когда и почему он их потерял. Как минимум для того, чтобы состыковать эту информацию с его стиранием и выстроить в голове цельную картину. Как максимум, чтобы поднять хоть одну общую тему для разговора в случае неудобной паузы. К слову о Дейве. Калебу только сейчас пришло в голову, что у него в квартире уже каа 2 месяца валяется его шарф. Хотя, корректнее было бы сказать, что мысль эта приходила почти каждый день, когда на выходе эта вещица невольно попадалась на глаза. Просто все это время он деликатно ее игнорировал и откладывал дело на потом. Что она там делала? Еще в те дни, когда ему поставили задачу найти комиссара, он забрал этот шарф из комнаты допроса, чтобы снять отпечатки. Собирался ли он что-то делать с нем? Изначально Калеб все хотел сжечь его где-нибудь, но постоянно одергивал себя, мол, вдруг еще пригодится? Потом он торчал в исследовательском центре. Потом в офисе. Так и позабыл про этот странный аксессуар. А сейчас, вспомнив про Дейва, в голове всплыл и этот клетчатый шарф, что мозолил глаза так долго. — Кстати, давно спросить хотел, — сестра поднимает на него глаза: — почему Дейв с этим шарфом носится? Насколько я помню, он был даже на его фотографии с паспорта. Конечно, он помнит. Калебу самолично пришлось искать эту фотку и вставлять ее в объявление о розыске, а потом печатать и расклеивать в Альт-сити. Сестра делает пару крупных глотков лимонада, после чего отвечает ему. — Так это мы ему подарили этот шарф. Калеб удивленно вскидывает брови. — Радан собственноручно вязал его, а я подбирала пряжу. Мы дарили его, кажется, когда Лололошку официально распределили на алгоритм? Да, точно. Жаль только, что он посеял его где-то. Это была довольно памятная вещь, — она подпирает щеку рукой, прикрывая глаза. — Это быдло умеет вязать..? — Во-первых, это было очень грубо. Во-вторых, да, Радан умеет много чего. Просто почему-то стыдится многих своих хобби. Не трепись об этом особо, ладно? Она пожимает плечами и снова тянется к вилке. — А чего спрашиваешь? Калеб делает глубокий вдох. Стало немного неловко. Теперь он точно обязан этот шарф вернуть. Не столько из-за причастности Дейва, сколько из уважения к труду Кейт. А Радан? А Радан здесь не уписался. Калеб все еще чувствует к нему необоснованное отторжение. Вернее нет, отторжение как раз-таки вполне обоснованное и более чем взаимное, просто это не хочется объяснять остальным. — Да так… подумал просто, что, может, смогу его достать… если его, конечно, еще не выкинули. Ничего не могу обещать. — Правда? Ой, я буду очень тебе благодарна! — Когда мы сможем пересечься в следующий раз? Вот как раз отдам его. — А зачем нам? — В смысле? — Ну, мне кажется, что будет лучше, если ты сам отдашь его Лололошке — Что? Почему? — его рожа скривилась в недовольной гримасе. — Мне показалось, что вы поладили. Да и если ты найдешь шарф, то это будет полностью твоя заслуга. Зачем тебе посредник в качестве меня? — С чего ты решила, что мы поладили..? — Ну… — она задумчиво отводит взгляд, и Калеб только сейчас понимает, что сестра давно доела и сейчас жует кусок хлеба: — он тебя выручил на прошлом собрании. По-моему неплохой показатель. Да и неужели у вас за неделю не получилось подружиться? Не знаю как ты, а Лололошку я точно запомнила, как дружелюбного человека. — Мы разошлись на… непонятной ноте. Я не знаю, какого он мнения обо мне, но сомневаюсь, что сильно хорошего, — секретарь теребит кончик волос. — А ты сам хочешь с ним подружиться? — Не знаю..? — Не понимаю тебя. Как можно не знать, какие взаимоотношения с человеком хочешь выстраивать? Это ведь интуитивно понятно. — Ни капельки не интуитивно! И вообще, совета я не спрашивал. Уж со своими проблемами я разберусь сам. Калеб откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди. Разговор начинал раздражать. — Ц, да с чем ты там сам справишься? Боже, ладно, разбирайся сам. Но мысль я закончу. К чему я вела-то..? А, хочешь наладить с ним общение - верни ему шарф. Самый очевидный и простой предлог для разговора. Уж с этим наш опытный секретарь должен справиться, — она передразнивает его, намеренно выделяя последнее предложение. Калеб закатывает глаза. В глаза снова бросается то, как она грызет трубочку из-под лимонада. — Ты не наелась что ли? — Честно говоря, нет. Блюда тут, конечно, вкусные, но совсем не сытные. Парень делает глубокий вдох. — Сказала бы сразу. Можешь взять еще что-нибудь. Сестра мгновенно загорелась, оглядываясь в поисках официанта. Даже меню не стала снова искать, глядите-ка, уже знает, что хочет. К ней тут же подходит парень в аккуратном жакете, принимающет ее заказ. Девушка диктует клубничный коктейль и просит сразу принести счет. — Я сомневаюсь, что раз уж обычную еду они не могут сделать калорийной, то десерты у них в этом преуспеют. — Калеб, не душни, а? Вкусные здесь напитки, вот и все. — Ты ведь не наешься. — Слушай, кто мне только что заливал о том, что сам справится со своими проблемами? Вот давай и ко мне не лезь. Взрослые люди уже, в самом деле. Он демонстративно цокает языком. Коктейль приносят на удивление быстро. — Когда хоть у вас доступ к центру откроется? Мне же нужно знать, в какой день придется в уши Войду заливать — А я не знаю! Спросите, вон, у Кавински, когда же он наконец займётся сборкой, — она незаметно дует щеки: — но мы планировали завалиться к нему все вместе. Провести вечерок, поболтать, все такое. Уже почти две недели же не виделись. Присоединяйся к нам! Калеб мнется. — Как пойдет. — Только не давай заднюю в последний момент, ладно? Тебе нужно налаживать общение с коллективом. И это, между прочим, отличный шанс. Калеб стучит пальцами по столу. Знает он, знает. Просто секретарь не мог сформулировать ясное «за» и «против» в голове. Ему до сих пор было совершенно непривычно заводить новые знакомства, выходить из зоны комфорта. Он понимал, что это нужно исправлять. Но желание-то не возьмётся из ниоткуда. Возможно, поэтому ему нужно время, чтобы заставить себя пойти на то или иное мероприятие по собственному желанию. — Ладно, я подумаю. Ты допила? — Он ловит чужой кивок. После тянется к терминалу, что заботливо оставили на столе, и одним легким движением оплачивает ужин. Как быстро, однако, тратятся деньги. — Я пойду уже, мне работать надо. Было приятно провести с тобой время. Его обнимают на прощание, говорят что-то в дорогу и машут рукой. Пока сестра копошится с вещами и собирается, Калеб стремительно покидает Эмпориум.