Хроники войны. Часть I. Блиндаж

— Ты не уймешься, пока не угробишь его, да, Поттер?! — он никогда не видел Сову в бешенстве. Злой — да, но не настолько же. — Дальше без меня, Грейнджер. Моё терпение тут заканчивается. «Удивительно», — думает Гарри. Обычно люди кажутся ему некрасивыми, если только это не близкие люди. Сейчас он, не задумываясь, включил бы Сову в свой ближний круг, но красивее мопса она от этого не становится, особенно, когда пучит глаза и впадает в раж. — Панси хочет сказать, Гарри… Гермиона явно не понимает неуместность своих дипломатических изысканий. Да и как она может хоть что-то понять, не рискуя ежедневно оказаться на линии огня? — Панси, стой, — окликает герой уже в дверях. — Ты поэтому не ставила нас в пару после Самайна? Сова даже не оборачивается. — Не ставила, потому что Драко просил, — говорит она, замирая на пороге. — Берег тебя. Вернее, меня от тебя берег. В голове у Гарри как будто щелкает: — Пайк допустил утечку. Но мне ты, получается, доверяла все это время? — Не твоим навыкам, конечно, — женщина-мопс не отказывает себе в обесценивании, — но интуиции Дракону не занимать. — А Пайк сливал информацию намеренно? — Гарри даже с дыхания не сбивается. Война лишь утвердила его в мысли о собственной никчемности, так с чего бы вездесущей Сове ошибаться на этот счёт? — Я не знаю. У меня нет времени заниматься расследованиями, Поттер, я воюю. С этими словами Панси выходит из допросной, раздраженно тряхнув слегка отросшими волосами. — Обычное дело, — цокает языком Гермиона. — Командование не занимается расследованиями, потому что ждёт доказательств от обвинителя, то есть непосредственного командира, — кивает Гарри. — А непосредственный командир занят оценкой оперативной ситуации, — подхватывает Гермиона, и в глазах её пляшут привычные чертики. — Найди мне Пайка, — в другое время Гарри бы порадовался установившемуся взаимопониманию, но теперь, как только они с Гермионой заговаривают на одном языке, истончается и без того весьма хрупкая нить, связывающая его с боевыми товарищами. — Или каков твой план? — Переходи в штаб, Гарри, — Гермиона складывает руки в замок и прижимает к груди, её голос звучит просительно, — и я тебе его из-под земли достану. Клянусь. — Нет, — герой решительно качает головой. — Создай временную комиссию. — Ты же понимаешь, что теперь не сможешь вернуться на передовую? — Гермиона пытается смягчить удар, как может, но получается у неё неважно.— Отряд я вынуждена буду расформировать. — Или перебросить, — подает идею герой. — Послушай, мы отлично воевали, пока я не размяк. Не наказывай всех из-за моей ошибки. — Но в том-то и дело, дружище, как ты не видишь? — вот и очередь Гермионы качать головой. — Ты сложнее сиюминутных решений и импульсов. Твоя мораль неодносложна. Ты различаешь грани и тени. Ты про анализ и про контроль ситуации — твоё место в штабе. Гарри не в силах сдержать смешок. Гермиона вздергивает бровь в недоумении: не такой реакции она ожидала. — Ты сложнее сиюминутных решений, Гермиона, не я, — это ты — логик, —поясняет Гарри, — и твоё место в штабе, просто ты ещё и в министерстве нужна. — Гарри, я стала министром, потому что ты попросил, и потому что так решил Визенгамот, — осторожно напоминает Гермиона. — Моё место в Отделе тайн, ты же знаешь. И даже если бы это было не так, мне как министру всё равно понадобится преемник. Глубокий вдох — у Гарри нет ни времени, ни желания на душевный стриптиз, но Гермиона действительно пришла на помощь, когда он еще всерьез рассчитывал переломить ситуацию в свою пользу, поэтому она, как никто, заслуживает честности. — Кое-что изменилось за эти несколько месяцев, Герм, — говорит Гарри, собравшись с духом, — я изменился. Я не уверен, что захочу и — главное — смогу снова занять пост Министра магии, прости. Гермиона молчит недолго, смотрит на друга изучающе — его растрёпанные волосы на фоне деревянной обшивки стены придают ещё большую естественность всему его облику. — Да, я вижу, — произносит наконец ведьма, — ты стал свободнее, не таким зажатым, и я понимаю тебя, но это может измениться? — Всё может измениться, — пожимает плечами маг. Он нисколько не лукавит, жизнь уже не раз подтверждала правоту его слов. — Но я не стал бы на это рассчитывать на твоём месте. — Хорошо, Гарри, — ведьма решительно кивает, ни один мускул не выдает напряжения в её лице. — Я тебя услышала. — Значит, создаём рабочую группу? — уточняет маг с надеждой. — Я должна многое обдумать, - отвечает Гермиона уклончиво, после чего прощается, встаёт и идёт к выходу. Если бы она вела себя чуть менее сухо, у героя появился бы повод переживать о своей судьбе, но Гарри спокоен: Гермиона — логик, а он был довольно последователен, чтобы убедить её не принимать кажущееся за действительное. Зацепка, которую они искали сообща двое суток, — Пайк, теперь это очевидно.