Первая ночь

— Мой любимый Учитель, может ты позволишь мне себя выебать и кончить в тебя? Чу Ваньнин замер, как только до него дошел смысл этой фразы. Донельзя смутившись, он отвернул голову от Мо Жаня. Немного помолчав, переборов внутри желание сбежать прямо сейчас, он произнес: — Позволю.— хриплый голос Чу Ваньнина эхом отозвался в голове Мо Жаня. Тёмные глаза мужчины заблестели от восторга, а широкая улыбка вновь появилась на красивом лице. Он радостно обнял учителя и впился в припухшие губы с новой порцией страсти.

***

Подготовка к интимному мероприятию оказалась сложнее, чем к празднику урожая. Мо Жань хотел лишить учителя девственности именно в павильоне Алого Лотоса. Именно в его постели. Чу Ваньнин же шипел на это предложение и отнекивался. Ему казалось, что лучше снять номер в отеле и предаться страсти там. Ведь на Пике Сышен есть проблема в виде Сюэ Чжэнъюна, который в любой момент мог зайти в павильон и застукать друга в постели со своим племянником. Однако, удача оказалась на стороне Мо Жаня. Один из хороших знакомых главы позвал его, госпожу Ван и Сюэ Мэна на праздник. Конечно, Сюэ Чжэнъюн предложил поехать и Мо Жаню с Чу Ваньнином, но оба отказались, сославшись на дела. После отъезда главы с семьёй, у мужчин появились два спокойных дня, чтобы совершить задуманное. — Учитель, мы сделаем это сегодня ночью. — шептал Мо Жань хрипло на ушко Чу Ваньнину, пока они зажимались в переулке за залом Мэнпо. У того внутри всё сжалось, кожа на голове занемела. — Не бойся, Золотце, мы можем остановиться в любой момент.— предупредил юноша, заметив, как напрягся Чу Ваньнин.— Если испугаешься, струсишь, будешь не готов... Я остановлюсь.— пообещал он, а глаза мужчины сверкнули. Кто это струсит?! Чу Ваньнин почувствовал себя так, слово этот наглец его унизил. Он оттолкнул от себя Мо Жаня, взмахнул рукавами и, бросив на того сердитый взгляд, произнес: — Нахал! — и затем удалился быстрым шагом. Мо Жань опешил, но довольно быстро сообразил: его учитель – самый храбрый, но в любовных делах – полнейший трусишка, что было его маленькой слабостью. А Мо Жань надавил на эту слабость своими словами. Он шлёпнул себя рукой по лбу. Ну какой дурак! Как только Чу Ваньнин оказался в своей комнате, он ощутил, как дрожат его руки от волнения. Мо Жань испугал его своим заявлением. Но он тоже хочет пойти на этот шаг. Его пошлые сны подстегивали: если он так стонал там, то, наверное, и в реальности под Мо Жанем ему будет очень хорошо? О чём он только думает? Чу Ваньнин невинный человек, но если бы кто-то мог прочесть его мысли, то ахнул бы от удивления: бессмертный Бэйдоу думает о пошлых вещах с участием его ученика! Занимаясь своими делами, Чу Ваньнин успокоился. Его мысли пришли в норму, а Мо Жань не попадался на глаза и не тревожил новыми порциями смущения. Когда солнце зашло, мужчина вышел к лотосовому пруду, понаблюдать за карпами в воде. Если быть честным, то он начал скучать по своему мужчине. Того не было в поле зрения так долго, что Чу Ваньнин начал думать, что обидел Мо Жаня. Его мысли опять вернулись к их разговору о сексе, а в голове вновь всплыли размытые воспоминания интимной близости. Тело вновь мелко затрясло. Чу Ваньнин совсем не заметил, как сзади появился высокий мужчина. Лишь когда сильные руки обвили его талию, а тёплое дыхание опалило шею, он пришел в себя и слабо дернулся. — Учитель...— голос Мо Жаня раздался над ухом и Чу Ваньнин выдохнул незаметно, нахмурившись. — Ты так дрожишь, тебе холодно? Я согрею.— юноша взял Чу Ваньнина за руки, согревая его ладони своими. — Ваньнин, ты всё ещё согласен? Я купил ту вещь, тебе не будет больно. Я буду контролировать процесс. — Бесстыдник...— тихо ответил Чу Ваньнин и его уши сильно покраснели. — Учитель, я люблю тебя.— прошептал Мо Жань, а после подхватил его на руки и понес в спальню. Почему именно это место? Всё просто. Мо Жань посчитал, что в родной постели, в привычной обстановке, его учитель не будет так сильно переживать. Он до сих пор помнил, каким ужасным был первый раз Чу Ваньнина в прошлой жизни. В этой же он хотел окружить его нежностью и заботой, подарить неземные ласки и довести до слёз путем удовольствия, а не боли. Он стал относиться очень бережно к своему учителю, словно тот из хрусталя. Уложив Чу Ваньнина на кровать, Мо Жань навис над ним сверху и улыбнулся. — Учитель, не переживай... Я же рядом. "Вот именно! Ты рядом!"— подумал старший и выдохнул. — Я не переживаю. Мо Жань лег на Чу Ваньнина, придавив своим телом, прижался губами к длинной мужской шее, а рукой сжал его бедро. Он сдерживал своего внутреннего зверя, чтобы не напугать и не сделать больно. Эта ночь будет долгой и, наверное, самой изматывающей для него. Подобравшись губами к губам Чу Ваньнина, Мо Жань приник к ним, словно испытывая жажду. Их поцелуй получился глубоким, мокрым и таким страстным. Чу Ваньнин обнял его за шею, от чего они столкнулись зубами. Столь развязно целоваться для старейшины было не в новинку: его ученик постоянно старался сожрать его. Но то, с каким настроем в этот раз были поцелуи, дико смущало, вызывая мелкую дрожь в теле, которую ощущал Мо Жань. Он оторвался от любимых губ и сел. Неторопливо развязал пояс учителя, стянул с него все слои одежды и оставил лишь исподнее, как спасательный круг, чтобы тот меньше волновался. Красивое, подтянутое тело Чу Ваньнина оказалось напряжённым. Плечи и щеки порозовели, а оттопорщенная ткань в том самом месте красноречиво намекала, чего этот мужчина хочет. Мо Жань осторожно накрыл ладонью выпуклость и мягко сжал, вырывая из приоткрытых губ тихий стон. — Ваньнин, моя любовь...— проговорил он и наклонился, чмокая Чу Ваньнина в губы. Глаза феникса увлажнились, порозовели в уголках. Мо Жань стянул с себя всю одежду, понимая, что в таком состоянии его учитель не сможет его раздеть. Обнажив своё мощное тело, Мо Жань взглянул на Чу Ваньнина и уловил в его взгляде, мимолётно промелькнувшее, страстное желание. Он про себя ухмыльнулся и навис над ним. Раскалённое, твердое, словно камень, желание Мо Жаня упёрлось влажной головкой в низ живота Чу Ваньнина, пачкая капельками смазки бледную кожу. — Не бойся его, — прошептал Мо Жань на ухо.— Он полностью тебе подчиняется. Чу Ваньнин вспыхнул и упёрся ладонями в плечи Мо Жаня, нахмурившись. Обнаженный юноша над ним совсем потерял совесть! Тычется в него своим стояком, так ещё и говорит такие смущающие вещи. — Ты... Как ты можешь?! Бесстыдник!— Чу Ваньнин отвел голову в сторону, тяжело задышав от смущения и возмущения. — Учитель, я лишь хочу, чтобы ты не боялся моего желания. — Мо Жань мягко улыбнулся, его повеселила реакция мужчины. Он взял его за руку и с силой опустил его ладонь между их телами, на раскаленный член. Чу Ваньнин попытался убрать руку, но Мо Жань не позволил и вынудил обхватить плоть. Дрожь тела под ним усилилась.— Учитель, потрогай. — Не буду!— Чу Ваньнин застыл, лишь бы лишний раз не трогать половой орган Мо Жаня. Он дико смущён. Ему вдруг захотелось сбежать, прямо сейчас, вырваться и спрятаться. — Прости.— Мо Жань отпустил руку старшего и взглянул на него блестящими, жалостливыми глазами.— Я просто очень хочу тебя.— произнес он и Чу Ваньнин сжалился. Его сердце дрогнуло из-за вида молодого мужчины, поэтому он остался лежать под ним. — Я люблю тебя, Ваньнин. — прошептал Мо Жань и стащил с Чу Ваньнина нижнее белье, оставив без последнего рубежа защиты. Он опустился к его шее и нежно поцеловал под ключицей, а после перешёл на грудь, облизывая и покусывая вставшие соски. Его шершавый язык вынуждал старейшину выгибаться в спине и тяжело дышать. Как только Мо Жань закончил истезать соски, то Чу Ваньнин вытянул руки и накрыл ладонями щёки ученика. — Мо Жань... — тихо произнес он. — Ваньнин.— юноша улыбнулся и потерся щекой о теплую ладонь. — Мой Ваньнин. Чу Ваньнин так смутился, что убрал руки и отвернулся. Мо Жань улыбнулся ещё шире и нырнул между ног супруга. Без церемоний взял в рот сочащийся смазкой член и, причмокивая распутно, принялся удовлетворять желание похотливого учителя. Он расслабил напряжённое тело нижнего, а после спустился с кровати и достал из одежды смазку, вернувшись на своё законное место. — Будет неприятно, но это только сначала. — сказал Мо Жань, поливая пальцы вязкой жидкостью. — Я буду очень осторожен.— длинные пальцы юноши коснулись сжатого отверстия Чу Ваньнина и тот сжался ещё сильнее из-за волнения. Щеки старейшины стали пунцовыми. Он ощущал себя донельзя развратным и пристыженным. Его ученик прямо сейчас вставил в него свой палец, мог ли он о таком подумать раньше? Растяжка заняла, кажется, вечность. Чу Ваньнин сам по себе оказался довольно узким, а габариты Мо Жаня были убийсвенны. Молодой мужчина старательно разминал сопротивляющийся вход и нашёптывал Чу Ваньнину слова успокоения. — Ммм!— когда в мужчину погрузилось три пальца, он простонал и свел колени, руками закрыл лицо, лишь бы не смотреть на ученика. Он хотел сбежать прямо сейчас, но терпел ради любимого человека. Ощущение от пальцев были необычными, а благодаря осторожности юноши, боли практически не было. — Вот тут?— Мо Жань надавил на чувствительное место внутри Чу Ваньнина и тот прогнулся, невольно подставляя свою дырочку. Юноша сглотнул, сдерживая свой порыв засадить в этот же момент. Любовь делала его терпеливым. Любовь делала его нежным. Любовь делала его человеком в тот момент, когда он был готов стать похотливым животным. Его Ваньнин заслужил самый нежный первый раз. — Достаточно...— простонал Чу Ваньнин. Он уже начал уставать лежать с разведёнными ногами, пока младший играет с ним пальцами и гладит бёдра. Мо Жань выдохнул, вынул пальцы, а после полил вход мужчины смазкой и опять погрузил их, чтобы смазать нутро изнутри. После он прошёлся подушечками пальцев по кромке покрасневшего отверстия, не веря, что наконец-то увидит в этой жизни, как его член войдёт туда. Чу Ваньнин в нетерпении поерзал, бросая на юношу недовольные взгляды. Тот заметил это и ухмыльнулся, сдерживая улыбку. Обмазал лубрикантом свой член, шире раздвинул длинные ноги учителя и прижался мокрой головкой ко входу, придерживая ствол одной рукой. Чу Ваньнин задрожал и сжался, как только начал ощущать давление на дырочку. Ещё никто не трогал его так, не пытался войти в него. Тереться половыми органами – это одно, а принимать в себе член – совсем другое дело. И это усилило панику Чу Ваньнина. Мо Жань на пробу ввёл крупную головку члена в Ваньнина, толкнулся дальше и, когда ощутил, что не может войти, вынул член почти полностью, оставив лишь кончик. Удобнее перехватил орган вблизи уздечки и осторожно принялся двигать член вкруговую. Чу Ваньнин был готов расплакаться от стыда и смущения. Головка явственно ощущалась нетронутым нутром, такая горячая и пульсирующая, как и весь орган юноши, который Чу Ваньнин будет вынужден принять. Мо Жань с интересом продолжал свои игры, иногда погружал член дальше, но потом вынимал и ласкал головкой судорожно сжимающееся отверстие. — Прекрати... — взмолился Чу Ваньнин и Мо Жань навис над ним. — Золотце, нужно тебя расслабить, ты такой узкий там... — Я убью тебя.— Чу Ваньнин нахмурился, пытаясь спрятать смущение за гневом. — Не стоит.— ухмыльнулся Мо Жань, а после осторожно протолкнул член в склизкое нутро Чу Ваньнина, погрузился наполовину и замер, внимательно следя за реакцией возлюбленного. Чу Ваньнин зажмурился и Мо Жань толкнулся дальше, оказываясь внутри полностью. Глаза феникса распахнулись широко от пронзившей боли, но звуков мужчина не издал. Они лежали так какое-то время, пока Мо Жань тихо успокаивал нежными словами Чу Ваньнина, гладил его по лицу и изредка целовал в щёки. — Давай уже.— прошипел Чу Ваньнин и Мо Жань, осторожно ухватившись за чужие бёдра, совершил первые движения, из-за которых тихо застонал. Он так долго мечтал об этом! И вот его учитель, наконец-то, принимает своим горячим нутром его член. — Золотце...— глотая воздух, прохрипел юноша.— Какой же ты узкий и горячий... — Заткнись!— Чу Ваньнин вспыхнул и отвернулся, а Мо Жань, ухмыльнувшись, лег на него сверху и принялся размеренно толкаться, с упоением слушая тяжёлое дыхание и стоны, когда головка начала прокатываться по комочку нервов внутри. — Ох, Золотце, я так люблю тебя... Черт, Ваньнин, сожми меня. Да! Учитель, ты... — Мо Жань не мог сдержаться, стонал и шептал всякую грязь, чем доводил Ваньнина. — Замолкни!— Чу Ваньнин влепил пощечину юноше. Он и сам сгорал от удовольствия, но эти пошлости доводили его до крайнего смущения. Оплеуха усмирила Мо Жаня и он ответил более быстрыми движениями, вынуждая старшего вскрикнуть под ним. Когда Чу Ваньнин привык к происходящему, то Мо Вэйюй перешёл на быстрый темп, вбиваясь в тело под собой с громкими пошлыми звуками и шлепками яиц об ягодицы. Чу Ваньнин выгибался, метался под юношей и иногда довольно громко выстанывал любимое имя. Член без труда скользил внутри, отверстие Чу Ваньнина покраснело и припухло, растягиваясь вокруг крупной плоти и принимая её в себя по самые яички, которые, кажется, Мо Жань тоже хотел втрахать в учителя. Его план действительно сработал. Лишаться невинности в комфортной атмосфере легче, чем в незнакомом месте. Мо Жань кончил внутрь, сам того не ожидая. Он удивлённо уставился на учителя, а после ловко довёл того рукой до оргазма, вынуждая испачкать себе торс. — Ты... — начал было Чу Ваньнин, но Мо Жань перевернул его на живот и поставил на четвереньки. — Ты что творишь?!— мужчина и так дрожал, а в таком положении его ноги вовсе заметно тряслись. Из его отверстия вытекало семя Мо Жаня, а щеки горели огнём смущения. — Прости, учитель, не могу тобой насытиться.— Мо Жань занес ладонь и смачно шлёпнул ягодицы Чу Ваньнина, стер ладонью пот с его лба, а после одним толчком вонзился вновь. — Ах... Собака...— Чу Ваньнин попытался вырваться, судорожно сжимая в себе плоть, а Мо Жань, не давая сбежать, принялся двигаться, поэтому возмущения старшего сменились стонами. Заклинатель придавил Чу Ваньнина грудью к постели и, сжав бедро, быстро трахал. Сперма перемешалась с лубрикантом и взбилась, стекая белой массой по подтянутым бедрам старейшины на постель. — Бесстыдник, я тебя убью...— стонал мужчина и его угрозы никак не пугали Мо Жаня, ведь то, как тело Чу Ваньнина отзывалось на проникновения, оказалось красноречивее слов. — Я знаю, тебе нравится.— прошептал Мо Вэйюй и укусил плечо Ваньнина. Их соитие казалось совокуплением двух ненасытных животных, но мужчины и на секунду не задумывались об этом, полностью отдаваясь страсти, сгорая в ней без остатка. По прошествии двух раундов, задний проход Чу Ваньнина оказался заполнен спермой Мо Жаня, собственное семя размазалось по простыне под ними. Тело старейшины казалось ватным, он глубоко дышал, стараясь прийти в себя. Без сил, мужчина рухнул на постель и закрыл глаза. — Учитель?— Мо Жань лег рядом, сгреб в охапку возлюбленного и прижал к себе. — Я тебя убью.— тихо проговорил Чу Ваньнин и уткнулся лицом в шею младшего, нуждаясь в нём так сильно. — Золотце, всё хорошо.— с довольной улыбкой прошептал Мо Жань.— Ты молодец. Ты так обильно кончил оба раза, так понравилось? Чу Ваньнин, казалось, был готов взреветь, но сил не оказалось. Он лишь ударил Мо Жаня по плечу и перестал реагировать на его слова. Юноша улыбнулся ещё шире, прижал к себе учителя теснее и позволил уснуть в своих руках.