🖤 Hevâ-yı Memnû/Запретная страсть

Всегда думала, вина лишь бы падишаха в укладе дворцовой жизни, но не впервые уже ловила себя на мыслях слишком дивных о Мустафе. Слишком далёких от возможного и даже осознанно желаемого. О Кеманкеше, жизнь которого не особо заботила ранее. Скорее даже наоборот, смерти желала тому, с кем должна была смириться. Прошла коридором, но вернулась. Туда, где он находился довольно редко, будучи во дворце. Совсем скоро вновь войдёт в свои небольшие покои, где так гармонична простота. Мужская воинственная простота. В руках её оказалась ёмкость с чернилами. Глубоко задумалась Кесем Султан, замечталась о нём, не признавая того вовсе. И только быстрые шаги за дверью стали причиной глупого волнения. Валиде Султан могла бы не оправдываться даже, но так проявляла себя влюблённость. - Паша вернётся, калфы нас послали... - Элянур, останься. Другие свободны. И мне эти покои хочется убрать. - молвила, смотря на столик, где оказались капли того самого чернила. Исчезающего чернила, по цвету поняла. А им они столь важны. Тем, у кого документы не задерживаются надолго. Девушка поклонилась, неуверенно подходя к султанше. А та указала рукой на полку с книгами, с которой следовало начать уборку хатун. Лишь так она оказалась бы спиной к женщине, взволновавшейся из-за небольшой глупости. Девушки ведь её могли и не заметить. Повелитель проводил заседание, смотря на стену без тени. Ранее и малейшую не упускал, упиваясь возможностью после наказать свою госпожу резкими словами, по которым она вовсе не скучала. Теперь же, когда слуга прошептал на ухо при всех где находилась Кесем Султан, никаких слов не оставалось. Вечером с ней нужно будет свести счёты, решил для себя. - Заседание окончено, без тени всё решается намного быстрее. - подытожил, особой радости не сложив отсутствию знакомого кусочка тени Валиде Султан. - Мой повелитель. - лесно пропели несколько пашей, низко кланяячь в знак благодарности за повышенное недавно жалование. Мужчина взмахнул рукой и направился к выходу сам. К выходу, которого лишил султаншу, решив какой формы будет месть. Мурад лучше всех знал как зацепить доверенный алмаз. Он давно уже замечал как игра перестала быть невинной. Ею начатая игра. Ближе к вечеру позвал к себе. Туда, где редко беседовали о прошлом. Об общем прошлом, тепло которого уже довольно редко согревало. На террасе ждал её, попивая чай. Но не лишь её, ведь целовать на глазах собирался простую хатун. Намного красивее на первый взгляд, но совершенно неловкую и знающую своё место. - Садись рядом. - приказал, смотря на девушку. Девушка ничего не ответила, как и не сделала даже шага. Будто уже сопротивлялась своей особенности. Несколько слуг оставили небольшие букеты на маленьких столиках для напитков. Словно для праздника, которого не ожидалось. Месть свою решил даже украсить, только из-за статуса той, кому она предназначалась. В голубом платье преодолевала длинные коридоры. Те самые, которыми они редко проходили вместе. Но как же прекрасны были те минуты. Ранее, когда голубые глаза не искали другого мужчину, другого воина, другую жизнь. - Простите, но это... - Моё решение. Окончательное. - кинул, смотря прямо в глаза, слегка затуманенные опасением. Становиться фавориткой Эдина не стремилась, не хотела, боялась. - Ваше решение когда, стоит повиноваться. Только Вам не понравлюсь. - смущённо сказала, опустив глаза. И гнева Валиде Султан навлекать на себя не желала, конечно же. Потому и тянулась к совершенно другому возможному происшествию. Женщина прошла на террасу, но остановилась вдали. Могла видеть их, но они ещё не увидели её. Лишь краем глаза заметил повелитель, после чего напряжённая тишина показалась нескончаемой. Пальцы его играли с украшением платья девушки, сидевшей рядом. Маленьким украшением, которые ранее носила в волосах Халиме Султан. Она ступила ещё ближе к ним, когда губы их слились, а лисий взгляд султана Мурада поднялся в сторону, на неё. Этот поцелуй будто отравленная стрела подейстовал на госпожу. Тотчас же ушла, правда, когда вернулась способность переставить ноги. Тоска по Кеманкешу возросла с появлением этой обиды. Тоска, которую не следовало так воспринимать. Влюблённость была намного сильнее её любого другого чувства и даже ощущения. Он возвращался, это радовало. Но лишь через день и несколько часов. Это время следовало как-то скоротать после такого тёплого общения сына с другой. Терпения не хватило, как и здоровья. Около него вскоре оказалась на коленях с вопросом: - Что же мы не можем поделить? Для тебя Бога нет... - Разлуки цена. - кинул настолько спокойно, будто она стояла перед ним во время очередной ссоры. Кратко, жёстко, вполне понятно. Часто себе такое позволял, но впервые душу клеймил тем же пониманием: для него не одна существует желанная. - Тогда позволь её на самом деле. - дерзко кинула, будто не понимая насколько разозлит. - Если так желаешь того. - холодно молвил, поднимая с неким отчуждением. Словно не родную валиде, а провинившуюся служанку. О той девушке уже и забыл, смотря на её губы, слегка бледные уста. - Уеду на время, давно соскучилась по Фатьме. - Её муж не увидит тебя, валиде. Когда же увидит, более мира не будет видеть. В цветах, так точно. Кесем Султан усмехнулась. Такой ревности не любила, но и её существование успокаивало. Своей ценности не утеряла в его тёмных глазах. Давно не карамельных, как и недобрых. - Как прикажешь, мой повелитель. - прошептала, уводя взгляд от него подальше. Впервые не хотела видеть, когда прежде всегда глаза блестели от радости встреч. Почти всего далеко не случайных. - Вы свободны, буря моих дней. - так же негромко молвил, отпуская руку у локтя, где держал свою вполне долго. - Лучше бы освободил и мысли, которые сам же мне и подкинул. - в голосе слышалось недовольство, к тому же вопиющее недовольство. Уже собирался настырно поцеловать, когда дверь открылась и перед ним оказалась Хасеки. Айше Султан, заслуживающая ночь, которой ранее он не дарил из-за наказания. Наказания за предательство доверия Валиде Султан. Ни слова не было сказано, лишь гордой походкой госпожа ушла из главных покоев. И так ошибкой было спрашивать с него за поступок, которого серьёзности не осознавал. Серьёзности ей, но не сыну. Не виновику стольких мыслей греховных и минут близости, что не идут никак из памяти. Вопросительный и непонимающий взгляд Хасеки лишь на себе ощутила, выходя с главных покоев. Взгляд, которого не получала ранее, не заслуживала получить. Будто лишь и ждала его признания, просто как он столько лет. До недавнего времени. На полу перед собой увидела знакомую тень. Ту самую тень, которой так не хватало долгими днями без кратких встреч взглядов. - Госпожа моя... - прошептал воин, скрывающийся в густой тени мрака наступающего вечера.