Грязные крылья

Пушка была оторвана от земли и Люцифер наконец смог выбраться из клетки, но вышел он совсем другим. Провода отпустили его тело, перестав качать почти иссякшую силу, а на их месте образовались раны из которых сочилась золотая кровь. Ноги не держали, а в глазах застыл ужас и боль, ужасная боль за все, что сделал Вокс, за свою беспомощность и ничтожность. Маленькая слеза упала на землю, а за ней и падший. Он мог бы встать и пойти дальше, несмотря на физические раны, но моральные оказались глубже и больнее. Даже после падения Люцифер оставался ангелом, падшим, но ангелом. Его кровь всегда давала об этом знать и несмотря на окружающую обстановку, он выглядел слишком светлым для здешних. "Слишком светлый для ада, но слишком темный для рая". Ад стал его домом, который был полностью отстроен им. Хоть он и не питал надежд, что в трудную минуту грешники ему помогут, ведь знал. Грешники - ужасные существа и король не питал к ним любви. Но в душе он был тем ангелом, что верил во все хорошее и надеялся на лучшее. Вера притупилась с годами, но маленький лучик оставался. Луч, который означает что все будет хорошо. И он угас. Пропал, исчез, растворился в грязи. В грязи что прилипла к нему самому. Этот грязный стыд, грех который совершили с ним. Люцифер не любил грязь и порочных существ, которые были соблазнены грехами, но сейчас он сам стал их жертвой. Игра теперь была без правил, но падший обязан их соблюдать. Воздух стал тяжелее, а на теле была невидимая слизь, что всё больше и больше расползалась, оказываясь на каждом сантиметре тела. Она выжирала его изнутри оставляя только сожжённую землю. И единственная мысль, которая его посещала в этот момент, это:"грязный." Слова крутились в голове и Люцифер неосознанно сжался в калачик, пока слезы текли с глаз, сзади из последних сил прорезались уцелевшие крылья и укрыли его в кокон. Сверху слышались радостные возгласы о силе дружбы и подобной чуши. А рядом не было никого, ни кто не спустился к падшему ангелу, про него просто забыли. Шум становился тише, а слезы пропадали и единственный звук, что напомнил королю о том, что он еще жив, это резкий звук рядом. Кто то приземлился рядом с ним и тяжело дышал. В воздухе смешался еще один запах крови. -Ну что мой король, про вас все забыли.- послышался голос, смешанный с звуками сломанного радио. Голос показался хриплым и даже жалким. Хотя Люцифер мог с уверенностью сказать, что его собеседник сейчас улыбался. Падший раскрыл свой кокон и наконец-то сел. Крылья остались сзади него. -Про тебя тоже. - с небольшой усмешкой сказал он, пытаясь скрыть грустный тон. Оба посмотрели друг на друга. Оба подавлены. Оба сидели в луже своей крови, кинутые всеми. Аластор протянул руку, но собеседник лишь отшатнулся от неё. -Не трогай. -Кого? -Меня. В воздухе повисла тишина, глаза короля снова заблестели, а крылья принялись укрываться в кокон. Да только рука их остановила. Радио демон осторожно взял верхнее крыло и отодвинул. -Не закрывайтесь, я трогать не буду.- в подтверждение своих слов, он убрал руку. И оба продолжили сидеть в тишине. Улица стала тихой, по сравнению с тем, какой шумной была. Сверху проходили очередные зеваки и жаловались на оставленый мусор посреди улицы, пока в гру́де этого мусора сидели два существа. Сам король ада, падший ангел и отец, что не смог стать хорошим. А рядом радио демон, один из сильнейших Оверлордов и смертельно раненый грешник. Два таких разных, но оказавшихся в похожей ситуации. Безвыходной ситуации. Один может умереть физически, а другой уже умер морально. Наконец-то радио демон встал, кашляя радиопомехами. -Вставайте король, мы не сможем тут вечно сидеть- на лице появилась привычная улыбка. Король послушался и встал покачиваясь от слабости в ногах. Они медленно стали выбираться из ямы, ловя взгляды грешников. А после оба направились в отель. Это казалось не лучшей идеей, они оба в беспомощном состоянии и любой прохожий мог напасть на них, поэтому король решил использовать свои последние силы и переместить их в отель. А точнее к его крыльцу. Но сразу после перемещения в глазах потемнело. Мир вокруг размылился, а звуки притупились. Он отключился, упав на грешника, которого переместил вместе с собой. -Блять.- прозвучал голос, среди помех. Люцифер, как не кстати упал прямо на раненую грудь. И Аластор, сжав зубы поднял его на плечо, все таки он израсходовал все силы, чтобы переместить их сюда. Идти от места события до отеля было около часа, а значит Чарли и другие постояльцы отеля еще не вернулись. Поэтому радио демон спокойно зашёл внутрь и побрел к комнате короля с ним же на плече. Лестница истратила все силы и как только Аластор положил тушу на кровать, сразу завалился следом. Он уснул в весьма неудобной позе, стоя на коленях перед кроватью и положив на неё голову. Дверь он додумался закрыть, а к счастью кровь успела перестать течь и следов на полу не оставила.

***

Солнце слепило в глаза, заставляя Люцифера откинуть сон. Под рукой было что-то мягкое и пушистое. -Кики?- первое что издал король своим хриплым, заспаным голосом. Он потрепал её по макушке, но в ответ послышался недовольное мычание. Ангела пробило небольшим током и он резко разлепил глаза смотря на то, что находится под его рукой. Там была не Кики, а макушка радио-демона. Он вроде спал, или же Люцифер хотел в это верить. Наверное, вчерашний день его сильно вымотал. Но с приходом утра, пришло и осознание. Осознания всего произошедшего за последнии пару дней. Он осторожно коснулся спины и почувствовал сильную боль. Крыло. Он потерял важную часть себя, но в голове начали всплывать и другие моменты. Ужасные, жестокие и безнравственные. Пальцы задрожали, а от руки начало разливаться непонятное ощущение. Будто мерзкая слизь обволакивала всё тело и пожирала его, не оставляя ни кусочка. Он резко подскочил с кровати, направляясь в соседнюю комнату. Люцифер успел позабыть о госте в своей комнате и быстро зашёл в ванную комнату. Скидывая с себя одежду и включая кран в ванне, падший не смог пройти мимо зеркала. Руки все еще дрожали, а на лбу стали выступать капли холодного пота. Рука потянулась к одму из шрамов на груди, заставляя при прикосновение чуть поморщиться. Глаз зацепился за синяк на кисте, видимо появившийся во время насильственных действий телевизора. Воспоминания вновь ударили в голову, заставляя слезам выступить на глазах.

***

Король сидит в колбе, он попался в наиглупейшую ловушку, так еще и напротив него грешник, самый ненавистный из всех ему известных. Хитрый телевизор, радостно появился на втором этаже и быстро спустился вниз. -Давай ты меня просто отпустишь, а я тебя за это не покараю? - лениво проговорил падший, совершенно не чувствуя беспокойства. Он был уверен, что его авторитет, все еще был сохранён, но как бы не так. -Ох, Люцифер, Люци, Лю. - от всех этих прозвищ у короля сморщилось лицо, да как этот грешник смог обратиться к нему по имени. -давай без блефа, мы ведь все знаем, что ты не можешь ничего сделать. Радио телик подошел к задней части этой непонятной машины и введя код открыл небольшую дверь. Он, чуть пригнувшись, спокойно залез внутрь и положил руку на плечо падшего. -Ты ведь знаешь, что не убьешь меня?- все также беззаботно, но уже с ноткой раздражения проговорил король. -Ну что вы, ваше величество, на это и расчёт.- хитро, словно на свою добычу посмотрел телевизор. От этого взгляда прошлись мурашки по спине, но не от страха, а отвращения. Люцифер резко расправил крылья, пытаясь вытолкать мерзавца наружу. Да вот только поплатился за это. Вокс вместо недовольных возгласов, резко взялся когтями за самое основание среднего крыла и пременив всю свою силу оттолкнул короля в спину. Острая боль пронзила все тело, от которой каждый мускл напрягся и задрожал. Ужасно громкий крик пронзил всю комнату. Казалось все пентаграм сити его услышало. Аластор медленно разлепил глаза и обомлел. В руках оверлорда виднелось крыло. Крыло самого короля ада. Оторванное. Он быстро перевел взгляд на заточенного и спина покрылась мурашками. Люцифер побледнел моментально, его белоснежное лицо, стало совсем прозрачным, хуже чем у мертвеца. Слезы начали катиться по щекам, а в глазах читался ужас и шок. Он не мог поверить, что такое произошло. Крыло. Его крыло оторвали. Мать его крыло, что даже при падении осталось почти целым. Комната наполнилась злобным и звонким смехом, что резал уши и действовал на нервы. Аластор внимательно наблюдал за реакцией каждого участника конфликта. Морнингстар сразу спрятал оставшиеся крылья, а на спине показалось золотое свечение. Он не медля ни секунды, сразу начал лечит рану. А вокс, почувствовав власть, обезумел окончательно. Он ушел из капсулы и прислонился к стеклу, рассматривая напряженную мордашку короля. С его лба шел пот, а свечение на спине не прекращалось, как много сил он сейчас тратит знает лишь он. -Как жаль ваше величество, что вы не сможете закончить свое лечение, у вас есть дела!- длинные провода вонзились в тело и больную рану, заставляя короля прощипеть и сжаться. Он попытался лечить дальше, но не выходило. -Что за?- растеряно спросил король, поднимая свой взгляд на телевизионный монитор. -Ох, теперь вся энергия, которой вы будете пытаться пользовать, будет уходить по этим проводам- когтистая рука провела по стеклу, оставляя глубокие царапины. Боль в спине была адской и избавиться от неё было невозможно. Он хотел верить, что это все страшный сон и кошмар, или хотя бы обман. Сейчас он телепортируется и все закончится. Но нет. Сила уходила при малейшем её использовании, не переместиться, ни превратиться не получалось. Паника начала охватывать тело. Но на этом все не закончилось, платформа поехала, она встала выше и неприятная, очень не приятная щекотка проползла по телу. Король хотел было сказать об этом, но резкий поток энергии сам хлынул из тела. Пушка была заряжена и произошёл выстрел. Выстрел по раю, щит рая был разбит, а значит, все работает, да вот только энергия для этой пушки не было готово к такому. А Вокс сильно взбудораженный своим успехом, покинул комнату громко смеясь и унося крыло с собой, словно трофей. Радио демон сразу подъехал к капсуле, спасибо стулу, за то, что у него есть колёсики. И внимательно стал присматриваться к лицу. Бледное, с стеклянными глазами в которых читался ужас и шок от происходящего. Сладкая кровь стекала по ноге, впитываясь в дорогой и белоснежные костюм. Заставляю Аластора поджать уши и вспомнить неприятный момент из жизни.

***

Резкий удар по щекам заставил короля вылезти из болезненных воспоминаний. Он зажал рот рукой, стараясь подавить нарастающую панику. И направился в ванную, что наполнилась уже на одну треть. Теплая вода, приятно обжигала кожу, немного успокаивая её, заставляя расслабиться. Аластор наконец-то разлепил глаза, недовольно мыча от постороннего шума. Он поднял голову и сразу пожалел о том положении в котором спал. Спина невольно заныла, а по груди прошло жжение. Взгляд начал проясняться и понимание произошедшего приходило все яснее и яснее. Он был в комнате падшего, видимо вырубился после того как донес того до комнаты. Самого падшего не было, а из ванной комнаты доносился шум воды. Догадаться куда делся Люцифер не составило проблем. Не нужно быть гением, чтобы мыслить очевидно. Аластор сел на кровать, разминая шею, когда дверь соседней комнаты открылась. -Доброе утро, Ваше Величество!- послышался весёлый голос радиоведущего. Люцифер и не собирался отвечать, в голове крутилось слишком много мыслей, они царапали, причиняя сильную боль. Он повалился на кровать, закрывая лицо руками и тяжело дыша. Грешник не ожидал такого безразличия и хотел было указать на грубость со стороны владельца комнаты, но что-то не дало это сделать. В голове начали прокручиваться события последних дней. Вроде бы, Аластор разорвал все сделки и стал необычайно сильным и даже то унижение, что он испытал от Вокса, его не портили. Но одного взгляда на собеседника, что хоть и старался это скрыть, нервно дышал и не переставал кусать губы. В голове всплыли образы падшего. Его лицо исказившееся от ужаса и боли. Бледное лицо и капли слёз катившиеся по подбородку. То безжизненное лицо, в котором застыл испуг, а дыхание замедлилось. К горлу подступил ком. А в голове вспыхнули воспоминания. Воспоминания о ней, единственной кто заставлял его сердце трепетать и наливаться любовью. Тогда, он был мальчишкой, его сердце выражала все эмоции и было мягким и немного ранимым. Он помнил всё тепло, что она ему дарила. Он внимательно запоминал каждое её слово и слушался. А потом, в один день. Самый ужасный день за всё его существование, её не стало. На её лице застыло именно такое выражение лица. Безжизненное, с застывшим испугом и стеклянными слезами в глазах. Он помнил как её руки стали холодными, а сердце перестало издавать звуки. Два лица были одинаковыми, только один жил, а другая нет. Его собственный отец убил самого дорогого человека в его ещё маленькой жизни и он заставил за это заплатить. Каждый раз видя лицо мужчины, перед ним всплывает образ отца и он со временем во многих особях мужского пола находил те же черты характера. Именно поэтому он их не любит. Его собственное сердце застыло, превратившись в твердый гранит. Из мыслей его вывел неожиданный стук в дверь. Люцифер явно тоже не ожидал этого, что можно было понять по его резкому подскоку с кровати. Пока один направился к двери, глаза Аластора внимательно следили за его движениями. "Они действительно похожи."- единственное что успело пронестись в голове, прежде чем падший открыл дверь и за ней послышался веселый голос его дочурки. -Папа! Доброе утро, тебя давно не было в отеле и ты не брал трубку - девушку явно осчастливеная последними событиями, хотела обнять отца, но тот резко отдернулся. По белоснежному лбу прокатился холодный пот. Люцифер явно испугался сначала за прикосновения, а уже потом за реакцию дочери. -А. Чарли! Доброе утро! Я был немного занят в последнее время, прости что не смог быть рядом и не отвечал.- отец от растерянности сказал первое, что пришло в голову, пока рука сильнее сжала ручку двери, медленно перекрывая вход в комнату. -Пап? Все в порядке?- девушка забеспокоилась и хотела пройти внутрь, но её опередили. -Давай поговорим попозже, мне нужно закончить важное дело!- лишь успел сказать падший, прежде чем захлопнуть дверь перед её лицом. Он явно плохо отдавал отчёт своим действиям и эмоции взяли своё. За дверью послышался голос дочери, которая пыталась что-то выяснить от отца, но Люцифер не слушал. Точнее не мог. В ушах зазвенело, голова пошла кругом, а пальцы задрожали. Он медленно начал скатываться по двери, пока тошнота медленно подступала к горлу. Шарлотта, не дождавшись объяснений, ушла, пообещав зайти позже. Но лучше бы это позже ни когда не наступило. Все тело дрожало, а в голове проигрывались, как пластинка, образы. Образы того, что с ним происходило. По телу снова начала расползаться фантомная слизь и казалось еще мгновение и он вцепиться в свои плечи и начнёт безудержно реветь, но сзади на него что-то налетело, укрывая с головой. Аластор, заметив изменение в поведении, накинул первую попавшуюся ткань. Тем самым укрывая падшего пледом. Люцифер сжал его, как свою единственную защиту. Демон не хотел видеть эту картину и медленно приоткрыв дверь, ушёл. Оставив горя отца одного.. У обоих в голове свои вопросы и проблемы, и им явно нужно подумать об этом наедине с самим собой. Внизу отеля было чуть тише обычного. Чарли весело приветствовала постояльцев, да вот только не у всех было хорошее настроение. Хаск сегодня не вышел, а Черри была мрачнее обычного. Одна Нифти весело бегала вокруг, рассказывая что выполнила задание и защитила Бакстера, пытаясь получить похвалу. Вегги встревоженно посмотрела на свою девушку и как только увидела её на лестничном пролете, сразу подбежала. -Чарли, дорогая. Ты сейчас к своему отцу ходила? -Да, только он не в настроении походу. Говорил завален работой. -Чарли, я вчера забыла тебе рассказать. Очень важный момент. Вэгги нервно сжала руки своей девушки и посмотрела прямо в глаза. -Ты его в лицо видела? -Да, а что случилось?- сейчас небольшая тревога начала посещать её мысли, но то что сказала её девушка дальше, превзошло все ожидания. Её отец был той силой, которой стреляла пушка. -Скорее всего он поэтому тебя и прогнал -О боже! Нужно сейчас же идти к нему! -Чарли!- девушка схватила владелицу отеля, когда она уже собиралась бежать обратно.-Я думаю твоему отцу нужен отдых. Зайди к нему позже. -Но папа! -Дорогая. Твой отец не просто так прогнал тебя. -Да, думаю он немного устал после вчерашнего. День не предвещал ничего хорошего. В воздухе витало напряжение и утренний завтрак уже был испорчен. Аластор наконец-то дошёл до своей комнаты, мысли не отпускали его, еще сильнее действуя на нервы. Он скинул одежду, что частично пропиталась кровью и попытался залечить руку, магией. Рана была нанесена не ангельским оружием, поэтому даже сила грешника, легко её залатала. Рука немного побаливала, но пройдет чуть больше недели, прежде чем всё вернётся в норму. С рукой было покончено, в отличии от груди, га которой все еще был шрам, начавший вновь кровоточить. Швы чуть-чуть разошлись и требовали еще одного вмешательства. Грешник опустился на кровать, накрывая своё лицо ладонями и громко выдохнул. Безудержная череда событий забивала мозг, заставляя работать его еще усерднее, до самого предела. Привычная улыбка дрогнула, показывая раздражение. Сейчас нужно восстановить свою репутацию и наконец-то залечить рану, до того как еще один хер, не помешает ему. Но в голове снова всплыл образ. Мама. Улыбка полностью исчезла, а в голове начали крутиться картинки, красивой женщины. Сначала они были радостными, потом, женское лицо, начала выражать обеспокоенность, а следом появилист картинки побитой женщины со слезами на глазах. Аластор, когда был ребенком, пару раз находил её такой. Но мать постоянно говорила, что ей не больно и обнимала обеспокоенного мальчика. Маленькое сердечко сжималось, стараясь поверить словам о том, что сегодня матушка сильно упала с лестницы и это все по её неосторожности, но он помнил. Помнил, как по ночам слышал приглушённые крики и плач в самой дальней комнате своего дома. Он хотел в это верить, но знал. Знал и не мог нечего с этим сделать, пока не стало слишком поздно. В один из дней, когда Аластор пришел домой с радостной новостью, он увидел то, что надолго отпечаталось в памяти. Мертвая мать и рядом отец, который лишь смотрел на это с отвращением. Её взгляд отпечатался в сердце. Взгляд невыражающий никаких эмоций, кроме шока и широко раскрытые глаза, пару слезинок, что не успели скатиться с лица и большой синяк под глазом. Она была в крови, рука была неестественно согнута. И тогда сердце Аластора застыло. Оно не только замерло от шока, но ещё и стало холоднее льда. Ни одна слезинка не успела скатиться, прежде чем в руках оказался топор, что висел при входе и не использовался несколько лет. Отец, так он обращался к этому мужику, но сам Аластор не мог в это поверить. На едине с самим собой, он был просто мужиком. Ебанным мужиком, сто обязательно поплатится за свои грехи. И раз бог не может его наказать, он сделает это сам. Топор ломал череп, словно твердые свиные кости и почти сразу убивал, но паренька это не остановило. Он продолжал махать им, пол свой громкий смех, пока руки не устали. И наконец-то он остановился, топор выпал, а на полу было обезображенное тело, что больше ни кто не узнает в нем человека. Может только сейчас до него дошла суть происходящего. Руки затряслись и он бросился к матери. Упал в её объятья и заплакал, да только нежная рука не коснулась его спины и не погладила, шепча слова поддержки. Его любимая мама, единственный лучик солнца. Главная героиня его жизни умерла. Умерла жестокой смертью. Аластор даже не заметил , как во время своих воспоминаний уснул. Но сон был беспокойным. Ему хотелось забыть все что вспомнил и все что увидел.