Владыка Зла

Глава 24

Чжао Байвань прекрасно знал, что недостаток этого меча действительно вопиющий. На самом деле, он уже предлагал «Мэйин» многим людям, но никто не хотел мириться с таким изъяном. Причина проста: те, кто мог позволить себе не считать расход камней, предпочли бы доплатить и купить настоящий артефакт среднего ранга. А те, кто хотел сэкономить и искал подешевле, не могли позволить себе меч, сжигающий камни. Поэтому, несмотря на отличные характеристики, Чжао Байвань до сих пор не мог его продать. Максимум, что ему предлагали — сто двадцать камней, но на такую цену он сам не соглашался. — Брат, именно из-за этого недостатка цена меча всего триста камней. Иначе я бы выставил его за полторы тысячи! — Чжао Байвань принял вид человека широкой души. — Давай так, брат. Ради тебя я сделаю скидку. Забирай за двести пятьдесят. «Сам ты двести пятьдесят!» — мысленно огрызнулся Лэй Дун, закатив глаза. Вслух же он сказал: — Брат не прав. Каждую тысячу ли я теряю лишний камень. Если я пролечу миллион ли, то потеряю тысячу лишних камней! — Брат шутит! Когда ты налетаешь миллион ли, ты уже давно станешь старшим стадии Заложения Основ. Зачем тебе тогда этот низкоранговый хлам? — Чжао Байвань не упустил случая польстить, но цену снижать не спешил. — Сто камней. Если хоть на один больше — я не беру, — Лэй Дун взял чашку чая, сделал глоток и невозмутимо начал торговаться. Щека Чжао Байваня дернулась, он с горечью произнес: — Младший брат Лэй, не шути так. Я сам купил это сокровище за двести. Давай так, я буду добрым до конца. Двести. Если согласен — забирай, нет — в следующий раз поторгуем. — У меня с собой только сто двадцать камней. Если брат согласен — продавай. Если нет — я сюда больше ни ногой. Буду ходить на рынок в штаб-квартире секты, подумаешь, лишние пару шагов сделать, — Лэй Дун сделал вид, что собирается встать и уйти. — Не кипятись, не кипятись. Сядь, поговорим спокойно, — Чжао Байвань скривился в мучительной улыбке. — Не то чтобы я не хотел продавать, просто ты режешь слишком глубоко. Ладно, ладно, сто восемьдесят. Считай, я потеряю немного денег, зато приобрету друга в твоем лице. После этого они еще целый час перетягивали канат, торгуясь за каждый камень. В итоге цена была зафиксирована на ста пятидесяти Духовных камнях. Кто в этой сделке выиграл, а кто проиграл — каждый решил для себя сам. Забрав «Мэйин» домой, Лэй Дун потратил несколько дней на его предварительную обработку. До полного слияния разума и меча было еще далеко, но он наложил ментальный отпечаток и уже мог кое-как управлять им в полете. … На склоне горы в Логове Десяти Тысяч Призраков, на одной из платформ, Лэй Дун с серьезным и немного напряженным лицом бормотал заклинания, постепенно перенося часть своего сознания в «Мэйин». В то же время пасть черепа на рукояти меча начала вытягивать энергию из вставленного в нее Духовного камня. Зеленовато-черный цвет клинка, казалось, поглощал окружающий свет, образуя мрачную тень. Струящаяся энергия расходилась легкой рябью, словно пляшущее пламя, непредсказуемое, таинственное и прекрасное, сочетающее в себе черноту и благородное изящество. Предстоял полет на мече. Даже Лэй Дун, проживающий вторую жизнь, не мог сдержать волнения. Не то чтобы он никогда не летал — ни в прошлой жизни на самолетах, ни в этой на Костяных Лодках Секты Зловещей Инь, перевозящих новичков. Но там не было ощущения полета, не говоря уже о свободном парении. Глубоко вздохнув и успокоившись, он направил мысленный приказ, и «Мэйин» выскользнул из руки. Описав в воздухе идеальную дугу, меч плавно опустился к ногам Лэй Дуна и тихо завис. Лэй Дун легко запрыгнул на него, но, не удержав равновесие, покачнулся. К счастью, будучи культиватором второго уровня стадии Тренировки Ци, он обладал координацией, недоступной обычным людям, и быстро нашел баланс, твердо встав на клинок. Только тогда он мысленно приказал «Мэйин» лететь вперед. Меч тут же превратился в черную радугу и рванул с места с огромной скоростью. Бедный Лэй Дун кубарем полетел на землю, больно ударившись. Поднявшись и потирая ушибленное место, он криво усмехнулся, ругая себя за неосторожность и спешку. Неспешно призвав улетевший вдаль «Мэйин» обратно, он снова встал на него. На этот раз Лэй Дун не решился давать слишком сильный импульс. Он действовал максимально осторожно, едва касаясь меча разумом. «Мэйин», проявив чудеса чувствительности, действительно пополз вперед со скоростью черепахи. Лэй Дун обрадовался, но не спешил разгоняться. На такой черепашьей скорости он скользил, поворачивал и тренировался около часа. Лишь когда он почувствовал уверенность, он начал постепенно увеличивать силу мысленного приказа. Как и ожидалось, скорость «Мэйин» начала расти. Весь следующий день Лэй Дун кружил на низкой высоте, где падение не грозило смертью. Нельзя сказать, что он полностью овладел техникой, но кое-как управлять мечом для путешествия уже мог. Конечно, цена обучения была немалой. Хотя он ни разу не разогнался даже до трети максимальной скорости, за день ушло два Духовных камня. Этот «Мэйин» действительно был пожирателем камней. Первоочередной задачей было добраться до того далекого рынка, продать лишнего Духовного призрака среднего ранга и купить хорошую Башню Вскармливания Душ. Только так он сможет спокойно уйти в закрытую тренировку на несколько лет и наверстать упущенное по сравнению с другими. Отдохнув день в своем жилище, Лэй Дун дождался вечера. Небо стало серым. Воспользовавшись сумерками, он встал на «Мэйин», превратился в черную радугу и, описав дугу, устремился в небо. Поскольку полет был по прямой, он постепенно наращивал скорость, и вскоре достиг половины максимума. Пульсирующая темно-зеленая энергия на такой скорости напоминала хвост кометы, оставляя за собой длинный шлейф. Благодаря цвету свечения и сумеркам, в небе он был почти незаметен. Это и было главной причиной выбора ночного времени. Рядом с Логовом Десяти Тысяч Призраков было еще относительно спокойно, но стоило покинуть его территорию... Хотя другие пещеры и резиденции принадлежали той же секте, никто не гарантировал, что он не встретит какого-нибудь кровожадного маньяка. Мышление многих здесь не поддавалось обычной логике. Тем более, Секта Зловещей Инь не была праведной сектой; убийства и грабежи здесь были обычным делом, и Лэй Дун уже был тому свидетелем. Вспомнив тот случай с убийством, о котором за несколько месяцев так ничего и не стало слышно — то ли Старый Предок замял дело, то ли еще что — Лэй Дун почувствовал тревогу. Предчувствие подсказывало, что просто так это не кончится. Именно поэтому он все это время так отчаянно ловил души и создавал Духовных призраков. Пока его прикрывал Старый Предок Ваньгуй, но в этом жестоком и опасном мире по-настоящему можно полагаться только на себя. Чувство незащищенности преследовало его постоянно. Тряхнув головой, он отогнал мрачные мысли. Постепенно привыкнув к скорости, Лэй Дун под покровом ночи разогнал «Мэйин» до предела. Сила разума стремительно истощалась, но и расстояние сокращалось с невероятной быстротой. Тысяча ли за два часа — это примерно двести пятьдесят километров в час в понимании Лэй Дуна. На такой скорости, даже с учетом того, что защитный свет меча блокировал большую часть ветра, оставшиеся порывы заставляли его тело шататься. Ему пришлось выделить часть Истинной Ци, чтобы создать щит перед собой. Он наклонил голову и присел, уменьшая сопротивление воздуха. Только так стало немного легче. Две ночи. Целых две ночи Лэй Дун летел к рынку, отмеченному на карте. О колоссальном расходе Духовных камней не стоило и говорить, но и сам он был выжат как лимон, у него не было сил даже пошевелиться. Если поначалу он наслаждался полетом, то после долгого, тупого перемещения по прямой вся радость испарилась. Заранее подготовившись, Лэй Дун переоделся в неприметную одежду без знаков отличия секты. Искусством маскировки он владел не в совершенстве, но изменить внешность так, чтобы не выглядеть привлекательно и узнаваемо, было несложно. Закончив приготовления, Лэй Дун медленно вошел на рынок, напоминавший небольшой провинциальный городок...