Глава 22. И пусть удача всегда будет с вами
29 мая 2026 г., 14:58
Мамору испытывал невероятный подъём от понимания, что может вот так беспрепятственно приходить к Чонгуку в дом. Он знает пароль, знает ханок как свои пять пальцев и двери для него всегда открыты. В некоторые моменты он ощущает себя мужем, возвращающимся с работы, разве что не говорит при этом: «Дорогой, я дома!», как-то он попробовал, когда ещё Чонгук валялся с течкой, так омега ему чуть ноги не переломал. Но даже без пафосных речей Тэхен готов был возвращаться в дом к Чону из раза в раз, лишь бы быть рядом со своим омегой. Теперь официально своим, хоть Чонгук и продолжает брыкаться и запрещает любые действия, которые обычно совершают парочки. Но Тэхен и сам знал, на что подписывается.
Разувшись в прихожей, Минамото гладит Беляша, который вышел его встретить. Вот и скажите ещё, что коты не общительные животные, очень они общительны и безумно милы! Альфа оставляет покупки на кухне, быстро расфасовывая их по нужным местам, закидывает в ящик паучи с купленным кормом и один всё-таки даёт обтирающемуся об ноги Беляшу. Ну, пока хозяин не видит. Только после этого Минамото выходит на поиски своего омеги. Конечно, поисками это тяжело назвать, потому что он точно знает, что найдёт Чонгука в его комнате. Экзамены завершились и, конечно же, Чон предпочитал обрастать грибами дома.
Мамору даже не стучится, когда входит в комнату омеги, он бы хотел застать его за каким-то непристойным занятием, но Чон явно не из тех, кто будет дрочить, забыв закрыть дверь. С его дотошностью, он бы ещё и армию выставил перед своей комнатой.
— Злобное создание, я явился, чтобы озарить твой мир светом! — торжественно провозглашает Минамото, врываясь внутрь. Альфа хотел добавить ещё что-то высокопарное, но услышал стоны и глубокое, интимное дыхание, да так и замер в дверном проёме.
Чонгук сидел на полу в своей любимой безразмерной футболке, шторы были задёрнуты, поэтому в комнате образовалась полутьма, и яркий свет от планшета причудливо раскрашивал сосредоточенное лицо Чона. Омега держал в руках проводной геймпад и лениво жал на кнопки, упулившись в экран планшета, где шёл сюжет жаркой отомэ-игры с похабными сценами от первого лица. Прямо сейчас смазливый тридэшный альфа подкатывал шары к главному герою и звуки, которые он издавал при этом, не оставляли сомнений в том, чем закончится эта их игра с соблазнением.
— «Ах… тебе доставляет удовольствие так мучить меня? Ах! Ну тогда… не останавливайся!»
Омега апатично переводит взгляд на Минамото и бросает ему короткое:
— О, припёрся. — Снова отвернувшись к экрану.
В груди Тэхена кипела такая буря эмоций, что он сам не понимал, что чувствует по этому поводу! С одной стороны, было забавно смотреть как Чонгук, гроза района, сильный и независимый омега играет в отомэ. Но, с другой стороны, Мамору буквально тонул в ревности в этот момент! И ревновал Чона к нарисованным мужикам. На экране появлялась надпись потрогать грудь незнакомого альфы, Чонгук трогал, поцеловать — целовал. А-а-а! Это просто ни в какие ворота! Минамото изначально был предупреждён о том, что Чон будет его игнорировать, но вот не такие же пытки устраивать своему альфе!
— Что это такое? — Мамору проходит в комнату и садится рядом с Чонгуком на пушистый ковёр с длинным ворсом. — Почему ты играешь в отомэ, когда у тебя есть живой парень, которого можно трогать и ласкать?
— Пшел прочь, — отмахивается от него омега, — не мешай мне играть.
Он даже не посмотрел на него! Пальцы Чонгука продолжали порхать над кнопками геймпада, а из динамиков планшета продолжали сыпаться всё более и более похабные стоны и слова.
Минамото валится на ковёр и, деланно всхлипывая, отмечает:
— Злобное создание, это не справедливо!
— Я говорил, что буду игнорировать тебя…
— Да не о том я, — прерывает его Мамору, — я тоже хочу играть.
И вот на этих словах Чонгук всё же смотрит на Тэхена, но с сомнением, этот чёрт ведь не уточнил во что хочет играть. Минамото лежит на боку, подперев голову рукой, его рубашка задралась, обнажая плоский живот и часть татуировки дракона, затекающую на косые мышцы пресса. Фиолетовые глаза в полутьме сверкают драгоценными переливами. Наверное, многие бы, увидев такого горячего альфу у себя в комнате, не смогли сдержать себя в трусах, но Чон под натиском флирта пурпурной сволочи жил второй год и выработал иммунитет.
— В отомэ хочешь играть? — уточняет омега.
— Почему нет?
— А я уже и забыл, что тебе альфы нравятся, — криво усмехается Чон, но геймпад не отдаёт.
— Нет, злобное создание, мне нравятся пушки и Чонгук, — сладко улыбается Минамото.
Чон в ответ фыркает и отворачивается к экрану планшета.
— Хватит ко мне подлизываться! Я сегодня завершу эту главу.
Мамору снова остаётся без внимания, он какое-то время лежит и наблюдает за сюжетом похабной игры, отмечая, что в некоторых моментах она не слабо заводит. Но ей всё равно не тягаться с Чонгуком. Омега сосредоточенно смотрит в экран, его серьги-звёзды вспыхивают розовым сиянием из-за цвета картинок на экране, а серые глаза становятся насыщенно-красными. Минамото лежит так какое-то время и любуется своим омегой. Так приятно осознавать, что он теперь именно его омега, но последние метры между ними ещё не были преодолены, — Мамору не давил, давая Чонгуку просто привыкнуть к тому, что у него есть парень, и сам Чон никуда не спешил.
— Это и есть твой Хонкай? — спрашивает Тэхен. Он, вообще-то немного изучал тему любимой игры Чонгука, но только немного и уже мало что помнит.
— Нет, Хонкай не отомэ… — омега прерывается, усмехается на свои мысли и добавляет: — Ну иногда.
— Это называется фансервис в игре, — понимает Мамору.
— Если такой умный, то и на хрен спрашиваешь меня?
— Просто хочу с тобой поговорить.
— А я хочу поиграть.
— Ты же не любишь альф, — отмечает Минамото, косясь на экран, где только что закончилась жаркая сцена, но самое интересное разрабы, конечно же, не показали.
— Вот таких люблю, — хмыкает Чон.
— Тридэшных?
— Что-то не нравится? — в голосе омеги звучат предупреждающие нотки.
Мамору дует губы и отвечает:
— Что не любишь реальных альф, меня.
— Как же ты надоел, — вздыхает Чон, но играть не прекращает.
Такие слова и поведение задели бы кого угодно, но не Минамото, он уже свыкся с тем, что его игнорируют, ничего особенного. Однако это не означало, что сам Мамору сдастся, он ещё никогда не отлипал от Чонгука просто потому, что тот его прогонял или ругался на него. Если бы он слушался Чона, то они никогда бы не стали парой, хоть пока что и на словах.
Полежав на ковре ещё какое-то время, Минамото понял, что так дело не пойдёт и решил хоть как-то обратить на себя внимание омеги. Поставив два пальца на пол, словно это были ноги человечка, Мамору медленно начал наступление на Чона. При этом всё это время альфа смотрел исключительно на Чонгука, отслеживая его реакцию; этот пурпурный чёрт аж скалился, ожидая, когда на него разозлятся или отчитают его!
Терпение Чона дало трещину, когда рука Минамото оказалась у него на коленке. Омега в этот момент прекратил нажимать на кнопки геймпада и обратил хмурый взгляд на Мамору. А тому только и нужно было, чтобы на него смотрели. Альфа состроил самые невинные глазки и под пристальным взглядом продолжил «вышагивать» двумя пальцами вверх по коленке Чонгука. Терпение парня начало сигналить красной ошибкой сбоя.
— Мамору!
Тэхен с улыбкой ответил:
— Да?
— Ты хочешь лишиться руки?
— У меня красивые руки, зачем мне их лишаться? — захлопал глазами бесстыдный черт. Его пальцы остановились у края футболки Чона, Минамото игриво подёргал за ткань, словно собирался под неё пробраться, но делать этого не стал, а нагло полез по торсу Чонгука выше.
Вот тут терпение Чона окончательно закончилось, взорвавшись как склад с боеприпасами, раскидывая во все стороны опасные ошмётки, готовые порвать Мамору на куски. Чонгук схватил руку Минамото, думая выгнуть ему кисть так, чтобы и двинуться не мог, но дёрнувшийся следом за ним шнур геймпада решил все проблемы Чона разом. Омега и сам не особо понял, как так получилось, вероятно, потому что он не выпустил геймпад, когда хотел проучить Тэхена; Мамору тоже понял, чем дело пахнет и попытался руку увести в сторону, а Чонгук его не желал отпускать. И, как результат этой небольшой битвы, шнур геймпада запутался вокруг их рук, накрепко примотав их друг к другу.
Чон раздражённо цокнул:
— Вот из-за тебя всегда куча проблем!
Омега попытался дёрнуть рукой и вытащить её, но не тут-то было, провода от любой техники как злополучные наушники, — стоит им запутаться, так уже никто не сможет их распутать. Чонгук своей попыткой выдернуть руку только усугубил ситуацию и от этого его раздражение стало лишь сильнее. Как некстати запуталась у него правая ведущая рука, левой распутывать узлы оказалось неудобно, поэтому Чон недовольно проворчал, обращаясь к Минамото:
— Хоть бы помог.
Но пока омега дёргал за шнур в попытках выпутаться, рука Мамору лишь безвольно висела между ними, альфа не предпринял ни одной попытки помочь, словно обратился в желе. И это Чонгука только больше разозлило, он поднял голову, намереваясь отчитать Тэхена, но ни одно слово не сорвалось с его губ.
Минамото сидел рядом бледный и какой-то болезненно сосредоточенный, его фиолетовые глаза не моргая смотрели на шнур, обвивавший руку, руку, которая стала ледяной, будто её в прорубь зимой запихнули. У Тэхена расширены зрачки, на шее видно, как напряглись вены и дыхание стало сбивчивым. Чон едва тянет носом воздух и уже ощущает в аромате ириса расцвели бутоны страха. Мамору… он боится? Они находились под обстрелом, чуть не сгорели в номере отеля, не счесть сколько покушений на свою жизнь перенёс Минамото и ото всех отмахивался, они для него ничего не значили, но сейчас на ровном месте его вдруг обуял липкий, холодный страх.
Если припомнить, Чонгук однажды уже видел похожую реакцию от Тэхена, это было в Канвондо, когда они скрывались в квартире алкашей и те предложили им выпить. Тогда Чон не придал этому большого значения и решил, что Мамору просто не любит алкоголь или брезгует пить с грязными незнакомцами. Но сейчас, видя его стеклянный взгляд, полный парализующего страха, Чонгук понял, что сильно ошибался.
— Эй, Тэхен? Что с тобой? — аккуратно зовёт парня Чон.
Но реакции нет никакой. Глядя в глаза Минамото, омега видит, что того затянуло в пучину каких-то жутких, далеких воспоминаний, кошмара, от которого было не сбежать.
— Мамору? — Чонгук зовёт его ещё раз, кладя свободную руку ему на плечо и встряхивая альфу.
— Д-да? — звучит ломано и неуверенно.
Чон следит за взглядом Тэхена и замечает, что тот не сводит глаз с их рук, связанных шнуром геймпада. Омега хмурится и ладонь с плеча убирает, закрывая ею их обмотанные проводом руки. И в этот самый момент, как по волшебству, Минамото моргает и перестаёт сверлить их кисти таким пугающим, застывшим взглядом.
Честно говоря, Чонгук понимает в чём дело сразу — у Тэхена есть дальние болезненные воспоминания, связанные со шнурами и проводами; причём он не реагирует на них, когда они просто где-то лежат, он отреагировал именно в момент, когда они стянули ему руку и ограничили свободу. Однажды кто-то связал Мамору — его похитили, над ним издевались или шутили, что произошло в прошлом остаётся загадкой, но именно этот инцидент так сильно отразился на Минамото. Его привела в такой ужас одна связанная рука, а если бы их было две? Чону страшно даже представить.
— Эй, Тэхен? — зовёт Чонгук и, дождавшись, когда Мамору полностью обратит на него внимание, приказывает ему: — Не своди глаз с моего лица.
Сам омега при этом на ощупь старается распутать их руки, не глядя это намного тяжелее, но грех жаловаться, когда Минамото в таком состоянии. Надо же, а Вселенная та ещё шутница, они так давно знакомы, через многое прошли, но Чонгук мог так никогда и не узнать о том, что Мамору панически боится проводов. Извините, конечно, но в его мыслях не было фетишей на связывание, а вероятность того, что Тэхен сам бы запутался в шнурах ничтожно мала. Произошедшее сегодня просто случайность, приоткрывшая завесу тайн этого вечно улыбчивого и всемогущего альфы.
Как и приказал Чонгук, Мамору продолжал смотреть на его лицо. Зрачки у Минамото по-прежнему были расширены, и он был бледен, а рука холода, но хотя бы взгляд оставался осмысленным и страх не плескался, ударяясь о радужку.
— Тебя пугают провода? — спрашивает Чон, пробуя продеть через ослабленную петлю геймпад.
— Не знаю, — растеряно отвечает Тэхен, — у меня такое впервые, мороз прокатился по коже.
Чонгук кивает, показывая своё участие; он спокойно распутывает их кисти, стараясь не дёргать лишний раз за шнур.
— А… Стоп! — Чон широко распахивает глаза, кое-что поняв: — Мороз? Ты ощутил холод?
Минамото и сам в этот момент удивляется, но прислушивается к своим ощущениям и согласно кивает, отвечая:
— Да, я чувствую какие у меня холодные руки.
По рассказу самого альфы в детстве с ним что-то произошло, после чего он лишился чувства боли, не ощущал холода или жара, только лёгкие прикосновения. Как сказал Мамору, его родители отказывались рассказывать ему, что такого ужасного случилось с ребёнком, но активно пытались вернуть ему нормальную жизнь. Так вот, что, если его детская травма как-то связана со страхом перед проводами? Минамото сын чеболей, его могли похитить и связать, с ним могли ужасно обходиться и это оставило свой отпечаток. Это только предположения Чонгука, но он думает, что недалеко в них ушёл.
Чон дёргает за узел, и рука Мамору свободно выскальзывает из западни.
— А алкоголь ты тоже не любишь?
— Меня мутит при его виде и думать становится очень тяжело.
А Чонгук в Канвондо ничего такого и не заметил. Да, Минамото очень неприязненно смотрел на бокал с водкой, но это можно было объяснить тем, что он не любит выпивку или ему не по вкусу компания, к тому же в той ситуации ему обязательно нужно было оставаться трезвым. Но, если вспомнить, то Мамору никогда не ставил на стол даже благородную бутылку вина, он был на официальном ужине с родителями Чона, сам встречал парня у себя дома как гостя и алкоголя не было ни при одной из встреч. Говорят, что альфы возраста Минамото любят выпить или хотя бы для вида пригубить бокал вина, но Мамору пил только чай. Это всё были мелочи, которые Чонгук никогда не замечал и оставил бы дальше незамеченными, если бы не сегодняшний инцидент.
Чон снимает шнур со своей руки и откладывает геймпад в сторону. С момента, как Тэхен рассказал о своём недостатке (но во многих отношениях явном преимуществе), Чонгук даже не задумывался о том, что должно было с ним произойти, чтобы мозг отключил нервные окончания и не давал никакой боли пробиться через слои наикрепчайшей обороны. Но сейчас в нём проснулся неприятный и слишком любопытный червь, жаждущий знать всё на свете.
— Тебе не кажется, что это всё может быть как-то связано с инцидентом, произошедшим в твоём детстве, из-за которого ты и потерял чувствительность? — спрашивает Чонгук, глядя в тусклые фиолетовые глаза, подсвеченные застывшей на экране картинкой какой-то локации.
Минамото всё ещё не в своей тарелке, его рука продолжает безвольно лежать на его коленях, он даже смотреть на неё не спешит, словно она стала радиоактивной и несла опасность. Подсознание Мамору работало четко и быстро, ограждая его от раздражителей скорее, нежели он их замечал. Ситуация с запутавшимся шнуром была неожиданной для них обоих.
— Я и сам не знаю, — качает головой Тэхен. — Родители ведь молчат о том, что тогда случилось. — Минамото хмурится и отводит взгляд в сторону, уставившись в яркий экран планшета. Чонгук скорее не видит, но ощущает, как вихрь давно забытых и заколоченных в плотные ящики воспоминаний снова начал пробиваться на поверхность в сознании Мамору. Глаза альфы остекленели, однако в их глубине начал полыхать необъятный ужас как минутой ранее. Путы на руке сковырнули давно затянувшуюся рану, желая доковырять её до изначальной глубины. — Но от ощущения связанной руки меня накрыло что-то схожее с паникой. Не знаю, как объяснить, но мне показалось… будто меня… будто со мной…
Ещё никогда Чонгук не видел такого животного ужаса в глазах Мамору, он никогда не видел его таким уязвлённым и беззащитным. Сердце сжалось от этого вида и злость на самого себя затопила разум. Ну вот зачем нужно было лезть с этим разговором?! Когда мозг удаляет отрывки памяти и огораживается от них, то делает это только для того, чтобы защитить хозяина и не дать ему сгореть в ворохе своих чувств, безвозвратно потеряв себя. А Чонгук полез ковырять рану.
Омега кладёт руку на лицо Минамото и насильно поворачивает его голову к себе, заглядывая в фиолетовые глаза и прерывая поток обрывчатых воспоминаний, в которых альфа грозился заплутать:
— Не говори. Не вспоминай, сейчас тебе неплохо живётся и без этих воспоминаний, так что не думай в них тонуть. — Чонгук смотрит в аметистовые глаза и видит в них осознанность, видит, как пропадают из них сожжённые обрывки воспоминаний, и взгляд приобретает былое тепло, с которым Мамору всегда смотрел на Чона. Омеге от этого прямо стало стыдно, Тэхен никогда не стремился его ранить и не пытался вытянуть какие-то болезненные секреты, как про биологического отца, но Чонгук его ранил постоянно и даже не замечал этого. Всё-таки он плохой человек. Вздохнув, омега шепчет: — Зря я вообще начал эту тему, и так всё прозрачно понятно.
— Ха-ха, — неожиданно коротко смеётся Минамото, и взгляд его теплеет ещё больше, из него пропадает уязвленность и былая растерянность, — злобное создание, а ты умеешь признавать свои ошибки?
— Умею, — ворчит Чон, надувая щеки точно хомяк, — я не бессердечный.
— Я и не говорил такое, — улыбается Мамору.
Чонгук думает, что ситуация совсем не правильная, это он должен успокаивать Тэхена и гладить его по голове, приговаривая, что всё хорошо, а получается так, что этим занимается Минамото, разве что не гладит его.
Омега ещё раз внимательно всматривается в глаза Мамору, но не видит там ни отголоска былой разбитости, словно и не его только что чуть не пожрали воспоминания.
— Удивляюсь, как ты так быстро справился с собой.
— Потому что ты был рядом.
— Подкат не засчитан.
— Но я и не подкатываю, ты уже мой парень.
— Ой, вот не надо всего этого! — вспыхнул Чон и только сейчас понял, что продолжает держать Мамору ладонями за лицо, поэтому руки поспешно убрал. Прокашлявшись в кулак, омега добавляет: — Мне действительно жаль, что так получилось.
— А чего ты извиняешься? Ты ведь не виноват. Да и со мной ничего не произошло, — улыбается альфа.
«Врёт», — понимает Чонгук, — «с ним в детстве случилось что-то ужасное и даже сейчас оно эхом прокатывалось по блокированной части воспоминаний. Такое может забыться, но раны всё ещё можно заставить кровоточить».
Излишне говорить о том, что Тэхен старался казаться слишком весёлым и беззаботным после произошедшего, сразу было понятно, что его нынешняя реакция полностью наиграна.
— Ты чего-то хотел? Зачем пришёл? — спрашивает Чонгук, решив сменить тему разговора. Он не мог себе объяснить почему, но видеть Мамору ещё раз таким разбитым ему совершенно не хотелось. Чон всегда наивно думал, что ему доставит радость смотреть на страдания Минамото, но реальность отвесила ему звонкую оплеуху. Как бы омега не извивался и не врал самому себе, а он очень сильно привязался к Тэхену и испытывал к нему те чувства, от одних воспоминаний о которых его щеки начинали гореть.
Мамору приглаживает растрепавшиеся волосы, но они сильно отросли и просто зачесать их назад уже не выходило, нужно было сцепить на затылке резинкой, только вот он где-то её потерял; вероятно, она затерялась в длинном ворсе ковра, в любом случае, искать её альфа не собирался.
— Да вот пришёл, чтобы позвать тебя на стрельбище. Я ведь обещал тебе, что научу тебя стрелять.
Вообще-то, сегодня Чонгук планировал обрасти мухоморами и растечься лужицей, пока играл в отомэ и пускал слюни на тридэшных мужиков. Однако сейчас он испытывал вину перед Мамору и отказать ему не мог, как и выставить наружу. И потом, научиться обращаться с оружием очень важно. В Канвондо во время перестрелки он не особо был полезен, стрелял, но из десяти пуль только одна достигала цели, это нужно было исправлять. Они в режиме войны с Белыми Воротниками и те не спросят умеет ли омега обращаться с оружием или нет. Так-то обращаться он умеет, но плохо целится, руки сильно болят после отдачи, не умеет перезаряжать пушку, а если ему дать что-то кроме пистолета (винтовку, к примеру) он и вовсе растеряется.
— Ладно, поехали, — отвечает Чон. — Но ты сам как? Может, тебе лучше остаться дома?
Минамото улыбается, ему нравится, что Чонгук о нём беспокоится, ведь обычно он к нему холоден и безразличен.
— Когда у меня стресс, я всегда отправляюсь на стрельбище.
Чон хочет съязвить, что черти защищены от стресса и способны только других доводить до белого каления, но решает промолчать. Недавнее состояние Мамору ясно дало понять, что и он не уязвим, он ведь тоже человек, просто в голове Чонгука его образ был каким-то божественным, всемогущим, как прозвище Минамото на улицах.
— Тогда проваливай из комнаты, мне нужно переодеться, и накорми Беляша.
Мамору тактично молчит о том, что уже дал коту пачку пауча, иначе Чон его живьём сожрёт за несоблюдение режима у Беляша.
— Ты ведь уже щеголял передо мной голым, чего стесняешься? — Тэхен задорно подмигивает, но Чонгука не обмануть, он видит, что альфа всё ещё не в своей тарелке. Однако поднимать этот щепетильный разговор повторно омега не желает, поэтому делает вид, что верит в нормальное состояние Мамору, но обещает себе внимательно следить за ним.
— Иди и покорми Беляша, я тебе сказал, — ворчит Чон, — и переодеваться перед тобой я не собираюсь.
— Эх, — вздыхает Тэхен, — жаль, конечно. Ладно, оставлю тебя наедине. Только не вздумай играть в отомэ, я серьёзно ревную тебя к этим мужикам.
Чонгук закатывает глаза и буквально выпихивает Минамото из комнаты. Он знает, что альфа точно попытается за ним подглядеть, поэтому запирает дверь изнутри и слышит разочарованный стон. Извращенец пурпурный! Но сколько бы Чон на него не ругался, он не мог отрицать того факта, что его сердце билось точно ошалевшее от осознания, что этот извращенец будет за ним подсматривать. Это, вообще-то, нисколько неправильно в представлении самого Чонгука, но другая сторона парня, менее упёртая и более сговорчивая, давно признала, что рядом с Тэхеном им комфортно, он действительно свободно мог раздеться при нём, потому что верил, что Минамото никогда не перейдёт черту, пока Чон сам не позволит. Пожалуй, эта вера в альфу тогда и позволила Чонгуку сказать да их отношениям. Но что в ответ делал омега? Мамору был надёжным защитником, проводником в мир, он был крепким плечом, щитом и мечом, а Чон представлял собой сгусток иголок, которыми раскидывался точно дикобраз. Даже сегодня расковырял рану Минамото, да, не знал о том, что его глубинный страх связан с проводами, но сам попытался докопаться до истины. Чонгука ело то, что он был такой эгоистичной сволочью и по-другому словно не умел.
Постаравшись выкинуть из головы все лишние мысли, омега быстро переоделся в новенький спортивный костюм, посчитав, что в нём удобно не только спортом заниматься, но и учиться стрелять.
— Я готов, — Чон зашёл на кухню, где Мамору сидел на полу и тискался с Беляшом. В этот момент Чонгук забыл о своём чувстве вины перед альфой, и в груди уксусом разлилась ревность. Снова и снова его кот ластился к Минамото, а Чона словно и не замечал!
— У тебя такой взгляд, словно ты сейчас пойдёшь в приют и возьмёшь ещё десять котиков, — отмечает Тэхен.
— Почему он так тебя любит? Ты же пес. — Забудьте о том, что Чонгук хотел стать дружелюбнее, это не для него.
— А разве кошки и собаки не дружат? — улыбается Мамору. — Я видел много таких роликов в интернете.
— Не знал, что ты из тех, кто станет смотреть видео с милыми животными.
— Почему же? — улыбается Тэхен. — Порно под запретом, оружие под запретом, так хоть на милых котиков поглядеть.
Чонгук закатывает глаза, а чего он ожидал от альфы? Тот до мозга костей обожает пушки, конечно же, и в сети бы залипал на них двадцать четыре на семь.
— Поехали уже, темнеет быстро.
— А ты боишься темноты?
— Нет, я боюсь, что один пурпурный пёс заблудится в потемках, так как плутает даже при свете дня!
Минамото усмехается, но отсаживает Беляша и встаёт на ноги, направляясь за Чоном к выходу из дома.
Наверное, что-то такое Чонгук и подозревал. В прошлый раз, когда он был в доме Тэхена, то увидел не все постройки и комнаты, он был только в центральном ханоке и посетил отдельные апартаменты Мамору, а ведь его резиденция была куда больше. О чём он? Конечно же, о том, что стрельбище, о котором так часто упоминал Минамото, находилось прямо у него в доме. С другой стороны, а чего Чон удивляется? Людям из якудзы где-то нужно оттачивать свои навыки.
Зал для стрельбы располагался на подземном этаже под главным домом и внутри действительно тренировались люди Мамору, причём не только в стрельбе, но в рукопашном бое, потому что в соседнем помещении располагался ринг и тренажёрный зал. Впервые Чонгук подумал о том, как хорошо быть богатым.
В дороге Минамото полностью успокоился, в его глазах больше не было ни намёка на недавнюю паническую атаку и сейчас он вёл Чона в святая святых с гордо поднятой головой. Конечно же, он хвастался, но с особой гордостью, ведь здесь был склад с оружием, которым он так дорожил.
По приезду Мамору чуть ли не побежал на стрельбище, нетерпеливо подгоняя Чонгука. Вот только пошли они не в дом, а в возведенный рядом храм предков, именно здесь в накуренном благовониями помещении находился люк для спуска на подземный этаж. Сколько бы обысков не провели у Минамото, а незаметную глазу дверцу никогда бы не нашли. В этот момент Чонгук понял, что Тэхен ему доверяет по-особенному, он выдаёт все свои секреты и ничего не боится, не думает о том, что его могут предать. Чон и сам не понимал, чем заслужил такое доверие.
Подземный этаж очень сильно напоминал бомбоубежище, Чонгук не удивится, если окажется, что стрельбище и зал для тренировок лишь малая часть того, что здесь располагается. Воздух под землёй был свежим и прохладным, но в коридорах было тепло, лампы дневного света освещали каждый метр, они не моргали как в ужастиках, потому что всё здесь было сделано по высшим стандартам. Внутри также имелась охрана и камеры видеонаблюдения, Чону показалось, что здесь не хватает только волков на цепях для полноты картины.
— Здесь много помещений? — решает спросить Чонгук, когда они проходят мимо распахнутой настежь двери, за которой располагается ринг. Там как раз двое бет сцепились в поединке, а их товарищи криками и свистом поддерживали их и откровенно делали ставки, весь разговор шёл на японском, но отдельно выхваченные из общего гомона фразы, Чон без проблем перевёл. Люди Мамору все как один скинули с себя верхнюю одежду и сейчас точно выглядели как якудза из фильмов, сверкая огромными татуировками на спинах, руках и груди.
Судя по тому, что Минамото прошёл мимо зала и не одёрнул своих людей, он был не против этих их небольших развлечений.
— Больше десятка, — отвечает альфа, — а также есть туннель, ведущий далеко за Сеул, — фиолетовые глаза задорно сверкнули, — это на случай непредвиденных обстоятельств.
Чон не уточняет каких, он знает, что все чеболи имеют множество путей отхода, чем Мамору ото всех отличается? У него есть якудза — это действительно весомый аргумент.
— Если Воротники тебя переиграют и сдадут как бандита.
— Верно, но и не только они могут стать угрозой, а вообще кто угодно.
— Так какие здесь помещения есть?
— Здесь главный центр видеонаблюдения, склад с оружием и боеприпасами, комнаты отдыха, склад с провизией, кухня, тренировочные залы и тир, есть ещё душевые и медпункт.
Омегу уже ничем не удивить, но он всё же бурчит:
— Это больше походит на военную часть.
Вот только как бы тихо он это не говорил, а голос его отлично резонирует от стен, и альфа всё слышит, отвечая с кривой усмешкой:
— Ну так мы якудза, своего рода мы армия, но выступающая в тени.
Чонгук этот разговор не продолжает. Мамору открывает дверь в одно из помещений, и до ушей Чона тут же донёсся звук выстрелов, оставивший на спине липнущее ощущение бегущих мурашек. Могло со стороны показаться, что он нервничает, но это не так. Хотя на его месте любой другой бы разнервничался, оказавшись в тире, окруженный профессионалами. Здесь у столов находились здоровые альфы и беты: одни собирали и разбирали оружие, сами себе выставив таймер, а другие тренировались в стрельбе из тяжелого крупнокалиберного Глока. В окружении таких людей кто угодно ощутил бы себя некомфортно, начал мяться и трястись, бояться показаться неумехой. Но Чонгук таким не был, он не переживал в силу своего самоуверенного характера и потому, что оружие в руках держал и кое-как стрелять умел.
Мамору подводит Чона к свободному столу подальше от своих ребят, упражняющихся в стрельбе. Но даже так Чонгук ловит на себе заинтересованные взгляды. Никто на него не пялится, но внимание он привлекает, многие ведь не видели так близко омегу, по которому сходит с ума их господин.
С боку от стола стоит ящик, он не набит оружием, как могло показаться, в нём аккуратно, словно в дорогой коллекции разложены пистолеты, винтовки и автоматы, несколько револьверов и даже пара ружей — было сразу видно, что якудза учились стрелять из разного оружия.
Омега смотрит на снайперскую винтовку и отмечает:
— Она пылью покрылась.
Минамото дует губы на это замечание:
— Найти хорошего снайпера та ещё задачка. Ребята учились стрелять из неё, но их точность как у крота в пустой бутылке. Конечно, снайперы у меня есть, но они здесь никогда не занимаются.
— По горам в людей шмаляют? — усмехается Чонгук, припоминая, как Мамору вёл допрос Джунпёля.
Альфа в ответ кривит губы в улыбке и загадочно отвечает:
— Может быть.
Чон решает, что не хочет знать всех подробностей, а Минамото, дорвавшийся до оружия, приступает к обучающему уроку для омеги и из всей коллекции оружия достаёт конечно же:
— Для начала возьмём вот этот Магнум, ты с ним знаком и его отдачу уже знаешь. На самом деле здесь сорок четвертый калибр и отдача такая, что может сломать кисть, но ты с ним справился, поэтому опускаться до посредственности не будем. Мы всё-таки не играем с пушками, нам важна мощность.
Чонгук молчит о том, что рука у него после первого выстрела, который он сделал в буддистском храме, безумно болела. Пусть Мамору считает его особенным, у Чона от этого осознания даже настроение поднимается, он начинает сам того не осознавая улыбаться, и для Тэхена эта улыбка самая драгоценная! Так радостно, когда дорогой тебе человек понимает твои увлечения! (Как жаль, что каждый из них думал о своём)
Взяв в руки Магнум, Чон привычно щелкает предохранителем и смотрит на мишень, расположенную так далеко, что приходится натурально напрячь зрение, чтобы что-то рассмотреть.
— А ты уверен, что здесь не снайперы тренились?
— Хех, нет, снайперы в нашем мире больше похожи на магов поддержки в онлайн-играх, стоят позади основного отряда и кастуют свои заклинания. Тренировкам они предпочитают практику, никакой радости стрелять по неживой цели.
Чонгук быстро поворачивает голову, глядя на альфу сощуренными глазами, но тот упорно делает вид, что ничего не замечает.
«Ладно, пёс, потом поговорим как ты так метко научился стрелять!»
— Но мне в такую цель не попасть.
— Тебе и не нужно, — отвечает Мамору, — сегодня ты будешь учиться разбирать пистолет и собирать его. Я показывал тебе как его заряжать, но вот представь ситуацию, ты под обстрелом, нужно срочно заполнить магазин, руки трясутся, ты действуешь быстро и неаккуратно, раз и магазин в твоих руках развалился. Или заклинило курок, не работает предохранитель — да случиться может вообще всё, что угодно. И тут важно понимать, есть ли смысл в быстрой починке или же нет. Если развалился магазин, то, вероятнее всего, пистолет бракованный и, если выживешь, найди дилера и всади в него с десяток патронов из этой самой пушки. Но для начала почини её, если магазин разорвёт от давления, то твоя же рука и пострадает. Напугал тебя? — с невинной улыбкой интересуется альфа.
— Хрена с два! — скрипит зубами Чонгук.
— Тогда я сейчас при тебе разберу пистолет, а затем соберу его, тебе нужно внимательно следить за мной и после повторить. Сделаешь пять раз без ошибок и этого будет достаточно, потом постреляем.
Чону хочется огрызнуться, непонятно зачем и почему, но так требует его отвратительный характер, только омега кусает себя за язык и молчит.
Нужно отдать должное Мамору, но он был отличным учителем, полностью погруженный в дело, которое обожает. Альфа не просто разобрал и собрал пистолет, он пояснил каждый шаг, рассказал о подводных камнях, о своих небольших хитростях. Чонгук слушал его, наблюдал за его утончёнными красивыми пальцами, которые с лёгкостью собирали пистолет, и не мог насмотреться на Тэхена до того он был прекрасен в своём увлечении. Чон, к стыду, даже пропускает мимо ушей часть объяснений, засмотревшись на Минамото, поэтому просит его показать, как собрать и разобрать пистолет ещё раз.
— А ты ведь гениальный студент, — журит его Мамору с хитрой улыбкой.
— Завались! — огрызается Чонгук, а у самого щеки горят от смущения. Он же засматривался на Тэхена — стыд и срам! И плевать, что они как бы пара, Чон уже много раз говорил, что смущается всяких нежностей и милостей, ему проще оставаться в режиме дикобраза. — Просто нужно ещё раз посмотреть, — бурчит Чон.
Фиолетовые глаза хитро сверкают, Мамору старается скрыть улыбку, но она всё равно пляшет в уголках губ. Ладно, нужно сохранить Чонгуку гордость, пусть он думает, что Тэхен не видел, как Чон на него засматривался.
— Хорошо, покажу тебе ещё раз.
На второй раз омега уже не позволяет себе отвлекаться и внимательно наблюдает за каждым этапом сборки пистолета. Процесс этот кажется очень лёгким, особенно, когда наблюдаешь за таким профессионалом как Минамото, но, когда Чонгук получает в свои руки Магнум и ему нужно его разобрать, он ловит себя на легкой панике. Ещё, как назло, другие люди, находящиеся в тире, как бы случайно оказываются рядом. Конечно, всем интересно понаблюдать за омегой Мамору и вынести ему свою оценку. Чон не хочет на любопытных отвлекаться и не хочет, чтобы Тэхен его перед ними защищал, он же со стыда сгорит, если за него заступятся! Видите ли, Чонгук такой нежный, что не может разобрать и собрать пистолет под чужими взглядами. Вздор! Всё он может.
Взяв себя в руки, Чон начал вспоминать всё, что говорил и делал Мамору. Разбирать Магнум оказалось не так-то тяжело, как говорится — ломать не строить, а вот сборка пошла уже туго. Омега пыхтел, потел и ошибался, но даже не думал просить помощи, пока своими мозгами не дойдёт до правильного ответа на поставленную задачку, так и будет косячить.
Первая сборка заняла минут двадцать — это был отвратительный результат, Чонгук был не доволен собой, но учёл свои прошлые ошибки и приступил ко второй сборке. Он действительно был «гениальным студентом», с каждым разом он всё меньше и меньше портачил и даже заметил, что якудза начали смотреть на него иначе. Видимо, они решили, что омега быстро сдастся, но он оказался упёртым, а ещё, хоть этого многие и не понимали, сам осознавал, что от его навыка владения пушкой зависит его будущая жизнь.
На четвёртый и пятый раз он справился и того быстрее, но техника всё же хромала, однако в запчастях не путался и действовал очень уверенно.
— Какой у меня талантливый омега, — мечтательно проворковал Мамору, глядя на Чонгука полными любви глазами.
Чон от этого взгляда смутился и отвернулся от альфы, желая пробормотать, что он не его омега, но вовремя прикусывая язык. Он слово назад не берёт, обещал попробовать встречаться с Минамото, значит, попробует, хоть и сгорит со стыда.
— А теперь давай постреляем, — с улыбкой предлагает Тэхен. Он нажимает на рычаг на столе и мишень подплывает ближе. — Максимальное расстояние двести метров, но оно только для снайперов, для стрельбы из обычного пистолета подойдёт и пятьдесят метров.
— Дай угадаю, — усмехнулся Чонгук, — ты и отсюда видел цель в конце полосы?
Мамору белозубо улыбнулся и ответил:
— Если скажу да, то ты снова обвинишь меня в хвастовстве.
— Так ты и есть хвастун, — бурчит Чон.
— Так, — Тэхен снова принимает свой серьёзный вид, встаёт за Чонгуком и мягко кладёт руки на плечи, командуя: — начнём с правильной позы.
Омега позволяет себя гнуть как пластилин, расставляя в верной позиции и руки, и ноги, он знает, что Мамору играться в такой ситуации не будет, ну а если перейдёт границы, Чон ногу резко поднимет назад и по бубенцам его отходит! Однако Минамото вёл себя как благовоспитанный альфа и внимание обращал только на технику выстрела.
В зале сильное эхо, поэтому перед стрельбой приходится одеть наушники, но даже так Чонгук слышит звук выстрела, и рука приятно тяжелеет от знакомой отдачи. Чон никогда не признает перед Мамору, но стрелять из пистолета — действительно отличное занятие, чтобы избавиться от стресса. А его у Чонгука в последнее время было слишком много.
Конечно, Чон мимо цели промазывает, едва её задевает, он фактически из-за этого здесь и был, чтобы научиться меткости, а это искусство можно постичь только через практику. Поэтому Чонгук продолжает стрелять снова и снова, он целится каждый раз, а не бездумно спускает курок.
А вот Мамору не остаётся больше ничего, кроме как стоять в стороне и любоваться своим омегой. Он обучил его всему, что мог в обращении с Магнумом, переходить к другому оружию пока рано. Но Минамото и не жалуется, а зачем? У него такие шикарные виды перед глазами — его Чонгук с его пушкой стоит в его тире в его тайном помещении и стреляет. Да Тэхен на седьмом небе от счастья!
Правда, как это часто и бывает, радость длилась не вечно. Двери в тир резко распахиваются и к Мамору спешит помощник Ли, вид у него мрачнее тучи. Сейчас альфа должен сторожить дом изнутри, поэтому Минамото сразу понял, что произошло нечто из ряда вон выходящее.
— Господин, срочные новости!
— Что случилось?
Чонгук краем глаза замечает движение и перестаёт стрелять, стаскивая наушники и откладывая Магнум на стол. Стоит ему увидеть помощника Ли, как сердце уходит в пятки, ну точно что-то произошло! Даже другие члены якудза бросили свои занятия, обратившись вслух, но в этот раз даже не скрывая этого. Если их помощь будет необходима господину, они готовы тут же выдвинуться куда угодно.
Помощник Ли в руках держит планшет, который разворачивает экраном к Чонгуку и Тэхену, показывая картинку какой-то громкой статьи про уличную драку.
— В районах Мапо и Ёсан произошли две массовые драки. По нашим данным в них участвовали бывшие члены Небесных Королей. Подробностей битвы нам не удалось узнать, известно, что в драке много пострадавших и много убитых. Полиция Ёсана уже взялась за дело, они опросили пойманных хулиганов, и те объявили, что драку начал Чонгук с Ёджуном. По их словам, господин Чон уничтожил банду Одинокого Ангела и решился взяться за север.
А омега наивно решил, что только избавился от очередной головной боли, но ситуация лишь набирала обороты. Небесные Короли сами переметнулись к Ёджуну, но спустя меньше двух недель были пущены в расход в уличной битве и всё, чтобы обвинить Чонгука в убийствах? Чон всегда знал, что в организации состоят уроды, для которых человеческие жизни ничего не стоят, но парня всё равно лихорадит от злости. Как бы то ни было, а пусть и бывшие члены банды, но Чонгук их всех знал.
— Воротники, — клацает зубами омега.
— Больше некому, — соглашается Мамору, потирая кончик носа. — Раз убить тебя в уличной драке Ёджун не смог, он решил подставить тебя в организации этих драк. Если тебя схватит полиция Ёсана, то Воротники запросто доберутся до тебя.
Чон хочет крепко ругнуться, но его поток мата прерывает неожиданно раздавшийся телефонный звонок. Омега вынимает смартфон из кармана и с удивлением смотрит на определитесь, где высвечивается «Хесок». Однако удивление проходит и Чона быстро накрывает нехорошее предчувствие, он берёт трубку и сразу ставит связь на громкую, чтобы и Мамору слышал и ему не пришлось всё пересказывать.
Хесок начинает тараторить сразу:
— Чонгук! Наши ребята!.. — альфа тяжело дышит, словно бежит марафон и на фоне неприятно свистит ветер. — Множество бывших членов Небесных Королей сегодня умерли, их зарезали как свиней!
Вот как знал Чон — все беды приходят в один день, когда их меньше всего ждёшь!
— Успокойся, Хесок, что там произошло? Ты всё видел?
Но альфа продолжает тяжело дышать и на фоне раздаются странные звуки, похожие на хлопки или… на звуки выстрелов?
— Я общался с Муёном, — отвечает альфа, имея в виду своего бывшего зама, — он просил помочь им, сказал, что с северянами что-то нечисто, я должен был встретиться с ним в Ёсане, но там началась бойня!
— Хесок, успокойся…
— Какой успокойся?! — взрывается альфа. — Я от копов бегу! Когда я подошёл к назначенному месту встречи, то увидел там огромное количество полицейских, они оцепили местность и просто наблюдали, как наших ребят убивают люди Ёджуна! Я просто опоздал на встречу, иначе меня бы там же порешили!
Мамору просто взмахивает рукой, но его люди всё сразу понимают, помощник Ли через планшет связывается с их IT-отделом, приказывая срочно отследить сигнал.
— Где ты сейчас? — спрашивает Чонгук. У него руки холодеют, сжимавшие телефон, он вспоминает, как умер на его руках Юмин и ему становится до того страшно, что сердце разгоняется как сумасшедшее, накатывает паника и только здравый смысл не даёт ей взять верх. Сейчас не время нюни распускать, он должен сделать всё, что угодно, но вытащить Хесока живым!
— Бегу на восток, вдоль реки Ханган, здесь на время можно скрыться в туннелях. Но за мной едут два полицейских мопеда, я не знаю, куда мне от них скрыться!
Мамору отнимает у помощника Ли планшет и показывает Чонгуку быстро написанное сообщение с обозначением, куда Хесоку стоит идти.
— Продолжай бежать на восток, там тебя встретят люди из Чёрного Солнца, их форму ты знаешь — она красная, паролем станет… — омега замолкает, пока Минамото быстро пишет ещё одну строчку. — Айлурофилия? Ты прикалываешься? — гневно смотрит на альфу.
— Ты с кем болтаешь? — тяжело дышит Хесок. — Со своим парнем?
— Он не… — Чон вздыхает, вынужденный признать, что да, они теперь пара, но это вообще сейчас не важно, — да, с ним, он тебя вытащит оттуда. Запомни, пароль: айлурофилия.
Чонгук до сих пор не понимает, как Мамору пришло в голову это слово, но нужно признать, что его с другими не спутаешь.
— Ну, никто в обычном разговоре такое слово не упоминает, — усмехается Хесок, и очередной хлопок раздаётся на фоне, отчего альфа тараторит, в конце бросая трубку: —Давай, Чонгук, потом, надеюсь, увидимся.
Омега сжимает в руке телефон, слушая гудки и ощущая, как готов начать сходить с ума. Боги, лишь бы с Хесоком всё было хорошо!
Мамору мягко кладёт руку на плечо Чона и кивает ему, приглашая пройти с собой. Они движутся в сторону зала видеонаблюдения. Минамото сказал, что здесь находился и айти-отдел, но ничего подобного Чонгук не видит. Только на диване, забравшись туда с ногами, сидят двое омег в самой простой одежде, с ноутами на коленях и что-то до ужаса быстро печатают тонкими пальчиками.
— Это?..
— Это мои лучшие специалисты, — отвечает Мамору, — они тоже отаку как и ты, так что, будет желание, можешь с ними пообщаться.
Чонгук даже не знал, что на это ответить, он даже познакомиться с незнакомцами не мог, потому что те не обращали внимания ни на кого, продолжая что-то печатать на клавиатуре.
К Минамото подходит один и мужчин, которого Чон видел ещё в тире, он по-армейски отдаёт честь и рапортует:
— Господин, мы отправили группу спецназа, как вы и приказали.
— Отлично, если полиция Ёсана окажет сопротивление, вы и сами знаете, что с ней сделать.
Чонгук вздыхает и бурчит:
— Мне порой хочется узнать, где ты прячешь все те трупы, но потом я понимаю, что не хочу этого знать.
— И не надо, хозяин свинофермы сам якудза.
— Зачем ты мне это сказал?
— Откажешься от свинины?
— Да сейчас вообще не это проблема! Этот Ёджун!.. Ублюдок! — у Чонгука так горит, что он на месте стоять не может, не то чтобы сесть! Обстановка патовая, но люди Минамото совершенно не поддаются панике, действуют по заданным стандартам, всё проверяют и стараются ничего не упустить. Чона даже эта медлительность бесит, но он всё равно ничего не может сделать!
Тем временем Мамору садится на диван и принимается анализировать происходящее:
— Драки было две, одна в Ёсане, другая в Мапо, в одной они хотели убить Хеджона, видимо, чтобы ослабить тебя, как планировалось изначально, но кого пытались заманить в Мапо?
— Санха! — кричит Чонгук и вытаскивает телефон, быстро ища номер школьника.
— Да он под наблюдением, до него бы не добрались… вот и кому я это говорю?
Минамото тянет руку, чтобы остановить омегу, но куда там? Он даже не слушает и, видимо, совсем забыл, что рядом с До постоянно ходит тайная охрана, если бы что случилось, Тэхену давно бы доложили.
— Да? — на том конце раздаётся уставший голос.
— Эй, Санха, ты где? — обеспокоенно спрашивает Чон, укусив себя за палец и содрав заусеницу, которая тут же начала кровоточить.
— Дома, — непонимающе отвечает школьник, — сейчас ем, потом спать собирался. А что-то случилось?
У Чонгука словно груз с плеч упал, он плюхнулся на диван и ответил:
— Потом объясню, но не выходи пока из дома.
— Ла-адно, но ты какой-то странный.
— Потом, Санха, потом, — отмахивается Чон и скидывает звонок, потирая лицо. Он за эти полгода потерял столько нервных клеток, что они теперь точно не восстановятся! — Значит, Минхо? — сам себя спрашивает омега, собираясь снова звонить, но вовремя вспоминая: — Но он в больнице, не смогли бы его туда заманить. Тогда кого?
— Вероятно, никого, господин Чон, — отвечает помощник Ли, — но в Мапо погибло пятнадцать полицейских и их убийства повесили на вас.
Значит, Чонгук теперь убийца? Боже, и что делать с универом?! Будда, помоги!
— Значит, положение следующее, — начинает анализ Мамору, — Ёджун просто решил подставить тебя, — альфа смотрит на Чона, — и для этого натравил своих людей на бывших членов твоей банды. Так как они теперь тоже были частью Врат Смерти, то удара в спину не ожидали. Одновременно с этим Ёджун заранее вызвал продажных копов из Ёсана и те были вроде как «свидетелями» произошедшей драки. Думаю, что и показания дали свои люди и с десяток человек может подтвердить, что видели тебя и слышали о твоих планах по завоеванию севера.
— Новость уже форсится в социальных сетях и на телевидении, — подтверждает помощник Ли, проверяя соцсети.
— Общественный резонанс, — со вздохом понимает Чонгук. — Используют то же, что сделал и ты, когда схватил Юно и раскрыл Воротников.
— Да, они быстро учатся, а ещё любят мстить, — Минамото корчит гримасу. — Очень странно, что моё имя не всплыло.
Помощник Ли снова вмешивается в разговор:
— Вы видная личность, на одних бездоказательных обвинениях их попытка вас очернить выглядела бы жалкой и повернула общественное мнение против них самих. С другой стороны, господин Чон, простите за мои слова, никто, достаточно всплыть информации о его биологическом отце и люди набросятся на него с обвинениями.
Чонгук не может не согласиться, что помощник Ли в своих суждениях полностью прав. На Минамото без доказательств не попрёшь, а Чона и слушать не станут.
— Да, — соглашается Мамору, —им достаточно, чтобы ты, Чонгук, только попал в полицейский участок Ёсана, как с тобой будет покончено.
— Значит, мне и домой нельзя… — понимает омега и тут же подскакивает, воскликнув: — Беляш!
Чонгук всегда был пессимистом, хотя в мыслях называл себя реалистом. Ему не так-то важно было попасть в дом, но бросить там одного кота он не мог. А вдруг эти твари из Воротников что-нибудь с ним сделают?! Это ещё не учитывая тот факт, что кота нужно кормить и обязательно чистить за ним лотки. У Чона паника готова была развиться от осознания, что Беляш останется в ханоке один!
И пока омега сам себя накручивает, Мамору чётко и деловито раздаёт своим людям команды:
— Снарядите отряд, чтобы охраняли дом Чонгука и выделите человека, который будет кормить и убирать за котом. Если полиция Ёсана заявится, выставите их, территория горы в моей собственности и без веского основания они не смеют обыскивать собственность гражданина другого государства.
Глянув на Минамото, Чон хотел бы поблагодарить его за кота, но вместо этого с языка срывается:
— А ты тот ещё змей. — Нет, ну вы сами подумайте, кто ещё будет щеголять своим шатким положением в чужой стране? А с Тэхена как с гуся вода, он ещё и шантажировать полицию этим фактом намеревался.
Мамору в ответ смеётся и отмечает:
— Но смотри как мои змеиные навыки сейчас пригодились.
*****
Хесок всегда считал себя аккуратным человеком. В детстве он был легким на подъём, весёлым и беззаботным парнем, эта его жизнь развалилась как карточный домик, когда отец связался с Воротниками, поддался на их пагубное влияние и уже неизвестно по какой причине заявился в дом с ножом, решив перерезать всю семью. Хесок с младшими братьями выжил, благодаря тому что папа пожертвовал своей жизнью, дети сбежали и спаслись. Их ждала незавидная судьба оказаться в детском доме, если бы их не приютил дядя, но сделал это только ради денег. Хесоку пришлось рано повзрослеть, забыть о детстве и развлечениях, он отдавал всего себя воспитанию и заботе о младших братьях, так как дяде они были не нужны.
В те годы мальчик усвоил одну истину взрослого мира — никому не доверять. Не доверять полиции, которая закрыла глаза на резню в его доме, не доверять родственникам, которым от них нужны были только деньги, не доверять обществу, которое нещадно эксплуатировало детей. Впервые он отказался от своих принципов, когда оказался в банде Чонгука. Чон был таким же замкнутым и недоверчивым, как и сам Хесок, но притягивал к себе точно солнце, шёл против общества и мира и ничего не боялся; в его компании, в компании других парней Хесок ощущал себя счастливым и снова наполненным любви к миру. Словно он раньше не жил, а существовал, мотался от школы на подработки, дома занимался с младшими, если его спросить, что же он помнит за эти годы, он ничего не сможет ответить.
Второй же раз Хесок сильно налажал, когда доверился Муёну, который позвал его на встречу. Конечно, альфа был осведомлён о том, что бывшие члены Небесных Королей ушли к Ёджуну, который был одной из шишек в Белях Воротниках. Но также Хесок понимал, что часть ребят ушли не по своей воле, они были запуганы и просто не могли сопротивляться власти могучих Врат Смерти. Однако альфа не собирался встречаться со всей бандой, о встрече попросил только его зам Муён, к тому же выбрал бывшую территорию южан, и, казалось бы, ничего не сулило беды.
Но вот Хесок сейчас в ситуации, когда несётся от полицейских, что точно собираются его убить. Если бы мелкий не заплакал и не попросил альфу порисовать с ним, если бы автобус не застрял в пробке, Хесок пришёл бы на встречу с Муёном вовремя и сейчас лежал в чёрном мешке. Ему разве что не повезло, что хоть на бойню он и не успел, а копы его заметили и бросились в погоню. Сначала Хесок хотел побежать в сторону их старого схрона, но быстро смекнул, что там его сразу найдут, поэтому и понесся вдоль реки под мостами и туннелями; альфа надеялся, что здесь будет много людей и он легко затеряется, но, как назло, именно сегодня парочек и просто прохожих вдоль реки почти не было.
Холодный зимний воздух драл глотку, избитое не так давно тело припомнило все болевые точки — ныла спина и колено, по которому пришелся не слабый удар, но Хесок и не думал останавливаться. Рядом сверху по центральной дороге неслись несколько полицейских мопедов. Они не включали сигнализацию, чтобы не привлекать к себе внимание, но позади каждого водителя сидел стрелок и в сторону Хесока летели пули, пугая редких прохожих. За то, что мопед не спустился к набережной альфа должен благодарить «умных» дворников, которые закидали снегом единственный спуск, человек там ещё пробиться мог, а вот первый рванувший за Хесоком мопед как сел в сугроб, так и не вылез. Однако ситуацию усугублял тот факт, что позади альфы также шла пешая погоня — с десяток полицейских неслись за ним, не отставая.
В такой патовой ситуации Хесоку и оставалось только рискнуть и позвонить Чонгуку, чтобы хотя бы предупредить его о том, что произошло в Ёсане и что местная полиция с потрохами продалась Воротникам. И альфа был очень благодарен, что после всех их недопониманий и обид Чон не бросил друга, а попросил Мамору ему помочь. Теперь главное было дотянуть до места, где его будет ждать помощь. Но именно сейчас полицейские, словно ощутив неладное, будто с цепей посрывались!
В сторону Хесока звучит мощная автоматная очередь. Пистолеты не могли достать альфу, поэтому преследователи перешли на новое оружие, вот только стреляли не с мопедов, к самому краю бордюра подъехал большой грузовик, откуда высунулись люди в чёрных масках и безжалостно обстреливали альфу.
Хесок ощутил, как сердце пропускает удары от охватившего его страха, он закрыл голову руками, словно это в действительности могло ему помочь и начал передвигаться зигзагами. Снег взрывался под ногами, от ударивших в него патронов, редко проходящие прохожие с криками ужаса разворачивались и неслись в туннель впереди. Хесоку бы тоже дотянуть до этого туннеля, там трасса виляет в сторону, и преследователи с автоматами на время отстанут, останется только хвост.
С неприятным глухим звуком пуля влетела в плечевую мышцу. Хесока словно огнём обожгло! От боли хотелось орать, но пришлось сжать зубы плотнее и бежать-бежать, не оборачиваясь и не смотря по сторонам. Если бы он не закрывал голову руками, то пуля попала ему прямо в висок или шею в зависимости от траектории. Это осознание отрезвляло и не давало зацикливаться на боли, он сейчас играет со смертью наперегонки и выжмет из легких всё, лишь бы выжить.
С грудным рыком альфа влетает в туннель, и звуки выстрелов прерываются, словно он попал в портал и оказался в другом мире. Многие люди, кто также оказался под обстрелом, тоже были ранены и жались к стенам туннеля, кто-то плакал, кто-то звонил в полицию и скорую, а кто-то, как и Хесок продолжил бежать, не в силах успокоить свой страх. Альфа тоже боялся, но бежал не потому, впереди его ждало подкрепление, и он бежал к нему. Фактически в произошедшей бойне в Ёсане он единственный свидетель, который сможет опровергнуть виновность в произошедшем Чонгука и пролить свет на происходящее. Естественно, что с властью и влиянием Воротников они не боятся какого-то жалкого свидетеля, которого можно заткнуть в любой момент, но почему преследуют Хесока, словно от этого зависела их жизнь? Потому что он видел альфу, который руководил бойней в Ёсане и правда была в том, что они оба с Чонгуком его знали. Хесок не рискнул говорить об этом по телефону, потому что серьёзно боялся, что их могли подслушивать.
Плечо горит, кровь сильно пропитала ткань куртки и стекала вниз, но обильного кровотечения не было, пуля застряла в кости, и сама перекрыла ток крови. Вот только из-за этого боль была такой, словно парня раскаленным ножом резали!
Не видя возможности остановиться и наложить хоть какую-нибудь повязку из лоскутов своей одежды, Хесок продолжает бежать дальше. Ноги уже сильно ослабли, и он не может нестись с былой прытью, но и его пешие преследователи что-то пропали. В любом случае, парень не решается обернуться, он выскакивает из туннеля и с неудовольствием отмечает, что с этой стороны кругом парк. Огромные пушистые елки могут скрывать за собой огромное количество опасностей, как назло, ещё и вечер, ничего не видно, фонари освещают только его фигуру, словно желая сделать парня самой желанной добычей.
Первая пуля свистит мимо, и Хесок тут же забывает о ноющем напряжении в ногах, начиная бежать так, словно за ним демоны неслись. Где-то в парке взревели двигатели мопедов, и альфа понимает, что это конец!
Далеко впереди из-за большого сугроба выныривают люди в красной форме. Они все при оружии, и Хесок тут же даёт по тормозам, считая, что лучше затеряться в парке.
— Айлурофилия! — кричит один из мужчин в красном.
И Хесок вспоминает, что это тайный код, который ему передал Мамору. Значит, и эти люди впереди свои, должны ему помочь, но что-то не даёт парню расслабиться. Ну кто же будет кричать тайный код непонятному человеку, который выбежал с другими беженцами? Хесок обладал хорошей дедукцией, поэтому прыгнул в сугроб и полез по нему под колючие лапы ёлок как раз вовремя, потому что те люди в красном, выдающие себя за Чёрное Солнце, начинают стрелять по нему.
Ползя по снегу, собирая его себе полные штаны и сапоги, альфа понимает, что их действительно подслушали; поэтому сразу после звонка Чонгуку появился грузовик с убийцами с автоматами, и люди в красной форме вышли слишком рано, ведь Хесок ещё не попал в район Каннама.
Альфа с неудовольствием отмечает, что за ним по снегу тянутся красные пятна, ему некогда их маскировать и он просто движется вперёд. В парке относительно темно, где-то справа жужжат двигатели мопедов, и они мешают определить есть ли здесь ещё пеший противник кроме тех, кто в красном. Но Хесок рискует и, выбравшись из сугроба, несётся к выходу из парка; он здесь бывал и неплохо знал это место, из парка было три выхода: один уже был заблокирован, так как вернуться на набережную альфа не мог, оставались ещё два, но один в стороне, где ревут моторы, значит, выход только в одном месте.
Хесок не бежит по тропинкам, не желая себя выдавать, он бегает от ёлки к елке, вязнет в сугробах и раз даже закапывается в него, когда в его сторону мчится байк. Рана промокла и замёрзла, отчего боль только усилилась, хотя альфа думал, что снег поможет сбавить болевые ощущения. Сжимая зубы и превозмогая ноющую боль в ногах, Хесок добрался до выхода из парка, чтобы только увидеть там тот самый грузовик, перекрывающий вход, и дежуривших рядом людей с автоматами. Какая полиция?! И ежу понятно, что это головорезы!
Что же делать? Такую охрану не обойти, только что проверить выход с правой стороны, но, вероятно, и там перекрыто! Пока Хесок мечется, не зная куда податься и что делать, откуда-то сверху доносится апатичный голос:
— Эй, парень, тебе помочь?
Альфа дёргается и хочет бежать, но ноги спотыкаются друг о друга, и он падает спиной в снег. Его глазам предстаёт невероятная картина — на узенькой еловой лапе почти на самой верхушке сидит миловидный омега в полностью чёрной форме. В его руках зажата снайперская винтовка, по длине которой он игриво прохаживался пальчиками, выискивая себе подходящую жертву.
*****
— Господин, — в тёмную комнату вошёл Чанёль, низко поклонившись хозяину, сидящему за компьютерным столом и лениво катающимся в кресле, — нам удалось помешать планам Ёджуна и вывести Хесока из зоны поражения.
— Да? — улыбнулся он, крутясь вокруг себя. — Его не смогли убить в драке, но преследуют ведь?
— Да, недавно был перехвачен его звонок Чонгуку, судя по всему якудза вмешаются в дело и спасут Хесока, — отвечает Чанёль.
— Это очень даже хорошо, — продолжает улыбаться парень, — я отстранён от дел и не могу напрямую на что-либо повлиять, но я всё равно держу всю ситуацию в своих руках. А как же мой подарочек для Хесока? Он его видел?
— Да, я попросил брата, чтобы он вёл себя вызывающе, по его словам, Хесок точно его заметил и расскажет об этом Чонгуку.
— Просто прелестно! — хохочет парень. — А теперь на всякий случай проследите, чтобы Хесок выбрался живым и непременно обо всё рассказал моей любимой игрушке Чону. Я ему оставил столько подсказок, интересно, догадается ли он, кто я такой?
*****
Чонгук не находил себе места, ёрзая по дивану и поглядывая на свой смартфон, он ожидал хоть каких-то вестей от Хесока, но их не было. При этом его раздражала медлительность Мамору и всех его подчинённых! Да, они ничем не были обязаны Чону и, вообще, омега понимал, что поспешишь людей насмешишь, но он просто не мог сидеть без дела!
— Группа С докладывает, — зашумела рация на столе, и Чонгук тут же подпрыгнул, весь обратившись вслух, — мы нашли цель. На связь больше не выйдем. Отбой.
Только зародившаяся надежда в душе Чона пошла трещинами и с хрустом развалилась. Омега взволновано глянул на безмятежного Мамору и спросил:
— Почему? Что случилось?
— Они решили, что сигнал перехватывают.
— По рации?
— Может, и не по ней.
— Ты темнишь, — хмурится Чонгук. Разве у Минамото не идеальная защита? Кто бы мог перехватить его сигнал, если у него работают лучшие айтишники? Ну да, двое омег, сидящие напротив на диване не вызывали особого доверия к их талантам, но и Мамору не стал бы приглашать на столь ответственную должность кого попало.
Как и думал Чон, Тэхен кое-что недоговаривал:
— Я закинул кое-какую наживку тому, кто нас может слушать, если клюнули, то сам Хесок всё расскажет, когда вернётся.
Чонгуку это не нравится, проверки можно было устраивать и после, а не когда жизнь Хесока висит на волоске. Судя по его звонку, за ним гнались и в него стреляли, всего одна шальная и всё будет кончено. Чон понимает, что сейчас ведёт себя уже не как реалист, а самый настоящий пессимист, но ничего с этим поделать не может, нежеланные мысли всё лезут и лезут к нему в голову.
— Скольких человек ты отправил ему помочь? — для своего собственного успокоения решает уточнить Чонгук. Он, вроде как слышал, что Мамору снарядил спецназ.
Однако альфа с самым невинным видом отвечает:
— Одного.
— Что?!
— Не переживай так, — успокаивающе улыбается Тэхен, — это лучший снайпер, что у меня есть, Ямамору третий брат вот этих компьютерных маньяков, только не любит технику, а любит пушки.
Один из айтишников, не поднимая головы от ноута, бросает:
— Чёрная овца в семье.
— В семье не без урода, — поддакивает второй.
Только что съедаемый тревогой Чонгук даже забыл о чём вообще говорил, когда услышал эти два нелицеприятных комментария в адрес некого Ямамору. Чон даже не знал его, но парня стало жаль, ведь подобное о нём говорили собственные братья.
Омега смотрит на Мамору, но тот вообще никак не реагирует на слова своих подчинённых. Если на то пошло, то Чонгука прямо бесит, какой Тэхен спокойный, когда мир вокруг катится в ад, но в его заднице появляется шило, когда можно подоводить Чона. Удивительная двуличность.
— И вы-то его братья? — с укором обращается Чонгук к айтишникам.
Но оба парня то ли не поняли, что их пытались поругать, то ли им было абсолютно всё равно. В своей прошлой странной манере они по очереди ответили:
— Я старший Мицуя.
— Я средний Иоши.
— А вы всегда говорите парой? — уточняет Чонгук, глядя на двух омег. Честно говоря, они оба были очень красивые, просто одевались как типичные задроты и на людей вокруг не обращали внимание, а ведь глаза какие у них кристально-голубые и лица нежные, кукольные. Чонгук ловит себя на том, что засматривается на айтишников, хотя сам не любит, когда на него вот так смотрят.
Мицуя поднимает на Чона улыбающиеся глаза и отвечает:
— Нет, только, когда хотим над кем-нибудь посмеяться.
Чонгук и возмутиться не успевает, когда Иоши в лоб интересуется:
— Ты парень Мамору? Как он в постели? Я проверял его историю поиска в Интернете и не видел там ни одного порно.
Омега вообще растерялся от такого натиска! Насколько Кихён любил подробности личной жизни каждого знакомого, а Чонгук против него браво держался, но братья-айтишники были точно посланниками из ада, в два рта давя информацию, которую желали получить. И их странная манера речи выбивала из колеи.
Чон косится на Мамору, тот точно слышит их разговор, но не вмешивается. Подумаешь, подчинённые обсуждают его, будто впервые такое происходит.
— Мы ещё ни в таких отношениях, — наконец, отвечает Чонгук.
Иоши вздыхает и продолжает что-то строчить на ноутбуке:
— Жаль, мы хотели пранкануть над ним и позвонить тебе от лица его парня.
О да, великолепный пранк, чтобы Чон потом с пистолетом бегал за Мамору, обещая ему отстрелить бубенцы! Так бы и было, Чонгук сначала действует, а потом думает, стоит ему заподозрить, что Минамото ему изменяет, как он выпотрошит альфу собственными руками.
— Вы совсем его не боитесь? — вздыхает омега, указывая на Тэхена. Он, вообще-то, их босс.
— Зачем?
— С чего бы?
— Наш брат страшнее.
— Он стрелял по нам дома, когда мы взламывали банковские коды безопасности, после пришлось новые ноуты покупать.
— Даже диски не восстановить было.
— В труху расстрелял.
Слушая всё это, у Чонгука возникает только один резонный вопрос:
— Вы точно старшие братья?
Как старшим могла прийти в голову мысль взломать банковские коды?! Мало того, что в якудза состоят, а это и так незаконная деятельность, так они пошли банки грабить по-современному, без пушек и масок, а через интернет и незаурядные навыки программирования.
Мицуя и Иоши поняли вопрос Чона превратно и полезли в карманы за паспортами, протягивая их Чонгуку и спрашивая:
— Хочешь?
— Проверить?
У омеги глаз задёргался.
— А вы можете разговаривать нормально?
— Можем, — на японском отвечает Мицуя и невинно улыбается, ну точно ангелочек!
Чонгук выдыхает и думает, что все талантливые люди немного того.
— Вы меня японским не удивите, — Чон тоже переходит на иностранный, — потому что я и сам его прекрасно знаю.
Оба айтишника, заслышав родную речь, засветились точно солнышки.
— А ты нам нравишься, давай дружить?
— Да, ты ведь отаку? Можем аниме посмотреть, хочешь?
— Сейчас?! — восклицает Чонгук. Они тут буквально готовятся к войне с Ёджуном и Воротниками, которые перешли в наступление, а эти двое предлагают смотреть аниме! Может, ещё пивка бахнуть? Нет, ну а что?
— Мицуя, Инуи, прекращайте балаган, — одёргивает парней помощник Ли. Вот его-то приказам айтишники безропотно повинуются, опускают головы, снова упулившись в экраны ноутбуков, и отвечают:
— Слушаемся.
Чонгук поворачивает голову и обвинительно смотрит на Мамору. Почему эти двое не обращают внимание на своего хозяина, а помощника Ли с полуслова послушались?
— Что ты так на меня смотришь? — удивлённо хлопает глазами Минамото. — Это лучшие ребята в своём деле, я их свободу не ограничиваю.
— Где ты их только нашёл?
— В Киото, они были секс-рабами у местного босса мафии.
Чонгук замолкает и больше ни о чём не спрашивает, понимая, что в своём любопытстве перешёл грань дозволенного. С другой стороны, братья Ямамото никак не отреагировали на слова Мамору, но это вовсе не означало, что они забыли прошлое.
После столь странного разговора комната снова погрузилась в тишину. Чонгук продолжил ёрзать по дивану, не находя себе места, а помощник Ли сочувствующе смотрел на омегу, не зная, как и успокоить его — никакие слова тут не подойдут.
К счастью, долго омеге в неведенье не пришлось сидеть, потому что очень скоро в комнату влетел один из якудзы и объявил:
— Ямамору привёл цель.
Чонгук подскочил и бросился бежать, но и сам не знал куда.
— Успокойся, — порекомендовал ему Минамото, мягко положив руку на плечо и ласково улыбнувшись, — Хесока уже привели, всё хорошо.
Омега и сам это понимает, но перед глазами снова и снова встаёт картина умирающего Юмина. Этот кошмар из головы он никогда не сможет изгнать.
Хесок оказывается в больничном отсеке, у него окровавлена рука и выглядит альфа не важно, — он бледен, измождён и чудом избежал обморожения, за что нужно благодарить корейскую зиму, которая редко бывает суровой. С Хесока уже стянули всю одежду, особенно низ, потому что он был насквозь промокшим, переодевать его было некогда, поэтому доктор только накинул на нижнюю часть тела одеяло, пока сам осматривал рану в плече.
— Хесок! — Чонгук ввалился внутрь, ощущая, как у него ноги вмиг становятся слабыми, когда он видит, что другу ничего не угрожает. Не угрожает же?
— Здарово! — бледными губами улыбается альфа. — Ты чего так переполошился? Живой я, видишь? Но пулю отхватил. Он меня вытащил, — Хесок кивает головой в сторону, и Чон только сейчас видит стоящую в углу фигуру.
Это был тот самый Ямамору, младший из братьев Ямамото. Он тоже был омегой с идеально скрытым природным запахом. Утончённый и маленький, миловидный с большими карими глазами и удивительно трогательными розовыми губами. Такими обычно рисуют омег в манге, Чонгук даже не поверил, что такие милашки существуют в реальности! Вот только это сосредоточие нежности было одето в полностью чёрную одежду и держало в руках снайперскую винтовку.
— Что там произошло? — Мамору сразу переходит к делу.
— Воротники выдали себя за Чёрное Солнце, — отвечает Хесок и морщится, когда доктор неаккуратно задевает рану, — они знали пароль, который вы мне сказали, если бы не моя чуйка, они бы пристрелили меня.
— Нет, — вмешивается омега-снайпер, — я бы не позволил.
— Так почему ты раньше не появился? — ворчит Хесок, глядя на Ямамору.
— Так вас из туннеля выбежало с человек десять, откуда мне было знать, кто цель? Вы, корейцы, все на одну морду.
Хесок открыл в возмущении рот, но так и не нашёлся с ответом! Этот Ямамору его спас, вытащил из горячей зоны и привёл в тайное убежище Минамото, но характер этого омеги и его язвительные шутки по пути выводили всегда спокойного Хесока из себя.
— В любом случае, — вздыхает альфа и смотрит попеременно на Чонгука и Тэхена, — я был их главной целью. И они могут переместить своё внимание на мою семью, мои братья совсем маленькие, я не могу оставить их одних.
— Им ничего не угрожает, — отвечает Мамору, — твой дом охраняет группа спецназа, но вот няньку я послать не решился, незнакомый человек может напугать детей.
— А ты невероятно предусмотрительный, — кивает Чонгук. Тэхен успел за это время всё устроить и обо всём позаботиться. Он настоящий лидер, которым могут гордиться все члены якудза.
— Нужно вытащить пулю, — вмешивается в разговор доктор, — в рану попала вода от снега вместе с бактериями, она может загноиться и руку придётся отрезать. Предлагаю провести операцию без анестезии, больно будет как комарик укусил.
По ещё больше побледневшему лицу Хесока стало понятно, что заверениям доктора он не верит и правильно делает.
— Давайте под анестезией?
— Ну раз так хочешь, — вздыхает мужчина, а потом смотрит на Мамору и говорит: — Скорее спрашивайте всё, что нужно и мы поедем на операцию.
— Этот доктор обычно тебя зашивает? — шепотом спрашивает Чон у Тэхена.
— Да.
— Оно и видно. — Без анестезии зашивать и извлекать пулю можно только у человека, который не чувствует боли или который привык к ней. Хесок, вероятнее всего, просто отключится в процессе.
— Выходит, моё предположение было верным, — Мамору возвращается к основному разговору, — я догадывался, что телефон Чонгука могут прослушивать, поэтому уже давненько мои айтишники поколдовали над его смартфоном и все звонки с него идут запароленными, перехватить их невозможно. А, значит, что прослушка стоит и у тебя на телефоне, Хесок.
— У меня? — удивляется альфа.
— Да. Я специально придумал странный пароль, и Воротники на него купились, они ведь выдали себя за нас?
— Да, и ещё были в красной форме.
— Про форму тебе сказал Чонгук, я же всегда посылаю своих людей в чёрной одежде, чтобы их было не заметно. Я догадывался, что звонок с твоей стороны, Хесок, перехватят, потому и не стал говорить, сколько людей за тобой придут и в какой одежде они будут, всю информацию знал только Ямамору, но его умение различать людей оставляет желать лучшего.
Хесок хмуро сводит брови. Он и предполагать не мог, что на его смартфоне стоит прослушка! Альфа вытаскивает телефон и протягивает его Минамото.
— Сможете и меня подключить к безопасной сети?
Чонгук видит, что во взгляде Тэхена мелькает нечто странное, но он всё же отвечает:
— Да, — и телефон берёт, передавая помощнику Ли, который проверяет, что смартфон выключен и довольно кивает. Телефон выключил Ямамору, потому что привести хвост в их логово не собирался.
— Так что произошло в Ёсане? — спрашивает омега.
Хесок вздыхает и отвечает:
— Бойня там произошла. Как я и сказал, я отправился на встречу со своим замом Муёном, он хотел мне что-то рассказать. Но по пути автобус попал в пробку из-за аварии, и я опоздал, однако, когда пришёл в назначенное время, то увидел, что северяне просто убивают наших ребят! Это было месиво! И самое ужасное, что полиция стояла рядом и ничего не делала.
Чонгук сжимает руки в кулаки, в груди клокочет злость и желание покарать всех виновных! Найти этого Ёджуна и сломать ему шею!
— Но, знаешь, что я ещё узнал? — продолжает Хесок. — Той группой северян руководил Хан Чэн, помнишь его?
Имя кажется Чону знакомым, но он отрицательно качает головой.
— Три года назад мы встречались с ними в Ёсане. Два брата Хан крышевали это место, вспоминай, Чонгук. Там был Хан Чанёль и Хан Чэн, они были в банде твоего брата, и ты хотел узнать у них о нём. В тот день мы ещё познакомились с Кихёном.
Чона словно чем-то тяжелым огрели. Он как истукан замер и не сразу нашёлся со словами.
— Но их, вроде как, убрали. Мы их искали после той драки, но нам сказали, что с ними произошёл несчастный случай.
— А вот покойники и восстали, — невесело усмехается Хесок.
— Ну всё! — ворчит доктор и начинает выгонять всех из палаты. — Прочь идите, иначе, я никогда к операции не приступлю!
Оказавшись в коридоре, Чонгук так и продолжает пребывать в шоке, не понимая, как братья Хан могли спастись и работать на Воротников. Помнится, в тот день в драке с Чанёлем Чонгук понял, что тот знает его брата Чонина, поэтому Чон и хотел с ним ещё потолковать, но не вышло. Как Ханы вообще оказались на стороне организации?!
— Слушай, Тэхен, — омега поднимает глаза и смотрит на альфу, — что теперь делать со всем этим? Мы ведь не сможем вечно скрываться, а Ёджун явно решил выкосить всех Небесных Королей и повесить это на меня.
Мамору согласно кивает, но спрашивает кое-что другое:
— Кто такие эти братья Хан?
— В Ёсане были движущей силой, хулиганы, но занимались разными незаконными делами за деньги. Они наткнулись на Кихёна и похитили его, в тот день мы с Соном и познакомились. Я шёл к Ханам, потому что они знали Чонина, а у тех в схроне оказался связанный Кихён.
— Они действительно что-то знали о твоём брате?
— Чанёль точно что-то знал, но почему-то не сказал, я тогда решил, что для моего же блага, но сейчас, когда его брат работает на Воротников, думаю, меня надурили.
Тэхен просто кивает, потирая кончик носа, и машет Чону, зовя его в комнату видеонаблюдения, к своим хакерам, чтобы обсудить дальнейшую стратегию.
— Помощник Ли уже связался с каннамским отделом полиции, у них нет власти в Ёсане, но они нам помогут. В конечном счёте, у Ёджуна нет веских доказательств, что ты был участником драки, а вот камеры в моём доме зафиксировали, что ты сегодня был у меня.
И правда, несмотря на всю патовость ситуации, прямых доказательств вины Чонгука у Ёджуна нет. Достаточно Мамору предоставить записи с камер из своего дома, как вся обвинительная база против Чона развалится! Но если омега думал, что Ёджун дурак и не понимает всего этого сам, то Чонгук сильно ошибался.
Парни входят в комнату видеонаблюдения, как телефон Чона начинает настойчиво гудеть. Омега недовольно вытаскивает смартфон и хочет ругнуться на того, кто ему звонит, но видит, что ему звонят по видеосвязи и номер не отображается. По спине тут же понеслись мурашки, Чонгук смотрит на Мамору, а тот отдаёт команду Мицуе и Иоши, чтобы тут же начали перехват сигнала и определение местоположения.
У Чона отчего-то в горле пересыхает, нехорошее предчувствие накрывает его с головой и в груди поднимается волна гнева, словно он сейчас не видеозвонок примет, а встретится на узкой дорожке с врагом. Отчасти так оно и было, Чонгук не сомневался, что ему звонил Ёджун.
Омега отходит подальше от техники на неприметный темно-серый фон и снимает трубку.
На экране тут же появляется погано ухмыляющаяся рожа альфы. Так-то незнакомец был весьма симпатичен и одет недурно; сидел, вальяжно развалившись на диване, но его чёртов оскал поднимал в Чонгуке волну гнева и желание пересчитать ему зубы!
— Ёджун! — рычит омега.
Улыбка альфы становится ещё шире, он коротко смеётся и тянет:
— А ты, значит, милашка Чон-и? Я видел твои фото, но в жизни ты красивее.
От этих кислотных подкатов в Чонгуке просыпался голодный зверь, который жаждал всадить весь магазин Магнума в рот этому ублюдку! Видимо, боевой настрой Чона Мамору отлично ощущает, он стоит за кадром и качает головой, боясь, что Чонгук сбросит звонок раньше времени.
Ёджун же продолжает:
— Как тебе мой подарок? Быть звездой сети приятно, верно? Это я ещё папарацци не пустил по твоему следу, а так бы ты и мордашкой покрасовался на таблоидах.
— Ублюдок! — рычит Чонгук, хрустя кулаками.
— Ну-ну, зачем так грубо? Я ведь люблю таких милашек, — сальный взгляд даже через экран ощущается как настоящий, и рождает в Чоне желание передёрнуть плечами, но омега упорно держится, — и готов свернуть свою кампанию. Тебе просто нужно сдохнуть и всё! — хохочет альфа, очень довольный своим остроумием. Чонгук бы хотел вскрыть ему череп и посмотреть так ли много там мозгов, как Ёджун пытается доказать. — Так-то я не хочу тебя убивать, — вздыхает альфа, строя расстроенную мину, — убить тебя хочет наш босс, уж больно ты близко к нам подобрался. Это мелкому мазохисту нравится с тобой играть, а старшие считают, что тебя нужно уничтожить.
Чонгук клацает зубами, но старается максимально успокоиться. Он усмехается и отвечает:
— Да, я прямо так и пошёл резать вены и умирать, из-за вашей жалкой игры. Вы меня таким не возьмёте.
Улыбка Ёджуна становится совсем нехорошей. Он хватает телефон и резко переводит кадр в сторону, погано усмехаясь:
— А таким?
У Чона от лица вся кровь отлила. Он с ужасом смотрел в экран смартфона и просто не мог поверить в то, что видит!
Ёджун со смехом завалился на диван и притянул к себе альфу, наглядно позируя с ним. И альфой этим был Минхо. На нём всё ещё была больничная одежда, руки связаны за спиной, во рту кляп, он бледен и напуган, глаза бегают как заведенные, не сразу остановившись на Чонгуке, которого увидел через экран телефона. И когда Минхо всё же увидел друга, на его лице такая мольба отразилась, что Чону физически стало больно, ведь он сейчас буквально ничем не мог ему помочь! Минхо попал в руки настоящим убийцам, Ёджун мог прямо сейчас задушить парня, чтобы поиздеваться над Чонгуком и осознание этого до тремора пугало Чона.
— Пока ты спасал своего дружочка Хесока про других друзей забыл, да? — мерзко скалится альфа. — Выкрасть его из больницы оказалось проще простого, — Ёджун хватает Минхо за волосы на затылке и поворачивает его лицом к себе, продолжая насмехаться над ним и над Чоном. — Я уже сказал, что не хочу тебя убивать, — обращается мужчина к омеге, брезгливо оттолкнув от себя Минхо, — поэтому давай поиграем, а, Чонгук? Даю тебе десять часов, чтобы найти своего друга, если успеешь, то жив останешься и друг твой тоже будет жив, а нет, я буду каждый последующий после десяти час отрезать ему по конечности. А потом отправлю это лего в каннамскую полицию. Тик-так, время пошло. И как там было? Ах да, и пусть удача всегда будет с вами!
