Горизонт событий

      После спаррингов детей отпустили по домам. Наруто и Менма медленно брели по дневным улицам Конохи, утопая в золотистом свете заката, который не мог прогреть холодок внутри. Каждый был погружён в свои мысли, пока Менма не нарушил молчание. – Тебе стоит больше уделять внимание физическим нагрузкам. У тебя уже есть отличное боевое мышление, что удивительно с твоим-то опытом, а также хорошие инстинкты. — Он быстрым, оценивающим взглядом скользнул по тощей фигуре брата. — Я понимаю, что тебе трудно наращивать мышцы из-за дисбаланса чакры Инь и Ян, но не думал ли ты над решением этой проблемы? Я не так силён в теории, поэтому мне трудно размышлять над этим, но я действительно хочу помочь. Глаза Наруто слегка расширились от таких приятных слов, но он состроил своё привычное нейтральное выражение лица. – В теории это будет возможно, если несколько ирьенинов будут постоянно вкачивать в меня лечебную чакру Ян. Но это все равно бесполезно, ведь даже когда мышцы нарастут, то мой организм не сможет поддерживать их на достаточном уровне. Да и никто не захочет тратить столько ресурсов на... – он сделал паузу, и слово сорвалось шёпотом, – ...инвалида. – Не говори так, Наруто. Ты не инвалид. — Блондин замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова, чтобы они звучали не как пустое утешение. — Просто у тебя немного иной путь развития. Ты же знаешь, что во время миссий команды ниндзя придерживаются определенных формаций и построений, чтобы не сражаться как стадо необученных крестьян. И вот я, к примеру, буду сражаться на передовой, так как я обладаю скоростью и силой. Ты больше подходишь на роль мозга команды. Того, кто будет придумывать планы и стратегии, а также поддерживать команду дальними дзюцу. — Он почесал затылок и нервно засмеялся. — Надеюсь, я правильно объяснил свою мысль, и ты меня понял. Красноволосый замолчал, обдумывая эти слова. Хотя они и были весьма поверхностными, но имели смысл. «Мозг команды и поддержка? Я больше буду как балласт, ведь в моём арсенале сейчас недостаточно техник, чтобы атаковать на дистанции. Точнее их вообще нет». — Но Наруто не особо хотел продолжать говорить на эту тему, поэтому решил перевести её. – Ладно, хватит обо мне. Я надеюсь, что ты тоже извлёк урок из сегодняшнего спарринга. — Наруто едва тронул губы уголками вверх., — Хоть ты и победил Саске, это показало, что тебе есть куда расти. Как и ему тоже. Вы чем-то похожи: оба самоуверенные и... — Наруто задумался над выбором подходящего прилагательного. – Крутые и сильные? — С самодовольной ухмылкой перебил его Намикадзе и засмеялся. Узумаки раздражённо цокнул, но тоже издал тихий смешок. — И это тоже. Но вы сражаетесь слишком шаблонно и предсказуемо. Ты победил, потому что Саске не был знаком с твоим новым стилем, а твой прошлый стиль он смог изучить за пару минут боя. А сам он слишком сильно расчитывает на свои глаза и забывает думать. Менма замолчал, переваривая слова. Шумные, широкие улицы Конохи сменялись тишиной знакомых, давяще-узких троп клановых земель. Дома вставали ровными, бездушными рядами. Веселье, позволенное «там», здесь было неуместно. Их шаги почти синхронно замерли. На крыльце, недвижимый, как часть самого дома, ждал Сатору. Вечерний ветер шевелил полы его чёрного кимоно. Белое хаори с молнией в круге резало глаза в сумерках. Он не делал шага навстречу. Он просто ждал. Тёплый след от разговора с братом испарился, оставив после себя знакомый, леденящий холод в груди. Они были дома. Они замерли на каменной тропинке, чувствуя, как последние лучи солнца словно гаснут под тяжестью взгляда деда. — Внуки, — раздался голос Сатору, ровный, без приветствия. — Пройдём к пруду. Уединимся. Это не было предложением. Это был мягкий, неоспоримый приказ. Он развернулся и пошёл вглубь сада, не оглядываясь, уверенный в их послушании. Пруд во внутреннем саду Намикадзе был не местом отдыха, а элементом ландшафтной стратегии — идеальным кругом чёрной воды, в котором, как в зеркале, отражалось небо и строгие линии дома. В сумерках вода казалась тяжёлой, почти маслянистой. Сатору остановился у воды, его отражение колебалось на поверхности. Он смотрел не на них, а на воду, когда заговорил. — Отчёты о сегодняшних спаррингах уже у меня. — Он сделал паузу, давая им прочувствовать вес этих слов. — В целом... результаты удовлетворительны. Это было сказано не как похвала, а как диагноз. Менма невольно выпрямил спину. Наруто почувствовал, как все органы в животе замерли. — Менма, — дед повернул к старшему внуку голову, не отрывая взгляда от пруда. — Победа над Учихой — показатель роста. Ты использовал его самоуверенность против него. Это разумно. Но... Он наконец обернулся, и его серые глаза в сумерках казались цветом старого льда. — ...ты потратил на это больше времени, чем требовала задача. Победа, полученная такой ценой на тренировке, в поле станет поражением. Думаешь, что ты сильный? Ты не управляешь силой. Ты позволяешь ей управлять тобой. Лис внутри даёт тебе мощь, но не даёт мудрости её тратить. Этому тебе предстоит научиться. Он говорил без упрёка, констатируя факт, как инженер, указывающий на погрешность в чертеже. Менма сглотнул, лицо его стало каменным. «Удовлетворительно» внезапно зазвучало как «провал». — Наруто. Имя прозвучало тише. Наруто вздрогнул, встретившись взглядом с дедом. — Твой бой был достойным: ты воспользовался своими сильными сторонами, то есть умом. — В голосе Сатору не было ни одобрения, ни тепла. Было признание эффективности. — Ты видишь закономерности, которые ускользают от других в пылу схватки. Это... ценный навык. Казалось, вот оно — луч признания. Но Сатору не улыбнулся. — Однако, — он медленно провёл рукой по воздуху, будто стирая невидимую линию. — Видеть слабину – недостаточно. Надо уметь нанести удар в эту слабину. Твоё тело, твоя чакра... они отказываются повиноваться с необходимой скоростью и силой. Ты — стратег без армии. Наблюдатель, который обречён лишь наблюдать, как рушится то, что он мог бы спасти. Он снова посмотрел на воду, на их искажённые отражения. — Вам обоим есть куда расти. Но расти вам предстоит в противоположных направлениях. — Его голос приобрёл металлический, неумолимый оттенок. — Менма. Твоя задача — обуздать. Научиться силе без расточительства. Силе, которая служит уму, а не наоборот. — Наруто. Твоя задача — достичь. Нарастить хоть какую-то мощь: выучить новые дзюцу, овладеть оружием. Найти способ заставить свою... уникальную систему... отвечать на команды. Стратегия без возможности её исполнить — лишь красивая сказка. Он замолчал. Тишину нарушал лишь плеск карпа, всплывающего к поверхности чёрной воды. — В академии мало смысла и знаний. Это место для обычных детей, а не наследников великих кланов, чем талант лишь ограничивается программой. Завтра ваше расписание изменится. Индивидуальные тренировки по новым программам. — Такое откровение от Сатору внуки слышали впервые. — Я не жду чудес. Я жду работы. И минимального, но измеримого результата. Понятно? Он не спрашивал, согласны ли они. Он спрашивал, услышали ли. Менма кивнул, а его челюсти были крепко сжаты. Наруто лишь тихо выдохнул: «Понятно». Сатору кивнул, на секунду его взгляд задержался на бледном, напряжённом лице младшего внука. В глубине этих ледяных глаз, может быть, мелькнуло что-то — не жалость, а усталое понимание неимоверной сложности поставленной задачи. — Идите. Отдохните. На кухонном столе лежат данго, можете взять. — Он махнул рукой, отпуская их, и снова повернулся к пруду, к своему отражению, к тишине сада, которая была красноречивее любых слов. Братья молча пошли обратно к дому. Воздух между ними был наполнен не прежней лёгкой обидой, а тяжёлым осознанием. Их пути, и так различные, теперь были официально разведены по разным сторонам пропасти. Одному предстояло научиться сдерживать океан. Другому — высечь хоть каплю из камня. Менма отказался от угощения и, хлопнув дверью, удалился в душ — смывать пот и прах неудавшегося, по его мнению, дня. А вот Наруто, чувствуя знакомую дрожь в конечностях после тренировки, решил, что сладкое — это не роскошь, а необходимое топливо для измождённого мозга. Он стоял у стола, медленно разжёвывая кусочек данго, когда заметил блокнот. Он лежал слишком ровно, слишком нарочито рядом с тарелкой. На обложке — один лаконичный, идеально выведенный иероглиф: «Инь». Сердце Наруто ёкнуло. Пазл щёлкнул в голове без усилий. «Дедушка положил его сюда. Зная, что приду именно я. Зная, что Менма сладкое не ест». Мальчик открыл первую страницу и стал вчитываться в текст, написанный чётким почерком Сатору. «Чакра состоит из частиц Инь и Ян, которые дополняют друг друга, создавая необходимый баланс...» — Он пробежался глазами по отрывку и перешёл к следующему. «Суть Инь из знаний монахов: принцип формы, покоя, потенциала, поглощения, отрицательного заряда...» — Следующая страница. И тут — взрыв. Длинное, агрессивно зачёркнутое предложение, чернила въелись в бумагу так, что её поверхность стала шершавой. Наруто прищурился, вчитываясь в уцелевшие фрагменты сквозь чёрные штрихи, будто через решётку: «Это эндотермический процесс. Энергия извне поглощается для создания или поддержания внутренней структуры: формы, иллюзии, связи, гравитации...» — Следующие заметки уже были в нормальном состоянии. — «В основном нарушенный баланс в сторону чакры Инь свидетельствует о наличии улучшенного генома». – На этом заметки заканчивались, но даже этого хватило, чтобы дыхание Наруто замерло, а его глаза широко расширились. Его вывел из ступора не звук шагов, а изменение давления в комнате. Тихое, как смещение плиты. Наруто медленно поднял голову. В дверном проёме стоял Сатору. Он не выглядел удивлённым. — Я рад, что ты додумался прочитать это. — Сказал взошедший на кухню Сатору, садясь напротив Наруто. Он устремил свой серьезный взгляд на внука и продолжил, — Мне потребовалось десять лет, чтобы по крупицам собрать сведения об чакре Инь, и то я до сих пор не уверен в их правдивости. А также мне нужно было убедиться, что ты, Наруто, действительно хочешь пойти по пути ниндзя. И твои недавние тренировки, а также результаты спарринга лишь утвердили мою уверенность насчёт тебя и твоего желания. Всё-таки овладение улучшенным геномом – это очень серьезный шаг, который также может потребовать соответствующих жертв. — Сатору, тяжело вздохнув, поднял руки и с нажимом провёл ими сверху вниз по лицу, будто пытаясь согнать навалившуюся усталость. Ладони скользнули по щекам, смывая выражение напряжения, но оно тут же вернулось. — Но позволь мне спросить у тебя прямо. Ты готов к этому, Наруто? В горле у Наруто встал ком — густой, холодный, смесь страха и дикой, внезапной надежды. Он сделал короткий, резкий вдох, будто ныряя в ледяную воду, и выдавил, заставляя голос не дрогнуть: — Да. Готов. — Это хорошо. Но мне нужно убедиться в кое-чём... — Сатору достал из кармана три листка бумаги чакры, про которые Наруто слышал в академии, и передал их внуку. — Просто пропусти в них чакру. Узумаки расположил по листочку между слегка дрожащими пальцами, задержал дыхание и направил в них совсем немного чакры: первый лист разрезался пополам, а второй... Второй лист начал медленно гореть в черном пламени, после которого даже не оставалось пепла. Ресницы Узумаки дрогнули, глаза расширились – он не мог поверить тому, что видит. Малейшие частицы бумаги просто распадались, как будто пару секунд назад там и не было целого листа бумаги. Сатору наблюдал, не шелохнувшись. В его глазах не было ужаса. Был глубокий, бездонный интерес учёного и гордость за внука. И с третьим листом, к сожалению, ничего не произошло. — Хм, — он произнёс тихо, почти про себя, глядя на пустое место, где секунду назад был лист. — Так вот как выглядит действие улучшенного генома Инь. Не разрушение. Аннигиляция формы...