Кан Ми-на: мой последний рывок к тебе

      «Смотреть противно. Кругом простота…» — размышляла Ми-на, окидывая презрительным взглядом собравшийся в помещении загса «бомонд».       В основном это были люди поколения капитана Пака: его дальние родственники и просто знакомые; молодежь практически отсутствовала, не считая юноши шестнадцати лет, — сына одного из гостей, которому она имела неосторожность приглянуться. Благодаря платью, выбранного для неё Чхве Сон-хо.       Торжественный зал для бракосочетаний, который при других обстоятельствах её бы непременно восхитил, сейчас вызывал у Ми-ны тихий ужас. Не лучшие эмоции она переживала, изредка поворачиваясь к тому, кем суждено было стать её супругом. Мужчине пятидесяти шести лет. Старше её самой на целых тридцать лет, который стоя рядом с ней и чувствуя, что новобрачная была не рада церемонии, предпочитал не обращать на это внимание, украдкой касаясь её руки.       Ми-на не видела причин для радости, воспринимая происходящее как затянувшийся кошмарный сон. И с трудом отвечая на приветствия малознакомых ей людей, она просто ждала, когда все это закончится и она сможет наконец от всего отдохнуть. Желательно подальше от будущего супруга. Все её угнетало, вызывая отвращение. А взиравшего на неё из круга гостей Сон-хо она и вовсе была готова убить, пережив немало унизительных моментов во время примерки свадебного платья.       Как он и обещал, сестра капитана Пака вместе с его племянницей не заставили себя долго ждать, и прибыв в Сеул почти сразу же после получения ошеломительного известия о свадьбе брата, обе женщины взяли Ми-ну под свою «опеку», потащив её в ближайший свадебный салон. А там, вооружившись каталогами с изображениями всевозможных фасонов платьев, потратили немало времени на выбор наряда, делая ставку на дешевизне. Так они хотели сэкономить выделенные для них Командующим деньги, чтобы остаток положить в свой карман.       С ужасом глядя на платья, в которые пыталась вырядить её высокомерная карга, словно Пак делал для всех одолжение, беря в жены такую безродную девку как она, Ми-на без энтузиазма примеривала предложенные наряды, любуясь собственным отражением в зеркале примерочной, однако ничего не ощущая. Кроме тайной злости.       Что бы она не надела, все выглядело на ней дешево и нелепо. У сестры капитана, этой представительной дамы шестидесяти семи лет напрочь отсутствовал хороший вкус и чувство меры. Ми-на была вынуждена констатировать сей факт, перемерив под её присмотром свыше десяти нарядов, однако так и не выбрав для себя подходящий. Ей ничего не нравилось, равно как и племяннице капитана, державшейся с ней настолько отстраненно, что это никак не способствовало взаимному сближению девушек перед свадьбой.       Совершенно отчаявшись, Ми-на была готова схватить первое попавшееся ей на глаза платье, и ехать в загс в чем есть, устав перебирать один страхолюдный наряд за другим, однако сестра капитана оставалась непреклонной. И словно специально задавшись целью продержать её в салоне до глубокого вечера, чтобы она опоздала на брачную церемонию, женщина гоняла менеджеров туда-сюда, одинаково трепля нервы невесте и персоналу.       Все изменилось после вмешательства Сон-хо, изъявившего ближе к середине дня посмотреть, во что одели эти женщины бывшую «игрушку» Фронтмена. Причем сделал это вовремя, так как совершенно упав духом к концу примерок, Ми-на была на грани, готовая устроить всем истерику.       Необходимость лично проконтролировать «бабские» заботы не сильно радовала мужчину, но смутно догадываясь, что сестра Пака попробует сэкономить на платье невесты, спустя час был уже в салоне, где приняв его за жениха, персонал долго не хотел пускать Командующего внутрь помещения, ссылаясь на плохую примету. А потом столько же времени приносили ему свои извинения, когда он объяснил, с какой целью сюда пожаловал и кем приходился новобрачной.       Выбранное сестрой капитана платье ему, конечно же, не понравилось. Сон-хо был не сильным знатоком в свадебных нарядах, и также имея весьма посредственный вкус, все же выбора этой женщины не оценил. Дополняло всеобщую унылую картину удрученное выражение лица самой невесты.       Было заметно, что предсвадебная ночь далась ей непросто. Точнее прошла в слезах, потому что глаза Ми-ны выглядели опухшими и печальными, и стилистами теперь следовало хорошенько постараться, чтобы скрыть эти следы под толстым слоем макияжа. Однако решив проигнорировать данный факт, Сон-хо смотрел на неё как на куклу, которую следовало одеть по высшему разряду, чтобы «продать» довольному покупателю. О расторжении брака не могло быть и речи.        Повернув девушку к себе лицом, он быстро пробежался взглядом по выбранному для неё платью сестрой капитана. Сказать, что мужчина был неудовлетворен сделанным выбором, значит ничего не сказать.       Свадебное платье Ми-ны напоминало ему занавеску, а форма блеклой фаты и вовсе оставляла желать лучшего, превращая девушку в дурнушку. А ведь Пак должен был влюбиться в неё с первого взгляда, выбрасывая из головы все мысли о холостяцкой жизни! Однако видя, во что превратили женщины новобрачную, Сон-хо сомневался, что невеста вообще приглянется капитану, который хоть и невысоко оценивал себя в качестве супруга, но все же не пал до такой степени, чтобы брать себе в жены страшилку. А этот наряд делал Ми-ну именно таковой, окончательно стирая все то прекрасное, что у неё было, и выставляя напоказ мелкие несовершенства.       Возмущению Командующего не было предела, однако выражать открыто своих эмоций после беглого осмотра платья, мужчина не торопился, боясь не сойтись во мнениях с родственницей Пака, пусть и денег на наряд новобрачной он выделил достаточно, надеясь получить на выходе соответствующий результат. Однако то, что пришлось ему увидеть, не выдерживало никакой критики, но разве сестру Пака вразумишь?       Если бы речь шла о её собственной дочери, то она, конечно бы, разодела её в пух и прах, не скупясь на расходы. А тут ей надо было приодеть никому неизвестную девку, о которой Ен-гиль никогда ничего не рассказывал, но все же решил почему-то скоропостижно на ней жениться. И как не пыталась женщина вытянуть из Ми-ны пару слов о её родителях, доходах и роде её деятельности, та продолжала хранить молчание, довольствуясь отговорками, как научил её отвечать Сон-хо, опасаясь, как бы правда не выплыла наружу, нарушая его планы. Тем более знать всех деталей её сомнительного знакомства с капитаном его сестре было необязательно.       Стараясь не переступать черту, Ми-на вела себя соответственно, пока её не оставили в покое, акцентируя внимание на общение с консультантами.       Бесцеремонно блуждая пальцами по её плечам, спине, а также касаясь ими талии, но нигде не задерживаясь, Сон-хо поправлял оборки её платья, стараясь придать ему презентабельный вид. И впервые оказавшись в столь неоднозначном положении, Ми-на ловила себя на мысли, что вовсе не противиться происходящему, ощущая близость мужчины, от которой у неё сносило голову.       То были крайне странные и противоречивые ощущения, включавшие в себя смесь злобы, смущения и тайного ликования, причины которому найти она так и не смогла, всецело отдаваясь процессу примерки. Её вкусы в плане выборе платья были в чем-то созвучны со вкусами Сон-хо. Выбранное для неё сестрой капитана платье не нравилось ей точно так же, как и ему. И если бы ей предложили переодеться во что-то более достойное, она бы сделала это с удовольствием, чувствуя легкую усталость от бесконечных примерок.       Не замечая, как менялась каждый раз в лице Ми-на, когда он касался её тела, Сон-хо поискал для неё другое платье, бесцеремонно перебирая наряды под прицелом недовольного взгляда женщины, чьи старания пошли прахом. Немудрено, что она была так категорически настроена против него самого.       Не для того она потратила свыше двух часов на поиски самого дешевого наряда для невесты, чтобы третий человек нарушил все своим вмешательством, осуществляя дополнительные траты. И возвращаясь периодически к оставленной в примерочной девушке, Сон-хо снова и снова оказывал ей свое внимание, протягивая вперед приглянувшиеся ему наряды, и полностью игнорируя присутствие крайне враждебно настроенной по отношению к ним двоим прижимистой сестры капитана.       Ми-не приятны были его мимолетные прикосновения, пусть и сама она относилась к нему не очень. Вовсе не преследуя цели вгонять девушку в краску, Сон-хо то сжимал пальцами ей плечи, пробуя наощупь ткань платья, то небрежно скользил ими по её груди, опуская свои ладони ей на талию, если не ниже, и на глаз оценивая выбранный наряд.       Он не осознавал, как сильно волновали его действия новобрачную. И вздрагивая каждый раз от очередного прикосновения мужчины, когда тот просил её повернуться, чтобы получше рассмотреть её наряд, Ми-на испытала настоящий шок, когда потратив десять минут на поиски подходящего варианта, он вручил ей для примерки наиболее откровенный вариант свадебного платья, — с вызывающе открытыми плечами и глубоким декольте.       Такой наряд, по мнению, Сон-хо, должен был привлечь к её персоне внимание остальных мужчин и вызвать ревность у капитана, если последний не хотел её потерять. Любой хороший «товар» нуждался в достойной упаковке, чтобы у покупателя и мысли не возникло о его возвращении. А то, что выбрала для Ми-ны сестра Пака, уместно бы смотрелось на какой-нибудь ханже и замухрышке.       Не веря своим глазам, Ми-на молча потянулась за платьем, поспешно убираясь в примерочную. Негодующий взгляд сестры Пака говорил сам за себя. Она заочно «забраковала» этот наряд, посчитав его непристойным, однако спорить на этот счет с Командующим не рискнула, терпеливо дожидаясь возвращения невесты.       Ми-на и сама вряд ли бы рискнула надеть это платье, — уж очень откровенно оно смотрелось на её фигуре, делая её практически раздетой, но перечить тому, кто оплачивал этот «бал», и так порядочно потратившись на её приданое, девушка побоялась, покорно выполняя требования Командующего.       При других обстоятельствах она бы воспротивилась его выбору, не желая выглядеть в этом наряде подобно шлюхе. Однако чувствуя себя сейчас совершенно беспомощной перед оценивающим взглядом мужчины, она просто делала то, что от неё требовалось, покорно переодеваясь в предложенные им платья. Пока что время, равно как и условия, были не на её стороне, но это ничего не значило.       Рано или поздно она найдет на него управу, и пережив по её вине немало неприятностей, он пожалеет, что «продал» её другу Ин-хо, когда день своей свадьбы она представляла несколько иначе: с другими людьми и переживая при этом другие эмоции.       Сон-хо понимал, почему сестра капитана продешевила с нарядом, припрятав часть его средств на собственные нужды. Но из-за этого упущения Ми-на походила на огородное пугало, которое вместо того, чтобы посадить посреди поля — отпугивать ворон, почему-то притащили в свадебный салон радовать глаз дотошных консультантов. Такое сложилось у Сон-хо впечатление о её первоначальном наряде. До исправления ситуации.       А Ми-на, чувствуя на себе его недовольный взгляд, думала, что он снова за что-то на неё злиться, не подавая, правда, никаких намеков на то, в чем конкретно она перед ним оплошала, вызвав его недовольство. Хорошо, что он вообще вмешался в ситуацию, возвращая недостойный наряд на место, а взамен предлагая ей примерить тот, который точно не оставит никого равнодушным.       Сестре Пака, этой волевой женщине с деловой хваткой надо было работать не домохозяйкой, а депутатом, — такого мнения был о ней Сон-хо, втайне наблюдая за её действиями. Так «осваивать» чужие средства, не обделяя при этом себя, ещё надо было уметь. Она и его деньгами неплохо распорядилась, вырядив Ми-ну в пугало, а что было бы, доберись эта женщина до бюджетных средств, откуда тырить под шумок на свои личные нужды можно было конца избранного срока, мужчина старался себе не представлять, втайне осуждая подобное.       Не удержавшись, он поделился с ней этой мыслью, в красках расписывая её будущее. Высокомерно поджав губы, женщина поддержала его решение, и пока Ми-на копошилась в примерочной, меряя новое платье, собравшись с духом, карга заявила следующее, чувствуя однако в каждом комплименте Командующего скрытую насмешку:       «Я бы и пошла в политику, как верно вы заметили, но муж меня отговорил. Ему, видите ли, было привычней видеть меня дома, нежели выступающей где-то за трибуной перед публикой. И вот к чему все привело… Старый дурак уже давно покойник, а я перебиваюсь случайными заработками на старости лет! Хотя могла бы давно построить карьеру, не послушайся в свое время суженого!»       Что мог ответить Сон-хо на её тираду? Ничего, ни капли не соболезнуя слитой в никуда жизни этой надменной женщины. Какое ему было дело до неё самой и её быта? Сама виновата, что пошла на поводу у эгоистичного супруга. Теперь пусть расхлебывает последствия неправильно принятого решения, вымещая злобу на окружающих.       Его жизнь была не лучше, но он хоть в чем-то преуспел, пусть и действуя не совсем честно. Чего и желал новобрачной, порядочно потратившись на неё. А там, где докладывать своих денег не пришлось, подсобил Пак Ен-гиль, вынимая из тайника заначку на несколько миллиардов вон.       — Согласны ли вы взять в мужья капитана Пак Ен-гиля, быть с ним в хвори и здравии, в хорошее время и плохое, пока смерть не разлучит вас?! — монотонный голос сотрудника загса захватил Ми-ну врасплох, вынуждая её что-то ответить на эту фразу.       Вернувшись под его влиянием в неприглядную реальность, девушка окинула беспокойным взглядом собравшуюся в зале толпу гостей. Словно кого-то искала среди них, напрочь забыв о присутствии рядом капитана. Посчитав, что невеста не расслышала его вопроса, сотрудник повторил его снова, вынудив некоторых гостей слегка напрячься и всерьёз встревожиться.       Её затянувшееся молчание настораживало, однако списав странность поведения девушки на волнение, публика просто ждала ответа, не сомневаясь, что услышит сейчас подтверждающее «да», потому что свое согласие стать для новобрачной спутником жизни Пак уже дал. Осталось дождаться ответа Кан Ми-ны.        Заняв место вблизи сестры Пака, Сон-хо практически не отходил от неё, время от времени вовлекая пожилую женщину в беседу и отвлекая её от личности невесты. Не доверяя ему, женщина придиралась ко многим мелочам, делая все возможное, чтобы разоблачить эту свадьбу и отговорить брата от женитьбы.       Чувствуя, что в воздухе пахнет жареным, Сон-хо следовал за ней по пятам, заранее представившись «опекуном» невесты. Так сделка выглядела куда более убедительней, хотя у женщины все ещё оставались вопросы касательно биографии Ми-ны, и это свое любопытство она хотела удовлетворить, задавая ему каверзные вопросы, на которые Сон-хо отвечал в витиеватой манере, призывая на помощь всю свою фантазию и смекалку.       Вот чем был занят Командующий, когда Ми-на, разрываясь между собственным желанием и смутным страхом наказания, гадала, какой ответ ей следовало дать сотруднику загса, чтобы не допустить катастрофы. Она смотрела на гостей, пытаясь найти для себя подсказку, но все было без толку. Командующему, занятого беседой с сестрой капитана, не было до неё никакого толка. Ей нечего было надеяться на его поддержку.       Все его советы крутились вокруг принятия этого навязанного ей брака и она ничего не могла поделать, опасаясь расправы, если скажет «нет». А её желание сказать именно так было тогда очень велико. С одной стороны ей было жаль капитана, который повелся на устроенную Сон-хо авантюру, с другой — девушка презирала его слабость как мужчины, который был не в состоянии разобраться с собственной жизнью без советов посторонних. Будь Пак не таким ведомым, возможно эта свадьба бы не состоялась.       Вначале у неё были надежды на его сестру, категорически настроенной против их брака, так как в свое время женщина пыталась сосватать капитана за подругу, но увидев, как мастерски промывает мозги этой родственнице Командующий, невесть что втирая о ней самой и её биографии, к концу брачной церемонии Ми-на лишилась уже и этой уверенности, окончательно убедившись в неотвратимости катастрофы.       Никто её не спасет. Ей надо делать все самостоятельно. Но что конкретно делать и как действовать, об этом девушка не имела понятия, распоряжаясь весьма скудным ресурсом. Потому ей не оставалось ничего другого, кроме как незаметно вздохнув, ответить сотруднику загса «да», тут же отворачиваясь от жениха в надежде на чудо.       После услышанного у разодетого капитана Пака свалилась гора с плеч и мужчина задышал свободнее. Кажется, он только тогда осознал, насколько близок был к публичному позору, ответь Ми-на иначе. Сон-хо даже не смотрел на неё, с хмурым видом общаясь с сестрой жениха.       Та выглядела не лучше, порицая в глубине души происходящее, не спеша вмешиваться, чтобы не поссориться с братом. В конце концов, какое ей было дело до того, на ком он собирался жениться, даже если невеста была младше его самого на целых тридцать лет?!       О совместных детях в подобной ситуации разумеется можно было и не мечтать. И продолжая жалеть втайне об упущенной возможности выдать брата за более подходящую ему по возрасту даму, она пуще прежнего ненавидела Сон-хо, срываясь на нем из-за каждой мелочи.       Если бы не он, место Ми-ны заняла бы её одинокая подруга, спохватившаяся о семейной жизни ближе к сорока годам, когда свободных и более-менее годных женихов для неё практически не осталось. Капитан Пак был последней надеждой Чхве Ми-ран на семейное «счастье», и того умудрились увести какие-то проходимцы, посулив ему немалую выгоду взамен.       Недовольная, что все происходило именно так, и она сама ничего не могла с этим поделать, потеряв подругу, пожилая женщина засыпала Командующего вопросами, пытаясь понять, чем он руководствовался, выдавая за её брата неподходящую для него по всем параметрам молодую девушку, и в чем конкретно состояла причина такой спешки.       Рассеянно обменявшись с навязанной ему избранницей обручальными кольцами, капитан потянулся к ней за поцелуем, и прекрасно понимая, что сейчас наступил тот самый неотвратимый поворот, которого она уж никак не могла избежать, машинально сжав губы, Ми-на выдержала эту процедуру со всей стойкостью, предварительно закрыв глаза. Что ещё оставалось ей делать? Да и могла ли она повести себя иначе, когда все и так зашло слишком далеко?!       Её чуть не стошнило от запаха опалившего её дыхание алкогольного перегара капитана, но она и вида не подала, с отвращением отстраняясь от смущенного мужчины. Поцелуй оказался холоднее льда. На миг у мужчины даже сложилось впечатление, будто он целует восковую куклу, — настолько безжизненной показалась ему Ми-на. Никакого удовольствия от этого поцелуя он разумеется не получил, чувствуя, что его прикосновения просто терпят из нужды, а к нему самому ничего не испытывают. По правде говоря, Ми-на сама не знала, как пережила это публичное унижение, куда больше опасаясь наказания Командующего, нежели гнева будущего мужа за отказ с ним целоваться.       Когда же с мерзким поцелуем наконец было покончено, украдкой стерев с губ остаток слюны, девушка вновь поискала взглядом того, по чьей вине стояла у алтаря, с трудом выдержав пытку лобызаний с престарелым капитаном.       Сон-хо по-прежнему был занят разговорами с его сестрой, игнорируя существование новобрачной, будто ему не было никакого дела ни до её страданий, ни до самой церемонии, вынуждая Ми-ну чувствовать себя выставленной на продажу молодой кобылицей. А как ещё можно было охарактеризовать столь отвратительную сделку, в которой её заставили принимать участие под жутким давлением?       Ей было неприятно целоваться с капитаном, а уж об ожидавшей её брачной ночи она старалась не думать вовсе. Но разве такие эмоции должна была испытывать невеста, для которой воспоминания о собственной свадьбе оставались потом с ней на всю жизнь? Разве о таком она мечтала, стоя перед алтарем не с молодым парнем, а в компании пожилого мужчины, который выпив накануне для смелости, теперь едва стоял на ногах, слегка опираясь на её локоть.       «Я ненавижу его! — вспыхнуло в мыслях Ми-ны, стоило ей отвернуться от Командующего. — Так бы и расцарапала сейчас его самоуверенную физиономию! Ненавижу! Ненавижу эту скотину! Гори в аду, тварь!»       Как жаль, что здесь не было Ин-хо, и он не мог видеть, как эти люди распоряжались её свободой и деньгами, к которым она не имела доступа. Ранее Ми-на не осознавала своих чувств к Командующему, но теперь поняла, что никогда ничего не испытывала к нему, кроме ненависти.       Все внутри неё бушевало, восставая против этого брака, однако бросить свои оскорбления ему в лицо, высказывая при этом вслух все, что думает о нем, Ми-на так и не решилась, понимая, что для подобного экспромта сейчас были не самые подходящие время и обстановка. Слишком много было вокруг тех, кто мог заподозрить подвох и посчитать её свадьбу фиктивной. Ей едва хватало усилий держать свои эмоции в узде, чтобы не обрушить их на этого человека раньше времени, да ещё в присутствии посторонних.       Нет, уж если и устраивать ему разборки, то лучше делать это в укромном месте. И желательно без свидетелей. Сон-хо должен был понести расплату за содеянное, и это свершится. Надо лишь дождаться окончания праздника, а там она обязательно ему отомстит, испытывая сейчас одно-единственное желание, — бежать с этой свадьбы, чувствуя себя практически голой в выбранном им для неё откровенном платье.           Едва ли имея хоть какое-то представление о её чувствах и дискомфорте, Сон-хо продолжал беседовать с сестрой капитана, отвлекая внимание старой карги от истинного положения дел и на ходу выдумывая биографию Ми-ны. А там, выдавая себя за лучшего друга её матери, которая в глаза его не видела, отойдя в мир иной задолго до участия дочери в смертельных играх, мужчина поведал ей в двух слова об образе жизни новобрачной, опуская детали, которые могли бы вызвать нескромный интерес.       Перед этим он научил Ми-ну, как той следовало вести себя с женихом и гостями, пристально следя за тем, чтобы её поведение не выходило за рамки, вызывая когнитивный диссонанс у тех, кому он представил её как воспитанную и интеллигентную девушку, вернувшуюся в Корею ради свадьбы.       Сестру Пака, однако, куда больше интересовала информация о её приданом, нежели количестве дипломов, полученных ею якобы за время обучения в США. Женщина чувствовала в словах Командующего подвох, но никак не могла понять, чем именно он был ей навеян. Пытаясь отвести от себя подозрения, Сон-хо назвал ей приблизительную сумму, которая могла накапать за это время на банковский счет девушки из наследства Ильнама. Карге эта сумма показалась неудовлетворительной, о чем она тут же дала знать, утверждая, что «Ен-гиль зарабатывает на рыбалке гораздо больше». Внимательно слушая женщину, Сон-хо лишь молча кивал в ответ, подыскивая удобный момент для совершения «контратаки». И он нашелся.       Ситуация заходила в тупик и ему надо было спасать положение. Пораскинув мозгами и что-то прикинув для себя, спустя время Командующий заявил ей, что собирается в скором времени продать свой электрокар, чтобы взять себе новую машину, — вот эти деньги также должны были согласно его словам пойти в счет приданого невесты, что, конечно же, являлось сущей неправдой, но кто будет это проверять?       Удовлетворившись таким ответом, женщина наконец расправила свою кислую мину, постепенно проникаясь его личностью, однако терпения её хватило ненадолго. И стоило им вновь затронуть тему личности невесты, как к той вернулось прежнее недоверие к Кан Ми-не. Сон-хо изощрялся как мог, неся в ответ ахинею, к которой женщина, на редкость, оказалась восприимчивой, принимая за правду его ложь.       По его словам, Ми-на слишком долго прожила в США, поэтому мало знает местные обычаи. Именно так объяснял он испуганный, туповатый и отнюдь невеселый вид девушки, которая оказавшись в помещение загса, казалось сама не понимала, что происходило вокруг неё и зачем стоит напротив алтаря.       Сон-хо мог лишь догадываться, откуда у сестры Пака была такая придирчивость ко всем деталям личной жизни новобрачной, но угождать этой женщине он не хотел. Не выдержав, мужчина прямо спросил, что её не устраивает, и откуда такая пренебрежительность по отношению к невесте, которой, по его словам, Ен-гль был вполне достоин, учитывая его критический возраст.            — Сами понимаете, как не хочется получить кота в мешке, — в двух словах пояснила женщина, обращаясь к нему. — Лучше сразу перестраховаться, иначе свадьбу придется отменить.       — Кота в мешке? — насмешливо бросил Сон-хо. — Но согласитесь, эта девушка на кота вовсе не походит.       — Вы издеваетесь?! — осадила его собеседница, показывая всем своим видом, что не потерпит над собой подобных издевательств, искренне переживая за судьбу непутевого брата.       Издевки Командующего задевали её за живое. У женщины попросту не укладывалось в голове, как у этого типа хватило наглости говорить с ней подобным тоном, будто она была какой-то малолеткой, а не уважаемой дамой в годах.       Как выяснилось позже, приданое невесты оказалось не единственным, что так сильно беспокоило сестру капитана. Женщина также интересовалась репродуктивной функцией новобрачной, мечтая дождаться от брата племянников. Ен-гиль, согласно её словам, нуждался в здоровом потомстве. Девочки её разумеется не интересовали. Женщина хотела, чтобы у её брата был сын.            — Погодите, а девушка эта часом не беременна?! — указала она на Ми-ну, кидая в её сторону подозрительные взгляды. — Может по этой причине вы так упорно хотите выдать её замуж, чтобы у внебрачного ребенка был отец?       Сон-хо, у которого уже голова шла кругом от всех этих разговоров, в которых могла найти отраду разве что с узким кругозором домохозяйка, лишь развел руками в ответ, разубеждая собеседницу в обратном.       О том, что когда-то у него самого была дочь, он предусмотрительно умолчал, опасаясь, как бы его не сочли «бракоделом». У них на севере подобных мужчин только так и называли. Хотя самому ему, когда он вступал в брак, было решительно наплевать, кто у него будет: дочь или сын, больше, конечно, склоняясь к дочери, чтобы в будущем повелевать на свой лад подкаблучником-зятем, нежели пытаться переломить характер сына, который мог бы стать полной копией его самого. Таким же своенравным и упрямым как он сам. И это могло стать для обоих настоящей проблемой.       — Нет, что вы, — отозвался спустя время Сон-хо, обращаясь к сестре капитана. — Ми-на — девственница высшей пробы, — глумливо добавил он, будто являлся её личным гинекологом.       Проигнорировав сквозившую в его фразе насмешку, женщина воспрянула духом, словно ей удалось избежать беды. Не беременна, уже хорошо. Главное, чтобы не оказалась бесплодной. А это в её глазах было даже хуже, чем если бы новобрачная оказалась не в состоянии осчастливить наследником их «выдающееся» семейство, рассуждая о ней как о племенной кобыле или того хуже, как об инкубаторской несушке, что само по себе звучало довольно оскорбительно.       Как умел, Сон-хо пресекал подобные разговоры, переводя их в иное русло, но давно подсев на своего любимого «конька» в виде жаркой темы, безумную женщину уже было не остановить.       — Хотелось бы в это верить, — пробубнила она, окидывая Ми-ну уже более снисходительным взглядом и вновь поворачиваясь к своему собеседнику. — У Ен-гиля было немало женщин, но все они казались мне неподходящими для брака. Я ему так и говорила, когда он знакомил меня с очередной такой профурсеткой, подцепленной им наверное в каком-то публичном доме. Не хотелось бы разочароваться и в этой девушке.       — Прекрасно вас понимаю, — кивнул мужчина, складывая руки за спиной. — Но в такой жене как она, ваш брат точно не разочаруется.       Тяжело вздохнув, женщина ничего ему не ответила. Между тем, интуиция подсказывала ей, что в этом деле было что-то нечисто, но раз Ен-гиля все устраивало, кто она такая, чтобы мешать семейному счастью брата? На том их спор и завершился. И пропустив из-за болтовни ту часть брачной церемонии, где молодожены обменялись обручальными кольцами, закрепляя свой союз поцелуем, Сон-хо обратил внимание на Ми-ну, когда все закончилось, и гости одним за одним начали покидать зал, торопясь занять свои места в банкетном зале.       Опасаясь, как бы она не ляпнула лишнего и не проговорилась случайно, на каких основаниях выходит замуж за капитана, для общей безопасности Сон-хо наказал ей поменьше открывать свой рот и вообще с кем-либо разговаривать. А если обстоятельства и вынуждали ей это делать, то говорить с акцентом, чтобы хоть как-то походить на уроженку США, лишь базово знавшей корейский. Так что почти поверив в то, что невеста являлась иностранкой, сестра капитана была готова к ней снизойти, сетуя над судьбой несчастной девушки, когда устав терпеть над собой это издевательство, дернув фату, Ми-на вдруг крикнула на весь зал, причем без малейшего акцента:       — Когда все это кончится?       На миг в душе Командующего все похолодело.       В какой-то момент ему показалось, что они разоблачены, и старая карга сейчас устроит грандиозный скандал. К счастью, все обошлось, и беда их миновала. Немного глуховатую на одно ухо сестру капитана в этот момент кто-то отвлек, и не особо расслышав, что именно крикнула невеста, женщина не обратила внимание на её акцент, не сильно отличавшийся от говора местных. Но пусть эта напасть и обошла его стороной, ненадолго потеряв бдительность, Сон-хо оказался не готов к очередной «контратаке». Потому что враг зашел с той стороны, откуда его вовсе не ждали.       — А сами вы как? Свободны или у вас имеется спутница жизни? — неожиданно обратилась к нему сестра капитана, в изумлении приподнимая бровь.       Посчитав тему разговора о браке брата исчерпанной, она обратила свой взор уже на самого Командующего, вспомнив о судьбе своей неустроенной подруги Чхве Ми-ран.       — А зачем вы спрашиваете? — уточнил Сон-хо, почувствовав в воздухе очередную засаду, однако направленную в этот раз уже конкретно против него самого.       — Как зачем? У вас «товар», у нас — купец, — улыбнулась женщина, будучи не прочь выдать подругу замуж за достойного (после Ен-гиля разумеется) мужчину. И Чхве Сон-хо, по её мнению, вполне годился для Ми-ран, пусть сами они пока была не в курсе истинного рода деятельности этого афериста, равно как и всех нюансов его нынешнего семейного статуса.       «Я — товар?» — ужаснулся Сон-хо, принимая решение бежать с этой свадьбы задолго до завершения праздника, пока ему тоже кого-то не сосватали, навязывая невнятную невесту.       Он ничего не знал об этой Ми-ран, и был бы рад не знать о ней ничего столько же лет ещё. Но сестра капитана оставалась непреклонной, быстро раскусив, что у него не было жены, а если таковая и имелась, то он давно с ней развелся, не рискуя больше вступать в брак.       Утрачивать такой шанс не хотелось. И стремясь хоть как-то реабилитироваться в глазах подруги, которой обещан был Ен-гиль, да не срослось, женщина с прежней силой принялась наседать на Командующего с расспросами о личной жизни, давно заметив отсутствие у него обручального кольца. А незамужних подруг возрастной категории за тридцать у неё хватало.       Не желая больше продолжать разговор на эту тему, Сон-хо ретировался, но у этой дамы были на него другие планы. Навязывая ему знакомство с Ми-ран, женщина характеризовала её в исключительно позитивном ключе. Её подруга была и «умницей» во всех смыслах, и «хорошо готовила», а уж о её чистоплотности и покладистом нраве можно было слагать легенды.       Пропуская мимо ушей её слова, мужчина отказывался вестись на «рекламу» невесты, потихоньку сдавая назад и растворяясь где-то среди гостей. Такой же тактики поведения он придерживался и во время посиделок в банкетном зале, лишь единожды подойдя к бывшему коллеге, чтобы поздравить его с успешным браком.       Заглушая волнение выпивкой, капитан Пак рассеянно слушал поздравления гостей, слегка кивая в ответ головой. Его малость испорченное настроение несколько улучшилось при виде расставленных на столах яств, украшенного помещения, а также улыбок родственников. В особенности хорошо повлияли на него ободряющие слова сестры об обретенном семейном счастье, после которых ещё раз опрокинув пару стаканчиков с выпивкой, мужчина почувствовал себя самым счастливым человеком на свете.       Иначе ощущала себя Ми-на, так и не притронувшись за это время ни к одному из блюд. Зато нажимала на выпивке, что было ей обычно несвойственно. Словно пытаясь заглушить снедавшую её душу тревогу, девушка не пропускала ни одного тоста, заливаясь алкоголем так, что это даже стало бросаться в глаза сидевшей ближе всех к ней сестре капитана. Осуждающий взгляд женщины говорил сам за себя, но самой невесте было на все наплевать.

***

Мне бы хотелось уйти

В моменте с твоих глаз долой

Я сам по себе нелюдим

Дай мне уехать домой

Да здравствует новая жизнь!

С оттенками прошлых изъян

Столько дорог позади,

Сколько ещё будет ран?

TRITIA, Три дня дождя — После меня

      Этим вечером Ми-на преследовало только одну цель — напиться и забыться, а какое впечатление производила она на окружающих своим поведением, и какого мнения будут о нем родственники её новоиспеченного мужа, девушку особо не беспокоило.       Вокруг царила оживленная обстановка, но она не испытывала радости. И хотя на этой свадьбе она была главным действующим лицом, Ми-на чувствовала себя здесь чужой, топя досаду в алкоголе так, словно старалась перещеголять в этом собственного супруга.       Дело свершилось, она стала женой капитана Пака, как того хотел Сон-хо, преследуя цель отобрать у неё часть наследства Ильнама, теперь было самое время отметить начало очередного жизненного этапа, главное отличие которого заключалось в том, что после окончания праздника она поедет домой не к Командующему, привычно запираясь в строго отведенных для неё покоях, а в хибару мужа, молясь, чтобы та не развалилась к весне после переменчивых зим и богатую на осадки мартовскую оттепель.       Так, будучи поглощенной собственными мыслями, Ми-на не сразу обнаружила, что стала объектом внимания того самого юноши, который пялился на ней ещё в загсе.       Единственный, кто был младше её по возрасту, не решаясь к ней открыто подкатить. А теперь, когда в крови юноши играл алкоголь, а состояние невесты оставляло желать лучшего, «рыцарь» решил попытать счастья, покидая насиженное место за столом и занимая свободное, лишь бы стать к ней ближе.       Капитана поблизости не было. Общаясь то с одним своим приятелем, то с другим, непрестанно отвечая на поздравления соседей и просто знакомых, мужчина никак не мог вернуться к столу, чтобы вновь составить компанию своей суженой, потому пользуясь моментом его отсутствием, юноша то и дело пытался привлечь внимание Ми-ны, адресовав ей напоследок свое предложение сомнительного характера:       — Когда твой престарелый муж надерется к концу вечера так, что будет не в состоянии выполнить супружеский долг, ты всегда можешь обратиться за помощью ко мне.       Вздрогнув от этих слов, Ми-на повернула к нему свою голову, перехватывая осоловевший взгляд наглого незнакомца.       — Чем смогу, тем «помогу», сделав так, чтобы в эту ночь ты не скучала, — закончил юноша в надежде на взаимность.       Широко улыбнувшись, Ми-на едва удержалась, чтобы не послать его куда подальше. Да что вообще возомнил о себе этот щенок, предлагая ей подобное? Позорить своего мужа, когда сама была опозорена этим браком дальше некуда, она разумеется не собиралась. На что вообще рассчитывает этот наивный юноша, перебрав с вином? Что она так просто клюнет на него, рискуя собственной репутацией? Как бы не так! Он вообще был не в её вкусе, а что касается брачной ночи, так она и не собиралась спать с капитаном, только знать ему об этом было необязательно.       Поддавшись шквалу нахлынувших на неё эмоций, Ми-на собиралась смешать этого паренька с грязью, отправляя по адресу, но, к счастью, на горизонте показался сам капитан Пак. И будучи вынужденный оставить её в покое, юноша вернулся на свое место, больше не оборачиваясь в сторону невесты, с которой пытался заговорить в стельку пьяный супруг.       Все изменилось, когда настало время конкурсов. Взяв на себя роль ведущего, Гон-ю носился по залу, вытаскивая из-за столов добровольцев для формирования команд. Переборщив с алкоголем, Ми-на рассеянно следила за происходящим, внимая каждому слову бывшего Вербовщика.       Сами конкурсы, а также развернувшаяся вокруг них суета здорово отвлекали молодую девушку от мыслей от предстоящей брачной ночи. Настроение захмелевших гостей довольно быстро передалось и ей самой, и не на шутку увлекшись атмосферой праздника, она была тоже не против повеселиться, лишь бы не сидеть на протяжении вечера в компании мужа, чей угрюмый вид начинал действовать ей на нервы. Когда Гон-ю, словно прочитав на расстоянии её мысли, повернулся в сторону невесты, приглашая занять место рядом с остальными участниками.       В иное время Ми-на не рискнула бы так позориться среди малознакомых ей людей. Однако алкоголь уже начал действовать на неё, заглушая впечатление о собственной свадьбе, и, не в состоянии сдержать свой порыв, она с энтузиазмом приняла предложение ведущего, покидая свое место и становясь в центр зала.       Ей было наплевать, в каких конкурсах придется принимать участие, и насколько пошлыми они будут. Она хотела развлекаться и петь караоке, наплевав на то, как это будет выглядеть со стороны.       Опомнилась Ми-на лишь тогда, когда Гон-ю дал задание участникам поделиться на команды, и она с ужасом обнаружила, кто к ней никто не идет, а вокруг Ен-гиля, которого Вербовщик также вскорости вытащил из-за стола, чтобы посоревноваться против молодой супруги, образовалась целая толпа желающих.       В основном то были его подвыпившие друзья из числа пожилых мужчин. Такие же заядлые рыбаки в прошлом как и он сам.       На какое-то мгновение Ми-ну охватило чувство дежавю. Будто она снова попала на смертельные игры, где для общей выживаемости ей надо было в считанные секунды собрать вокруг себя команду, либо присоединиться к чужой. Все это она уже проходила. Во время игры «Шестиногий пентатлон», чудом успев сформировать команду для прохождения испытаний. Интересно, как сильно повезет ей в этот раз?!       Однако соизволив единожды задуматься о том, через что ей пришлось пройти на острове и чего стоила ей полученная иллюзорная свобода, как она оказалась не в состоянии переключиться на что другое, и с головой окунаясь в ужасные воспоминания.       Сформированная вокруг капитана Пака команда уже выбирала песню, которую эти люди собирались исполнить, чтобы обойти соперника, а она все ещё оставалась одна, чувствуя себя немного странновато на этом празднике, где отсутствовали её родные, друзья и знакомые. Неудивительно, что к ней никто не подходил, отдавая предпочтение жениху. И чем дольше тянулось это ожидание, тем хуже становилось на душе девушки, повторно потерявшей в себе уверенность.       Преодолев первую волну легкой паники, Ми-на зачем-то ещё раз окинула растерянным взглядом остальных гостей, не до конца отдавая отчет своим действиям. И когда ей показалось, что с караоке её несуществующей команде похоже придется завязать, поскольку ни один из присутствующих не изъявил желания к ней присоединиться, Ми-на немало удивилась, ощутив поблизости чье-то неуловимое присутствие. Обернувшись, девушка увидела перед собой Сон-хо, на чью поддержку в столь тягостный момент она рассчитывала как раз меньше всего.       На мгновение ей показалось, что это была очередная его злая шутка, устроенная им с целью вновь над ней поглумиться, но мужчина не шутил, вызвавшись ей помочь и тем самым предотвратить позор. А чтобы слова не расходились с делом, действуя смело и решительно, (чего не хватило самой невесте), он вытащил из-за стола ещё парочку друзей капитана, вынуждая тех тоже стать частью их только что сформированной с Ми-ной команды.       У новобрачной моментально отлегло от сердца, и в который раз испытывая к нему чувство благодарности, она ещё долго не могла подобрать слов, чтобы охарактеризовать его удивительный поступок. Ми-на знала, как сильно не любил этот человек шумихи, включая похабные конкурсы, караоке и прочее, и все же он пошел на этот шаг, в который раз делая для неё одолжение. Гон-ю поступку коллеги обрадовался больше всех, оставляя его команде считанные секунды на выбор песни.       Удалившись из зала под предлогом перекура, Сон-хо покидал помещение, лишь бы не принимать участия в этих дурацких конкурсах, которые он всегда обходил стороной даже на корпоративах руководства острова. А уж о свадьбах вообще молчал, едва помня подробности собственной. Однако же, когда он вернулся обратно, бросая безучастный взгляд на зал, его сердце сжалось от увиденной картины.       Застывшая посреди зала одинокая и растерянная Ми-на не оставила мужчину равнодушным, и понимая, что он до сих пор нес за неё ответственность, бросая прочь недокуренную сигарету, Сон-хо направился к новобрачной, спасая её от позора и тем самым выравнивая положение её команды по отношению к соперникам.       Все-таки как бы ни он сторонился этой девушки, высмеивая порой ход её наивных рассуждений, увиденная им в тот вечер картина поразила мужчину до глубины души. В ней было что-то трогательное и такое, что не могло оставить его равнодушным.       Лишенная всякой поддержки, Ми-на стояла в зале совсем одна, чувствуя себя одинокой. Для этих людей она была чужой, равно как и они для неё. В этом Сон-хо был уверен на сто процентов, бросаясь ей на выручку. Вовлекаясь в новую игру, Ми-на старалась не представлять, чем бы все закончилось, не вмешайся Командующий в ситуацию и не поверни её на свой лад. Скорее всего она бы окончательно опозорилась перед родственниками капитана, не в состоянии смотреть ему в глаза после окончания вечера. Теперь проблема была исправлена и о дальнейшем она могла не переживать, обмениваясь взглядами с Сон-хо, чей смысл был понятен только им двоим.       Дальше — больше. Увидев, что за песня им досталась, он выручил Ми-ну в очередной раз, взяв на себя ответственность за исполнением куплетов с самыми похабными строчками, а ей оставив те, где ещё сохранялся намек на целомудрие. А чтобы новобрачная не надрывала себе голос, забрал даже женские партии, которые не каждый мужчина был в состоянии осилить, исполняя их на должном уровне.       Сказать, что Ми-на была удивлена его поступку, значит ничего не сказать. Уровень её эйфории достиг своего пика, когда она поняла, что их команда выиграла и теперь они могли рассчитывать на приз. Больше всего поразил её сам факт того, что в этот раз «шевелить» команду пришлось не ей самой, а за неё это делал другой человек, полностью беря на себя её управление. Только тогда Ми-на почувствовала себе на миг счастливой, бросая вскоре букет в толпу.       Его поймал Гон-ю, перехватывая цветы в полете и с радостной улыбкой падая на пол, где на него тут же налетели со всех сторон незамужние девицы, пытаясь вырвать из рук бывшего Вербовщика букет. Однако хватка мужчины оказалась настолько крепкой, что отобрать у него эти цветы назад было невозможно. То ли подшутив так над этими девушками, то ли он действительно хотел повторить «подвиг» капитана, чтобы тоже порвать с холостяцкой жизнью, Гон-ю не переставал удивлять коллег.        Под шум этой суматохи Сон-хо покинул зал, кидая в сторону Вербовщика негодующий взгляд. Поступок Гон-ю не укладывался у мужчины в голове, однако посчитав, что возможно брак у его коллеги получится куда более удачным, чем когда-то у него самого, он пожелал ему мысленно счастья. Больше всего Командующий торопился покинуть сие торжество, пока его не хватилась сестра капитана, вновь навязывая ему знакомство со своей незамужней подругой.       О том, чтобы толково проститься с Ен-гилем и его новоиспечённой женой не могло быть и речи. В этот раз Сон-хо решил уйти «по-английски», и лишняя суматоха была ему не нужна.          Когда все стихло и часть гостей стали расходиться по домам, постепенно покидая банкетный зал, а подле капитана Пака остались лишь самые приближенные к нему люди, Ми-на испытала ощущение заброшенности, смешанного с чувством постепенно нарастающей паники. Последняя быстро сменила чувство эйфории, стоило ей заметить, что Командующего больше нет и она снова осталась одна. Это был тот самый момент, которого она боялась всей душей, не веря, что ей придется пережить ещё одно расставание.       Обдумав повторно свое положение, Ми-на ещё раз оглянулась по сторонам, выискивая среди гостей Сон-хо, однако так нигде его не обнаружив, бросилась на улицу, надеясь застать мужчину на месте.       В какой-то момент паника достигла своего пика, накрывая её с головой, и почувствовав себя котом, которого бросили на обочине дороги вместе с лежаком, лотком и прочим, девушка металась по пустынным коридорам здания подобно ужаленной, суматошно разыскивая своего «хозяина», однако нигде его не находя.       Сбивая всех на своем пути, Ми-на заглядывала то в одно помещение, то в другое, пока её не понесло на парковку. Кто знает, быть может, Сон-хо ещё не уехал, и встретив его там, она получала шанс объясниться с этим человеком и обо всем с ним поговорить.       Правда, о чем именно она собиралась с ним разговаривать она, Ми-на точно не знала, однако испытывая острую необходимость вновь увидеться с Командующим, ради этой цели она была готова убрать со своего пути любое препятствие, включая капитана Пака, которому досталось бы от неё по полной программе, рискни он броситься следом за ней. Алкоголь ещё играл в её крови, заглушая боль, но будучи далекой от того, чтобы принимать рациональные решения, Ми-на действовала по наитию, не особо переживая о последствиях.       Очутившись во внутреннем дворе, она прошлась вдоль аллеи, однако так никого там не обнаружив, ринулась к той части, где находились гаражи.       Отбросив в сторону принципы, Ми-на забыла на миг о своей роле и том, что сейчас ей надобно держаться собственного мужа, а не искать того, кому всегда было на неё наплевать. Одолжение он сделал ей только во время конкурса, спасая не сколько её, сколько собственную репутацию от позора. И перестав вскоре обращать внимание на странно косившихся на неё прохожих, Ми-на вновь повернула к зданию, сворачивая к самой безлюдной её части, где после безуспешных поисков ей улыбнулась наконец удача.       Проверяя машину, Сон-хо не торопился уезжать, и когда он, удостоверившись, что с его транспортом было все в порядке, открывал дверь, чтобы сесть в салон, Ми-на была уже тут как тут, теряя под влиянием алкоголя последние остатки робости, которые порой охватывали её во время общения с этим человеком.       Еле слышно чертыхнувшись при звуке голоса девушки, которую он меньше всего рассчитывал здесь увидеть, Командующий резко к ней повернулся, с размаху захлопывая дверь авто.       Ему снова помешали и этого он ей простить уже не мог, стараясь контролировать эмоции. А поторопись он с проверкой, то сейчас возможно был бы избавлен от необходимости последнего объяснения с той, которую в своем письме к нему Ин-хо предлагал выдать замуж, если она сама придется ему не по вкусу.       Теперь этот момент наступил, однако радости он Сон-хо не добавлял. Наоборот, испытывая потребность резать по живому, пока он окончательно не привязался к этой девушке, которой в какой-то момент стало слишком много в его жизни, мужчина принял решение избавиться от неё, пока это не переросло в зависимость. В противном случае подобное расставание могло нанести непоправимый урон обеим сторонам. А этого ему хотелось как раз меньше всего, порядочно натерпевшись за время сожительства с Но-ыль. Одна лишь Ми-на так не считала, нуждаясь в его поддержке.       — Погодите! Стойте! Вы не можете меня здесь оставить! — крикнула она, останавливаясь перед ним и тяжело дыша после быстрой ходьбы. — Заберите меня с собой!..       Её уложенные волосы растрепались, фата сползла набок, а платье, на чей подол нацеплялась влажная газонная трава, производило тягостное впечатление. Не лучше выглядели и её белые свадебные туфли, купленные, правда, за счет уже самой сестры капитана. Затравленный же взгляд девушки и вовсе оставлял желать лучшего.       Встреть он её такой, какой Ми-на была сейчас, то точно бы принял её за бродяжку, лишь облаченную в наряд невесты, но не являющейся таковой. Никогда ещё она не выглядела на его памяти настолько жалкой, как ныне. Даже в облике той девушки, которую он встретил случайно на остановке во время её побега было куда больше уверенности в себе, чем сейчас.       Нынче от той прежней Ми-ны осталось лишь воспоминание. Сон-хо, казалось, сам был в шоке от подобной перемены, не находя ей объяснения, однако менять своего решения касательно её судьбы мужчина не собирался, о чем четко дал ей понять, делая шаг назад ради сохранения дистанции.       — Извини, но с этой минуты я больше не имею над тобой власти, — спокойно проронил он, не глядя на неё. — У тебя есть муж, теперь он должен присматривать за тобой, а мне пора. Спокойной ночи. Надеюсь, эта брачная ночь тебе запомнится, — вздохнув, с чувством выполненного долга мужчина повернулся к своей машине, собираясь покинуть данную местность, когда образовавшуюся после его речи тишину прорезал истошный крик самой Ми-ны.       — Нет! — закричала она, вновь поддаваясь необъяснимой панике. Это было уже второй раз, когда её покидал мужчина, пусть их пока ничего не связывало между собой. — Вы дали слово Ин-хо за мной присмотреть, а теперь оставляете меня какому-то капитану? Да я знать его не знаю! Разве вам не стыдно так со мной поступать?! — не удержавшись, Ми-на вцепилась в рукава его белой рубашки, и судя по сверкнувшего в глазах Командующего неодобрительному огоньку, ему это не сильно понравилось.       — Успокойся, ты теперь чужая жена, поэтому веди себя соответственно, — стараясь держать себя в руках, еле слышно проронил Сон-хо, надменно косясь на её пальцы, впивавшиеся в ткань его рубашки. — На нас смотрят люди. Подумай, как будут выглядеть со стороны твои приставания к постороннему мужчине.       Этих жутких, но до боли правдивых слов оказалось для Ми-ны достаточно, чтобы немного унять собственный пыл и наконец оставить его одежду в покое. Заметив, что ему удалось немного вразумить девушку, Сон-хо слегка улыбнулся:       — Я уже ничего не смогу поделать, но рушить твою семейную жизнь не хочу. Ен-гиль — хороший человек, и ты будешь с ним счастлива. Он давно хотел обзавестись семьей, так что не огорчай его и будь послушной женой.       «Послушной?» Вздрогнув от его слов, Ми-на посмотрела на мужчину как на врага народа.       Где-то она уже их слышала, не в состоянии пока вспомнить ни место, ни человека, который ей это говорил. Однако данного факта оказалось сполна, чтобы её отчаянный настрой в доли секунды сменился гневом от осознания обрушившейся на неё несправедливости. И только теперь осознавав, что этот циничный человек не шутил, отказываясь забирать её с этой свадьбы, она дала волю эмоциям, корча при этом злобное лицо и ударяя ногой по его машине. Словно лопнул в одночасье натянутый до предела узел и ей больше не было нужды строить из себя кроткое создание.        — Блять! Падла! Какого ты со мной так поступаешь, словно я твоя шавка, которую можно продать за ненадобностью какому-то старику! — кричала Ми-на, не выбирая особо выражений. — Что я сделала тебе, что ты пытаешься от меня избавиться?!       Ничего не ответив, Сон-хо сел в авто, захлопывая дверь прямо у неё перед носом и тут же включая двигатель. Её слова едва ли задевали его за живое, тем более большую их часть он все равно не расслышал из-за гула мотора, собираясь покинуть парковку. Жалел ли Сон-хо о своем поступке? Возможно. Но сейчас ему не хотелось акцентировать на этом внимание.       Командующему пока было сложно понять, что он испытывал к этой девушке и насколько сильно был к ней привязан, наслаждаясь в глубине души её отчаянием. И даже испытывая какое-то внутреннее освобождение от соблазна, воплощенного в облике Ми-ны, чье постоянное мельтешение перед его глазами пробуждало в нем темные мысли, избавиться от которых порой было непросто.       Её брак с капитаном мог стать выходом из сложившейся ситуации, и начав действовать, пока не стало слишком поздно, Сон-хо никак не ожидал, что она поведет себя подобным образом, разнося в пух и прах все, что он сделал для неё, а теперь ещё и позоря его перед людьми своей пьяной выходкой. Мало ли что те могли о них подумать, увидев, с кем беседует невеста.       Неготовая так быстро избавляться от его компании и прекрасно понимая, что если упустит его сейчас, то возможно навсегда потеряет шанс повлиять на этого мужчину и заставить его изменить свое решение, Ми-на сорвала с себя фату, швыряя её куда-то на обочину. Пользуясь моментом, пока внимание девушки было отвлечено от его личности, Сон-хо покинул парковку, поворачивая авто в сторону ворот. Обернувшись на этот звук, Ми-на бросилась за его машиной, однако догнать её не смогла, спотыкаясь в темноте о какую-то корягу и тут же падая на асфальт.       — Вот же ж сука! — выматерилась девушка, хватаясь за свое разбитое колено и закусывая от боли губу.       На её глазах выступили слезы, портя дорогой макияж, но будучи занята совсем другим, Ми-на едва ли обращала на это внимание, оставшись со своими страданиями наедине. Очень скоро физическая боль превзошла моральную, и уделив больше внимания именно первому аспекту, она оказалась всецело поглощенной полученной травмой, забив на внутренние переживания. Сон-хо её бросил, и она должна была с этим смириться, выстраивая новое будущее, без него.       Но едва первый шок от пронзившей её колено боли прошел, осмотревшись по сторонам, Ми-на нащупала поблизости какой-то камень и все ещё чувствуя себя оскорбленной чужим предательством, швырнула его в сторону проезжавшей мимо машины Командующего, мечтая повредить её бампер.       Ей хотелось насолить этому человеку так, чтобы он испытал часть той боли, которую переживала она сама, оказавшись брошенной на произвол судьбы. Мало того, что выдал её замуж за какого-то старикашку, так теперь ещё и завладел её личным счетом, к которому она не имела доступа, лишенная средств к существованию, кроме тех, что успела сняла с собственного аккаунта по вебкаму.       Ми-на хотела наказать Сон-хо, сделать его уязвимым и испортить ему имущество, но у неё ничего не получилось. Пока она искала, чем повредить его машину, тот отъехал от девушки на приличное расстояние, и брошенный вдогонку камень не достал до бампера электрокара; соответственно он не причинил ему никакого вреда.       Это стало для Ми-ны последней каплей. И увидев, что её способы не работают, и что бы она ни сделала, все восставало против неё самой, а ему ничего от этого не было, разочаровавшись в себе окончательно, девушка вновь свалилась на асфальт и горько зарыдала, пряча в ладонях свое лицо. Теперь её окружал только тихий декабрьский вечер, и никому не было дела до рыдающей навзрыд девушки на парковке.       По факту она оказалась зависима от своего нынешнего мужа — капитана Пака, и тот мог сделать с ней за непослушание что угодно. От одной мысли, что с этим мужчиной ей предстоит не просто провести брачную ночь, но ещё и жить с ним в дальнейшем как одна семья, Ми-ну бросало в дрожь, однако сбегать от него сейчас она пока не видела смысла.       Никому на этом свете она была не нужна. И никто нигде её не ждал. Все, что ей оставалось, так это переждав ночь в его доме, думать, что делать дальше: подавать на развод, либо оставив все как есть, сбежать от него через пару в такой город, где бы он никогда её не нашел. Капитан Пак — не Командующий, — вряд ли он будет искать её с такой настойчивостью, как это делал Сон-хо в отношении Но-ыль. Но жить с ним в качестве супруги она точно не будет. Все решено. Старик мог на это не рассчитывать, хвастаясь на протяжении вечера гостям, как повезло ему с невестой.       Немного успокоившись, Ми-на вытерла свои слезы, и только сейчас обнаружив, какой жалкий вид у неё был, ужаснулась, почувствовав позади какое-то движение. Как будто к ней кто-то подошел, но какие намерения были у этого человека: плохие или хорошие, она пока не знала, предпринимая безуспешную попытку подняться с земли.       Её предчувствия сбылись. Потому что стоило ей обернуться на звук чьей-то неровной поступи, как она увидела перед собой капитана Пака, с ужасом осознавая, что все это время мужчина находился поблизости, став невольным свидетелем её скандальной сцены с Сон-хо. Коллеги, о котором он возможно был лучшего мнения, пока не увидел это.       Данная сцену ему не понравилась, а слезы молодой супруги добили капитана окончательно. Больше стоять в стороне и отмалчиваться он не мог, рискуя обнаружить свое местоположение, что в конечном счете и произошло, когда он вышел навстречу Ми-не, стараясь оказать ей помощь и отвлечь от мыслей о покинувшем её Сон-хо.       В два счета оказавшись напротив девушки, он помог ей подняться с земли, с задумчивым видом протягивая ей ладонь. Неохотно ведясь на непрошенную помощь, Ми-на была готова провалиться сквозь землю от стыда, осознавая, что этот человек мог все видеть, усомнившись в её кротком нраве.       Она не хотела иметь с ним никаких дел, но чувствуя себя совсем обессиленной после несостоявшегося разговора с Командующим, Ми-на приняла его помощь, стряхивая с платья остатки грязи и убирая ладонь с травмированного колена. Ей не хотелось выглядеть жалкой ещё и перед ним. Тем более капитан не должен был видеть её слез, но уже было поздно. Глаза мужчины увидели многое и даже сверх того, о чем Ми-на даже не подозревала, прикрывая свободной рукой декольте.       — Успокойся, девочка, ты ему не нужна, — неуверенно отозвался подвыпивший Пак Ен-гиль, обращаясь к ежеминутно всхлипывающей девушке. — Не знаю, что вас связывало друг с другом, но теперь я твой муж, и с этой поры ты должна забыть о существовании других мужчин. Тем более Сон-хо — мой бывший коллега, и мне не хотелось бы ссориться с ним из-за женщины.       Держась так, будто ей не было никакого дела до этого человека, мнившего себя её супругом, Ми-на находилась в прострации, едва слушая его. Ей все было в тягость: собственное состояние и присутствие капитана. А больше всего удручал её несносный поступок Сон-хо, от которого она меньше всего ожидала подобного подвоха, не сразу найдя в себе силы оправиться после удара. Именно так расценивала Ми-на собственную свадьбу, оказавшись наедине с человеком, с которым её ничего не связывало. Она просто хотела, чтобы её оставили в покое, однако Пак преследовал иную цель, давно соскучившись по её обществу.       — Хватит по нему так убиваться, — добавил капитан, пытаясь успокоить свою молодую супругу. — Он недостоин твоих слез. Сон-хо — не тот человек, из-за которого следует надрывать свое сердце.       Подняв на него глаза, Ми-на нервно усмехнулась. Он спятил? О чем вообще говорит этот старый пень, ревностно следя за каждым её шагом?! Неужели вправду считает, что она была любовницей Командующего, а теперь убивается за ним по причине разрыва? Наивнее версии не придумаешь, но в этом был весь капитан.       — Я никогда с ним не спала. Он мне никто, — отрезала Ми-на, заметно отрываясь от супруга.       — А по тебе этого не скажешь, — возразил Пак, провожая девушку настойчивым взглядом. — Ты переживаешь из-за него так, будто он многое значил для тебя, а сейчас ему похоже вправду нет до тебя дела, иначе вряд ли бы он стал в срочном порядке подыскивать тебе мужа. Так что я, можно сказать, сделал для него одолжение, взяв тебя в жены. Ты должна быть мне за это благодарна.       Его нелепое замечание сильно било по самооценке немало пережившей девушки, но она продолжала держаться вопреки всему, понимая, что сейчас не время и не место закатывать очередную истерику, давая старт их первой семейной ссоре.       Возмущению Ми-ны не было границ. Да кто он, в конце концов, такой, чтобы её судить и давать ей советы?! И вообще, кто дал ему право так о ней отзываться? Резко повернувшись к капитану, Ми-на смерила его ненавидящим взглядом, больше не собираясь прикидывать той, кем никогда не была.       — По-моему, я вам сказала, что никогда не спала с Сон-хо! Зачем вы снова приплетаете эту историю? Мы с ним не любовники и никогда ими не были! Так что не выдумывайте того, чего нет!       — Если бы это действительно было так, как ты говоришь, то сейчас ты бы искала моего общества, а не общества моего коллеги. Значит он все ещё тебе дорог, поэтому хватит отрицать правду! — Капитан Пак был непреклонен, стараясь поставить на место супругу. Он не хотел, чтобы между ними остались какие-то недомолвки, и их семейная жизнь начиналась с обмана.       Еле слышно вздохнув, Ми-на вновь дала волю эмоциям, падая на самое дно своих гнетущих мыслей. Сколько ещё ей придется выслушивать в свой адрес оскорбления? Неужели до него не доходит, что ей тягостно слушать эти обвинения, и он должен попросту закрыть свой рот?! Что не так она ему объясняет?! Хотя возможно капитан был просто пьян, поэтому все её попытки его вразумить и хоть что-то объяснить этому мужчине, так и будут натыкаться на непонимание.       — Пойдем, — еле слышно произнес Пак, кивая в сторону парковки, где стояло его старенькое, под стать своем хозяину, потрепанное авто. — Ты порядочно устала, да и я сейчас не в лучшем состоянии. Нам пора ехать домой и немного отдохнуть. По правде сказать, свадьба вышла утомительной. Я едва дождался её окончания, все время представляя, как засыпаю на плече своей молодой супруги…       Только сейчас осознав, к чему он клонил, многозначительно при этом улыбаясь, Ми-на ощутила, как в её душу заползает неприятное чувство, опутывая все внутри липким страхом.       Спустя полчаса они останутся вдвоем, затем переместятся в спальню, а дальше могло произойти все, что угодно. Унизительные картины того, через что ей претило проходить, промелькнули на миг перед глазами девушки, вызывая смутный ужас.       Действительно, теперь она была женой этого человека, значит не имела права отказать ему в исполнении супружеских обязанностей, однако давая свое согласие на брак, о данной стороне совместной жизни Ми-на никогда не задумывалась, искренне жалея теперь о собственном легкомыслии. Точнее догадывалась, что будущий супруг был вправе потребовать от неё что-то подобное, но уверенная, что капитан откажется с ней спать в силу возраста, поняла, как ошибалась на этот счет, недооценив рвения мужчины.       А ведь она намекала на это Сон-хо, посоветовавшего ей найти себе любовника. Только где она его найдет?       Не вызывающие отвращения мужчины были редкостью, а уж после жизни с Фронтменом она шарахалась теперь от каждого мало-мальски приличного парня, чувствуя омерзение от одного лишь прикосновения малознакомых лиц. Исключение наверное мог составить только сам Сон-хо, но и он порой так грозно смотрел на неё, словно наяву читая её мысли, что своим любовником Ми-на его точно не видела, снова и снова хватаясь в таких случаях за канцелярский нож.       От одной мысли, что ей придется лечь в постель с капитаном Паком, девушке становилось не по себе, однако повлиять на ситуацию она не могла. Конечно, она не позволит ему к ней прикоснуться, но как долго сможет она сопротивляться мужчине, пока тот не совершит над ней насилие, устав терпеть её непростой нрав?       Хватит ли у неё сил убить капитана, если все зайдет слишком далеко? Либо он первым оставит её в покое, когда поймет, что ему ничего не светит, как бы ни намекал ей на интимную связь?!       Ми-не страшно было подумать о том, что могло последовать позже, когда этот человек поймет, что никакой брачной ночи не будет и она этого не допустит, но как бы не сложилась её дальнейшая судьба, она все же позволила ему увести себя под сень крытой парковки, хватаясь пальцами за шершавую ладонь капитана.