становлюсь к тебе ближе ||
7 февраля 2026 г., 21:16
Поход по мебельному магазину для Но-ыль и Джун-хо оказался удачным. Быстро подобрав кровать, Джун-хо рассчитался на кассе за свое новое приобретение, и дав общие указания персоналу по погрузке мебели, вскоре отправился со своей спутницей домой, ожидая доставку. Спустя время ценный груз прибыл на место, и через каких-то полчаса собранная кровать стояла в комнате Хвана, предварительно избавленная от старой тахты, которая так сильно раздражала когда-то Но-ыль.
Для матери же Джун-хо подобное приобретение стало настоящим «сюрпризом». Идею перестановки в его комнате женщина восприняла с недоверием, и как все пожилые люди, до жути боявшиеся перемен, с решением сына преобразить свой уголок она примирилась не сразу, продолжая втайне злиться на него за то, что он убрал с глаз долой все награды Ин-хо.
Присутствие в доме Но-ыль она воспринимала нейтрально. Не особо радовалась, помня, каким образом очутилась у них эта девушка, но и не держа на неё зла по причине неосторожности сына. Поначалу пребывание в их доме постороннего человека несколько тяготило женщину, но начав постепенно привыкать к Но-ыль, она все реже задумывалась о том, когда съедет от них стражница, изредка помогая ей по хозяйству.
Немногословность и тихий нрав девушки нисколько не раздражали Маль-сун. Наоборот, во многом способствовали установлению между ними более прочной связи. И там, где нелюдимый характер стражницы становился проблемой для тех, кто не представлял своей жизни без болтовни, для матери Джун-хо, сосредоточенной в основном на собственных мыслях, её замкнутость стала настоящим спасением. Но-ыль говорила всегда четко и по делу. Как Ин-хо. И это в ней женщине нравилось больше всего, утоляя её тоску по пасынку, чей характер также оставлял желать лучшего.
Командующий, например, вообще не замечал никаких отрицательных черт в своей подчиненной, когда та была ещё гвардейцем на острове. Его немного напрягала склонность Но-ыль депрессировать на ровном, как ему казалось, месте, но на все остальное он предпочитал закрывать глаза, делая ставку на другие её качества. На общую же нелюдимость девушки мужчине было наплевать.
Любитель порассуждать вслух, вызывая её в свой кабинет, Чхве Сон-хо никогда не ждал от подчиненной слишком много словесных реплик, наслаждаясь собственным ораторством. Нуждаясь в постороннем внимании, он просто хотел, чтобы его слушали, изредка поглядывая на сидевшую напротив него за столом девушку.
От Но-ыль, зачастую погруженной в свои собственные мысли, которые казались ей намного интереснее того, что говорил Командующий, требовалось лишь время от времени поддакивать ему, создавая видимость вовлеченности в разговор. И находясь весь на волне собственного красноречия, мужчина порой не замечал, насколько далека она была от него в такие моменты, вечно оказываясь застигнутой врасплох, когда не могла ответить на какой-то из его вопросов, о котором он недавно дискутировал, интересуясь теперь её собственным мнением.
С матерью же Джун-хо у неё ничего подобного не происходило. Не любительница много говорить, женщина была рада послушать красноречивых личностей, и если поблизости не оказывалось болтавшего Джун-хо, тогда их бытовые занятия, будь то уборка или готовка, проходили в молчании. Где каждый, сконцентрировавшись на собственных мыслях, думал о своем, мало заботясь о том, что творилось в голове собеседника.
Исключение составляло обсуждение животрепещущих тем, одна из которых у пожилой женщины была посвящена жизни Ин-хо. О своем пасынке, его жене и в целом их жизни она могла говорить часами, изменяя привычной молчаливости. И стоило Но-ыль затронуть эту тему, даже не догадываясь, с какой целью её расспрашивали об Ин-хо, женщина пускалась во всем тяжкие, по десять раз обмусоливая одно и то же, и лишь изредка добавляя в сказанное новые детали.
В остальном все оставалось неизменным. Из-за чего Но-ыль, мало знавшая о прошлом бывшего Фронтмена, спустя время была в курсе его биографии, искренне жалея его жену, но забывая при этом, что её собственная жизнь была также далека от идеала.
В целом Но-ыль пришлась женщине по душе. Главным образом, потому что стражница никогда не задавала лишних вопросов, не навязывалась, и редко кому перечила, всегда готовая помочь. И всякий раз задумываясь о том, что однажды Но-ыль придется покинуть их узкий семейный круг, Маль-сун неизменно огорчалась, не имея ничего против, если стражница однажды решится на этот шаг, мирясь с необходимостью строить собственную жизнь.
Время, между тем, шло, но Но-ыль не спешила от них съезжать. Из-за Джун-хо, уверенного, что ей ещё рано покидать их дом и она должна нормально окрепнуть. Он был в курсе её непростой финансовой ситуации, зная также, что ей не на кого было опереться, кроме как на саму себя. Поэтому продолжая испытывать чувство вины из-за причастности к нелепому инциденту на переходе, парень считал своим долгом заботиться о ней лично, пока та первой не изъявит желание от них уйти.
Держась стойко и не привыкшая показывать своих эмоций, равно как рассчитывать на чью-ту помощь, Но-ыль никогда об этом не заикалась. Но немало повидав за свою жизнь, Джун-хо был уверен, что сильные люди также нуждались в поддержке, нередко вспоминая сводного брата. Быстро сломавшегося под бременем собственных ошибок.
Обретя наконец надежду на построение более радостной жизни, все свободное от домашних забот время Но-ыль проводила в своей комнатушке, специально отведенной для её нужд. Крохотная, вдвое меньше той конуры, где жил Джун-хо, зато с большим окном, она служила стражнице спальне й и просто была местом, где она отдыхала, изредка навещая своего нового знакомого. Стараясь делать это в часы, когда Джун-хо был свободен, предварительно стучась в дверь его комнаты.
Конечно, это были не просторные хоромы дома Командующего, после которых Но-ыль ещё долго не могла свыкнуться с мыслью, что некоторым людям приходилось годами ютиться в миниатюрных комнатах, считая это нормой. И забыв, что сама она когда-то вообще жила в машине, а размеры её комнаты гвардейца на острове и вовсе оставляли желать лучшего, девушка находила дом Хван неплохим и уютным. Тогда как роскошные хоромы Командующего подобного трепета у неё не вызывали. Чего нельзя было сказать о той же Ми-не, чувствовавшей себя в его доме превосходно.
Её не пугали ни высокие потолки, ни сам дизайн комнат, выполненный в стиле атмосферы помещений администрации острова. Также не пугала Ми-ну полутемная обстановка из-за приспущенных даже днем штор, будто самому хозяину было что скрывать от других, либо он сам предпочитал от кого-то прятаться, не позволяя чужим взглядам проникать в жилище. Исключение составляла лишь солнечная сторона дома, где были расположены покои самой Кан Ми-ны. Зато после свадьбы с капитаном Паком её вполне могли напугать неуютные условия его хибары, где царил бардак, от которого он не мог избавиться на протяжении нескольких десятков лет, откладывая преображение халупы на неопределенный срок.
Работал Джун-хо посменно, возвращаясь домой лишь поздним вечером. Выходных как таковых у него не было. Он просто заранее договаривался о графике с коллегами, вот и все, что становилось порой настоящей проблемой, когда он хотел больше времени провести в кругу близких. О двух подряд выходных оставалось лишь мечтать. Но когда таковые выпадали, Джун-хо не помнил себя от радости, посвящая это время родным.
Мать радовалась, что у сына имелась наконец работа. Не такая, правда, престижная как раньше, но раз Джун-хо все устраивало, она довольствовалась и этим. Но-ыль было просто приятно видеть, как эти двое заботятся о ней, словно своим присутствием она заменяла им Ин-хо, с ужасом ожидая момента расставания.
По этой причине она откладывала его как могла, поначалу с энтузиазмом просматривая новые места работы, куда могла бы устроиться без образования и связей, но позже пуская это дело на самотек. Деньги на её карте иссякали, но научившись выживать за это время в режиме строжайшей экономии, Но-ыль не испытывала особых неудобств, фактически живя за чужой счет. Изредка ей становилось не по себе из-за такого образа жизни, и она честно пыталась устроиться хоть на какую-то работу, лишь бы не сидеть на чьей-то шее, но всюду получая отказы, вскоре смирилась с положением, отложив с её поисками до лучших времен.
День подходил к концу, не суля особых перемен. После окончания домашних хлопот Но-ыль обычно запиралась в своей комнате, развлекая себя чтением, либо просмотром какого-нибудь сериала. Других развлечений у неё не было и ничего другого ей не хотелось. О посещении же публичных мест, где на неё мог наткнуться Сон-хо, пока что не могло быть и речи. К тому же в последнее время она чувствовала себя настолько морально истощенной, что любая попытка преодолеть этот барьер вызывала у неё неприязнь, вынуждая ещё больше замыкаться в себе.
Общения с Джун-хо и его матерью хватало девушке с головой, а о другом она пока и не мечтала. Пожилая женщина видела, что их новая знакомая практически никуда не ходит, никому не звонит и никого не приглашает в гости, но предпочитала не затрагивать эту тему, понимая, что на то у Но-ыль могли быть собственные причины. Самой ей проще было думать, что та домоседка и потому ведет себя подобным образом. Другого объяснения её странному поведению Маль-сун не находила, стараясь не навязываться со своими просьбами куда-нибудь сходить и развеяться. Если не с ней, так в компании Джун-хо, большую часть времени которого отнимала работа.
Начавшийся вечер практически ничем не отличался от предыдущего. Набрав с собой всякой снеди, Но-ыль отправилась по привычке в свою комнату, надеясь скоротать оставшееся у неё до сна время за просмотром дорамы, которая должна была показать ей, насколько скучной и монотонной была ее собственная жизнь, а как все великолепно складывалось у персонажей.
Но-ыль не знала точно, когда именно мог вернуться Джун-хо, но ложиться так рано спать, не повидавшись как следует с этим парнем, она не хотела. В её глазах это выглядело крайне невежливо по отношению к человеку, который слишком многое сделал для неё, пытаясь спасти то, что осталось от её жизни. Правда, он давно не брал выходных, и это слегка настораживало.
Изредка Но-ыль ловила себя на мысли, что была бы не прочь съездить с ним в центр города и прогуляться по площади, однако плотный график Джун-хо вносил коррективы в его образ жизни, не всегда позволяя распорядиться оставшимся временем на свое усмотрение. Поэтому заранее планируя очередные выходные, он редко получал желаемое, тратя их в основном на помощь матери. Как будто та не могла без него обойтись.
Разомлев к середине вечера, Но-ыль не слишком внимательно следила за развитием событий дорамы по причине её слабой сюжетной линии, когда до слуха девушки донесся щелчок в замочной скважине, оповещающей о возвращении Джун-хо. Почти сразу же отключив ноутбук, Но-ыль мгновенно покинула свою комнату, выходя в прихожую. Она встречала его не всегда, передавая всю инициативу его матери, но сегодня решила изменить своим правилам, предоставляя ему достаточно времени на то, чтобы привести себя в порядок накануне встречи.
Створка в комнате детектива была слегка приоткрытой, и никогда не отличаясь особой робостью, если ей надо было добиться чьего-то расположения, Но-ыль решительно шагнула вперед, надавливая на дверную ручку перед тем как постучаться.
Заглянув внутрь помещения, она оказалась немало удивлена, увидев Джун-хо причесывающимся напротив зеркала. Его чистые после приемы душа волосы поблескивали в лучах лампы, а сам он, избавившись от свой рабочей униформе, стоял посреди комнаты переодетый в новые темные джинсы и черную водолазку, подчеркивающую мышцы на его груди и хорошо сложенную фигуру.
Засмотревшись на него дольше положенного, Но-ыль ощутила, как у неё перехватывает дыхание от увиденного. Преобразившийся Хван Джун-хо застал её немного врасплох. Уповая на то, что он не успел её заметить, девушка попыталась прикрыть за собой дверь, чтобы зайти сюда чуть позже, но быстро обернувшись в её сторону, Джун-хо перехватил взгляд стражницы, накидывая на себя впопыхах косуху.
— Куда это ты намылился? — поинтересовалась Но-ыль, опираясь локтем о дверной косяк.
Глупо было теперь отсюда уходить, раз они уже увидели друг друга, но и делать вид, будто все это время она простояла за дверью, любуясь его крепкой фигурой, Но-ыль не собиралась, с трудом преодолевая охватившее её смущение. А так ей действительно было интересно знать о вечерних планах Джун-хо. И если вдруг окажется, что он идет на свидание, она могла только порадоваться за него, не испытывая уколов ревности на этот счет.
— Ким подарил мне билеты в кино, — спокойно произнес он, застегивая свою косуху. — Не хочешь пойти со мной?
— Я? — удивилась Но-ыль, вскидывая верх свои брови. — Ты хочешь взять меня с собой?
— Да, — небрежно бросил парень, подходя к ней вплотную, — только поторопись со сборами. У нас мало времени. Я скоро вызову такси.
Удивлению стражницы не было предела. Она думала, ей послышалось, либо Джун-хо оговорился, приглашая в кино именно её, когда мог отдать предпочтение другой девушке. Но он имел в виду только её, намекая на киносеанс, и ошибки здесь не было.
Между тем, что-то подобное в её жизни происходило впервые. Потому что кинотеатры были, пожалуй, единственным местом, куда её никогда не приглашал Сон-хо, имея привычку засыпать прямо посреди киносеанса, независимо от того, что транслировалось на экране: триллер с эффектной расчленёнкой, либо романтическая комедия, просыпаясь буквально сразу после окончания фильма.
Но если какому-нибудь триллеру на пару минут и удавалось захватить внимание мужчины, (Командующий честно держался, стараясь не провалиться в сон), то немного позже его организм давал сбой, мозг уставал от фонового шума, а глаза начинали закрываться сами собой. Причем заметил он это за собой давно, во время походов на киносеансы всей Рыболовной группой, включая Гон-ю, капитана Пака и Хвана Ин-хо.
Ни на кого кино не влияло подобным образом, как на него. Подверженный этой странной привычке, Сон-хо мог проспать весь киносеанс на плече у Гон-ю, прислушиваясь сквозь полудрему, как тот обсуждает с Фронтменом очередной сюжетный поворот картины, изредка вздрагивая всем телом, когда от долгого сидения у него начинали ныть мышцы, и ему хотелось сбросить с себя сонного коллегу, использующего его плечо в качестве подушки.
Молча смотрел кино только один капитан Пак. Мужчина мало что понимал в кино, отдавая предпочтение дешевым боевикам, но если коллеги звали его на очередной бесплатный сеанс, заранее оплачивая на четверых билеты, Пак никогда им не отказывал, будучи всегда рад оказаться в компании хорошо знакомых ему людей.
Сон-хо знал об этой своей привычке, и чтобы лишний раз не позориться, никогда не приглашал Но-ыль в кинотеатр. Мог посетить с ней любое место, но кинотеатр был для него «табу». Запретной темой. Отсюда несложно было представить себе удивление Но-ыль, никогда не бывавшей в кино даже во времена своего замужества. Естественно, она хотела окунуться в эту атмосферу, моментально загоревшись желанием покинуть ненадолго стены знакомого дома.
— Я буду готова через десять минут, — пообещала Но-ыль Джун-хо, покидая его комнату и прикидывая на ходу, во что одеться, чтобы не выглядеть слишком буднично на фоне парня.
У неё практически не было новых вещей, и это слегка затрудняло задачу по преображению внешнего облика. Она просто не успела ими обзавестись, тем более ранее в этом не было острой необходимости. Теперь все изменилось, и продолжая перебирать в шкафу имевшееся в её распоряжении барахло, Но-ыль дала себе слово изменить свой гардероб и отнестись к этой затее со всей серьёзностью и ответственностью.
Джун-хо видел, как она скучает, надолго оставаясь дома одна. Ему хотелось внести некоторое разнообразие существование своей гостьи; добавить красок в её блеклую жизнь. Он давно задумывался о подобной перспективе, не зная, что ей больше придется по душе: концерт или кино, потому что сам был не в курсе её вкусов. Так что оказавшиеся у Кима лишние билеты стали для него настоящим спасением, избавляя от необходимости расспрашивать стражницу о её предпочтениях.
Перерыв те наряды, которые у неё были, Но-ыль сделала выбор в пользу джинсов и кофты. Ни о каком платье в такой холод за окном разумеется не могло быть и речи. Расчесав свои волосы и сделав легкий макияж, она надела на высоком каблуке сапоги, после чего взглянув украдкой на собственное отражение в зеркале, не удержалась от улыбки, находя свой облик довольно неплохим, когда её лишениям казалось не будет конца и края.
Возможно, Джун-хо был прав, напоминая о смене обстановки. Она не должна была засиживаться дома, стараясь ранее не покидать надолго его стен. Из-за Командующего. Как будто он мог здесь её найти. Теперь она была вынуждена изменить свои принципам, позволяя то, в чем намеренно отказывала себе на протяжении последних дней придерживаясь самых строгих правил безопасности.
Безумная вылазка в мебельный магазин, конечно, могла ей аукнуться, но пока ничего плохого не происходило. Да и вряд ли уже произойдет, раз до этого было все спокойно. Конечно, шанс, что Сон-хо мог напасть на её след, все ещё оставался великим, но раз за эти несколько недель он так и не дал о себе знать, значит перестал её искать, либо не видел в этом больше смысла. Но что на самом деле двигало этим человеком, который никак не мог угомониться и оставить её в покое, можно было лишь догадываться.
Очутившись в коридоре, Но-ыль поискала взглядом Джун-хо. Тот уже стоял возле двери, любуясь преображенным видом девушки. Высокие каблуки, облегающие джинсы, темные блестящие волосы, — её новый образ настолько поразил парня, что перестав говорить по телефону с диспетчером, он на мгновение потерял дар речи, впитывая в себя по крупицам увиденное.
Такой Кан Но-ыль он ещё не видел, осознав наконец, почему все это время её ревновал ко всему подряд Командующий. Но как бы ошеломительно не выглядела эта девушка, её главным украшением оставалась улыбка. Немного грустная, но гармонично смотревшаяся на её милом лице. А ведь Джун-хо так редко видел Но-ыль улыбающейся.
— Ну, что готова? — спросил он, пряча телефон.
— Да, — кивнула стражница. — А где твой приятель?
— Мы будем одни. Эти билеты только для нас двоих.
Слегка покраснев после этих слов, Но-ыль отвела в сторону свой взгляд, и чтобы не так сильно было заметно её смущение, неожиданно заговорила о госпоже О Маль-сун, испытывая легкое волнение.
— Не переживай, — успокоил её Джун-хо, открывая дверь и выпуская девушку за порог. — Я её обо всем уже предупредил. Она в курсе.
— Серьёзно? И она так просто тебя отпустила, не став задавать лишних вопросов?! — обернулась к нему Но-ыль, стараясь не обращать внимание на пронзительный холод.
На улице была плюсовая температуры, но сырость пробирала до костей. Одной кожаной куртки, чтобы сберечь в теле тепло, оказалось маловато, но этих двоих согревало совсем другое.
— Да, — кивнул Джун-хо, высматривая по сторонам такси, которое должно было вот-вот приехать. — А что здесь такого? Почему она должна была мне это запретить?! Думаешь, нас в чем-то подозревают?!
— Нет, просто это выглядит как … — запнувшись, Но-ыль тщетно подбирала в уме слова, не зная, как поприличнее назвать их спонтанную вылазку. — Будто ты приглашаешь меня на свидание, хотя мы вовсе не знаем друг друга…
— Представь, что это так и есть, — подытожил Джун-хо, стараясь преодолеть её природную робость. — Это будет наше дружеское свидание. Назовем его так… Поверь, все пройдет очень хорошо. Нам нечего опасаться. А что подумают о нас люди, лично мне наплевать. В конце концов, мы ведь не подростки, чтобы спрашивать обо всем разрешения… Откуда столько недоверия? Пусть мы и будем выглядеть как романтическая парочка, что с того? Тебе не все равно?!
Пораженная его рассуждениям, Но-ыль хотела было возразить, заявляя, что ей не все равно, что подумают о них соседи, тесно общавшиеся с госпожой Маль-сун, когда в конце улицы показалось такси. Одарив девушку многообещающей улыбкой, Джун-хо протянул к ней руку, подхватывая её за локоть, и вынужденная оставить все свои опасения при себе, Но-ыль ответила ему взаимностью, поскольку машина остановилась как раз напротив них, приглашая пассажиров занять задние места.
***
Киносеанс закончился ближе к десяти вечера. Время, когда ещё слишком рано возвращаться домой, потому будучи не против прогуляться с Но-ыль где-нибудь ещё, лишь бы подольше побыть в её обществе, Джун-хо предложил ей посетить аттракционы. Самое то после фильма, где он едва не заснул, привыкнув к экшену. Зато Но-ыль, никогда ранее не бывавшей в подобных местах, картина пришлась по душе. Немного устав, она была не против вернуться домой и отдохнуть, однако бодрый настрой её спутника отдыха как такового не предполагал. Проводя большую часть своего времени на работе, Джун-хо буквально жил от выходных до выходных, мечтая где-нибудь нормально развеяться. И когда его мечта наконец осуществилась, он не хотел терять даром время, возвращаясь домой почти сразу после кино. Покинув теплое помещение, Но-ыль мгновенно озябла, стоило ей оказаться на улице. И только одному Джун-хо было на все плевать. Закаленный условиями своей непростой профессии, его организм давно адаптировался к низким температурам, и практически не чувствуя холода в тот момент, он тащил Но-ыль куда-то за собой, обещая устроить для неё сюрприз, пока оба не очутились в парке, где все вокруг было украшено к Рождеству. Снега ещё не было, но сама обстановка навевала определенное настроение, которое быстро передалось Джун-хо и едва поспевавшей за ним спутнице. Поддерживая девушку за руку, он шагал вперед, пытаясь пробиться к аттракционам. — Куда мы идем? — спросила его Но-ыль, уставая от этого гула вокруг больше, чем от их недолгой прогулки по парку. — Что ты снова задумал? — Сегодня у нас будет насыщенная программа, — хмыкнул Джун-хо, проталкиваясь вперед. — Так что отдохнем мы ещё не скоро. — Куда ты меня тащишь? — Хочу, чтобы ты немного развеялась. Нам обоим нужна хорошая встряска после пережитого, и я знаю, как это сделать. Обещаю, ты запомнишь этот вечер надолго! — Но … — Опешив, стражница попятилась назад. Она понятия не имела, что подразумевал под «встряской» лично Джун-хо, однако заложенный смысл в сказанной им фразе слегка настораживал. Но-ыль нуждалась в спокойной обстановке, а не в этой суете вокруг, но Хвана уже было не остановить. Мало того, детектив приложил максимум усилий, чтобы она не сбежала от него, раскусив, что именно он собирался ей предложить. — Жить нужно весело, Но-ыль, — возразил Джун-хо после их недолгих препирательств. — У нас и так после острова вся жизнь пошла коту под хвост, а ты предлагаешь оставить все как есть, и продолжать дальше питаться негативными эмоциями. Давай, выбросим все из головы и попробуем начать жить сначала. Поверь, я устал страдать. Ты забудешь о своем Командующем, а я в свою очередь попытаюсь выбросить из головы Ин-хо. Хватит уделять столько внимания прошлому! Наступил черед сконцентрироваться на своей нынешней жизни! Схватив с этими словами её за руку, он устремился к ближайшему аттракциону. Безропотно следуя за детективом, Но-ыль даже не представляла себе, что конкретно он для неё приготовил, и в чем именно заключался его «сюрприз». А когда поняла, отступать было поздно. Кажется, она до последнего надеялась, что он передумает и они быстро покинут это место. Что это просто розыгрыш, и он просто хотел произвести на неё впечатление. Но Джун-хо не шутил, преследуя цель избавиться от тяготивших его эмоций. И посчитав, что его спутницу мучает то же самое, хотел оказать ей поддержку. Добравшись за пару минут до какого-то застекленного здания, они забрались в лифт, после чего нажав на панели какую-то кнопку, Джун-хо посмотрел наверх, заранее прикидывая высоту аттракционов. Помимо них в лифте находились также и другие люди: несколько подростков, парочка влюбленных, и пожилая пара, оживленно обсуждавшая происходящее. Лишь когда им удалось подняться на верхний этаж и покинуть лифт, озираясь вокруг, Но-ыль рассмотрела окончательную цель их небольшого путешествия, устремляясь за этими людьми вместе с Джун-хо. — О боже, куда ты меня привел! — ужаснулась она, увидев впереди поезд, куда по очереди садились те, кто поднимался вместе с ними на лифте. — НЕТ, ТЫ ТОЧНО СОШЕЛ С УМА! — Я же говорил, что нам необходимо взбодриться, — напомнил ей о своем уговоре Джун-хо, поплотнее застегивая косуху. Он и в самом деле хотел её удивить, и у него это получилось. По крайней мере, на немного раскравшемся от холода лице Но-ыль заиграли краски, а в глазах загорелись искры. Наконец за все это время она на полную проявила свои эмоции, больше не пряча их от окружающих. Показала себя настоящую, и Джун-хо это понравилось. — Можешь думать обо мне что угодно, но я туда не сяду, — насупившись, возразила девушка, складывая руки на груди. Сев на поезд, люди пристегнулись ремнями безопасностями, и стоило ему отчалить, а позже набрать высоту, как до слуха Но-ыль уже долетели их первые вопли, вызывающие у неё далеко не самые приятные ассоциации. Ей хотелось сбежать с этого места, и не будь рядом Джун-хо, она бы наверное так и сделала, соскучившись по тишине и спокойствию. И только страх показаться ему трусихой удерживал девушку на месте, рисуя в её голове невнятные картины его непонимания. Если он так хотел прокатиться, то пусть катается сам. Она к такому повороту событий была не готова, о чем четко дала ему знать, отворачиваясь от зрелища поезда, который быстро набрав предельную высоту, уже летел вниз, так и норовя разбиться. — Да, ладно! Что ты как маленький ребенок?! — пристыдил её Джун-хо, подходя к кассе за билетами. — Ты ведь никогда не каталась на аттракционах, откуда тебе знать, что это такое?! Давай попробуем сейчас! Сделаем это вместе! Вдвоем кататься будет не так страшно… Спорить с ним было бесполезно. Но-ыль поняла это сразу, не собираясь устраивать скандал. Но знай она заранее, куда именно приведет её Джун-хо развлечься, то никогда бы не пошла у него на поводу, жалея о происшедшем. Теперь пути назад не было. И так он хотел отплатить ей за приобретенную кровать? Выплескивающийся через край адреналин был не самым любимым её ощущением. Она знала, что это такое, немало пережив на острове, куда не хотела возвращаться даже мысленно. Но переубедить в обратном Джун-хо не могла. Раз чем-то загоревшись, тот не отступал, пока не получал желаемое. Так было, когда он норовил попасть на злополучный остров, ища там брата, и что-то похожее происходило сейчас, когда он стремился сесть с ней на поезд, суливший им новые, почти неизведанные, но сильные эмоции. Вздохнув, Но-ыль не стала с ним спорить. И когда оба переступили черту, садясь в следующий поезд, а потом пристегиваясь, она мечтала только об одном: чтобы у неё не случилось панической атаки посреди пути, и эта поездка закончилась для них хорошо. Находясь в предвкушении незабываемого вечера, Джун-хо являл собой сплошную невозмутимость, когда ранее его эмоции били через край. И понятия не имея, как ему удавалось сохранять подобное самообладание, от которого она была крайне далека, Но-ыль искренне завидовала парню, подавляя дрожь в собственном теле. В какой-то момент привычное спокойствие ей изменило, и, хотя по ней было не видно, что она сильно переживает, выражение её глаз и легкая нервозность все равно кидались во внимание, и этого нельзя было отрицать. Пока поезд взбирался наверх, предоставляя возможность пассажирам оценить высоту подъема, Но-ыль ещё удавалось себя контролировать. Слегка зажмурившись, она старалась не смотреть вниз, проклиная в глубине души инициативность Джун-хо, потащившего её на аттракционы. Наблюдая за своей спутницей, детектив лишь умилялся её поведению, осознавая, как непросто давался той самоконтроль, и какие усилия она прилагала, стараясь не выказывать перед ним собственного страха. Переживая непростые времена, Но-ыль почувствовала во всем теле некую расслабленность, едва добравшись до самого верхнего участка пути, поезд немного замедлился, словно передумав ехать дальше. Что-то подобное переживал наверное ныряющий с трамплина в воду человек, подумала она, открывая полностью глаза. И только стоило ей это проделать, как в следующий момент транспорт, где находились они с Джун-хо и остальными пассажирами, резко сиганул вниз, вынудив девушку пережить ощущение падения в бездну, от которого у неё пошли по коже мурашки. Никогда ранее не испытывая чего-то подобного, Но-ыль громко выматерилась, в последний момент вспомнив о присутствии в поезде посторонних, в том числе и детей. После чего устыдившись этого порыва, внезапно прыснула со смеху, бросая взгляд на перекошенное от ужаса лицо Джун-хо. Похоже эта поездка впечатлила не только её одну. Во всяком случае то, к чему он стремился на протяжении вечера, Джун-хо получил, с трудом приходя в себя. Его эмоции зашкаливали, а внутреннее состояние парня оставляло желать лучшего. Спускаясь с горки, поезд преодолел ещё пару спусков, и едва перед ними возникла очередная петля, Но-ыль снова закрыла глаза, боясь их разлепить. Инстинкт подсказывал ей, что если с поездом что-то случится: откажут тормоза или повредятся рельсы, то шанса спастись у них не будет, поэтому вверяя свою судьбу Провидению и удаче, она посильнее вцепилась в металлические ручки, сжимая их так, будто от этого зависел исход их поездки. Её примеру последовал даже Джун-хо, успевший за это время несколько раз пожалеть о собственной инициативе. Лишь когда поезд затормозил, чувствуя себя совсем опустошенной, Но-ыль не сразу отозвалась на прикосновение руки Хвана, отстегивая ремни по окончанию поездки. — Как ощущения? — спросил он у неё, когда покинув аттракцион, оба шагали в сторону мини-бара, чтобы купить себе выпивку и унять расшалившиеся нервы. — Это было нечто, — заключила Но-ыль, избегая смотреть ему в глаза. — Ты был прав: этот вечер я действительно не забуду. Улыбнувшись, детектив лишь пожал плечами в ответ. Что-то похожее он как раз и рассчитывал от неё услышать, убедившись в эмоциональности девушки, которую она просто скрывала за маской безмятежности и равнодушия. Сегодня этому наступил конец, и Но-ыль предстала перед ним такой, какой была, проявляя свои подлинные эмоции. — Надеюсь, ты не убьешь меня после этого, — виновато проронил Джун-хо, скрывая свою насмешку за напускным сочувствием. Ему хотелось что-то сделать для неё. Поухаживать за ней или что-то ей подарить, но он не решался это сделать из-за её недоступности. Но-ыль вроде бы держалась открыто и все же ему оставалось пока непонятным, как далеко он мог зайти, загоревшись желанием оказать для неё очередную услугу. — Посмотрим, — беззастенчиво бросила девушка, ускользая от прямого ответа. Джун-хо знал, что играл с «огнем», флиртуя не просто с бывшим «треугольником», но и бывшим снайпером, расстрелявшего в одиночку всех тех, кто когда-то пытался её обидеть. До попадания на службу гвардейцем. И все равно не мог остановиться, подначивая впечатлительную девушку. Аттракцион немного растопил царившие между ними льды, сотканные из причастности к общей тайне острова и недоверия друг к другу. Но-ыль стала на шаг ближе к нему, но сколько стоило ещё преодолеть, чтобы обрушить последние преграды… С другой девушкой ему возможно было бы проще, а Но-ыль требовалось время. Время, чтобы ко всему привыкнуть. К нему самому и его матери. Да, она немало недель провела в их доме, принимая участие в их жизни и даже решая проблемы, но все же этого было ещё недостаточно, чтобы они могли считать её своей, а она — стать полноправной участницей их миниатюрного общества. Покинув аттракцион, они просто шли наугад, забыв о своей первоначальной цели. Сильные эмоции давно схлынули, и будучи погружены в собственные мысли, эти двое думали о своем, прогоняя в голове подробности недавнего «веселья». Окружающая суматоха снизошла на нет и теперь они могли говорить, больше не повышая голос, однако говорить никому из них уже не хотелось. На улице за это время только больше холодало, но самого холода никто не чувствовал, каждый пребывая на своей «волне». Любуясь парком, Но-ыль не спешила покидать это место. Она чувствовала себя уставшей, но домой идти ей не хотелось. Разве она сможет заснуть после всего пережитого, получив накануне огромную дозу сильных эмоций? Но испытывая нечто подобное, ей было сложно представить, что творилось в голове крайне восприимчивого ко всему Джун-хо. Только в одном Но-ыль была уверена на все сто: бессонную ночь предстояло пережить сегодня не только ей одной. И это её веселило. Немного позже им по пути попался какой-то бар, и испытывая потребность промочить свое горло накануне возвращения домой, Джун-хо направился именно туда, тут же заказывая себе немного выпивки. Также не имея ничего против небольшой порции алкоголя перед сном, Но-ыль последовала примеру детектива. Забрав бутылки, оба снова очутились снаружи, устремляясь в сторону украшенных фонтанов. Заглушая алкоголем остатки воспоминаний, связанных с проведенным на аттракционе времени, Но-ыль следила за игрой воды в фонтане, хлеща спиртное прямо из горлышка бутылки. Джун-хо ей ни в чем не уступал. Однако не планируя сегодня напиваться, он тем не менее чувствовал себя захмелевшим, смутно осознавая, что был финал их вечера и ничего подобного уже не повторится. А если и повторится, то все будет по-другому, и эмоции тоже будут другими. Вряд ли повторная поездка на аттракционы вызовет такой же всплеск эмоций, какой получили они сегодня. А от одной мысли, что Но-ыль когда-нибудь придется покинуть их дом, чтобы наладить собственную жизнь, ему и вовсе становилось грустно, и алкоголь только усугублял это чувство. Он не хотел её терять, но почему эта девушка вдруг стала ему так дорога, и с каких пор он сам стал к ней так бережно относиться, Джун-хо не знал, любуясь уже не сколько фонтанами, сколько самой Но-ыль, не ведающей об истинных мыслях своего спутника. А дальше произошло то, чего точно никто из них друг от друга не ожидал. Оставив в поколе алкоголь, Джун-хо подошел к Но-ыль поближе, и не зная, как ещё показать ей собственную лояльность, устроил руки на её талии, становясь за спиной, однако не касаясь её тела своим. Но-ыль, на удивление, его не оттолкнула. Но прижиматься к нему не стала тоже. Испытывая желание поблагодарить своего спутника за прекрасно проведенный вечер, она лишь слегка отстранилась от него, и все ещё находясь в плену его рук, просто повернулась к нему, тут же перехватывая его решительный взгляд. На скулах девушки выступил едва заметный румянец. И залюбовавшись на какое-то время её лицом, Джун-хо взял её за руку, разрушая этим жестом ещё одну преграду между ними. Наступив на горло собственным принципам, Но-ыль робко потянулась к парню, не до конца осознавая, что творит. Действовала ли она под воздействием алкоголя, сделавшего её более раскованной, либо так повлияли на неё чары детектива, однако почувствовав вскоре её губы на своих, Джун-хо резко прижал девушку к себе, никогда ранее не испытывая ничего подобного. В его ушах гудело, а сердце было готово выскочить из груди. В какой-то момент страсть обоих накрыла с головой, и не в состоянии сопротивляться собственным чувствам, эти двое обнялись ещё сильнее, буквально впиваясь друг в друга телами. Джун-хо нравилась инициативность Но-ыль, и слегка опешив вначале от её напористости, он пришел к мнению, что в постели она могла бы оказаться вполне пылкой любовницей, окончательно теряя над собой контроль. Их поцелуи были медленными, но жадными. Забыв на мгновение о причинах, из-за которых она все ещё злилась на этого парня, стражница полностью отдалась своим ощущениям, чего нельзя было сказать о Джун-хо. Алкоголь также подействовал на него, но переживая, как бы у них с Но-ыль все не зашло слишком далеко, и сомневаясь, имел ли он вообще права на эту девушку, детектив был бы рад от неё отстраниться, но боясь обидеть её своим отказом, он держался до тем пор, пока стражница первой не отпрянула от него, чувствуя, как задралась на её пояснице кофта, куда уже начал заползать легкий холод. Джун-хо очень хотелось разорвать в клочья свой образ «хорошего мальчика», и запустив ладони под её одежду, пройтись пальцами по краям её лифчика, нежно сжимая грудь. И однако он этого не сделал, боясь переступить черту. Словно этот неосознанный порыв мог все испортить и навсегда оттолкнуть от него Но-ыль. Во всяком случае ещё было слишком рано для столь решающего шага, размышлял Джун-хо. Прежде чем очутиться в постели, им следовало побольше узнать друг о друге. Ему не нужен был банальный «перепихон». Он не хотел поступать с ней как наверняка поступил бы на его месте Командующий офицер — Чхве Сон-хо. Джун-хо не хотел на него походить и брать Но-ыль у фонтана как последнюю дешевку. Он был куда более высокого мнения о своей спутнице. Ему хотелось взаимной любви и притяжения, однако забыв, когда он вообще последний раз был с девушкой, заводясь теперь от одних поцелуев, самоконтроль детективу давался непросто. Он чудом не сорвался, готовый увлечь Но-ыль в ближайший номер отеля, где за запертой дверью и плотно завешанным шторами свершилось бы то, о чем на следующее утро оба могли пожалеть, действуя под воздействием алкоголя. Но-ыль считала иначе. Заглядывая в потемневшие от страсти глаза парня, той было наплевать на последствия их необдуманного поступка. Она не видела ничего плохого в том, что перебрав с алкоголем, они теперь открыто целовались у фонтана. Джун-хо это осуждал, но втайне наслаждался процессом. Также ей было наплевать, что подумают о них люди, до которых лично ей не было никакого дела. Да, они с Джун-хо возможно подавали плохой пример для молодежи, но сейчас ей думать об этом хотелось меньше всего. Все, что имело для неё значение, был сам Джун-хо и поцелуи с ним, остальное она предпочитала держать за пределами своего сознания, легко справившись с собственной совестью. Его руки гладили и ласкали её тело, и ей не хотелось ограничивать их близость одними прикосновениями. Её тело требовало подлинной разрядки, но был ли готов к этому сам Джун-хо? Сможет ли он устоять против такого соблазна? Но-ыль хотелось чувствовать его поцелуи на своем обнаженным теле. Чтобы он не просто её имел, а имел так, чтобы она стонала во весь голос, умоляя его не останавливаться. И не зная, как ещё дать понять этому парню, как сильно она его хочет, прижавшись к Джун-хо, Но-ыль потянула за края его косуху, пытаясь избавить своего спутника от верхней одежды. Сделав над собой усилие, Джун-хо отстранился от девушки, слегка касаясь своей рукой её ладони. — Погоди, ты пьяна, — растерянно пробормотал он, вдыхая аромат её тела, которое на этот раз оказалось слишком близко от него; намного ближе, чем когда они лежали на кровати в мебельном магазине, пробуя матрас. — Наутро мы пожалеем о случившемся… Нам надо остановиться. Вместо ответа та снова потянулась к нему, обнимая парня за шею. Откровенно на нем повиснув, Но-ыль хотела повторить свой поцелуй, когда предугадав ход её действий, Джун-хо повернул слегка свою голову, из-за чего её поцелуй пришелся ему куда-то в шею, вызвав в его теле очередную волну напряжения. С трудом оторвав от себя стражницу, он скользнул пальцами по её волосам, приглаживая их так, будто этот жест мог ненадолго её успокоить и перенаправить внимание на другие вещи, когда прочитав в глаза девушки желание большего, Джун-хо потянулся за телефоном, моментально вызывая такси. Вечер подходил к концу и им надо было срочно возвращаться домой. Ему ничего не стоило пойти на поводу у разгоряченной Но-ыль, и сделать так, как она хотела, но зная, что после такой ночи его могли по-настоящему возненавидеть, остановившись, Джун-хо решил принять меры, опасаясь последствий своего спонтанного поступка. Иначе ничем бы не отличался от Командующего. Мужчины, развратившего по мнению Джун-хо, Но-ыль, иначе она себя бы так не вела, становясь полной противоположностью приличной девушки. Такими были его мысли, когда дозвонившись до диспетчера, Хван продиктовал ему адрес, получая взамен номер авто, которое будет ждать их на территории. Поблагодарив человека за оказанную услугу, парень отключил телефон, с облегчением отмечая про себя, что Но-ыль немного успокоилась и больше не ведет себя как мартовская кошка, цепляясь за края его косухи. Слегка поправив свою одежду, она стала напротив фонтана, и глядя на воду уже без былого энтузиазма, просто ждала, когда приедет такси. Пытаясь отвлечь девушку от назойливых мыслей, Джун-хо о чем-то её спросил, но будучи уже мысленно далеко от этого места, Но-ыль едва расслышала его вопрос, никак не реагируя на обращение. Она не считала, что их вечер был испорчен, и все же что-то неизменно нарушило его привычный ход, сбив обоих с толку. Во всяком случае прежнего веселья она уже не испытывала, заторопившись домой. В свою комнату, где ей хотелось от всего отдохнуть и привести себя в порядок. Ей было стыдно из-за того, что Джун-хо оказался более стойким, чем она ожидала, провоцируя его на откровенные действия. Собственное поведение показалось ей недостойным, но изменить что-либо уже было нельзя. Она видела, что Джун-хо был не против «зажечь» с ней в другом месте, но все же сдержался, беря в узду плотские желания. Но-ыль не могла знать, чего ему это стоило, однако чувствовала, что подобное решение далось ему непросто. Домой они возвращались впопыхах, храня молчание. Замечая, что его спутница не имела желания с ним разговаривать, Джун-хо не пытался её растормошить, то и дело обращаясь к ней с вопросами. И пребывая в шоке от того, что между ними могло бы произойти, не осади он первым свою похоть, парень ещё раз убедился в шаткости их так называемой «дружбы», которая в любой момент могла обернуться против них самих. О чем думала сама Но-ыль, рассеяно глядя в окно, он не знал. Но то, что в этот раз её голова была полна мыслями о нем, а не о Командующем, к которому он начал неосознанно ревновать, Джун-хо не сомневался, привыкнув обольщаться на свой счет, но не имея возможности проверить правильность своих убеждений. Главное, что Но-ыль хотела теперь его, а не бывшего босса, и парня это успокаивало. О другом он пока и не мечтал, уверенный, что когда наступит очередной момент их сближения, он больше не будет себя сдерживать, отдаваясь полностью собственной страсти и увлекая Но-ыль за собой.
