Инструкция к чудесам:Версия для смертных

Ночь опустилась почти незаметно — в зимние месяцы солнце уступает луне куда быстрее, чем кажется летом. Освещая себе дорогу металлическим подсвечником, Марв поднималась по лестнице на второй этаж. Лишь звук её шагов нарушал тишину — дом давно погрузился в сон. Огонёк свечи подрагивал в такт движениям, по коридору потянуло холодком. Девушка остановилась и нахмурилась, огляделась вокруг: привычный в это время суток пустой коридор жилого крыла ничем не отличался от обычного, разве что кто-то мог открыть окно в дальнем конце. — Бел? Это ты? — негромко спросила она, зная повадки старой подруги и её ночной образ жизни. Краем глаза заметив едва заметное движение, Марв обернулась и позвала вновь: — Бел, выходи. Я не играю, — она протянула руку, подсвечивая темноту. Стена. Небольшой декоративный столик на привычном месте — ничего более. Девушка выдохнула и усмехнулась сама себе, но, сделав ещё несколько шагов в сторону спальни, вновь остановилась. Тревожное чувство присутствия чего-то рядом так и не отпускало. Запахнув большой тёплый халат и подтянув рукава, она раздражённо проговорила в темноту: — Вот это уже не смешно. Обещаю, ты получишь по… — не успев договорить, она резко обернулась. Свет свечи вырвал из темноты очертания фигуры. Очень высокой — почти подпирающей потолок, но слишком прямо стоящей для Скрытня. Марв подняла подсвечник выше, пытаясь разглядеть, что или кто стоит перед ней. Света хватило, чтобы увидеть серо-болотную ткань, похожую на покрывало, укрывающее всю поверхность фигуры — человеческой по форме, но слишком большой. Не успев до конца осознать опасность своего положения, она пару мгновений смотрела перед собой, старательно вглядываясь в силуэт, пока из-под складок ткани не поднялась рука. Вот теперь, не желая разбираться, что всё это значит, Марв закричала и с размаха ударила подсвечником куда-то в темноту. Звук удара металла о что-то твёрдое прокатился по коридору. Девушка, не теряя больше ни секунды, сорвалась с места и побежала к своей комнате, не оглядываясь. Забежав в свою спальню и захлопнув дверь, не успев ещё отдышаться, она прижалась к ней и прислушалась. Шагов не было. Никто не преследовал, но сердце колотилось так, что стук отдавался в ушах. Ей совсем не хотелось знать, что сейчас находится в коридоре и придёт ли оно сюда, но выбора не было: если оно ещё там, замки на двери с большей вероятностью ничем не помогут. Прождав, как ей казалось, целую вечность, Марв осторожно приоткрыла дверь в коридор — и тут же отскочила назад, теряя равновесие. В дверном проёме, едва помещаясь, стояла всё та же фигура. Она отползла по полу, на ощупь ища, чем можно обороняться, пока не уткнулась спиной в туалетный столик. Стеклянные баночки в ящике жалобно звякнули. Фигура, кажется, шевельнулась. — Кто… кто ты такой? — выдавила Марв. — Смотрящий, — прозвучало в ответ. Ей с трудом удалось подняться на дрожащие ноги, вцепившись в ножку столика. Она уже хотела закричать снова, но услышала шум в коридоре и притихла, оставаясь на расстоянии от ночного гостя. Кто-то приближался к ним прямо сейчас. Барон первым вышел на крик, едва накинув халат, и сразу приметил стоящий впереди силуэт. Он обернулся: звон стекла и грохот из комнаты означали одно — сейчас кто-то внутри. Лисса и Эшен стояли поодаль, выскочив следом за ним. Девушка запахнула халат, надетый на ночную рубаху, и тихо спросила: — Что происходит, милорд? Он не стал отвечать, приложил палец к губам и вытянул руку, запрещая движение. Не отрывая взгляда от фигуры у двери, мужчина поднял голову. В полумраке удалось разглядеть место, где, вероятно, было лицо: капюшон, натянутый низко, скрывал черты; лишь слабый отблеск света под тканью, которая покачнулась, несмотря на отсутствие ветра и плотно закрытые окна, задёрнутые шторой. — Приветствую вас в моём доме, — мужчина сделал поклон; ткань халата прошлась волной по спине. — Позвольте представиться. Альберих фон Дарк. С кем имею честь говорить? Фигура в проёме не двинулась; вместо ответа — едва заметный кивок тем, что, вероятнее всего, было её головой. — Твою мать! Это что за херня стоит?! Кассий выскочил в коридор последним, на ходу натягивая штаны. Все обернулись к источнику звука. Барон хотел было остановить идиота, но, обернувшись, замер — гость повторил жест со всеми, обращая внимание на источник шума. Мужчина встал ровно и, подняв руки, громко хлопнул в ладоши. Что-то издало тихий щелчок, и фигура сменила позицию. Ткань качнулась — стоящий перед ним гость повернулся всем корпусом. Барон хлопнул снова. Щелчок. Кассий следил за движениями рук, не понимая, что за бредовый сон разворачивается перед ним. Эшен на ощупь искал очки на лице. И только Лисса стояла, прижав ладони к груди — каждый из них боялся вмешаться в этот своеобразный, бредовый ритуал. — Марвранеш, уходи. Прямо сейчас, — голос Барона звучал громко и довольно отчётливо; он не кричал, но ошарашенный этим явлением Кассий, стоящий у лестницы, забыл, что собирался прыгать прямо через перила, если эта громадина двинется. Прежде чем девушка показалась в дверях, мужчина хлопнул снова, привлекая внимание. Марв, не задерживаясь, выскочила вперёд, избегая касаний; казалось, фигура пропустила её, сместившись в пространстве назад. Она, спотыкаясь и не оборачиваясь, налетела на Эшена и прижалась к его груди. — Теперь уходите все. Быстро, — барон был готов к нападению, но силуэт отступил, стоило Марв пересечь расстояние. Всего один шаг назад — и всё закончилось. Ни вспышки света, ни магии, ни объяснений. Только тихие всхлипы и неуверенные шаги тех, кто лишь сейчас начинал осознавать пережитое.

***

Ночной визит ни для кого не прошёл незаметно — все обитатели дома собрались в кабинете милорда, как в бастионе. Никто так и не решался первым начать разговор. Марв какое-то время держалась за Эшена, растерянно прижимающего её к себе. Лисса заняла место на стуле, держа руку Кассия как спасительный знак: «всё закончилось». Сам хозяин занял место у стола, не спеша занимать своё кресло. Волосы, обычно аккуратно уложенные назад, спадали на лицо. Он держался за углы столешницы, нависая над ней. Лицо было на удивление спокойным, но напряжение в руках говорило само за себя. — Мы… — начал он, но сделал паузу. — Столкнулись с чем-то большим, чем допустимо. Я должен знать: кто и зачем. — он качнул головой. — Кто и каким образом призвал сюда это. Никто из собравшихся не решался ответить, все переглядывались, продолжая молчать. Долгую тишину, повисшую в комнате, наконец нарушил Кассий: — Это я… я его позвал… там книга большая лежала, я же не думал… — Книга, Гронд. Какая книга. — мужчина поднял голову и посмотрел на говорящего пристально, не моргая. — Такая, жуткая, прямо огромная, названия на ней ещё не было… — парень усердно жестикулировал, показывая масштаб. — Она ещё… она меня укусила, кажется… — он повернул руку, демонстрируя следы на запястье. — Вот! Это всё книга! Барон перевёл взгляд на руку, на испуганное и виноватое лицо наёмника, сделал шаг к столу и, отодвинув кресло, открыл ящик и с грохотом уронил на поверхность большой фолиант, извлечённый оттуда. — Эта книга? При виде «старой знакомой» Кассий переменился в лице. Он закричал — почти так же громко, как в коридоре: — Она самая! Она его вызвала! Мужчина устало вздохнул, медленно сжал пальцы и, снова расслабив руки, произнёс: — Запомни. Это — не книга, это мой инструмент. И он не любит, когда его касаются грязными руками. — голос его снова стал привычно спокойным, всего на мгновение. Он легко раскрыл книгу на середине, разложив перед собой на столе, прошёлся пальцами по страницам. На каждой — тексты и зарисовки, чертежи, формулы; каждый абзац написан его же собственным почерком, если судить по разложенным рядом листам документов и письмам. — Книга не может позвать к нам гостей, — наконец он захлопнул её и отодвинул, пресекая любопытный взгляд Кассия. — Она хранит только то, что я не намерен забыть. Остальные участники общего сбора, казалось, давно знали о книге и не проявили большого интереса к её появлению. Немой вопрос — что же тогда стало причиной визита ночного гостя — вернул разговор к реальности. — Сейчас каждый — вдумчиво и по очереди — вспоминает, что ещё трогал, делал, тащил в этот дом без моего разрешения. Он наконец сел за стол, положив руки перед собой. Пальцы легко подрагивали, выдавая остатки напряжения. Лисса отозвалась почти сразу, первой выходя из ступора: — Ничего, милорд. Я знаю правила: никаких подозрительных артефактов и текстов без вашего разрешения. Никогда. Марв отозвалась с ехидством: — Ага. Ты даже собаку мне запретил завести… Барон не стал спорить — лишь кратко кивнул, взглянув на говоривших дам. Эшен молчал дольше всех, но наконец предположил: — Сер… а если… те тексты, что вы мне дали… — он и сам не был уверен в своей теории. — Тексты. Которые из текстов, господин Рао? — Целый ворох бумаг. Совсем недавно, меньше недели назад… Там были символы и послания, религиозный трактат, вычитки из архивов храма, несколько перенесённых со стен изобра… — начал было пересчёт всех бумаг растерянный парень. — Доктор. Заткнитесь. Он снова поднялся и прошёлся по комнате, сделал круг между всеми собравшимися, уточнил: — Я просил тебя перебрать этот мусор и отправить обратно Селине. Что ты сделал с ним после? Эшен дрогнул, но рука Марв легла ему на спину. Она кивнула, подтверждая слова, сказанные в библиотеке. — Переводил… Вы же просили… к утру… — поспешил оправдаться парень. — Эшен тут ни при чём, — Марв снова бесцеремонно ворвалась в чужой разговор. — Это я прочла какие-то бредни. И там, в тексте, не говорилось: «придёт жуткий хер и проломит вам стену». — она легонько сжала пальцы на спине друга. — Это был ритуал призвания демона? Как-то он задержался с визитом. Мужчина обернулся к говорившей, оставляя в покое помощника, стараясь сохранять остатки хладнокровия, что порой с трудом удавалось даже ему: — Марвранеш, ритуалы призыва проводят по строгим правилам. — тон голоса ненадолго стал обыденным, словно он отчитывал ребёнка за глупость. — Неизвестное не приходит по расписанию. Девушка на его нравоучения тихо фыркнула, отводя взгляд — не было сил продолжать выяснять отношения прямо сейчас. — А это значит, — продолжил мужчина, оглашая решение, — вы отправляетесь к госпоже Рао и задаёте вопрос: что она притащила, откуда и как это связано с нашим гостем. — Я остаюсь здесь, чтобы убедиться, что он не решит повторить свой визит. Эшен резко поднял голову, услышав знакомое имя. Он обернулся на стоящую рядом Марв, а та лишь кивнула, стараясь как можно искреннее ему улыбнуться. — Это мы куда-то поедем в мороз? И я тоже?! — не удержался молчавший половину обсуждения Кассий. — Ты? Непременно. Обсуждение закончилось, но обитатели дома не сразу покинули кабинет. Никто не решался остаться один этой ночью. Все пятеро какое-то время сидели вот так — без разговоров и обсуждений, молча сплотившись перед лицом общей угрозы, нависшей над некогда одним из самых безопасных мест на всём северном округе. Кассий не мог собрать мысли в кучу. Чувство вины отступило, а вот чувство причастности появилось только сейчас. Впервые за эти дни он не боялся смотреть на фигуру сидящего перед ним джентльмена. «Странный… но можно привыкнуть», — он повторил про себя слова Лиссы, смысл которых только теперь начал понимать, и перевёл взгляд на стоящую вместе пару. Эшен, казалось, пытался утешить Марв: они стояли вдвоём у стеллажа с книгами. Доктор неловко гладил девушку по волосам и что-то тихо шептал — лишь бы она улыбалась. Вмешиваться не хотелось. Лисса всё так же сидела напротив Барона, и парень решил подойти снова именно к ней. — Ты в порядке? — начал он, но девушка не ответила: поднялась и повисла у него на шее, глухо всхлипывая. — Понял. Молчу. Он осторожно положил руки ей на спину и снова перевёл взгляд на Барона. Мужчина не двигался уже какое-то время. Молча смотрел в одну точку — минуту, другую, почти не моргал, будто застыл в ожидании сигнала извне. Наконец он заговорил: — Выдвигаетесь через два часа. Я отдам распоряжение. Он поднялся из-за стола и почти сразу скрылся за дверью, позволяя остальным остаться в своём, обычно личном, закрытом пространстве.

***

— Доктор, — окликнул Кассий уже в коридоре, когда группа наконец решилась покинуть кабинет, — я понимаю, тебе сейчас не до меня, но… — Кассий, пожалуйста, что? — Эшен выглядел растерянным и впервые прятал эмоции за вежливостью. — Сейчас не лучшее время. Тот кивнул, но всё же добавил, подбегая поближе: — Селина… то есть госпожа Рао, — парень задумался на секунду. — Твоя мать? Ты же вроде воспитанник… Доктор сделал глубокий вдох и, казалось, собирался ответить, но что-то пробормотал себе под нос, затем обратился к надоедливому гостю привычным тоном: — Я… — он прижал ладони к лицу. — Я хочу понять только одно. Скажи честно: почему тебя это волнует сейчас? Не произошедшее в доме, не встреча с… чем бы это ни было — а именно это? Кассий тихо хмыкнул и, не скрывая улыбки, ответил: — Так это же легко. Он провёл пальцами в воздухе, словно фокусник, собирающийся достать монетку из-за уха. — Дом? Жуткий. Владелец? Странный. Ты? Молчаливый и странный. Ваша Бел? Да ну её нахер — глаза бы не видели… И вот — эта хрень. — Да? — Эшен терпеливо ждал, пока тот закончит, хотя так и не мог угадать, к чему всё это ведёт. — Это всё очень, блин, сложно. Понимаешь? — Кассий щёлкнул пальцами, будто делал открытие. — А я не умею думать, когда сложно. Зато я знаю: у тебя та же фамилия — значит, родня. Живёшь ты не с ней. Воспитал тебя местный хозяин… Смекнул? Лицо доктора медленно сменилось с задумчивого на удивлённое. — Вот! — довольно хмыкнул Кассий. — Понял теперь? — Не до конца, если честно, — смущённо признался Эшен, но всё же кивнул. Все четверо поспешили разойтись по своим комнатам, договорившись встретиться в гостиной на первом этаже. Такая спешка показалась Кассию чем-то безумным, и он задумался не столько об увиденном, сколько о реакции людей на эту ночь. Он медленно бродил по комнате, перебирая в голове всех жителей этого дома. Самой нормальной показалась Лисса — её живой и неподдельный страх был ближе всего самому парню. Марв было даже жаль: не верилось, что она виновница, скорее жертва обстоятельств. Побродив так и порассуждав какое-то время, он неожиданно пришёл к мысли, что обвинять себя гораздо проще, чем её. Доктор держался ради дамы — это сразу видно: как кролик — испугаться и застыть, пока не станет безопасно. Этот, видно, не боец. А вот хозяин… Наёмник крепко задумался, остановился в середине комнаты и, задрав голову, уставился на потолок. — Зачем он хлопал? Что-то хотел сказать той штуке? — пробормотал он и помотал головой. Хозяин на дурака не похож, но, судя по тому, что парень принял за испуг, знал он не больше остальных. Так и не найдя простых разумных объяснений его поведению, Кассий зевнул, решил не оставаться больше в одиночестве, поспешно натянул брюки с рубахой и отправился на общий сбор. — …Мы не можем так рисковать! Первое, что донеслось до его ушей, стоило приблизиться и заглянуть в гостиную. Посреди комнаты стояли обе девушки и громко спорили о чём-то. Он предпочёл не привлекать внимания и проскользнул ближе к доктору, занявшему дальнее кресло у тлеющего с ночи камина. — Марв, ты мне не мать, запомни это раз и навсегда! — рассерженная Лисса, не замечая друга, выскочила за дверь и скрылась в тёмном коридоре. Повисла тишина. Вторая девушка, оставшаяся одна посреди зала, приложила ладонь к лицу и покачала головой. Тихо выругалась, сложила руки на груди и молча села на софу, разглядывая стену. — А я думал, они ровесницы… — шепнул Кассий, обернувшись к Эшену. — Причём тут мать? Он только пожал плечами и ответил так же тихо, стараясь не привлекать внимания сердитой леди: — Мать тут ни при чём. Конфликт возник из-за желания Лиссы рассказать о произошедшем… вышестоящим силам, — он кивнул в сторону сидящей неподалёку девушки и ещё понизил голос. — Леди фон Дарк не приняла эту идею. И я бы попросил вас, господин Гронд, не вмешиваться. Проследив взглядом за Марв, стало ясно: она усердно игнорировала их разговор, молча дёргая пальцами. Кассий кивнул Эшену и всё же заметил: — А-а-а, понял, — задумался, потёр затылок и договорил: — Не лезть в разборки между двумя леди, если не хочешь остаться виноватым. Да, док? — Очень грубая формулировка, — тихо пробормотал Эшен, поспешно поднимаясь с места. — Нам нужны тёплые накидки, Кассий. Пройдёмте.

***

Лакированный чёрный экипаж ожидал путников у ворот поместья. Четвёрка першеронов вороной масти тяжело дышала, выпуская в морозный воздух клубы пара; копыта глухо скрипели в снегу. Группа показалась из дверей, почти вереницей прокладывая путь по заметённой дорожке. Они кутались в тёплые зимние мантии, отороченные густым мехом, стараясь поскорее вернуться в тепло. Ступень скрипнула, принимая вес — один за другим они разместились внутри. Кассий тёр руки, пытаясь согреться. Марв и Эшен устроились рядом. Лиссы не было видно — в последний момент она извинилась, объяснив, что назначена встреча. Теперь только трое путников молчаливо ждали начала пути. Экипаж тронулся. Кассий высунулся в окно и энергично помахал рукой. На фоне белого снега и очертаний поместья осталась тёмная фигура в массивном зимнем плаще — она подняла руку в ответ. Барон повернул голову — рядом, почти бесшумно, появилась Бел, вдвоем они молча проводили экипаж взглядом. С трудом преодолев опасный участок дороги — спуск от поместья к лесному массиву, — путь дальше пролегал по прямой, занесённой снегом широкой тропе. Маршрут был почти пуст и забыт путниками в это время года. Море с отвесной скалой стремительно отдалялось, оставаясь где-то позади. Лёгкая тряска и глухой стук копыт убаюкивали: прошлая ночь лишила покоя, и сон быстро победил всех троих. Первой глаза открыла Марв. На мгновение ей показалось, что кто-то смотрит на них сквозь покрытое инеем стекло, но резкий звук вернул в реальность. Она огляделась, пытаясь найти источник шума. Кассий громко храпел, не просыпаясь. Она улыбнулась. — Напугал, — пробормотала девушка, осторожно провела рукой по волосам Эшена, уснувшего на её плече, и выглянула в окно. Пейзаж изменился: густой хвойный лес сменился полями, спящими под толщей снега до весенних посадок. Появились первые деревенские домики с соломенными крышами, уютно устроившиеся вдоль полей и возле высоких старых мельниц. Промёрзшая каменная земля уступила место сельской дороге. Кассий что-то пробормотал во сне и очнулся, разбудив сам себя: — Я не трогал!.. Она повернулась и тихо фыркнула, отметив, что, кажется, не одна видит кошмары, стоит лишь прикрыть глаза. — Охотно верю, но давай потише, — девушка кивнула в сторону спящего. Шумный попутчик виновато кивнул, устроился на всём сиденье сразу — с ногами, упёрся сапогом в бархатную обивку винного цвета, пару секунд подбирал позу и негромко спросил: — Нам далеко ещё ехать? Она сначала хотела сказать, что Барон, вероятно, оторвал бы ему ноги за такую выходку, но прикусила губу. — До самого вечера. Может, и дольше — как погода решит, — ответила девушка, снова отворачиваясь к пейзажу за окном. — До вечера? А сейчас что? — Кажется, день. Кассий натянул меховой капюшон тёплой мантии и лениво добавил: — Не буди меня, даже если опять что-нибудь вызвать решишь, ладно? Марв тихо вздохнула, сдержав улыбку, продолжая наблюдать, как за стеклом неспешно меняется вид.