Инструкция к чудесам:Версия для смертных

Зимнее солнце клонилось к закату, скрываясь за редким, почерневшим лесом. Экипаж остановился на подъездной дороге у старого поместья. Взору предстал перекошенный металлический забор, заваленный набок: ворота сиротливо висели на последней петле, поскрипывая на ветру. Заросшая когда-то дорожка, окружённая запущенным, спящим садом из можжевельника и кустовых роз, теперь никем не расчищенная от снега, вела к покинутому родовому гнезду. Два этажа пустых окон, купол оранжереи — разбитый и грязный — возвышался над крышей. Казалось, здесь никто не живёт уже много лет. — К какой ведьме мы приехали, доктор? — Кассий присвистнул, вылезая из экипажа. — Там точно живые-то есть? Эшен вдохнул холодный воздух и протянул руку Марв, помогая спуститься со ступени. — Селина не ведьма. И это — мой дом, господин Гронд, — он сжал руку Марв чуть сильнее, чем следовало. Девушка спрыгнула в снег и осмотрела обоих. Затем окинула взглядом дорожку, то, что должно было считаться входом, поёжилась и пошла вперёд. — Можете и дальше здесь стоять, а я не собираюсь замерзать, — она зашагала шире, раскидывая снег носком сапога. Двое парней поспешили следом, стараясь нагнать. На полпути Кассий обернулся, услышав, как экипаж тронулся. Он растерянно замер, глядя вслед исчезающей надежде живыми вернуться домой из этого жуткого места. — Э-э-э… куда? А мы как? Марв обернулась и крикнула раздражённо, подгоняя товарища: — Да иди уже, чего встал! Не сожрут тебя здесь… — она притормозила. — Наверное. Так и не дождавшись отстающего, девушка первой шагнула на заметённый снегом порог и постучалась. Ветхая, с облупленной краской, с остатками былой роскоши — следами позолоты на ручке, — дверь казалась не входом в дом, а порталом в Междумирье. Она успела было задуматься, что стало причиной такого упадка, но спрашивать Эшена не решилась. С той стороны двери не доносилось ни звука шагов, ни шороха ключей. Открывать не торопились. Стучать пришлось ещё несколько раз, и, уже теряя терпение, Марв заглянула в окно, оттирая рукой тонкий слой инея со стекла. Эшен встал рядом и прикрыл глаза, стараясь не выдавать беспокойства, которое нарастало с каждой минутой томительного ожидания. Кассий, добравшись до остальных и устав ждать первым, с размахом стукнул в дверь ногой. — Ну вот, сдохнем тут на пороге от холода, — он нервно прошёлся туда-сюда, вернулся к двери и занёс руку для очередного удара. — О, снова ты? С первого раза не понял? Проваливай, — раздался раздражённый голос с той стороны. — Дом не продаётся. Ни сегодня, ни завтра, ни даже когда твоя наглая крысиная морда… — Тётушка! — Эшен вдруг оживился. — Мы с Марвранеш хотели… Он не успел договорить — дверь распахнулась, и перед растерянным Кассием предстала фигура женщины. Высокая и тонкая, очень худая, но аристократически изящная леди с витиеватым каре, возраст которой было не так просто определить сходу. Она смотрела внимательно, хмурила брови, несколько мгновений переводила взгляд с одного гостя на другого и, поправив халат, отошла в сторону. — Какая радость, мой мальчик. Я уж было подумала, — добавила женщина саркастично, — что ты забыл свою тётку. — И, Эшен, — она внимательно осмотрела неловко переминающихся на пороге, — что это за рыжий зверёк? Кассий ткнул себя в грудь, словно не верил, что обращаются именно к нему. Марв же тихо прыснула и отошла от двери, не спеша внутрь, позволяя Эшену первым пройти в дом. Все собравшиеся наконец оказались в прихожей, сбросив мантии и широкие капюшоны. В доме, как и ожидалось, было довольно прохладно: стены, когда-то покрытые узором из тонких линий и цветочным орнаментом, выцвели; большое зеркало в раме, покрытое патиной, искажало отражённое пространство; толстый слой пыли лежал на мебели и полу, на котором теперь чётко виднелись следы хозяйки. — Господин Кассий Гронд, мой временный… — Эшен не сразу нашёл нужный титул, — спутник в личных вопросах, — он выдохнул еле слышно. — Селина Рао, моя любимая тётушка. Рад вас представить. Женщина многозначительно хмыкнула, разглядывая прибывших. — Личных вопросах? Ох, дорогой, — она улыбнулась натянуто, — предпочту не уточнять, какие именно вопросы ты обязан решать с портовым сбродом. Он хотел было ответить, но замолчал и предпочёл смиренно кивнуть. А вот наёмник, казалось, не слышал — или умело делал вид, что говорят не о нём. Марв не вмешивалась, увлечённо разглядывая почти неосвещённый проход. За спиной Селины виднелась гостиная: камин был растоплен, света хватало, чтобы различить очертания мебели, затянутой в серые пыльники. — С Марв вы уже знакомы, и я полагаю… — решил сменить тему парень. — Более чем, — перебила его Селина, не дав договорить. — Удивлена, что он отпустил вас обоих. Неужели устал вечно терпеть ваши выходки? Кассий медленно переводил взгляд между говорящими, уже окончательно потеряв нить разговора. Селина казалась ему даже более жуткой, чем её дом. Идеально уложенная причёска из тёмно-русых волос, халат по фигуре цвета бордо, тонкие руки и бледная кожа — он всё пытался понять, что именно в этой женщине так кричит о тревоге. Но затем опустил взгляд на её руки. Тонкие, как паучьи лапки, пальцы, испещрённые мелкими морщинами. Он кивнул сам себе, отмечая: немолода. И курит. — Госпожа Рао, пожалуйста, мы по делу, — Марв отвернулась от изучения проёма и, повернув голову, добавила: — Барон послал нас по очень срочному делу, и мы, как хорошие гости, не хотим вас стеснять. — Повтори ещё дважды, дорогуша, — женщина улыбнулась и повела гостей за собой, жестом показывая вперёд. — Дело ко мне? Невероятный исход событий. Эшен пропустил Марв вперёд и кивнул Кассию, подтверждая, что он тоже приглашён, несмотря на не самый лестный приём. Взгляд парня тут же упёрся в камин. А точнее — в его верх. Череп. Настоящий — или, по крайней мере, очень похожий. Он не сразу заметил стены, богато украшенные головами зверей — хищников из местных лесов, по большей части волков и медведей, — застыв, уткнувшись глазами в находку. Руки похолодели, и, прежде чем выйти из ступора, он на всякий случай отступил обратно в проход. Заметив замешательство бедолаги, Эшен тихо шепнул: — Мы врачи, Кассий. Никто не вынимал его из человека. То есть… — он запнулся, осознав, какую глупость сказал. — Насильно не извлекал. Не успел тот опомниться, как хозяйка вмешалась: — Эшен. Попроси своего «друга по личным вопросам» перестать так громко топать — у меня мигрень начинается, — раздражённо отозвалась Селина, отслеживая взглядом мелкие перебежки рыжего гостя. Марв уже не скрывала усталости от болтовни в пустоту и, прежде чем кто-то снова успел отступить от намеченной цели, проговорила громко: — Селина, прошу вас, на нас ночью напали. Она остановилась, оценивая для начала реакцию других свидетелей ночного инцидента. Все, кто находился в зале, обернулись в ожидании продолжения. Наконец, в наступившей тишине, девушка кивнула и добавила: — Кто-то огромный пробрался в поместье, напал на меня и сказал одно слово, — сбивчиво продолжила Марв. — Назвался Смотрящим. Всё, что мы знаем: это имя было в тех самых текстах, что вы прислали Барону. Откуда они? Наступила минута молчания. Кассий только кивнул — он не слышал голоса и сейчас был даже рад этому факту. Эшен не решался добавить ни слова, молчаливо соглашаясь с версией Марв. — Мх… — Селина оживилась, задумавшись, прежде чем ответить. — Напал на тебя? Когти, зубы? Может, иные приметы? — она усмехнулась. — Я похожа на человека, который знает, какую именно дрянь тащит в дом Альберих? Девушка с трудом сдержала желание закричать, старательно изобразила улыбку и ответила тихо: — Откуда мне знать. Он был одет, замотан в какую-то ткань. Я предположила, что это «он», только по голосу. Я даже не знаю, как «это» выглядит на самом деле. Но, пожалуйста… — она попыталась вернуть вежливый тон. — Мы все в опасности, пока не понимаем, от кого прячемся. Вы должны объяснить. Женщина подняла руку, давая понять, что сейчас стоит быть очень внимательными к тому, что говорят: — Марвранеш, дорогуша, — она повернулась к стене, окинув взглядом коллекцию чучел. — Я могу классифицировать монстров по слепкам зубов. И если «он» не рычал и не откусил кому-нибудь филейную часть — ты пришла не по адресу. Эшен устало потёр глаза под очками и наконец позволил себе вмешаться: — Тётушка, у нас есть основания предполагать, что твои тексты вызвали нечто извне, — добавил он на выдохе. — Не чудовище и не человека. Что-то большее. И, вероятнее всего, очень древнее. Селина перевела взгляд со стены на него и нахмурилась: — Тексты… тексты… Что я ему отправляла? Ах да, точно, — она кивнула сама себе, перемещаясь по комнате, сдёрнула пыльник с угла дивана и села. — Религиозные бредни, пара образцов из руин Абсолюта, гравировка… Нет, ничего такого, что вызывает «мужчин» среди ночи. Лицо Кассия переменилось. Он хотел было возразить, но осознание того, как именно он сам вляпался в эту историю, быстро остудило пыл. — Допустим, это всё, что у нас есть прямо сейчас, — Эшен сел рядом с женщиной и мягко продолжил: — Прошу вас, что-нибудь ещё? Может быть, точное место? Или важное уточнение? Она лишь пожала плечами, положила руку на колено племянника. Улыбка стала чуть мягче, но всего на мгновение. — Дорогой мой, если бы я спрашивала каждую крысу, как и откуда она тащит добычу в нору, поверь, я бы жила сейчас где-нибудь на Юге, а не сидела в этом болоте. Он кивнул, опуская глаза, словно стыдился своего положения в доме Дарков. — Ты могла бы… — Нет, Эшен. — Селина остановила его, даже не дав закончить мысль. — Альберих и я слишком давно и слишком близко знакомы. Ты знаешь: я не готова расстаться с остатками гордости и ползти к нему на порог. Ты другой. У тебя нет обязательств — ни передо мной, ни перед этим домом. Её пальцы скользнули по волосам парня, убирая локон за ухо. — Я знаю, о чём ты думаешь. Но не сейчас. Не при них. Марв вздрогнула, услышав последнюю фразу. Ей совсем не понравилось такое распределение ролей: раздражение копилось, и девушка решилась вмешаться: — Раз мы закончили обсуждение, можно спросить? — тихо произнесла она. — Где мы можем остаться? До утра мы не дойдём до деревни. Селина кивнула Эшену, отмечая конец обсуждения личных тем, и только тогда ответила Марв, не поворачивая головы: — Наверху есть две спальни — детская и хозяйская. Мы с тобой займём хозяйскую. Мальчики? В детской довольно темно. Эшен, скажи, ты перестал бояться монстров в шкафу? Доктор вжал голову в плечи, стараясь не думать о сказанном, и произнёс неуверенно: — Да, тётушка. Монстры в прошлом. — Хорошо, — она удовлетворённо кивнула. — Я провожу вас наверх. Все трое гостей поспешили последовать за хозяйкой поместья. Она повела их наверх по широкой деревянной лестнице — на втором этаже картина ничуть не изменилась. Пыль, запустение, сухие цветы в вазах; даже картины на стенах, казалось, устали существовать и забыли, что должны украшать. Серые лица, от осевших слоёв многолетнего запустения, смотрели на гостей из массивных рам. Эшен не поднимал голову, проходя мимо портретов. Отследить его сходство с предками не составляло труда: те же светлые волосы и глаза, схожая, весьма хрупкая и изящная внешность как признак породы. Никто не решился долго разглядывать интерьер — то ли из страха, то ли из уважения. — Марв, — женщина указала на одну из дверей в коридоре. — Эшен проводит приятеля. Я уверена, он ещё помнит дорогу. Девушка молча скрылась за дверью, не оборачиваясь. Та со скрипом закрылась, недвусмысленно подтверждая: посторонним вход воспрещён. Парень осмотрел коридор и нахмурился. Он подошёл к двери, вдохнул, положил руку на ручку, но так и не решился открыть её сразу. Кассий смиренно ждал, пока доктор решится. Не подгонял, но и не говорил — до тех пор, пока не убедился, что их уже не услышат. — Слушай, дружище, — всё же не выдержал и минуты наёмник, — я понимаю: воспоминания, всё такое… Но ты мог бы и ускориться. Он кивнул, толкнул дверь и молча вошёл. Комната оказалась просторной. Одна кровать у стены, стол и шкаф. Книги, игрушки на полках, разбросанные карандаши и листы бумаги — всё выглядело так, будто ждало возвращения маленького хозяина ровно в том виде, в каком он это оставил. Кассий тихо присвистнул. — Жутко, — он огляделся, осторожно поднял с пола рисунок и попытался разглядеть его в полумраке. — Не трогай, — он тут же вырвал бумагу из рук и положил на покрытую слоем пыли поверхность стола. — Ладно, ладно, понял, не злись, — он тут же поднял руки в примирительном жесте. — А спать-то где? Он смог ответить не сразу. Слишком долго смотрел в одну точку, прежде чем заговорить: — Можешь занять кровать. В шкафу… должно быть, до сих пор есть одеяло и пара подушек. — его голос отчётливо дал понять: на разговоры он сейчас не настроен. Наёмник хмыкнул и подошёл к шкафу. — Тот самый? С монстром? Эшен уже в третий раз пожалел, что остался с ним наедине. Он сел на стул, развернув его от стола к центру комнаты, положил голову на руки, закрывая лицо и уперев локти в колени. — Монстров не существует. Какое-то время Кассий пытался подобрать приличные, или хотя бы не слишком грубые, слова в ответ, чтобы выразить возмущение, но так и остался стоять молча, втягивая воздух. А затем тихо фыркнул, рассмеялся и хлопнул себя рукой по лбу. — А-а, понял! Ты просто пытаешься убедить меня, что твоя тётка не жрёт людей! Ха, не переживай — кое-что я уже усвоил. Он распахнул шкаф и начал неспешно рыться в тряпье, вываливая на пол содержимое. — Если кто-то выглядит жутко и говорит так, будто срать с тобой в одно поле не сядет, — это не монстр. Это знать. Светловолосый парень медленно поднял голову, посмотрел на спину товарища и едва заметно улыбнулся. — Спасибо. — За что? — отозвался Кассий, вытаскивая одеяло за край. — За то, что не боишься казаться глупцом. Он поднялся, прошёлся по комнате и помог вынуть подушки, а затем, осмотрев голый, покрытый пылью деревянный пол, заключил: — Спать на холодном… Не успел он было закончить мысль: Кассий уже расстелил дорожную мантию на полу, натянул одеяло, как тент, на спинку стула и забрался в импровизированное логово. — Вот и не спи, — довольно буркнул он, устраиваясь поудобнее. — А я — с удовольствием. Парень зевнул так громко, что слова потерялись в воздухе. Эшен постоял ещё с полминуты, колеблясь, положил рядом с Кассием одну подушку и, не снимая обуви, забрался в кровать. Близилась полночь, и весь дом медленно погружался в сон вместе с его обитателями.

***

Утро в старом поместье Рао собрало всех живых обитателей у едва горящего камина. Хозяйка, стоявшая в центре зала, на сей раз оделась куда презентабельнее: чёрное, из грубой ткани, платье по фигуре, тёплая шерстяная шаль на плечах. Несмотря на упадок вокруг, в ушах мягко поблёскивали серьги с крупными изумрудами в серебре. Марв разместилась в кресле, не снимая чехла — мебель осталась единственным, что не затронуло запустение и грязь. Кассий тихонько ткнул Эшена в бок, заметив на стене новый занятный «декор»: он побоялся приближаться к чему-то, что принадлежит этой странной даме. — Пустая табличка… как у зверей, — прошептал он. — А что там написано? Доктор подошёл ближе, пытаясь разобрать надпись под слоем пыли. Он побледнел и нахмурился, протерев лакированную поверхность рукавом белой рубашки, и зачитал наконец подпись вслух: — Мой достопочтенный супруг… — Эшен закашлялся, не решаясь продолжить. — Дерьмовый муж, прекрасный декор. Марв приподняла бровь, наблюдая за реакцией женщины, но та лишь расхохоталась. — Как вы можете видеть, рамка пуста, — Селина плотнее закуталась в шаль. — Он не справился даже с таким простым делом. Кассий мысленно считал, сколько раз уже пожалел, что приехал сюда, сколько тревожных сигналов послала ему вселенная — и как быстро он унесёт ноги, стоит лишь выйти за дверь. — Тётушка, это… — Всего лишь мой способ сказать, что у вдов тоже есть чувство юмора, — она обвела взглядом присутствующих. — Если я и коллекционирую человеческие экспонаты, то уж точно не все подряд. Расслабься, крысёныш. Кассий кивнул. Спорить казалось бессмысленным — даже опасным для жизни. Его немного утешило слово «не все», но легче не стало. — Если вопросы закончились, предлагаю вам выдвигаться обратно, — Селина повернулась, обращаясь ровно к Эшену. — И передать Альбериху мои искренние извинения за то, что я не дала вам желаемых ответов. И пусть в следующий раз посетит меня лично, а не использует моего же племянника как удобный способ избежать разговора. Он кивнул, протянул руку Марв, помогая ей подняться, жестом позвал Кассия и лишь тогда ответил, уже направляясь к двери: — Я передам. Обязательно. Все трое вышли в прихожую и, попрощавшись, проследовали обратно по снежным заносам к дороге. Двери за ними закрылись с глухим хлопком, обозначая конец визита. Кассий обернулся ещё пару раз, не зная, хочет ли он когда-нибудь сюда возвращаться.

***

Поравнявшись с дорогой, ведущей в соседнюю с домом деревню, где только вчера группу высадил извозчик, путь продолжился — на сей раз пешком. Они долго молчали: каждый про себя размышлял о встрече, собирая в одно целое мысли под хруст снега под подошвами. Марв первой устала молчать, громко выдохнула и, убедившись, что её уже не могут услышать чужие уши, произнесла: — Эшен, твоя тётка — редкая сука. Кассий подавился смешком, старательно изображая, что не мечтал это услышать, а ошарашенный Эшен только устало вздохнул. — Она не… это слово, — попытался он оправдаться. — У неё сложный характер, я не могу спорить, но если… — Если мне снова придётся с ней разговаривать, обещаю, — она притормозила и повернулась к нему, — я так ей и скажу. Прямо в лицо. Понимаешь? Шмыгнув вперёд, Кассий вынырнул между ними, прикрывая доктора и удерживая подальше рассерженную леди фон Дарк, подняв руки перед собой. — Сто-о-ой. Не кричи, всё закончилось! — Знаешь, почему ты кричишь? Ты голодна. Голодная женщина, — он с видом философа поднял указательный палец, — хуже сирены. Парень добродушно и широко улыбался, заглядывая ей прямо в глаза — правда, для этого пришлось наклониться, но манёвр, кажется, оказался весьма успешным. — Сейчас мы найдём, где остановиться, пожрать — и ты сама не заметишь, как станет легче. Вот увидишь. Веришь мне? Марв хотела было возразить, но усмехнулась, признавая своё поражение: — Вот ты… — она покачала головой и коротко кивнула. — Ладно. Прости, Эшен. Я не хотела вот так. Само вырвалось. Она нерешительно протянула доктору руку в знак примирения. Он не сразу заметил жест — слишком впечатлённый удачным ходом товарища. — А… да. Ничего, — он кивнул и взял её руку в свою, продолжая, кажется, обдумывать увиденное только что. Прошёл не меньше часа утомительного пути по едва расчищенной от снега дороге от старого поместья, прежде чем троица добралась до первых сельских домиков. Здесь мягкая пелена снега снова украшала зимний пейзаж, поблёскивая в лучах солнца; клубы дыма тянулись к небу, а притоптанный наст между домами на узкой улочке будто сам приглашал путников свернуть с дороги и согреться. — Нас должны встретить в постоялом дворе. Надолго мы не задержимся. Кто-нибудь взял с собой деньги? — Марв шагала впереди всех, растирая ладонями замёрзший нос. Кассий похлопал себя по карманам — и тут же задумался: где вообще его кошелёк? В сумке. Как и нож. — Прости, Марв. Кажется, я на мели. Эшен молча сунул руку под плащ — и замер. Несколько мгновений он ощупывал бок, а затем виновато отметил: — Моя… дорожная сумка осталась в поместье. Девушка не остановилась. Сердито пробормотала, будто самой себе: — Что ж. Значит, нас снова выручит это. Она хлопнула себя по груди и неспешно зашагала дальше, высматривая вывески на саманных домиках, уютно устроившихся по обе стороны дороги. Плетёные заборы тянулись вдоль улицы, а кусты, пышные весной, сейчас мирно дремали под снегом. Кассий обернулся к Эшену, молча ожидая пояснений. Доктор едва заметно улыбнулся и, догоняя Марв, пояснил: — У Марвранеш там кошелёк. Кассий моргнул. Потом ещё раз. С интересом посмотрел на собственную грудь и вздохнул, понимая, что вложить кошелёк ему решительно некуда. Впрочем, огорчаться он не спешил — в голове уже крутились идеи, какими ещё способами можно тайно носить с собой золото. Найдя наконец нужное здание — с деревянным вторым этажом и покатой соломенной крышей, — Марв притормозила и задрала голову, дожидаясь парней. Простая вывеска на металлических цепях тихо поскрипывала на ветру; неприметный рисунок — мышь и кружка пива — заставил девушку улыбнуться. В окнах уютно дрожал свет свечей, маня замёрзших путников внутрь. Дождавшись отстающих, она толкнула дверь и вошла первой, на ходу сбрасывая капюшон и расправляя изрядно спутанные волосы. Внутри было немноголюдно. Зимой путешествуют редко, и просторный зал первого этажа вмещал лишь несколько столов со скамьями, стойку бара да пару шкафов с пузатыми бочками. Из всего «колорита» — только двое пьянчуг за столом в углу, режущиеся в карты. Даже трактирщику, казалось, не было дела до вошедшей компании. — Ну что, леди фон Дарк, как мы будем платить за обед? — спросил Кассий, первым усаживаясь за свободный стол. Марв ещё раз внимательно окинула зал взглядом: пучки трав, сушащиеся на стенах; выцветший герб рода Рао, оставленный, похоже, в память о прежних владельцах земли. Убедившись, что на них никто не смотрит, она наконец села. — Только не привыкай есть за мой счёт. Запустив руку в складки мантии, одним движением Марв уронила на стол небольшой кошелёк. Кассий захлопал в ладони, выражая восторг: — Расскажу портовым — не поверят! Баронесса фон Дарк носит деньги в си… — Кассий, прошу, — Эшен сел последним, устраиваясь рядом с подругой. — Если ты не перестанешь так громко выражать чувства, нас могут неправильно понять. Девушка положила ладонь на стол, привлекая внимание товарищей, и строго заметила: — Он прав. Мы и так выделяемся. Не хватало ещё новых сплетен. Она понизила голос, напряжённо скользя взглядом по посетителям: — И давай договоримся сразу: на людях ты не орёшь моё имя, если мы не хотим неприятностей. Убедившись, что слышат её только нужные уши, добавила: — Положение в обществе, знаешь ли, не позволяет дамам вроде меня ошиваться повсюду с бандитом и… личным лекарем. Да, Эшен? — Что? — он будто не сразу включился, но на всякий случай кивнул. — Верно. Леди фон Дарк обязана следовать правилам этикета и… Марв раздражённо ткнула его локтем в бок и прошептала: — Не один, так другой… Подняв руку и жестом показав «молчать», девушка подтолкнула кошелёк к Кассию и кивнула в сторону стойки, недвусмысленно намекая ему на задание. — Почему я? Он хотел возмутиться, но под строгим взглядом зелёных глаз лишь развёл руками. Поднявшись, подкинул кошелёк на ладони и выдвинулся к стойке трактира. — Думаешь, ему стоит доверять? — тихо спросила Марв, наклонив голову к Эшену, когда шаги за спиной стихли. — Ты только что отдала ему все наши деньги, не оставив альтернатив, — смиренно ответил он. — Если сбежит, я не стану настаивать, что предупреждал тебя об этом заранее. Она приподняла бровь, мягко ткнула его локтем в бок и саркастично добавила: — Речь не о деньгах. Ты уже забыл? Или тётка пугает сильнее ночных наблюдателей? — Марв вздохнула и понизила голос. — Я видела что-то ночью. Там, в спальне Селины. Или кого-то. В зеркале. Не уверена, что это было: страх, лунный свет, дорога… Я не знаю. И не уверена, что хочу говорить с ним об этом. Парень кивнул, позволяя ей продолжать. Но она замолчала, прислушиваясь к знакомым шагам. — Обо мне сплетничали? А ну, голубки, — раздался голос. — Чего рожи такие мрачные? Кассий вернулся к столу, уселся напротив молчаливой пары и кинул кошелёк рядом с Марв. — Еду сейчас принесут. Терпите уж. Разговоры на время закончились. Даже Кассий притих и задумчиво разглядывал потолок. Никто не решился продолжить — взгляды блуждали по стенам, цеплялись за трещины в дереве, возвращались к собственным рукам. Ночь в старом поместье оставила след, и в этом пока ещё никто не был готов признаваться. Когда наконец подали еду, голодные путники разом позабыли о манерах. Они с жадностью принялись за горячую мясную похлёбку в деревянных мисках, куски вяленой дичи и свежий хлеб. — Всегда бы так, — довольно пробормотал Кассий, отправляя в рот последний кусок и тщательно собирая хлебом остатки похлёбки. — Вы двое, я уверен, впервые едите как простые смертные. Марв подняла взгляд от тарелки и какое-то время внимательно разглядывала шутника, размышляя о чём-то своём. — Угу. Обычно мы пьём кровь болтливых болванов, — она повернулась к Эшену и уже совершенно серьёзно добавила: — Да, доктор Рао? — А… Марв, перестань, — он понизил голос. — Люди услышат. Ты же сама просила… — Ладно, молчу, — девушка поднялась с места и жестом остановила спутников. — Я поищу нашего извозчика, а вы двое… — Марв на мгновение притихла и уже серьёзно добавила: — Не вляпайтесь в неприятности, хорошо? Она снова набросила капюшон на голову и поспешила к двери, оставляя двоих в тёплой таверне. Кассий медленно проводил её взглядом и повернулся к Эшену с полуулыбкой. — Она очень резкая. Как ты её… ну, это самое? — Что? — рассеянно переспросил доктор. — Закадрил, — Кассий щёлкнул пальцами и подался вперёд. — Женщины любят умников? Я-то был уверен, что это жена твоего покровителя. Эшен не сразу ответил. Он провёл пальцами по столу, снял очки, потёр переносицу — и только потом, уже заметно строже, заговорил: — То, что ты сейчас говоришь, лишено всякого здравого смысла. — И тебя не должно волновать, в каких мы с леди фон Дарк отношениях. Наёмник смиренно опустился обратно на скамью и примирительно выставил руки ладонями вперёд — жест, явно выученный прошлым опытом споров с доктором Рао. — Тише-тише, дружище, не кипятись. Это был просто повод для трёпа — не сидеть же нам с кислой рожей весь день. Значит, нельзя о женщинах? Ладно, забыли. Тогда о крови. Он наклонил голову, усмехнувшись чуть криво: — Я вообще-то хотел извиниться. Просто с тобой, как с конём, — только спереди и громко предупреждая: «я иду с разговором». Может, позволишь моей совести немно-о-ожко покоя? Эшен поднялся, поправил дорожную мантию и направился к двери таверны. — У нас не так много времени, — бросил он на ходу. — Жди нас здесь. Оставшись в одиночестве, парень уронил голову на ладонь и шумно вздохнул, глядя вслед уходящей фигуре. От скуки он быстро сбился со счёта времени: следил за мужиками с колодой карт, разглядывал дрожащий огонёк свечи, каждый раз оборачиваясь к двери, стоило ей скрипнуть. В какой-то момент ему начало казаться, что о нём попросту здесь забыли или вовсе оставили — но наконец знакомые фигуры показались у входа и жестом позвали его за собой. Проходя через зал, Кассий поймал себя на странном ощущении: тревога, сжавшая грудь ещё утром, будто начала отпускать.

***

Обратный путь до поместья фон Дарков занял ещё один день — через заснеженные леса, постепенно переходящие в скалистую местность. Дорога вымотала всех троих, и лишь глубокой ночью, преодолев опасный подъём над морем, они наконец оказались перед воротами дома-крепости. Хозяин ждал их у входа. Он пропустил гостей в прихожую и жестом указал в сторону гостиной, не желая задерживаться на формальностях. Переглянувшись, они прошли дальше и расселись вокруг камина. Некоторое время в комнате царило молчание — никто не спешил первым признавать, что поездка оказалась далеко не самой успешной. — Я вижу, вам есть что сказать. Голос мужчины первым нарушил тишину. Заняв своё кресло, барон в полумраке зала выглядел неподвижным и безукоризненно собранным: тёмная одежда, гладко убранные волосы, холодный, стеклянный взгляд. Он почти не смотрел на собравшихся, погружённый, казалось, в собственные размышления. — Хорошо, — не дожидаясь ответа, он повернул голову к доктору. — Господин Рао? Камин негромко потрескивал, согревая просторный зал и собравшихся. Отблески огня скользнули по тёмной обивке кресла, но сам хозяин предпочитал оставаться в тени. Эшен поднялся с места и неуверенно начал: — Тётушка передала… — К сути. Огонь в камине вспыхнул чуть ярче, словно подчёркивая сказанное. — Она ничего не знает. Как и мы. Барон едва заметно кивнул и перевёл взгляд дальше — голова повернулась почти механически, вызывая у Кассия нервный смешок. — Марвранеш? Девушка раздражённо скривилась, устроившись глубже на софе, будто мягкий бархат мог защитить её от разговора. — Селина умеет заставить себя ненавидеть, если тебе интересно. Она… — К делу. Марв сложила руки под грудью и договорила, уже не глядя на мужчину: — …решила, что я просто нервная дурочка. А ещё в её доме я видела что-то похожее на нашего гостя — только в зеркале. Ночью. А может, это было всего лишь отражением штор на окнах. Кто знает. Она пожала плечами, не сразу заметив, как рядом снова нервно дёрнулся Кассий. Мужчина поднял голову и положил руки на подлокотники кресла, расслабив пальцы. Он, похоже, принял её слова к сведению — не комментируя. — Бумаги из порта, — продолжила Марв. — Хочешь поехать туда? Вот уж местные удивятся. Сам барон снизошёл до низов — или нет? Господин фон Дарк был замечен в борде… — Нет. Он поднялся с кресла, обрывая её на полуслове. — Господин Рао. Гронд. Ваша задача — найти и привести того, кто принёс эти тексты. Эшен кивнул, не задавая лишних вопросов. Кассий же не до конца понимал, что происходит — и почему Марв не рассказала о случившемся раньше, ни в таверне, ни в треклятом доме. Он обиженно покосился на девушку, ощущая прилив негодования. — Я буду вынужден нанести личный визит. Он развернулся и направился к выходу из гостиной, не ожидая ответа — решение, казалось, было принято задолго до этого разговора. Дверь за ним тихо щёлкнула, и лишь тогда напряжение в комнате заметно ослабло. Марв первой поднялась с места и, не говоря ни слова, прошла к шкафу у дальней стены. Достав из нижнего ящика бутылку вина и бокалы, она обернулась к спутникам. — Мы все в одной большой заднице. И он снова не считает нужным объяснять, куда пошёл и зачем. А раз так… — она разлила вино и протянула каждому по бокалу. — Мы вправе не объяснять, почему взяли его бутылку. Есть возражения? Кассий лишь покачал головой. Эшен же сначала попытался отставить бокал подальше — на кофейный столик, — почти машинально заметив: — Это не выход. Мы взрослые люди. — В этом весь смысл, — Марв села рядом и без лишних церемоний подтянула бокал обратно в его руки. — Мы, как взрослые люди, можем молча сидеть до утра и злиться на всё подряд. Или… — она сделала короткую паузу, — дать себе шанс на передышку. — К тому же она даже не полная, — добавила Марв, встряхнув бутылку и наполнив бокалы лишь наполовину. — Ты с нами? Эшен кивнул, поднял бокал и, рассматривая напиток в свете камина, сделал глоток — тут же скривился. — Отвратительный вкус… Кассий тихо хмыкнул, поднёс свой к лицу и, принюхавшись, заметил: — Пахнет почти как твой фирменный чай, — он кивнул Эшену. — Марв, ты могла найти что-нибудь получше? Он так и не решился попробовать, выжидающе поглядывая на остальных. — О-о-о, только не начинай. Слишком изысканно для портовой элиты? — Марв отпила прямо из бутылки и тут же поморщилась. — А… на вкус и правда дерьмо. Что ж, остаётся надеяться, что оно не отравлено. Кассий поспешно отставил бокал на пол и покосился на доктора, словно проверяя, не собирается ли тот упасть и забиться в конвульсиях. Поняв наконец, что это шутка, он выдохнул и достал из кармана штанов колоду карт. — Давай так: проигравший платит по счёту в Порту. Карты выскочили из потёртой бумажной коробочки, зашелестели и сложились в веер в ловких пальцах наёмника — опыт игрока был заметен сразу. — Стой… откуда ты их… — Марв растерянно моргнула, не успевая за его движениями. — Ловкость рук! — подмигнул Кассий. — Играем? Все трое переглянулись и устроились на полу у огня. Под ровным жаром камина ночь, казалось, стала куда уютнее.