Женишок пролил литры крови соблазняя невесту-злодейку

***

— Моя бедная Тан-эр от горя лишилась дара речи, — Цю Цзяньло приобнял Цю Хайтан, — днями только и могла повторять имя своего жениха: «А-Цзю, А-Цзю…» — с каждым «А-Цзю», Цю Цзяньло поглаживал Цю Хайтан по руке, ее хрупкая кисть в руке брата чуть дрожала. — Однако надеюсь, ее небольшой недуг не станет проблемой. Голова Цю Хайтан была покрыта полупрозрачной вуалью, которая не скрывала благородные черты лица: прямой нос, чувственные губы и подведенные пленительные глаза. От ее меланхоличного, робкого взгляда Ло Бинхэ хотелось тут же прижать ее к себе. — Мы все понимаем, вы предупреждали в переписке, — Тяньлан-цзюнь сочувственно кивнул и посмотрел на сына, Ло Бинхэ, как завороженный, не отрывал взгляда от своей, возможно, будущей таинственной невесты. Немота Цю Хайтан была вызвана тяжелыми переживаниями, из-за чего в глазах Ло Бинхэ ее недуг превращался в романтичную особенность, а сама Цю Хайтан — в трагичную героиню, которую хотелось спасти и утешить. — Цюцю, дорогая, иди, познакомься поближе с молодым господином Ло. Я обещал, что найду нового жениха, который вернет тебя к жизни. Может быть, именно он поможет исцелить твою сердечную рану. Цю Хайтан вела себя настолько холодно и отстраненно, что ее печальный образ только усиливался и вызывал еще большее желание с ней сблизиться. — Благодарю за доверие, господин Цю, — Ло Бинхэ сложил руки в поклоне. — Я сделаю все, чтобы развеять тоску молодой госпожи, — Ло Бинхэ переглянулся с отцом, в его взгляде отразилось желание заключить этот брачный договор во что бы то ни стало. — Молодой господин Ло, породниться с вашей семьей — это честь для нас. Однако Тан-эр — свет моих очей, так что вам придется хорошо постараться, чтобы не разочаровать нас. Счастье Тан-эр для меня важнее всего. В голосе Цю Цзяньло проскользнуло что-то опасное, и Ло Бинхэ напрягся. Он не собирался сдаваться, но то, что Цю Хайтан была до сих пор не замужем, при всей ее красоте и славе о богатстве семьи, говорило о том, что Цю Цзяньло действительно придерживался принципов.  — Госпожа Цю, позвольте, я покажу вам дом? — Ло Бинхэ набрался смелости обратиться к Цю Хайтан напрямую, за сутки, проведенные в их доме, она ни разу не проявила к нему интереса. Цю Хайтан посмотрела на Цю Цзяньло, тот кивнул, поцеловал ее ладонь, что-то шепнул на ухо и произнес вслух: — Иди, дорогая. Цю Цзяньло улыбнулся Ло Бинхэ: — Господин Ло, я доверяю вам самое дорогое. Будьте осторожны, Тан-эр не привыкла к обществу незнакомых людей, она очень чувствительна и не сможет сказать вам, если ей что-то не понравится. Ло Бинхэ лишь на мгновение представил, что если бы ему удалось поцеловать Цю Хайтан, та тоже ничего бы не сказала, но, прогнав неприличные мысли, он с воодушевлением подумал, что раз Цю Цзяньло отпустил их наедине, значит, осталось дело за малым — только уговорить Цю Хайтан. Цю Хайтан выглядела настолько хрупкой и болезненной, что можно было решить, без поддержки Цю Цзяньло она упадет. Но ее походка оказалась уверенной и не лишенной изящества, и когда двери за ними закрылись, Ло Бинхэ так и не решился протянуть ей руку. — Госпожа Цю, позвольте показать вам наш сад? Я слышал, вы любите цветы. Цю Хайтан кивнула, но Ло Бинхэ почувствовал от нее лишь безразличие. Ло Бинхэ без умолку рассказывал про сад, про дом и про себя, но в ответ видел лишь равнодушие в ее прекрасных глазах. Они полдня провели вместе и Ло Бинхэ готов был заплакать: госпожа Цю была первой девушкой, которую абсолютно не тронуло его обаяние и красноречие. Госпожа Цю даже ни разу не улыбнулась, а ее глаза были полны печалью. Чувствуя, что возможность завоевать красавицу утекает, Ло Бинхэ решил рискнуть: — Брат вас так опекает, госпожа Цю. Не могу представить, какие сильные чувства связывали вас и вашего жениха. Может, расскажете мне о нем? — Ло Бинхэ пододвинул Цю Хайтан лист бумаги. Они сидели в летней беседке, и, не смотря на начало осени, цветы вокруг пьянили буйным цветением, а птицы пели заливистые песни. На столе были фрукты и сладкие угощения, и парадный белый фарфоровый сервиз. В пиалу госпожи Цю упал розовый лепесток. Но, несмотря на романтичную атмосферу, от госпожи Цю веяло траурным настроением. — «Свадьбы не будет», — вместо ответа на вопрос вывела Цю Хайтан красивым аккуратным почерком. — Я вам так не понравился? — Ло Бинхэ расстроился столь категоричному отказу, но то что Цю Хайтан начала с ним общаться, все-таки давало надежду. — «У меня есть жених», — написала Цю Хайтан. — Но он же умер. Госпожа, разве живой муж не лучше мертвого? Дайте мне шанс, и я докажу, что со мной вам будет хорошо. — «Ты пожалеешь», — Цю Хайтан положила в рот пирожное. — Госпожа, я хочу стать вашим мужем. Если вы позволите быть с вами, я никогда не пожалею, — еще ни разу Ло Бинхэ такого никому не говорил, но его покойная матушка рассказывала, что влюбилась в отца именно так, с первого взгляда и на всю жизнь. При взгляде на Цю Хайтан у него сжималось сердце. — «Брат не позволит», — четко вывела Цю Хайтан. Ло Бинхэ с недоверием посмотрел на ответ. Как это может быть правдой? Цю Цзяньло сам же им написал с предложением. — Отец со мной всем делился, и я знаю, что ваш брат уже несколько лет пытается найти того, кто вам подойдет. А наша семья носит не последнюю фамилию в стране, и ваш брат очень доволен такой партией. Госпожа, лучше скажите прямо, что вам во мне не нравится. — «Все». Ло Бинхэ опешил, такого отпора он не ожидал. Но в Цю Хайтан будто злой дух вселился, она яростно продолжила строчить: — «Навязчивый, прилипчивый, самодовольный, высокого мнения о себе. Вы слишком много на себя берете, господин Ло. Предупреждаю в первый и последний раз: хотите жить — держитесь от нашей семьи подальше. Скажите своему отцу, что я вам не понравилась, и дальнейшее обсуждение свадьбы надо немедленно прекратить. Направьте свое красноречие в положительное русло, только от вас зависит, убережете вы себя или обречете на страдания». Ло Бинхэ поперхнулся чаем, но не успел ответить, как появилась еще пара строк: — «Хотя вы и не стоите моего милосердия, но не пренебрегайте им». Убедившись, что Ло Бинхэ все прочел, Цю Хайтан поднесла лист к огню свечи, и ее слова разлетелись пеплом. — Зачем вы так, госпожа? Я же еще ничего не сделал, вы даже не дали мне шанса проявить себя. Цю Хайтан неожиданно усмехнулась, и Ло Бинхэ задался вопросом, куда делась та робкая печальная красавица, какой он увидел ее, выходящей из повозки? — Госпожа Цю, смеетесь вы недобрым смехом, но… ведь можно считать, что я заставил вас улыбнуться? Подумайте, ваш брат хочет, чтобы вы были счастливы. Не можете же вы вечно оставаться невестой? — «Желания моего брата вас не касаются. Уговорите отца отказаться, и наша семья больше вас не побеспокоит». Ло Бинхэ сидел в своей комнате и с грустью обдумывал последние слова Цю Хайтан. Ему так настойчиво отказывали, что стоило сделать, как было велено. Но проблема была в том, что чем больше отказывали, тем больше хотелось завоевать недоступную красавицу. Вечером он ничего не сказал отцу, а семья Цю разместилась в их доме. — Госпожа Цю, я принес вам ужин, — Ло Бинхэ постучался в дверь. На пятый стук дверь приоткрылась, на пороге стоял Цю Цзяньло. — Господин Ло, так любезно с вашей стороны, — широко улыбнулся Цю Цзяньло, забирая поднос с едой. — Тан-эр рассказала, что вы обращались с ней очень хорошо, и вижу это так. Ло Бинхэ не ждал здесь Цю Цзяньло, краем глаза он заметил, как Цю Хайтан поспешно накидывает вуаль. — Благодарю, — кивнул Ло Бинхэ. — Не стоит, не стоит. — Не думал, что вы будете здесь, и принес ужин только на одного. Принести и для вас? — Да, будет очень мило с вашей стороны. Какой заботливый жених у моей Тан-эр. Ло Бинхэ развернулся на кухню, гадая, что же сказала про него Цю Хайтан. Может, она из тех девушек, что на словах жесткие, а сердцем мягкие? Когда он вернулся, Цю Цзяньло куда-то вышел, а Цю Хайтан передала ему записку. Ло Бинхэ не стал задерживаться у Цю Хайтан, а прижимая к груди записку, ушел к себе. С трепетом в сердце он развернул ароматную бумагу. — «Вы дурак и совершаете ошибку. Приходите ко мне в полночь, я покажу вам, как вы слепы. Не стучите в дверь». Ло Бинхэ возбужденно три раза подряд перечитал записку. Неужели, красавица Цюцю к нему неровно дышит и просто стеснялась показать?! Ровно в полночь Ло Бинхэ тихо замер у двери Цю Хайтан, будто задумал что-то нехорошее. Он слегка толкнул дверь, та бесшумно отворилась, и его встретил холодный пронзительный взгляд. Цю Хайтан знаком показала закрыть дверь. Хотя это был родной дом Ло Бинхэ, но покои, выделенные Цю Хайтан, были покоями его давно почившей матери, и обычно они стояли закрытыми. Сейчас здесь разлилась зловещая атмосфера: несколько свечей отбрасывали тени на стены, в приоткрытое окно дул ветер, будто слетелись ночные призраки, и чарующая, но и одновременно пугающая фигура Цю Хайтан в ночном белом халате с распущенными волосами стояла посреди комнаты. В первый раз он видел ее лицо без вуали, но в приглушенном свете черты лица размывались. Если бы днем ранее Ло Бинхэ не знал, что к ним приехала семья Цю, то сейчас принял бы Цю Хайтан за призрака. Цю Хайтан поманила его взглядом, Ло Бинхэ как зачарованный подошел. Она положила руку ему на талию, и у Ло Бинхэ подкосились ноги. Это взаправду происходит? Цю Хайтан наклонилась к нему, и ее губы задели его ухо, Ло Бинхэ почувствовал, как краснеет. — Такой послушный, — прозвучал ее голос, жесткий и соблазнительный, но ни капли не мягкий. Ло Бинхэ показалось, что ему снится дивный сон, и он решил не упускать возможности, его руки заскользили по гибкому стану Цю Хайтан. Однако та перехватила одну его руку и повела ее вниз, пока не задержала у себя между ног. — Мы не пара, — выдохнула Цю Хайтан, прижимая его ладонь себе к паху. От шока Ло Бинхэ чуть не задохнулся, между ног у красавицы отчетливо прощупывался мужской орган. Он с неподдельным ужасом посмотрел на Цю Хайтан, та ему хищно улыбнулась, в неясном свете Ло Бинхэ даже померещились клыки, и Цю Хайтан отпустила его руку. Ло Бинхэ попятился спиной к двери, Цю Хайтан как мрачное видение продолжила стоять на месте. Ло Бинхэ вылетел из ее комнаты и пронесся через весь дом до сада. Неужели девушка его мечты — мужчина?! Как судьба жестока! Его первым порывом было побежать к отцу, рассказать про коварный обман, но правда задела его сильнее, чем он думал — хотелось сначала пережить горе наедине. Ее манящий голос ему померещился или нет? Он уже представлял, как будет романтично обмениваться с ней письмами, пока она, наконец, не заговорит. Как притягательны ее тонкие запястья... Цю Хайтан дышала изящностью, благоухала цветами и загадкой. Нет же, это все он, а не она! Коварный он соблазнил его и требует отменить свадьбу! И как теперь Ло Бинхэ может обо всем сказать отцу? Матушка говорила, что если чувства сильные, то надо действовать. И пусть коварный он сам несет свое наказание за обман, Ло Бинхэ не будет отменять свадьбу. Когда наступит время, Ло Бинхэ возьмет наложниц и продолжит род, а милая обманщица Цю Хайтан будет его любимой женой. С этими мыслями, промучившись до рассвета, Ло Бинхэ заснул. За завтраком семья Цю вела себя как ни в чем не бывало, словно ночной кошмар Ло Бинхэ приснился. «Предатель!» — кричало сердце Ло Бинхэ, он жадно пожирал глазами свою зазнобу. — Моя Тан-эр утомилась, не проводите ли ее до покоев, господин Ло? — улыбнулся Цю Цзяньло, и Ло Бинхэ, наконец, разглядел фальшь в этой улыбке. Семья обманщиков! — С удовольствием, господин Цю, — сердце Ло Бинхэ восторжествовало, когда он уловил тень эмоций на лице Цю Хайтан. Милая обманщица явно не ожидала такой прыти со стороны Ло Бинхэ. — «Почему не рассказали отцу?» — снова побежали строки по бумаге, будто вчера Ло Бинхэ и не слышал его голоса. — Дорогая госпожа, — Ло Бинхэ сжал запястье Цю Хайтан, — а почему вы сами не сообщили моему отцу? Что вы с братом задумали? — «Мое признание было откровеннее некуда, так что я никого не обманываю». — Госпожа Цю, вы меня уже обманули. И раз вам нравится играть с мужчинами, то я все решил. Я удовлетворю ваше желание, свадьба состоится, и вы будете со мной до нашей смерти. — «Не боитесь, что смерть наступит рано?» — Вы мне угрожаете? — «Предсказываю будущее». — Своему прошлому жениху тоже вы предсказали раннюю кончину? — «Не лезьте в мою семью!» — Скоро я буду вашей семьей. Ваш брат, похоже, только рад найти вам новую. Госпожа Цю, хотя ваш характер, простите за грубость, не соответствует заявленным обещаниям, но я клянусь заботиться о вас и любить вас как свою дорогую госпожу. — «Он мне не брат. А вам я не госпожа. Если сегодня же не отмените свадьбу, ждите беды». — Согласен на любую беду, если она будет от вас. — «Хорошо. Тогда приходите после полуночи, и если и в этот раз вы не откажетесь, то я соглашусь». — Ждите меня, я обязательно приду. Ло Бинхэ со счастливой улыбкой пошел в сад собирать букет, кажется, сердце непокорной госпожи дрогнуло, а вся ее холодность — была лишь испытанием для жениха. Ровно в полночь Ло Бинхэ тихо отворил дверь, но не рискнул зайти. Картина, которую он увидел, выходила за рамки его воображения об испытании. На кровати его матери Цю Хайтан и Цю Цзяньло сидели в обнимку, их лица соприкасались, и Цю Цзяньло… Совал язык в Цю Хайтан?!! Еле сдержавшись, чтобы не издать звук, Ло Бинхэ прикрыл дверь и ушел к себе. На глазах уже наворачивались слезы обиды. Обманщики! Распутники! Что они творят?! Его будущая госпожа и ее брат… неужели? Неужели они состояли в таких отношениях?! Мало того что Цю Хайтан мужчина, мало того что родственники, так еще и занимаются этим в доме семьи жениха?! На кровати его покойной матушки?! Ло Бинхэ взвыл и собрался бежать к отцу. Он был возмущен, обижен и расстроен как никогда в жизни. Он всегда мечтал встретить того самого особенного человека, от которого дрогнет сердце, но никогда не думал, что в реальности встреча с особенным человеком принесет ему сердечный приступ. А потом Ло Бинхэ сел в кресло и налил себе вина. Выпил кувшин вина, отругал так и не подаренный букет, отшвырнутый в стену, утер слезы и принял решение. Гадкая обманщица Цю Хайтан должна поплатиться! Пусть войдет в дом Ло, станет женой Ло Бинхэ и никуда уже от него не денется, а Цю Цзяньло останется с носом за порогом! С этой мыслью Ло Бинхэ заснул неспокойным сном. На утренней встрече Ло Бинхэ достался болезненный пинок под столом от Цю Хайтан. — Молодые, вам, наверное, не терпится провести больше времени вместе, — улыбнулся Цю Цзяньло. — Кажется, семья Ло и правда пришлась по вкусу моей милой Тан-эр. Тяньлан-цзюнь, явно довольный успехами сына, подмигнул Ло Бинхэ. — Если вы позволите, мы удалимся, — кивнул Ло Бинхэ. Ему не терпелось поставить в известность дорогую Цюцю, что все проверки он прошел, и все равно не отступит. — Иди, иди, дорогая, — кивнул Цю Цзяньло. Ло Бинхэ, горя от предвкушения, потащил Цю Хайтан на веранду, где еще ранним утром с любовью расставил цветочные горшки. Там открывался хороший вид на каменный мост, было слышно, как журчит вода в ручье неподалеку, и поместье Ло выглядело достаточно роскошно, чтобы претендовать на место в чужом сердце. — Золотце, — решил обратиться Ло Бинхэ, так и не выбрав, как лучше, «госпожа» или «господин», — посмотри, у нас хорошее поместье, и помимо него и фамилии Ло, ты так же получишь верного мужа с широкими взглядами. Я закрою глаза на твою прошлую жизнь и буду любить и ценить. Соглашайся. — «Господин Ло, вижу, у вас нет ни капли достоинства, как вы сможете стать кому-то хорошим мужем?» — И это говорите мне вы? После того, что я вчера увидел? — «Разве после вчерашнего, вы, господин Ло, не должны были осознать глубину своих заблуждений?» — И я осознал, моя любимая. Но припоминаю, вы обещали стать мне женой, если я не откажусь. — «Хорошо. Пусть будет так, раз вы настаиваете». — Вы правда согласны? — сердце Ло Бинхэ забилось быстрее, ему не верилось, что лед тронулся. — «Неужели вы передумаете, если я скажу, что неправда?» — Вы правы, я от вас не отступлюсь. — «Тогда и меня не вините». — Обещаю, ни в чем вас не винить. Всю ответственность я беру на себя. Но раз мы с вами открылись друг другу, то позволите узнать, как вас зовут? Хайтан — очень нежное имя, однако неужели ваши родители дали такое цветочное имя юноше? — «Разве я для вас не похож на цветок? Думаете, не достоин такого имени?» — Если я ошибся в догадках, простите меня. — «Не ошиблись», — послышался горький смешок. — «Моя фамилия Шэнь, а имя Цзю». — Вечный (1)? — улыбнулся Ло Бинхэ. — Красивое имя, — сердце Ло Бинхэ затрепетало от первых успехов. Отношения с его любовью, кажется, начали налаживаться. — Но подождите, вы — Шэнь? И разве имя «Цзю» — не то что называл господин Цю? — «Оно самое. Господин Цю ценит мое имя, я воспитанник семьи Цю. В семье Цю было двое детей — Цю Цзяньло и Цю Хайтан, Цю Хайтан умерла от болезни, а вместо нее взяли меня». — Но… почему вы заняли место сестры? — «Есть такое поверье, господин Ло, по которому один человек, должен занять место и имя другого, чтобы семья могла процветать. Так что отныне я Цю Хайтан и мне суждено быть невестой. Так что зовите меня новым именем». — Цюцю, я о вас позабочусь! — «Господин Ло, вы и о себе позаботиться не можете, что уж там о других». Ло Бинхэ смутился, ему только показалось, что Шэнь Цзю начал оттаивать, но тот снова отдалился. — А почему вы все время молчите? Я же слышал ваш голос, он же мне не приснился. — «Мне не хочется с вами говорить». Покидая веранду, Ло Бинхэ разрывался между противоречивыми чувствами: последние две фразы особенно его задели, но то, что Шэнь Цзю поделился своими тайнами, явно говорило, что он к нему неравнодушен. — Отец, я хочу эту свадьбу, пообещай господину Цю, что он попросит, но договорись, — твердо заявил Ло Бинхэ. — Не волнуйся, похоже, ты действительно приглянулся Цю Хайтан, господин Цю признался мне по секрету, что его сестра влюбилась и с ума по тебе сходит. Благополучное время уже выбрано. Свадьба состоится в следующем месяце. Семья Цю уехала на следующий день готовиться к свадьбе. На прощание Ло Бинхэ получил записку от своей невесты. «Ты пожалеешь». В конверте еще лежала засушенная шипастая роза. «Это любовь», — пронеслось в голове Ло Бинхэ. Ко дню свадьбы поместье Ло преобразилось — нарядное, шумное и сверкающее. Двор был завален шелками, вазами и фруктами, и приданым, что выслала семья Цю. Ло Бинхэ гадал, кто же расшивал одеяла и одежду — Шэнь Цзю, как положено невесте, или кто-то за него? В воздухе витало романтичное настроение, Ло Бинхэ крутился перед медным зеркалом в роскошных алых свадебных одеждах. Хорош ли? Или сменить наряд? На всякий случай ему сшили несколько комплектов. Ло Бинхэ предстояла долгая дорога, чтобы забрать невесту. Дом Цю находился в другой провинции, добираться туда неделю, благополучное время может пройти, так что, по договоренности, чтобы соблюсти ритуал, жених заберет невесту из временного дома невесты, до которого было примерно полдня с лишним пути. Дом Ло на свадьбу не скупился, были подготовлены повозки для музыкантов, танцовщиц и служанок. Ло Бинхэ, обнялся с отцом и торжественно отправился в путь. У него внутри все трепетало от радости, и только слова «ты пожалеешь» немного портили настроение. Дорогу показывал человек, присланный из дома Цю, так что делегация продвигалась без препятствий. Ло Бинхэ надеялся встретиться с Шэнь Цзю уже к вечеру, но во второй половине дня пошел мелкий дождь, в воздухе встал туман, и, выглядывая в окно, Ло Бинхэ всерьез заволновался, не сбились ли они с пути — дороги было не видать — но провожатый кивал, что все в порядке. Однако их движение сильно замедлилось, и к вечеру они все еще ехали. Ло Бинхэ молился, чтобы тучи разошлись, и они благополучно добрались до невесты, но, вопреки его чаяниям, ночь застала их в пути. Временную резиденцию семьи Цю, знаменитую своими богатствами, Ло Бинхэ так и не увидел, но, на их счастье, из тумана внезапно показалась заброшенная на вид гостиница. — Простите, господин Ло, но дальше не поедем, — объявил проводник. — Нельзя ночью ехать в такую погоду. Ло Бинхэ вздохнул, но согласился. Он и так уже заметил волнение на лице проводника, и, похоже, они все-таки заблудились. К удивлению, гостиница внутри оказалась намного лучше, чем снаружи. Чистая, уютная, просторная — в ней будто часто останавливались знатные гости, потому что придраться не к чему. Нашелся даже отдельный дом в отдалении от основного, где разместились слуги и лошади. Ло Бинхэ вкусно накормили и напоили, и он, томясь мыслями о свадьбе, как там его невеста, не сбежит ли, пока его ждет, отпустил служанок спать и не отказал себе и вдоволь напился вина. Здесь подавали особенно ароматное и пьянящее. Еще более приятный сюрприз ждал его дальше. Хозяин гостиницы в элегантном ханьфу, подмигнул Ло Бинхэ и сказал, что для него подготовлен целый этаж. И его ждет гость. Ло Бинхэ боялся поверить, что за гость мог его тут ждать. Не может же быть, он?! Ло Бинхэ поднялся на второй этаж и с замиранием сердца открыл дверь. За дверью встретил полумрак, горящие свечи и пленительный аромат благовоний. Он закрыл дверь и в глубине увидел силуэт человека на коленях в красных одеждах. — Ты здесь! — Ло Бинхэ от радости вмиг подлетел к невесте, борясь со слабостью в теле от выпитого ранее. Невеста кивнула, но ее лицо было против света, вуаль на этот раз плотная, и в полумраке Ло Бинхэ вовсе не мог увидеть лицо. — Золотце, я так рад, что ты здесь! Поехали скорее домой? Мы еще успеем провести обряд, пока не прошло лучшее время. Невеста покачала головой, взяла Ло Бинхэ за руку и потянула к себе. Ло Бинхэ пришлось сесть рядом на колени. — Ты… ты не хочешь шумной церемонии? Невеста кивнула. — Тогда можем провести ритуал по старинному обычаю. Невеста снова кивнула. Из полумрака вышел еще один человек, он был в элегантной маске, напоминая жреца, и Ло Бинхэ понял, что это распорядитель церемонии. Так его дорогая серьезно подготовилась? Когда прозвучали ритуальные слова, они отбили поклоны, и настало время выпить церемониальное вино, Ло Бинхэ протянул руки к вуали своей ненаглядной, но та остановила его. Он понял, что вуаль ему не дадут снять до брачной ночи и смирился, принимая брачное вино. Вкус был странный, но по телу разливалось тепло, и Ло Бинхэ не обратил большого внимания. Однако сам подняться с колен он уже не смог, ему помог человек, проводивший церемонию. Ло Бинхэ ненадолго заснул. Проснулся он в спальне, здесь царил тот же полумрак и стоял удушающий запах цветов, свечей, благовоний и чего-то сладковато-приторного. Его зазноба сидела к нему спиной, а ее длинные волосы стелились по постели. — Как хорошо, что ты рядом. Я боялся, что все сорвется. Твои последние слова, признаюсь, внушили мне сомнения, но я надеялся… — На что ты надеялся, мой муж? — прозвучал высокий девичий голосок, его уже жена продолжила расчесывать волосы. — Цзюцзю! Ты наконец-то говоришь со мной! Не думал, что твой голос будет, как звенящие колокольчики! — Дорогой, не зови меня чужим именем. Ты только что произнес клятвы верности своей Цю Хайтан. — Да, Цюцю, я все понял, — покорно согласился Ло Бинхэ. — Но можно мне на тебя посмотреть поближе? — Куда нам торопиться, дорогой? — Цю Хайтан так и не повернулась лицом. — У нас вся ночь впереди. Лучше закрой глаза. Ло Бинхэ закрыл, гадая, как Шэнь Цзю удается так хорошо имитировать женский голос. — Можешь открывать, дорогой, — в нос Ло Бинхэ ударил запах гнили, а перед его лицом склонилась Цю Хайтан. Почувствовав тревогу, Ло Бинхэ приоткрыл вуаль… Под вуалью было гниющее женское лицо, нос провалился, на месте рта — зубастая пасть с острыми зубами в два ряда, и только живые глаза с хищным взглядом напоминали человека. Он попытался оттолкнуть тварь, но его мертвая невеста вцепилась железной хваткой ему в руки и придавила к кровати. — Дорогой, я люблю тебя! — нежно произнесло чудовище, ее лицо зависло над лицом Ло Бинхэ. — Ты!! — Твоя Тан-эр. Не стесняйся, дорогой, брат рассказал, как сильно ты воспылал ко мне чувствами. Теперь мы вместе. Ло Бинхэ в ужасе смотрел на обезображенный говорящий труп женщины и не мог даже пошевелиться в ее хватке. Его тело было мягким и неподатливым. — Кто-нибудь, помогите!! Спасите!! — закричал Ло Бинхэ, пытаясь выбраться, но сила чудовища намного превосходила его собственную. С отчаянием он вспомнил, что слуги были далеко, и отсюда его никто не услышит. — Любимый, на подготовку нашей свадьбы был месяц. Достаточно времени, чтобы все прошло идеально. Так что кричи, сколько захочешь. Ло Бинхэ с ненавистью уставился на чудовище. — Любимый, если будешь хорошо себя вести, сделаешь все, как положено, то я подарю тебе ночь любви. А если не захочешь, то… — пасть приоткрылась, и Ло Бинхэ догадался, что его ждет. Его съедят. Кажется, это конец. Цю Хайтан с обожанием провела холодными руками по лицу Ло Бинхэ. — Брат так меня любит, такого красивого жениха нашел. Я счастлива! Ло Бинхэ закрыл глаза, чтобы не видеть чудовище у себя на груди. — Дорогой, скажи что-нибудь. Может быть, это твои последние слова. — Шэнь Цзю — обманщик! — вскрикнул Ло Бинхэ. — Да, — улыбнулась Цю Хайтан, — он такой. Ло Бинхэ застонал, чувствуя бессилие и обиду. — Тан-эр, пора заканчивать, — Ло Бинхэ открыл глаза и увидел, что в спальню вошел мужчина, который проводил церемонию. Тот стянул маску, а под маской было лицо… Шэнь Цзю! — Это ты! Ты! — Тише, дорогой, твоя любимая здесь, — Цю Хайтан прижалась к нему. Ло Бинхэ отчаянно потянулся к Шэнь Цзю, но тот с холодным выражением лица безразлично смотрел, как тварь собирается его съесть. У Ло Бинхэ в голове четко всплыли его слова: «Ты пожалеешь». — Тан-эр, действуй, — Шэнь Цзю поторопил Цю Хайтан. — А-Цзю, у меня новый жених, не мешай мне радоваться жизни. — Шэнь Цзю, помоги мне! — взмолился Ло Бинхэ. — Мои дорогие, вы что-то долго, — в комнату вошел еще один человек, и Ло Бинхэ во все глаза уставился на Цю Цзяньло. — Господин Цю, спасите меня! Прошу вас! — с новой силой закричал Ло Бинхэ. — А, господин Ло, как поживаете? — улыбнулся Цю Цзяньло. — Вижу вы пока в добром здравии, это хорошо, моей Тан-эр нужна сильная энергия ян. — Шэнь Цзю! — Ло Бинхэ понял, этот человек его последняя надежда. В глазах Шэнь Цзю плескалось только отчуждение, которое вогнало Ло Бинхэ в полное отчаяние. — Все выйдите отсюда, у меня брачная ночь, брат, ты мне обещал, — закапризничала Цю Хайтан. — Раз обещал, я слово сдержу, дорогая, — Цю Цзяньло пожал плечами, приобнял Шэнь Цзю и вышел вместе с ним за дверь. — Шэнь Цзю!!! — отчаянно завопил Ло Бинхэ. — Время взять ответственность, — долетели до него тихие слова. Дверь закрылась. — Любимый, только твоя Цюцю может тебя спасти, — Цю Хайтан закрыла рот и почти по-человечески улыбнулась. — Ты… можешь меня... спасти? — Конечно, любимый. На мне проклятие, а чтобы его снять, мой жених должен провести со мной брачную ночь. Дорогой, если ты со всем пылом займешься со мной любовью, желая мне счастья и всех благ, то проклятие спадет. Мы оба будем спасены. А если осквернишь наше брачное ложе пренебрежением к невесте, то тебя ждет наказание. Ло Бинхэ с сомнением смотрел на чудовище, у той изо рта подтекала слюна. Кажется, она была голодной. — Ну как, ты согласен, дорогой? Я не могу ждать до рассвета. Ло Бинхэ прикинул, что терять нечего и обреченно кивнул. — Вот и славно. А-Цзю говорил, что они с братом нашли мне настоящего извращенца. Похотливого кобеля, который даже мужику готов вставить. — Он рассказывал обо мне? — Конечно, мы же одна семья. — И кем он тебе приходится? Цю Хайтан задумалась и качнула головой: — Неважно, любимый. Не должно говорить о других в нашу брачную ночь. Ло Бинхэ сглотнул, неужели у него сейчас будет брачная ночь с чудовищем? Тем временем Цю Хайтан стянула с себя праздничные халаты и белье. Ее кожа была бледно-серой, тело пахло сыростью и сладостью, груди впали, а с ребер плоть вовсе отваливалась. Ло Бинхэ с отчаянием перевел взгляд на паховую область, и с сожалением обнаружил, что вагина на месте. — Дорогой, я вся горю! — застонала Цю Хайтан. Ло Бинхэ осторожно дотронулся до ее руки, та была ледяной, его передернуло. — Ты тоже раздевайся, — Цю Хайтан потянулась к его халатам. — Можно я останусь в одежде? — мягко уточнил Ло Бинхэ. — Вот еще! — фыркнула Цю Хайтан и с нечеловеческой силой надавила ему на грудь, развязывая пояс и стягивая верхний халат. Ло Бинхэ, боясь спровоцировать чудовище, дал себя раздеть до штанов. — Оставь хотя бы штаны, — Ло Бинхэ жалостливо посмотрел на свою ненаглядную. — Боюсь напугать свою невесту… размерами. — Мой любимый беспокоится обо мне? — Цю Хайтан, демонстрируя зубастую пасть, улыбнулась. — Не волнуйся, дорогой. Хотя у тебя первая брачная ночь, но твоя невеста уже опытная. Прости, что скрыли это. Однако у тебя еще есть шанс стать тем, кто переживет ночь любви. Ло Бинхэ намек понял и очень неохотно стянул штаны. — Это что за вялый баклажан? — Цю Хайтан неласково ткнула длинным алым ногтем Ло Бинхэ в член, тот вскрикнул, прикрывая достоинство. — Я… — Ло Бинхэ не знал, как оправдаться и сказал как есть, — я переволновался, дорогая! Прошу, дай мне немного времени. — Неужели красивая обнаженная девушка тебя возбуждает меньше, чем мужик в платье?! — оскалилась Цю Хайтан. — Что ты, дорогая, красивые девушки меня очень возбуждают… «Но это красивые живые девушки и даже оказалось юноши. А ты мертвая и гниешь, и хочешь меня съесть и трахнуть», — добавил про себя Ло Бинхэ. — А ты нечеловечески красива! Поэтому, дорогая, я потратил все силы, пока думал о тебе, готовясь к свадьбе. Очень много о тебе думал! — Ло Бинхэ и правда много думал о своей красавице, но его красавица оказалась настоящей злодейкой, которая бросила его на растерзание чудовищу! От обиды он тихо взвыл. — Хорошо, дорогой, я прощаю. Твоя Цюцю возьмет ответственность и сама тебе поможет, — лицо Цю Хайтан приблизилось к паху Ло Бинхэ. — А может, не надо? — он отдернулся как от огня, спасая достоинство, и отполз на другой край кровати. — Моей невесте не пристало так утруждаться, я мужчина, я все сделаю сам, — заверил Ло Бинхэ, на такую Цюцю у него в жизни бы не встало, но появилась одна идея. Цю Хайтан смотрела с сомнением. — У меня есть одна просьба. Клянусь, если ты ее исполнишь, я приложу все силы, чтобы снять проклятие. — Чего же хочет мой дорогой? Советую быть осторожнее со своими желаниями. — На нашем брачном ложе не хватает символов плодородия, быть может, твоя семья нам их принесет? — Это можно устроить, — кивнула Цю Хайтан. Она неохотно оделась, подошла к двери и окрикнула Шэнь Цзю. Ло Бинхэ мысленно помолился Будде, тоже поспешно накидывая халат. Когда Шэнь Цзю принес семечки лотоса, финики и даже гранаты, что нашлись в гостинице, и положил их на кровать, Ло Бинхэ схватил его за руку. — Помоги мне возбудиться, а я помогу вам, — быстро зашептал Ло Бинхэ. — Дорогой, тебе не кажется невежливым трогать моего бывшего жениха прямо на нашей свадьбе? — Цю Хайтан уставилась на них двоих. — Но дорогая, он же член твоей семьи, и я со всем уважением, — повинился Ло Бинхэ. — Дорогой, ты испытываешь мое терпение. — Тан-эр, — примирительно начал Шэнь Цзю, — давай дадим ему шанс? Он продержался уже дольше, чем предыдущие. Я обещал помочь, и надо довести до конца. Если и в этот раз не выйдет, Цю Цзяньло клялся, что убьет меня. — Пф-ф, — фыркнула Цю Хайтан, брызгая слюной. — Как он мог такое сказать? Я поговорю с ним. «Спасибо!» — Ло Бинхэ мысленно передал благодарность Шэнь Цзю, тот ему кивнул. — Давай, Тан-эр, ложись, — Шэнь Цзю помог Цю Хайтан лечь посреди кровати, на этот раз халаты остались на ней, чему Ло Бинхэ очень обрадовался. Еще бы вуалью накрыть лицо, стало бы идеально, но Шэнь Цзю не накрыл. — Закрой глаза, дорогая и представляй, что твое желание, наконец, исполнится, — Шэнь Цзю ласково погладил Цю Хайтан по голове. Шэнь Цзю подтолкнул Ло Бинхэ к Цю Хайтан, а сам сел рядом. «Тебе объяснять, что делать дальше?» — Шэнь Цзю взглядом спросил Ло Бинхэ. Тот сглотнул, в теории он догадывался, но на практике… в халате или без, чудовище перед ним не вызывало никакого желания. Цю Хайтан смирно лежала, прикрыв глаза, и изредка щелкала зубастой челюстью. Ло Бинхэ жалобно посмотрел на Шэнь Цзю. Тот тяжело вздохнул, привстал на колени, и очень медленно его лицо приблизилось к лицу Ло Бинхэ. — Я помогаю тебе ради нее и себя, не принимай на свой счет, — тихо прозвучали слова Шэнь Цзю. — Закрой глаза, — прошептал Шэнь Цзю. В следующее мгновение Ло Бинхэ оказался в раю. Это все-таки любовь! Он тут же забыл об обмане, подмене и ужасах, творящихся в спальне. Как в настоящей сказке, поцелуй любви сотворил чудо. У Ло Бинхэ встал! — Дальше ты сам, — холодные слова Шэнь Цзю отозвались болью в сердце Ло Бинхэ, но одно его присутствие рядом поддерживало крепость духа. В руки Ло Бинхэ потекло что-то скользкое, он догадался, что требуется и смазал член. — Действуй, — Шэнь Цзю направил руку Ло Бинхэ вперед. Ло Бинхэ, не открывая глаз, на ощупь нашел ноги Цю Хайтан, и, стараясь ее не касаться, толкнулся вперед. Серия неловких движений увенчалась в итоге успехом, и Ло Бинхэ нашел свою цель, помогая рукой. Убедившись, что дело пошло, Шэнь Цзю хотел встать, но Ло Бинхэ почувствовал движение рядом и схватил его за руку. — Пожалуйста, не уходи! — взмолился Ло Бинхэ. Шэнь Цзю вздохнул и сел назад, Ло Бинхэ, не отпуская его руку, двинулся вперед. В комнате не было окон, однако Ло Бинхэ почувствовал, когда наступил рассвет. Он был измотан, но в душе теплилась надежда. Кажется, он справился. Ло Бинхэ лежал без сил, закутавшись в одеяло, на краю кровати дремал Шэнь Цзю, он всю ночь ему помогал. А поперек кровати лежала Цю Хайтан, раскинув руки. Цю Хайтан преобразилась! Пасть чудовища стала миловидным ртом, кожа обрела нормальный цвет, и запах гнили исчез. Кошмар правда закончился?! Ло Бинхэ не мог поверить, что все позади. — Где мой поцелуй истинной любви? — капризно протянула Цю Хайтан, сонно зевая и потягиваясь. Душа Ло Бинхэ ушла в пятки. Неужели это только начало его чудовищной супружеской жизни? Его истинная любовь сидела на краю кровати, а не эта! — Здесь, дорогая, — Ло Бинхэ не заметил, как в комнату вошел еще один человек и только сейчас поднял голову. — Кто же больше брата будет тебя любить. Цю Цзяньло подошел к кровати и взял Цю Хайтан на руки. — Брат! — радостно закричала Цю Хайтан, обвивая его за шею. — Посмотри на меня! Проклятия больше нет! — Дорогая, ты прекрасна, — улыбнулся Цю Цзяньло, и у Ло Бинхэ глаза на лоб полезли, когда на его глазах Цю Цзяньло поцеловал Цю Хайтан в губы. — Спасибо за содействие, господин Ло, а нам пора. Вашему отцу отправлю компенсацию. А-Цзю, пора идти. Шэнь Цзю открыл глаза, будто не спал вовсе, и холодно произнес: — Отправляйтесь без меня. — Господин Цю, — вмешался Ло Бинхэ, — вам не кажется, что мне тоже нужна компенсация? В качестве компенсации я забираю его! — Господин Ло, в качестве компенсации я дам вам ценный совет: этот кусок пирога вам не откусить. Бывайте. А-Цзю, приводи себя в порядок, жду тебя внизу, — не выпуская Цю Хайтан из рук, Цю Цзяньло вышел за дверь. — Прости дорогой, ты был хорош, но семья важнее! — на прощание крикнула Цю Хайтан. — Ты ведь не пойдешь с ними? — Ло Бинхэ набросился на Шэнь Цзю. — А твое-то какое дело? — Шэнь Цзю поправил воротник халата. — Цзюцзю, ты меня спас и теперь несешь ответственность. Жить без тебя не могу! — на одном дыхании выложил Ло Бинхэ. — Господин Ло, у вас не в порядке с головой, — Шэнь Цзю, не церемонясь, встал и направился к двери. — Ты хочешь пойти с ними?! — взревел Ло Бинхэ. — Ладно, не со мной, но только не с ними! Они ж чудовища! — Господин Ло, здесь только один выход. Ло Бинхэ хотел сорваться за ним, но Шэнь Цзю остановил его взглядом. — Если вы хоть каплю благодарны своему спасителю, то, пожалуйста, не преследуйте меня. Ло Бинхэ заколебался. — Обещаю, забуду вас, как только выйду за порог, и больше мы с вами не связаны. «Цзюцзю, не забывай меня, пожалуйста!» — едва не заплакал про себя Ло Бинхэ. Стоило шагам за дверью стихнуть, Ло Бинхэ тихо вышел следом за Шэнь Цзю. Тот спустился вниз по лестнице, Ло Бинхэ остановился у лестницы, чтобы себя не выдать. Ло Бинхэ осторожно выглянул из-за перил и увидел, как Шэнь Цзю встретился с Цю Цзяньло. Сердце Ло Бинхэ болезненно сжалось, неужели любовь всей его жизни сейчас уйдет с этими монстрами? Но вопреки его опасениям, Шэнь Цзю с криками набросился на Цю Цзяньло. «Ты мне обещал!», «я вернул долг и больше не ваша невеста!», «видеть вас обоих не хочу!» — до Ло Бинхэ доносились обрывки фраз. Он и не догадывался, что его Цзюцзю умеет так кричать. Ло Бинхэ глупо улыбнулся. И все-таки за дверь гостиницы первым вышел один Шэнь Цзю, хлопнув дверью. Ло Бинхэ хотел мчаться следом, но встречаться с Цю Цзяньло и Цю Хайтан не горел желанием, и подождал, пока те тоже выйдут, а потом побежал на выход. Снаружи уже никого не было. Уехал ли Шэнь Цзю с ними или нет? Ло Бинхэ гадал, не зная, в какую сторону бежать дальше. Рядом с гостиницей шла одна дорога, которая расходилась в две стороны, откуда он приехал, и куда ехал изначально. Ло Бинхэ сел в экипаж и развернулся в сторону дома. «Если это судьба, они обязательно снова встретятся!» — с этой мыслью, измотанный ночным кошмаром, Ло Бинхэ уснул. — Господин Ло, — служанка позвала Ло Бинхэ, пробудив его ото сна. — Там человек идет, вы просили сообщить. Ло Бинхэ отодвинул занавеску и действительно увидел вдалеке знакомую фигуру. — Гоните лошадей! Его надо догнать. Экипаж понесся вперед, и Ло Бинхэ выкинул из головы ужас ночи, погружаясь в грезы о светлом будущем. — Золотце, — Ло Бинхэ выглянул из экипажа, — до города далеко, садись, подвезу. — Господин Ло, у меня плохое настроение, так что сейчас вы рискуете. — Золотце, не упрямься, я уже готов ко всему. Шэнь Цзю остановился и оценивающе посмотрел на Ло Бинхэ, а затем махнул рукой, и дал себе помочь забраться в экипаж. Они ехали какое-то время молча, Ло Бинхэ набирался смелости, увезти Шэнь Цзю домой, а Шэнь Цзю что-то обдумывал. — Господин Ло, у меня для вас последнее испытание. Если пройдете, я пойду с вами. — Золотце! Я знал, что ты тоже это чувствуешь! Давай, что ты хочешь от меня? Для тебя будет все что угодно. — Господин Ло, наклонитесь ко мне ближе, это очень деликатная тема. — Цзюцзю, после пережитого ночью… — Ло Бинхэ приблизился к Шэнь Цзю, от близости его тело уже горело. Его зрачки расширились от ужаса, когда прямо на его глазах у Шэнь Цзю удлинились два клыка. В шоке он ничего не сделал, когда острые клыки вонзились ему в шею. Ло Бинхэ тихо застонал от боли. Шэнь Цзю медленными глотками начал пить из него кровь. — Цзюцзю, что все это значит?! — пролепетал Ло Бинхэ, схватив Шэнь Цзю за плечи. Тот не отстранился, а продолжил пить. — Это значит, господин Ло, что если вы готовы стать моим ужином, — Шэнь Цзю облизал два аккуратных клыка, — я, так и быть, рассмотрю вариант стать вашей невестой. — Ты… не гниешь заживо? — аккуратно уточнил Ло Бинхэ. — Нет, на мне нет проклятия. Это моя естественная природа. — Ааа, — протянул Ло Бинхэ, мысленно смиряясь, с зубастой судьбой. — А ты… меня не съешь? — За кого вы меня принимаете, господин Ло? Я высокофункциональный вампир. Если вы будете вести себя прилично, с вами все будет в порядке. — Цзюцзю, тогда я согласен. На удивление Ло Бинхэ, Шэнь Цзю согласился войти в его дом под видом девушки, объяснив, что уже привык к этому облику за долгое время. Женский образ был не только частью его жизни в доме Цю, но и способом охоты; Шэнь Цзю успел оценить вкус мужской крови. Свадьбу они сыграли, как положено. Тяньлан-цзюнь только удивился, что имя невесты поменялось, но сына во всем поддержал. Казалось бы, вот оно счастье! Но… без печали нет и счастья. На свадьбу приехали Цю Цзяньло и Цю Хайтан. — Родственники, — пожал плечами Шэнь Цзю. Ло Бинхэ успокаивала только мысль, что отец все-таки получит желанные связи с семьей Цю. Вторая печальная неожиданность ждала его во время брачной ночи. Не смотря на то, что Шэнь Цзю дал согласие на свадьбу, Ло Бинхэ чувствовал, что где-то кроется подвох. — Господин Ло, у вас есть мысли, как Цю Хайтан стала такой? — невзначай спросил Шэнь Цзю, когда Ло Бинхэ потянулся к его вуали. — Я как-то не задумывался… — опешил Ло Бинхэ, не имея понятия, к чему в такой момент разговор о Цю Хайтан. — Ваша самоубийственная беспечность, господин Ло, по-своему трогательна, — Шэнь Цзю перехватил его руки. — Скажу вам прямо: она заразилась проклятием от меня. И если вы сейчас вдруг решитесь довести брачную ночь до конца, то наутро проснетесь таким же красивым, как она. — Шэнь Цзю, ты врешь?! — Можете уточнить у Цю Цзяньло, как все было, если мне не верите. — Ты же согласился быть со мной! — А я и не отказываюсь от своих слов. Разве я сейчас не с вами? — Но мы ведь должны быть близки, как супруги… Цзюцзю, ты так сведешь меня с ума! — У всего есть цена, дорогой. — Обманщик!! Первый месяц после свадьбы Ло Бинхэ ходил бледный, пьяный и неудовлетворенный. Он когда-то мечтал, как они с Шэнь Цзю будут обмениваться письмами. По крайней мере, эта мечта исполнилась. Оказалось, Шэнь Цзю нравится прикидываться немым. А еще нравится уединение, и жили они в разных спальнях. Ло Бинхэ не знал, расстраиваться ли: супружеская жизнь с Шэнь Цзю оказалась не такой, как он представлял. Или все же радоваться? Разные спальни давали ему возможность остыть, когда в присутствии Шэнь Цзю он с трудом сдерживал горячие порывы, и даже перспектива стать ходячим чудовищем не успокаивала жар в штанах. На второй месяц Ло Бинхэ нашел утешение в беседах и совместных прогулках с Шэнь Цзю. Тот был не только исключительно хорош собой, но и хорошо образован и талантлив, играл на цине, разбирался в благовониях и чаях, и даже Тяньлан-цзюнь обращался к нему за советами. Ло Бинхэ успел начал ревновать к отцу, но старался держать себя в руках. Однако на третий месяц Шэнь Цзю сжалился над Ло Бинхэ и сообщил, что они могут стать близки без последствий, если соблюсти условие: у них обоих должны быть взаимные чувства. — Господин Ло, у меня впереди долгая жизнь, так что у вас есть возможность успеть. «Всего-то, завоевать сердце Шэнь Цзю», — Ло Бинхэ не знал, плакать ему или смеяться. «Одной жизни-то мне точно хватит?..» — Но держите в голове, есть вещи, которые я терпеть не буду: если ваш небесный столп побывает в чужом заднем дворе, я вас загрызу. Вы и так уже в чужую нефритовую вазу ткнулись. Теперь я за вами слежу. Вам это понятно? — Да, моя жена. — Вот и славно, драгоценный муж. — Баобэй, — Ло Бинхэ смутился. — А у тебя уже с кем-нибудь было без последствий? Шэнь Цзю не ответил. Повисло неловкое молчание. — Будем считать, что я у тебя первый, — Ло Бинхэ взял Шэнь Цзю за руку. Тот кивнул. ~End (1) 九 [jiǔ] цзю — "девять" в имени Шэнь Цзю является омофоном слова 久 [jiǔ] цзю — "долгий, вечный". В китайской культуре уделяется внимание омофонам, так что и сам иероглиф 九 цзю несет благоприятное значение, ассоциируется, например, с пожеланием "долгой жизни".