Клетка из роз

Во сколько в итоге я вернулась домой не вспомню, но с Оливией мы просидели долго. Меня не остановило даже то что утром мне на работу,и вот теперь я сижу за компьютером и пытаюсь хоть как-то с помощью кофе проснуться. Несколько часов работы, подсчётов и создания макетов заканчиваются стуком в дверь кабинета. Не дождавшись моего ответа гость входит, а я моментально понимаю кто это. – Мама, ты на встречу? – допечатав последний размер,поварачиваю лицо в сторону мамы. – Со встречи. – На её лице читается беспокойство, она явно хочет что-то рассказать. Мама - тот человек которого я знаю очень хорошо. В особенности её привычку - она гладит безымянный палец собственной руки, где находится обручальное кольцо. Я возвращаюсь на место и даю понять маме что полностью слушаю её. – Ты знаешь, как мы все... Как мы любили Шерли. Её очень сейчас не хватает. Тяжело всем, особенно Марселю. – Знаю, мам. Прошло уже семь лет, я думала он оправился. – Он предложил кое‐что для нашей семьи, вернее для тебя Николь. – Воздух постепенно становится густым, я чувствую, нет знаю. Сейчас я услышу то что мне не понравится. – Для меня? Какое ещё предложение? – Догадок что конкретно от меня хочет Моро у меня нет, поэтому остаётся дожидаться ответа матери. – Он хочет, чтобы ты стала его женой. – Женщина прямо смотрит на дочь, голос тихий, но чёткий. Тишина. Я застываю, словно не поняла слова, словно мне послышалось. Сердце бьётся с таким темпом что отдаёт в уши и я переживаю как бы мама не услышала этого. – Что?... – Вырывается у меня. – Мам, это какой-то больной розыгрыш. Он жених моей покойной сестры. Он смотрел на меня, как на ребёнка. Да я была ребёнком! Это...кощунство. – Николь...Он объяснил всё очень логично. Семейные связи. Долг. Стабильность. Марсель предложил решение которое всех обезопасит. – Она говорит быстро, как будто заученную речь, глядя мимо меня. – Какое решение? Какая стабильность? Я его не люблю! Он меня не любит! Он любил Шерли! Что вообще происходит? – Шок проходит, а за ним приходит понимание. И мой характер не даёт просто так согласиться с этой ситуацией. – Акции, Николь! Речь об акциях компании! Ты не хочешь их принимать, а я не могу долго сидеть на своём месте. Мы предлагаем альтернативу и... – Она замолкает, видя ужас на моём лице. – Понятно. – Я встаю, голос дрожит от нарастающего гнева. – То есть это не про память о сестре. И не про меня. Это сделка. Он предложил тебе сделку. «Отдай мне Николь в жены, и я помогу тебе удержать компанию». Так? – Она не успевает ответить и я продолжаю свой монолог. – Это мерзко.Это гнило и мерзко до глубины души. И ты...ты согласилась его выслушать? Ты сейчас обсуждаешь это со мной? – У меня нет выбора, Николь! – По телу прошлись мурашки. Мама сорвалась на крик, впервые за много лет. – Я должна была сохранить всё, что осталось! Сначала я потеряла мужа, потом дочь, я не могу потерять всё остальное! Я не могу подвести всех сотрудников что ещё под нашим руководством, нашу семью...нашу фамилию! – Значит ты на его стороне. – Я делаю шаг. Отступаю от неё как от незнакомки. – Ты выбираешь акций. А я что? Птичка которую можно посадить в клетку? Или документ с правильной печатью? «Возьмите Николь, она почти такая же, как Шерли, только живая». – Darling, ты же знаешь он хороший человек. Он обеспечит тебя. Со временем,может быть ты даже найдёшь с ним счастье. И у меня на душе будет спокойно оставлять тебя. Я даже не слушаю её, в голове совсем другие мысли, я резко поварачиваюсь и выхожу из своего кабинета, раз Марсель решил начать эти игры то пускай скажет мне лично. Но не пытается манипулировать мной через родную кровь. Я наверное чуть ли не бегом дохожу до просторного и холодного кабинета генерального директора. Не постучав, я влетаю в его кабинет. За массивным стеклянным столом сидит Марсель. Безупречный костюм, расчетливый и спокойный взгляд, мне кажется что даже его внешность несколько не изменилась за эти года. Он просматривает документы, не переводя на меня свой взгляд. На моём лице буря, которую я едва сдерживаю, и по его улыбки я понимаю что Марселя это забавляет, что ещё больше раздражает и заставляет меня сдержаться что-бы как минимум не кинуть в него что либо. – Николь Феллоуз. Я просил секретаря предупреждать о визитах. Но для тебя, конечно, исключение. – Его беззаботность и улыбка, раздражают больше всего. И как мама считает его хорошим. – Госпожа Шарлотта сообщила тебе о нашей... договорённости? Я останавливаюсь напротив стола, упираясь ладонями в холодное стекло. Волосы тут же немного спадают вперёд. – Договорённости? – Хмыкнув переспрашиваю. – Я знаю о шантаже. О том, что ты воспользовался горем и страхами моей матери. – Я предложил союз. – Моро наконец поднимает взгляд. В его глазах нет ни тепла, ни смущения. – Для укрепления семьи и бизнеса. Шерли бы это одобрила. – Не смей производить её имя! Не смей даже думать, что у тебя есть на это право. – От переизбытка эмоций и злости я начинаю тыкать пальцем на каждом слове об стол. – Ты пришёл к моей матери не с цветами, а со сделкой. «Отдай мне вторую дочь, и я не заберу компанию». Марсель совершенно спокоен, так спокоен что мне кажется если я начну его душить он будет смотреть таким же безразличным и холодным взглядом как всегда. Мужчина медленно встаёт, подходит к понорамному окну, рассматривая город. – Компания твоего отца - умирающий организм. Слабый организм. Его нужно крепить и защитить, ты Николь не хочешь руководить. А я могу это сделать. Но для этого мне нужны не только акции, мне нужен легитимный статус внутри семьи. – Без доли эмоций сообщает он, Марсель даже не поворачивается ко мне, словно меня тут и вовсе нет. – Брак с тобой - самый чистый с юридической и.., прости за пафос, исторической точки зрения вариант. – С лисьей улыбкой Моро наконец обращает на меня внимание. – Это дань уважения твоему отцу и Шерли, Николь. Из меня буквально прут эмоций. С горьким хохотом и закатывая глаза я отвечаю. – Дань уважения? Ты хочешь не меня, ты хочешь наше имя. Нашу долю и полный контроль. Ты думал я буду молчать пока ты распиливаешь компанию моего отца, только потому что у вас часть акций. Марсель Моро поворачивается,его лицо заметно теряет маску учтивости. – Хорошо. Давай начистоту. Через три месяца у твоей матери истекает опцион на пакет Шерли. У неё нет ликвидности, чтобы его выкупить. Он перейдёт в общий пул. Я скупил достаточно, чтобы стать мажоритарием. После этого я уволю половину совета. – Я даю ему высказаться, но мой план отстаивать не меняется. Он делает шаг ко мне на встречу. – Мой вариант - это щит. Ты станешь моей женой - твоя мать отойдёт от дел, а ты получишь место в правлении, если не желаешь разбираться с этим я с удовольствием буду руководить от твоего имени. Это слияние, во имя стабильности. Он наверняка строит какие-то свои планы, Моро не такой добрый как кажется на публике. Я отвечаю сразу же, голос тихий, но каждый звук отточен как лезвие. – И что, ты думаешь, я соглашусь? Из чувства долга? Страха? – Я думаю, ты умная девочка. Ты любишь свою семью несмотря ни на что. Ты можешь ненавидеть меня. Но ты сохранишь то, ради чего твой отец не спал ночами. Он меня бесит,и это факт. Я не намериваюсь больше слушать его, а буду действовать, если ради этого мне нужны будут самые дорогие адвокаты. Я разворачиваюсь и иду к двери. Шаги гулко отдаются на паркетном полу. Моро бросает ей вслед своим ледяным тоном. – Удачи, Николь. Тебе понадобится целая вселенная удачи. И адвокат получше того, что вёл дела твоего отца. Я покидаю кабинет бросая последний взгляд на дверь кабинета Марселя. Война объявлена. И я сделаю свой ход уже скоро. *** Несколько дней подряд я старалась хоть как-то найти юридические лазейки, проводя бессонные ночи, и общаясь с юристами и адвокатами.Всё было бесполезно,но сдаваться я и не думала. Очередной день.Компания и кабинет Марселя. – Я слышал, ты ведёшь себя очень активно. Встречалась с юристами, звонила в банки. Трогательно. Бесполезно, но трогательно. – Есть варианты расфинасирования. – Сжимаю руки что бы остановить новую волну накипающего гнева. – Милая Николь. Время на исходе. Я безумно беспокоюсь о моей будущей свекрови. – Он отодвигает от себя планшет, поворачивая его ко мне. На экране планшета - брошюра элитного кардиологического санатория в Швейцарии. Фотография гор, современнейшего медицинского центра. Я замираю. – Что это? – Лучшие специалисты в Европе. Та программа, на которую у нас очередь в три года. Я могу организовать её, по заключениям врачей Шарлотты, ей это... жизненно необходимо. – Зач... – Я не успеваю возразить как Марсель меня перебивает, поняв что я бы ему сказала. – Ты не поняла. – Черноволосый встаёт направляясь к окну как и несколько дней назад, голос становится тише, но от этого ещё опаснее. – Это не взятка. Это условие. – Он поворачивается. В его глазах нет ни капли прежней маски. – Согласись стать моей женой. Подпишем все документы и я тут же организую поездку для твоей матери. Ей будет обеспечен лучший уход. Её здоровье стабилизируют. – Я отказываюсь. – Шёпотом отвечаю я. – Ну что же тогда можешь прощаться со всем что делал твой отец. – Он подходит ко мне прям впритык ставя руки на подлакотки кресла и смотря прямо в мои глаза. – Как ты думаешь, сердце мамы выдержит такую войну, которую ты так храбро начала? Звонить ли сейчас её врачу, узнать как она перенесёт ещё один приступ? Я бледнею. Всё мои аргументы, вся юриспруденция, вся храбрость рассыпается в прах. Перед мной не выбор между деньгами и принципами, у меня выбор между жизнью матери, единственным моим родным человеком рядом и собственной свободой. Я чувствую, как пол уходит из-под ног. – Это... чудовищно. – Голос звучит глухо, словно из глубины колодца. – Это реально. – Он отстраняется возвращаясь в своё кресло за столом. – Я предлагаю тебе сделку. Ты получаешь здоровую и спасённую мать, место в руководстве компании и сохранения стараний отца. Я получаю законные права и... тебя. Всё честно. – У меня... нет... выбора. – Я даже не думаю что говорю. – Есть. Самый правильный. – Моро кивает, в позе победа, которую он даже не скрывает. Я не отвечаю. На ватных ногах встаю, даже не понимаю, что в его словах так на меня повлияло. Перед тем как выйти даю ответ. – Я согласна. Обсудим всё потом. – Я стараюсь произнести это как можно тихо, но он всё равно услышал. – Как пожелаешь милая. И снова его бесячий насмешливый тон, и я покидаю кабинет.