The Covenant

Каждый шаг даётся ей с мучительным усилием. Путь к комнате Рида растягивается до бесконечности, словно Серена идёт по туннелю, из которого нет выхода. Тёмные коридоры теперь давят на неё, сжимаются, заставляя ощущать, как воздух становится тягучим и склеивает дыхание. Она бы предпочла развернуться и уйти, уехать, но у неё нет сил на сопротивление. Не теперь. В голове пульсирует от тяжёлых мыслей, от бессонницы и измотанности, от слёз, что не успели высохнуть за ночь, но стали частью её. Каждое воспоминание о том, что будет, если она не подчинится, причиняет боль, медленно стягивая её сердце. Её глаза красные и воспалённые, лицо опухшее. Сама на себя не похожа, словно тень, измождённая, лишённая жизни. Она провела час перед зеркалом, скрывая следы от слёз, и всё равно знала, что ничего не сможет скрыть от него. Он наверняка почувствует что-то неладное. Но она должна быть убедительной. Теперь, стоя перед его дверью, она ощущает, как всё в ней сжалось в один тугой комок, а сердце подступило к горлу, и каждый вдох даётся с трудом. Она боится, но нет пути назад. Серена не может вернуться. Всё вокруг затмилось, как будто бы сама тьма идёт за ней следом. Она не хочет, не может, но должна. Вынуждена. Её рука замерла на ручке. Она в последний раз закрыла глаза, пытаясь собрать хоть каплю силы, чтобы произнести то, что должно было прозвучать. То, что она так тщательно репетировала накануне. Наконец, она постучала. Дверь почти сразу приоткрылась, и перед ней появился Рид, стоящий в дверном проёме с растрёпанными волосами, в боксерах, будто только что вылез из кровати. — Серена… — его голос был тихим, с оттенком удивления. Он явно не ожидал её визита, тем более в такое время. Серена сжала губы, заставляя себя не отступить. Она глубоко вдохнула и посмотрела ему в глаза, надеясь, что он прочтёт в них то, что сказать вслух она не могла. — Рид… — начала она. — Я пришла сказать, что между нами всё кончено. — медленно проговаривает она каждое слово. Рид замер на месте, его взгляд, ещё полузатуманенный сном, неожиданно прояснился. — Погоди… — он заслоняет собой полностью дверной проём, но краем глаза она всё же успевает заметить движение в комнате. Тайлер всё прекрасно слышит. — Давай выйдем и поговорим где-нибудь спокойно. — предлагает он, чуть понизив голос. — Нет, Рид. Мы не будем больше нигде разговаривать, ни сейчас, ни потом. — твёрдо стоит она на своём. — Объясни, что случилось? — не выдерживает он и с грохотом закрывает дверь. Они теперь одни, в пустом коридоре, и от этого ей ещё сложнее. — Ничего не случилось. — отвечает она. — Просто я не чувствую к тебе ничего. И никогда не чувствовала. Не хочу обманывать тебя… но то, что было прошлой ночью, — ошибка. Серена чувствовала взгляд парня на себе почти физически. Он будто разрывал её изнутри, заставляя каждую ложь звучать громче, тяжелее. Она знала — ещё немного, и она сломается. — Скажи это ещё раз, — тихо повторил он. Её пальцы задрожали. Она сжала их в кулак, чтобы он не заметил. — Это ошибка, Рид. Я не люблю тебя, и, наверно, никогда не смогу полюбить. Он резко сделал один шаг ближе. Теперь между ними оставалось всего несколько сантиметров. — Ты дрожишь, — тихо сказал он. — У тебя красные глаза. И ты хочешь, чтобы я поверил в это? Серена резко отвернулась. Если он увидит её глаза — всё закончится. — Пожалуйста… — прошептала она. — Просто прими это.

***

Тихо закрыв дверь, Серена прислонилась к ней спиной. Воздух вырывался из груди прерывистыми вдохами, но успокоиться она не могла — разговор с Ридом выбил из неё последние силы. Она была благодарна, что он не бросился за ней, не потребовал объяснений дальше. Но облегчения не было; только тяжелая пустота в груди. Все это из-за Чейза — его настойчивости, его манипуляций, которые заставили ее сломаться под натиском его угроз. Комната была почти совсем темная. Шторы задернуты, и только узкая полоска света пробивалась сквозь щель. Она замерла, почувствовав чье-то присутствие. В углу, в кресле, сидел он. Его контуры сливались с тенями, а глаза блестели каким-то безумным блеском, фиксируясь на ней с жадным вниманием. Он не произнес ни слова, просто смотрел, и от этого взгляда Серене стало не по себе. Она сглотнула, пытаясь собраться, и шагнула ближе, но не слишком. — Я сделала все так, как ты просил, — произнесла она в темноту. — Он поверил. Теперь, пожалуйста, оставь меня в покое. Чейз медленно поднялся, его движения были ленивыми, но уверенными, как у кота, который знает, что добыча никуда не денется. Он подошёл — и напряжение в комнате стало ощутимым. Серена отступила на шаг, но спина уперлась в стену. — Оставить? — его голос был низким, с хрипотцой, полной скепсиса. Он остановился в полушаге от нее, так близко, что она почувствовала тепло его тела. — Думаешь, на этом твоя роль сыграна? Нет, Серена. Я хочу, чтобы ты сделала ему еще больнее, так, чтобы у него больше не оставалось сомнений… С завтрашнего дня ты так же убедительно будешь играть роль моей девушки. До тех пор, пока я не сделаю то, ради чего я сюда приехал. Серена замерла, чувствуя, как холод пробирает ее. Она хотела снова расплакаться от бессилия и умолять его оставить ее, но слез уже не осталось, да и гордость бы ей не позволила. — Нет… — тихо выдохнула она. — Мы так не договаривались. Чейз чуть наклонил голову, наблюдая за ней с тем самым вниманием, которое всегда заставляло ее чувствовать себя загнанной в угол. — Мы договаривались о том, что ты сделаешь все, чтобы он держался от тебя подальше, — мягко напомнил он. — И ты это сделаешь. Он протянул руку и лениво провел пальцами по пряди ее волос, выбившейся из хвоста. Серена резко дернулась в сторону. — Не трогай меня. На секунду в его глазах мелькнуло раздражение, но он быстро вернул себе прежнее спокойствие. — Тогда не заставляй меня напоминать тебе, почему ты вообще согласилась, — произнес он уже холоднее. Серена стиснула зубы. Она знала, что Чейз был безумен, и он бы непременно привел в действие свои угрозы. — Ты сказал, что все закончится сегодня, — прошептала она. — Я сказал, что сегодня начнется то, что мне нужно, — поправил Чейз. — А для этого мне нужна убедительная картинка. Он сделал еще шаг ближе, окончательно лишая ее пространства, прижимаясь бедром к ее ноге. Серена попыталась отодвинуть его, но руки ослабли, и пальцы вцепились в его рубашку, оставляя заломы на ткани. — Ты ненормальный, — выпалила она. Но Чейз лишь усмехнулся, довольный тем, что снова довел ее. Он прижался ближе, его твердость уперлась в ее бедро через ткань штанов. — Может быть. Но ты все равно сделаешь это, — шепчет он. — Иначе мы оба знаем, чем чревато твое неподчинение.

***

Мелкая морось тихо оседает на его пиджаке, мгновенно впитываясь в ткань и оставляя влажные темные пятна. Стоя на заднем дворе Спенсера, он всматривается в высокие шпили зданий сквозь клубящиеся струйки сигаретного дыма. «Сучий, блядский день», — подумал он, окидывая взглядом фасад здания. Он ненавидел Спенсер с его вычурными колоннами, готическими шпилями, странными формами окон, дверей и кружевными перилами на лестницах. Всё казалось слишком напыщенным и нарочитым, как будто Спенсер старался впечатлить каждого, кто войдет в здание, и это раздражало его. Но ещё больше — богатых идиотов, которые здесь учились. И если раньше он находил в себе силы учиться в этой ублюдской школе, то сегодня был явно не тот день. — Идем. Звонок уже был, — сказал ему Тайлер. Он стоял всё это время с ним и не сказал ни слова с тех пор, как стал свидетелем их с Сереной утреннего диалога. Рид знал, что Тайлер слышал всё даже через закрытую дверь. Он промолчал, когда Рид вернулся, видимо, понимая, что разговор сейчас только разозлит друга. Риду не нужны были советы и жалость — ему нужна была просто тихая поддержка рядом. И он был благодарен Тайлеру за это. — Я, наверно, не пойду, — ответил он, едва поворачиваясь в сторону друга. — Слушай, я знаю, тебе хреново… но это не значит, что надо всё просрать, — пытается его вразумить Тайлер. Он тоже промок, и сейчас всегда уложенные чёрные волосы небрежно свисают на лицо. Рид ухмыльнулся, туша окурок об идеально оштукатуренную стену Спенсера. — Я давно уже всё просрал. Тайлер издаёт тихий вздох и закатывает глаза. — Хватит, Рид. У тебя ещё будет время «пострадать» так, как ты обычно это делаешь. А сейчас нам нужно идти. Или ты хочешь вылететь из школы? — Да плевать мне на эту школу, — он делает шаг в противоположную сторону, чтобы не встречаться взглядом с Тайлером. Но тот делает ответный и загораживает ему путь. — Пусти, — бросает ему Рид, но Тайлер, кажется, не собирается уступать. — Мы вроде сегодня собирались поговорить с парнями и выяснить, кто использует силу, — напомнил ему друг. — Это может подождать до вечера. — Нет, не может, — стоит на своём Тайлер. «Блять…» — думает он. Злость и боль, которые он подавлял, медленно прорывались наружу, и если бы сейчас перед ним стоял не Тайлер, а кто-то другой, он бы непременно ударил бы его. — Оставь меня, — говорит Рид, проводя рукой по мокрым волосам. — Нет, не оставлю. Я помню, в каком состоянии ты был в тот раз, когда она бросила тебя и уехала, — слова Тайлера еще больше выводят его из себя. Он старался забыть этот отрывок своей жизни, если это вообще можно было так назвать. Тогда его занесло слишком далеко, и он сам боялся, что когда-нибудь снова дойдет до этого. — Я не знаю, что мне делать, Тайлер, — неожиданно признался он. Признание Рида, кажется, удивило Тайлера не меньше. — Она решила так сама. Может, стоит ее отпустить? «Нет», — хотел выкрикнуть он. Как хотел крикнуть ей утром. Рид хотел кричать так, чтобы его услышали все, чтобы каждая сука в этом проклятом месте знала: он никогда ее не отпустит. Никогда. Даже если она сама будет вырываться. Даже если однажды возненавидит его до последней клетки. Даже если весь этот ебаный мир рухнет и провалится к чертям. Он все равно не откажется от Серены. Никогда. — А если я не хочу? — спрашивает он. Тайлер лишь молча смотрит, в его взгляде он видит тревогу и, сука, жалость. Ту самую, которой ему нахуй сейчас не нужна. — Ты не можешь ее заставить. Мог бы, конечно… но стоит ли? «Мог бы», — думает он. Но он не настолько урод, чтобы лишать ее собственной воли. Морось перешла в холодный дождь, и даже стены Спенсера больше не защищали их. Рид поднял лицо к небу, чтобы холодные капли дождя ударили по коже и хоть немного привели мысли в порядок. Он не хотел отвечать Тайлеру и не хотел, чтобы тот видел его лицо в этот момент. Он сомневался. Хотя это было совсем не свойственно ему. — Ладно. Идем. Но это был последний раз, когда ты лезешь ко мне со своими разговорами.

***

В аудитории было шумно. Голос преподавателя звучал громко, заполняя всю комнату, но даже он не мог заглушить тихий гул голосов. Студенты переговаривались, шептались, кто-то листал тетради, кто-то постукивал ручкой по столу. Рид же сидел, уставившись в парту. Его раздражало всё вокруг. Каждый звук, каждое движение в аудитории только усиливали это чувство. День тянулся бесконечно, и мысль о том, что впереди ещё несколько часов, вызывала только злость. Он медленно выдохнул и опустил голову на сложенные руки. Глаза закрылись сами собой. Рид попытался очистить голову, заставить себя перестать думать, хотя бы на несколько минут. Ничего не вышло. Мысли продолжали крутиться в голове, цепляясь одна за другую. Возвращаясь почти всегда к тому, с чего начинались - к Серене. Тайлер как всегда , собранный и серьезный, внимательно слушал преподавателя и иногда делал короткие записи в тетради. Рид даже не пытался делать вид, что слушает. Когда до конца занятия оставалось совсем немного времени, в аудиторию зашла студентка, передавая маленькую записку, преподавателю. Прочтя ее, он посмотрел в сторону задних рядов. — Кайлеб, — сказал он. — После занятия вас просят зайти к директору. В аудитории стало немного тише. Рид поднял голову. Он повернулся к Кайлебу и вопросительно посмотрел на него. Кайлеб нахмурился и слегка пожал плечами на вопросительный взгляд Рида. По его лицу было видно, что он сам не понимал, что происходит. «Интересно.» - подумал Рид.

***

Рид стоял у края бассейна, глядя сверху в воду. Поверхность казалась спокойной только издалека — на самом деле она всё время дрожала от чужих движений. Капли стекали по плитке под его ногами. Тайлер стоял рядом. Он опёрся руками о бортик и наблюдал за плавцами, но Рид знал, что на самом деле он думает о том же, о чем и он. Они оба ждали. Нужно было поговорить с Кайлебом и Погом. О том, кто использует силу по ночам, это происходило в последнее время слишком часто, чтобы просто игнорировать. Тайлер тихо выдохнул, не отрывая взгляда от воды. — Не здесь, — сказал он негромко. Рид коротко кивнул. Он и сам уже понял, что разговор придётся отложить. Слишком много было лишних ушей. Дверь раздевалки скрипнула. Через несколько секунд из неё вышли Кайлеб и Пог. Кайлеб на ходу вытирал шею полотенцем, волосы были влажными и растрёпанными. Он сразу направился к ним. — Что от тебя хотел директор? - с ходу спросил Рид. Кайлеб усмехнулся. — Он узнал о нашей драке в баре у Никки. Рид не удивился. Он лишь слегка повёл плечом. — Может выясним, кто это? Кайлеб только отмахнулся. — Да брось. Половина города там была. Кто угодно мог настучать. Он сказал это легко, почти в шутку, будто разговор не стоил внимания. Рид собирался ответить, но рядом раздался знакомый голос. — Слышал, ты мастер в кроле. - хлопая Кайлеба по плечу, спросил Чейз. Рид напрягся. Его бесил Чейз, и он не хотел что бы тот крутился возле них. Он так же не забыл тот вечер в баре, и взгляд этого придурка, в сторону Серены — слишком долгий, внимательный. Сам Чейз выглядел совершенно спокойно. Казалось, его ничуть не смущало, что компания встретила его без особого энтузиазма. Он смотрел только на Кайлеба. — Проверим? — Почему нет.- усмехнулся Кайлеб. Через пару минут они уже стояли у бортика. Несколько человек вокруг сразу обратили внимание. Кто-то остановился посмотреть, кто-то начал подбадривать. Первый заплыв прошёл быстро. Они почти всё время шли рядом. Руки били по воде в одном ритме, дорожка вспенилась. На финише разница оказалась едва заметной. — Ещё один! — крикнул кто-то с трибун. Они снова заняли позиции. По сигналу оба одновременно ушли под воду. Парни держались рядом, двигаясь почти синхронно. До конца дорожки оставалось совсем немного, и было видно, что Кайлеб постепенно выходит вперёд. Ещё несколько гребков — и он должен был коснуться бортика первым. Но вдруг его движение сбилось. Вода резко плеснула. Кайлеб дёрнулся, будто потерял ориентацию. Его плечо ударилось о разделительную дорожку, голова резко ушла в сторону.Он исчез под водой.Секунда.Вторая.Кайлеб не всплывал. Чейз резко нырнул и через мгновение оказался рядом с ним. Подхватив Кайлеба под плечи, он потянул его к бортику. Через несколько секунд они уже были у края дорожки. Чейз выбрался на плитку первым, помогая вытащить Кайлеба из воды. Вокруг сразу поднялся шум. — Он головой ударился… — Эй, ты в порядке? — опустился рядом с Кайлебом Пог. — Чёрт… — закашлялся Кайлеб, выплёвывая воду, и тяжело вдыхая. Чейз сидел рядом, опираясь руками о мокрую плитку. — Похоже, заплыв за мной, — улыбнулся Чейз. Кто-то нервно рассмеялся. Кайлеб смотрел на друзей молча. Его взгляд стал тяжелее и задумчивее.

***

Ночь была как никогда мокрой и холодной. Дождь лил прямо в лицо, стуча по капюшонам и плечам. Трое парней стояли у забора Спенсера, сжимая руки в карманы и стараясь хоть как-то согреться. Никто из них толком не понимал, зачем они здесь и почему именно в этот час. Рид стоял чуть в стороне от Тайлера и Пога. Мысли о Серене не отпускали его ни на секунду. Он снова и снова прокручивал в голове последний разговор, каждое слово, каждый её взгляд. Ему хотелось закончить с этим, бросить всё и уйти куда-то, заполнить пустоту, которая осталась в нём после расставания. Кайлеб появился неожиданно, сзади. Он подошёл тихо, почти бесшумно. — Какого чёрта мы здесь делаем? — спросил у него Пог, с трудом сдерживая раздражение. — Хочу кое-что выяснить, — Кайлеб сдержанно кивнул. — Мы тоже, — подойдя ближе, вмешался Рид, вперив взгляд в друга. — Не хочешь поведать нам, кто ночью использует силу? Они уже обсуждали это с Погом, и, как предполагал Рид, тот отрицал. Хотя полностью быть уверенным он не мог, в глубине души Рид верил другу. Так же, как верил Тайлеру — без вопросов, без сомнений. — Хочу, — Кайлеб сказал спокойно, без тени сомнения. — Но сразу скажу, это не тот ответ, которого вы все ожидаете. — Не тяни резину, — Рид отрезал ему резким тоном. — Это не мы. А значит, вариантов больше нет… Почему просто не признаться и не ебать нам мозги? — Эй, успокойся, ладно? — Кайлеб помедлил, спокойно глядя на него. — Я знаю, как это выглядит со стороны. Признаюсь, я сам думал на тебя, Рид, а иногда и на вас… — взгляд скользнул к Погу и Тайлеру. — Просто до сегодняшнего дня я считал, что больше нет вариантов, на кого подозревать. — Так их и нет… — Пог развёл руками, словно сдаваясь. — Есть, — Кайлеб с лёгкой улыбкой кивнул. — За этим я и собрал вас. — О чём ты? — Тайлер нахмурился, пытаясь понять смысл слов друга. Кайлеб глубоко вдохнул и сильнее натянул мокрый капюшон, надеясь укрыться от непрекращающегося дождя. — Сегодня, во время заплыва, — начал он, голос стал чуть более напряжённым. — Когда мы с Чейзом почти добрались до финиша, я увидел его глаза. Всего на секунду. Но я готов поклясться, они были чернее ночи. Между парнями повисло долгое молчание. Только дождь продолжал барабанить, отражаясь эхом от забора. Рид посмотрел на Кайлеба, ища хоть малейший намёк, что это шутка. — Ты прикалываешься? — наконец вырвалось у него. Кайлеб пристально посмотрел на него и молча покачал головой, не отводя взгляда. — Слушай, мне совсем не нравится этот парень… — начал Пог, скривив рот. — Но ты уверен, что тебе не показалось? — Я ещё раз говорю, нет, мне не показалось, — сказал Кайлеб твёрдо, без намёка на сомнение. — Хорошо, — Тайлер сделал шаг вперёд, напряжение в движениях. — Тогда какого чёрта мы торчим тут? — Мы тут, потому что я хочу узнать о Чейзе Коллинзе больше, — Кайлеб ответил спокойно, разъясняя план. — Думаю, в его личном деле мы найдём что-то ценное. Друзья переглянулись, сомнения читались на их лицах, но все же они последовали за Кайлебом. Осторожно преодолев периметр, они пробрались к старой, почти забытой части здания и направились в канцелярию. Скрип половиц под ногами казался громче обычного, эхом отдаваясь по пустым коридорам. Кайлеб привёл их к массивным шкафам с делами студентов. Долго просматривая документы, перелистывая пыльные папки, они наконец нашли то, что искали. Все четверо склонялись над бумагами, внимательно изучая личное дело Чейза. Первое, что бросилось в глаза, — старая статья из газеты, аккуратно вложенная в дело. На фото Чейз улыбается вместе с родителями, а под ним крупными буквами значилась печальная новость: «Чита погибла при странных обстоятельствах». — Посмотрите на дату. — прошептал Пог. — Его родители погибли в день его восемнадцатилетия. — Совпадение? — спросил Кайлеб, поднимая взгляд на друзей. — Здесь так же сказано, — читал дальше вслух Пог. — Коллинзы усыновили его, когда ему было всего два года. А его настоящая фамилия… — он запнулся. — Чейз Гудвин Поуп.