Ещё один реванш

Крался, крался от самой двери, но всё испортила одна скрипучая половица. Так он и застыл: на цыпочках, с доской под мышкой, с выражением «По-моему меня засекли». — Зайди ты хоть раз нормально, — вздохнул Эграссель, не открываясь от каких-то своих записей. Ответа не последовало. — Ау, Ло? — А откуда ты знаешь, что это я? — попытался подловить мироходец. — Кто ещё станет ко мне подкрадываться? Тоже верно. Что ж, опять не получилось. Да у него и выходило-то раза два, на самом деле. Теперь его выдавал любой, даже самый незначительный и тихий звук. Видимо, растерял где-то сноровку, навык. Или у кого-то обострился и без того хороший слух. Несмотря на секундное разочарование в себе, Лололошка почти подскакивает к столу и довольно плюхается на стоящий рядом стул, принесённый специально для него. Точнее, он сам его сюда притащил, просто с того момента никто его не убирал. Было в осознании этого факта что-то приятное, от чего у Ло всякий раз теплело на душе. Его ждали. Он точно был здесь желанным гостем. Но сейчас не до того было. Отбросив размышления, он поставил на одну из бумажных стопок сложенную деревянную доску в чёрно-белую клетку. Дописав короткое предложение, Эграссель отложил ручку и в недоумении взглянул на странную вещицу. Потом на друга, снова на доску, затем хмыкнул задумчиво. — Ну и что это? — наконец спросил он, так и не дождавшись объяснений. — Иномирный сувенир, — гордо заявил Лололошка, скрестив на груди руки. Крайне информативно. — А если серьёзно? — Эльф осторожно взял доску, потряс: внутри что-то загремело. — Оно открывается? — Естественно. — Взяв из чужих рук «сувенир», Ло чуть повозился с замысловатой защёлкой и раскрыл доску. Внутри оказались миниатюрные, лакированные фигурки, чёрные и белые. — Это шахматы называется, крутая игра, интеллектуальная. Стратегия, бойня, всё вот это. Любопытство мигом затмило все мысли об отчётах и исследованиях. Бумаги были отодвинуты в разные кучи, а те, что с незасохшими чернилами — аккуратно сложены поверх стопок. На свету красиво заблестели рассматриваемые фигуры. Лололошка же сейчас походил на загадочного торговца, предлагающего диковинный товар. «Это слон, представляешь? Это почему-то ладья. А это конь, ну тут и так понятно, да». — Интересные такие, — подметил Эграссель, разглядывая ферзя. — А играть-то как? У тебя правила есть? — Конечно, — постучав пальцем по виску заверил Ло. — Могу рассказать. Предложение показалось эльфу сомнительным: всё же память — не самый надёжный источник. Тем более память Лололошки, в которой до сих пор не укладывались даже правила игр этого мира. И всё же, интерес к диковинке по большей части закрывал подобные сомнения. — Ну давай. И рассказал мироходец другому, что слон ходит на две клетки вперёд, конь скачет с одного угла в другой, а короля ставишь, куда захочешь. — И ещё ладья, э-э… Вроде помню, погоди. — Как-то не очень уверенно ты звучишь, — скептически произнёс Эграссель. — У тебя точно не найдётся… Письменной версии? Пособия там? И вот чудеса: махнув рукой, Лололошка пошарил по многочисленным своим карманам — на кофте, штанах, даже на фиолетовом плаще — и из одного таки вытащил небольшую, шириной с ладонь книжечку в тёмно-красной обложке. — И нет, нельзя было так сразу, предрекая твой вопрос, — бросил Ло, с ухмылкой протягивая её другу. «Я тоже могу играть на опережение». — Сам только вспомнил. Не обратив на отговорку внимания, эльф принялся листать страницы, изучая написанное. Пока его интересовал только принцип того, как ходят фигуры. Со стратегиями и прочими интересностями он решил разобраться чуть позже. Сейчас же — то и дело ухмылялся, глядя то на правила, то на Лололошку. — Наискосок слон ходит, вот так — Он провёл пальцем по диагонали доски. — А конь… Буквой «Г». Вот так, в общем. У них тут ещё и расстановка есть! Прошло немало времени, прежде чем основы были, наконец, заучены. Зато теперь оба достоверно знали, что белые ходят первыми, ладья ходит по прямой, а король — фигура хоть и самая важная, но отнюдь не такая полезная, как хотелось бы. Теперь можно было со спокойной душой отложить правила. — Ну что же, мой интеллектуальный друг, — проговорил Эграссель, беря чёрного короля. — Играем? — Спрашиваешь. Партия получилась быстрой, сумбурной даже. Сразу за чёрной ладьёй съедается белый конь, за пешкой — ферзь, но Лололошка старается не показывать растерянности. Что ему, сдаваться что-ли? Надо концентрироваться на том, что есть, пока ещё есть шанс обернуть ход игры в свою пользу. И у него выходит, пусть и с большими потерями. Вражеский король окружён, и бежать ему больше некуда. — Шах и мат тебе, Эграсса — М? А, понял. — Откинувшись на спинку стула, эльф со вздохом принимает поражения, оглядывая игровое поле. — Интересная игра, давай ещё. — Как прикажете, Ваша Светлость. — Лололошка, улыбаясь, пожимает плечами и берёт чёрного коня. — Первый ход ваш. Снова идёт кропотливая расстановка пешек и других фигур. Небольшое ожидание. Подумав, Эграссель делает ход. Второй, третий. Ло что-то бормочет себе под нос, но он не слушает. Думает, как открыть путь слонам, угрозу от которых так легко не заметить, прозевать. Лололошка, кажется, ходит, как заблагорассудится. В рамках правил, но определённо наугад. Предыдущая победа лишь подогревает его веру в свой обязательный успех. Будто здесь всё действительно зависит от одной лишь удачи, а не расчёта и вдумчивости. Энтузиазм в голубых глазах постепенно угасает, когда его фигуры одну за другой съедают кони и пешки. Окружённый король мечется по клеточкам в надежде укрыться от нависающего над ним шаха. Но догонялки не длятся долго: приходит ферзь, и теперь спасения точно нет. — Так тебе. Шах и мат, Ло. — Лёгким щелчком, Эграссель сбивает чёрного короля с доски, и тот с характерным звуком катится по столу. Лололошка молчит, сохраняя на лице рассудительное, бесстрастное выражение, как если бы он всё ещё искал пути отступления. Но нет, он осознаёт, что действительно проиграл. Он ловит катящегося короля, когда тот чуть не падает на пол, и бормочет, закатив глаза: — Ладно, повезло тебе. — А вот и нет, — возразил эльф, вскинув указательный палец. — Чистая стратегия, друг мой. — Требую реванш. — Как пожелаете, Ваше Величество. Лололошка едва приоткрывает рот, опешив от такой наглости, чем вызывает чужой спешок и хитрую улыбку. Это была его фишка! Третья партия. Воздух, кажется, почти осязаемо сгустился, будто съёжился от напряжения. По сравнению с этой, две предыдущие игры теперь казались простым баловством. Забавно, что сейчас переросла в холодное соперничество. По серьёзным, до жути сосредоточенным лицам и взглядам любой вошедший и не сказал бы, что за столом сидят закадычные друзья, чуть ли не души родственные. — А почему ты одновременно и ладью, и короля двигаешь? — упрекнул оппонента начинавший закипать Ло. — А потому что это рокировка, милый мой. Короткая. — И снова эта снисходительная улыбка, будто говорящая: «Я больше твоего знаю, и впереди тоже я». — Да ты же её только что выдумал! — В правилах почитай, есть такое! Единственное, что удерживало вспыхивающие на ровном месте споры от перерастания в полемику — маленькая красная книжечка, содержащая в себе истину ведения сей игры. Реванш, в конце концов, не удался. Вероятно, если бы эта треклятая доска не стоила Лололошке целого состояния, тот бы уже давно со всей силы по ней ударил. Но он слишком хорошо осознавал стоимость данной вещицы, так что ему оставалось лишь хвататься за голову в безмолвном бешенстве. Всего пару ходов назад всё было под контролем! — Шах и мат. — Да быть не может! Эграссель мог лишь тихо посмеяться с такой реакции. Раздражённо вздохнув, Ло твёрдо произнёс: — Ещё раз. Эльф глянул на украшенные резьбой настольные часы. Подумал чуть-чуть, и всё же согласно кивнул. — Ну только если последнюю, и так засиделись. Стоит ли говорить, что закипающая кровь и слепое желание выиграть любой ценой всегда проиграют размеренному планированию и рассуждению? Лололошка разбит и унижен. Так легко продул три партии подряд, а ведь так хорошо начал. Что-то здесь было нечисто, уж слишком быстро были просчитаны все его ходы и условные тактики. — Только попробуй сказать «шах и мат», — пригрозил поверженный мироходец. Эграссель и не собирался, по правде говоря. Чего добивать несчастного насмешками? — Это ведь просто игра, не расстраивайся.— Он хотел сказать ещё что-нибудь, похлопать друга по плечу, но тот уже поднялся со стула, потягиваясь после долгого сидения на одном месте. Потом махнул на доску, покачав головой. — Ло? — Да всё нормально. — Из голоса Лололошки действительно исчезли раздражение и возмущение. Осталась нотка растерянности. — Я просто не понимаю, как. — Всё просто, — пожал плечами эльф и слегка постучал себе по голове. — Думай внимательней. Ненадолго повисло молчание. Уже не напряжённое, просто умиротворительная тишина. — Ладно, хорошо поиграли, — сказал Ло ободряющим тоном. — Заскочу ещё вечером, хорошо? — Конечно. — Кивок в ответ и искренняя улыбка. За ней не прячутся мысли о победе и стратегиях, только чистое воодушевление от проведённого вместе времени. — До встречи. — До скорого. Но я тебя ещё обыграю, слышишь? Эграссель не успевает ответить: Лололошка уже исчез, рассыпавшись золотыми искрами. Рано или поздно, выиграть ему, несомненно, удастся. Но уж точно не сегодня. — Шах и мат, Ло, — бормочет эльф и вертит в руке блестящую фигурку белого ферзя, задумавшись о чём-то своём. — Шах и мат.