Стразочки

Второй турнир наступил уже на следующий день. Богатырёва вела себя теперь, как обычно, шутила, пиналась, ехидничала и о прошлой обиде не вспоминала. За-то во взаимодействиях с Фаминой у Медюковой произошли сильные изменения. Вначале девушка пыталась не обращать внимание на то, что у неё на кровати волшебным образом появились азиатские сладости, а Нина не называет тайного отправителя, потом Алина уже застала врсплох саму Настю, когда та пыталсь подложить угощения ей за завтраком. — Ты меня теперь подкармливать как дворнягу будешь? — Медюкова схватила ту за руку так, чтобы не сильно, но и не вырвалась. — Новый мем: домашняя псина спасает бродячую, — Федюкова посмеялась с собственных слов. — Чё тут у вас за химия цвета единодушия началась? — Рита глянула на пару одним глазом — Не учудите ничё, только. — Та всё норм, Конь, — Алина отпустила Фамину и подтолкнула, чтобы шла дальше — Всё равно, мы, кажись, у без награды… — Ать! Каркалку захлопни! — Дончук чётким движением, не громко, чтобы весь отель не проснулся, стукнула по столу — Победа, не победа! Участие — самое главное! — Тебе — участие, а нам бабло нужно, — раздалось нытьё Люды. На улице было темно, и снег валил сугробами. В отеле многие ещё спали, и шведский стол ещё не открылся, поэтому Стразочки ели то, что руководитель и лидер успели закупить всем вчера по дороге с репетиции. В основном это была дешёвчина: суши и вок из какой-то уличной лавки; вок представлял из себя коробки лапши с крупными кусками мяса и нарезаанных овощей. Все, кто мог, ели палочками, как и полагается, а остальных хватило разве что на первые две лажные пробы — потом быстро взялись за ложки и вилки. — Фу, чё это за рыба такая? — Польская выплюнула что-то себе на ладонь и с отвращением переложила Псу в тарелку. — Дурында, это у них осьминоги тут, — Бык, своими палками, выловила из своей корбки такой же кусок и наглядно съела, облизав палки по одной. — Фигня какая-то, — Катя отложила вилку и отодвинула неприконченный вок. — Дома так раскидываться едой будешь, — Милена, которая села удачно рядом, придвинула завтрак к ней обратно — У нас тут не ахти выбор, а перед выступлением подкрепиться обязательно надо. Так что давай ешь. Польская ещё немного покорчила рожи, но когда живот заурчал от голода, вновь принялась перебирать содержимое коробки. Алина глянула на суши у Нины и стырила одну, пока та ходила мыть руки. Завтрак был специфичным особенно для тех, кому попались острые приправы. Девчонки потом требовали молока, которое им успел сбегать и купить персонал только, когда уже были на арене. Людей, казалось, было ничуть не меньше, чем в Токио — тоже, никак, весь город собрался в одной точке. Громко била по ушам музыка, и во всё горло орал десяток тысяч людей. Стразочки помогали работникам переносить в гримёрную свои реквизиты и провиант. Сам персонал смотрел на это с пальцем у веска, но от лишней помощи не отказывался. — Милка, где костюмы? — Екатерина Игоревна бегала туда сюда, объясняя что-то работникам и разбираясь с чем-то напару с менеджером Паком — Фетель, где вода? Ты её несла? Я ж говорила, чтоб вы оставили в покое людей, и дали им нормально выполнить своюю работу! Тепрь ничего не найти! — Рук, без паники! Вот ящики с водой! Жизнь сейчас кипела хаотично, как море в шторм. Алина села в телефон, чтобы успокоить нервы и не уставать от суматохи ещё больше. Сколько учавствующих в туре уже успело выступить за эти пару часов, она не знала, но чувствовала, что их выход скоро — они всего пятнадцатые в списке из почти сотни. — Time! Time! — менеджер прокричал группе. — Выход, Стразы! Выход! — теперь подгоняла и руководительница. — Девки! Всё сможете! Удачи! — Дончук крикнула своим сквозь звон в ушах и не забыла про санкционеров — Бездари, болейте за нас! — и возглавила их выход. Они вышли, оставив после себя горчинку обиды — неприятно, когда тебе запрещают учавствовать в веселье со всеми и сажают в угол для невоспитанных. — Чё, пойдём посмотрим на них из зала? — Богатырёва предложила. — Бля… — Польская зарылась руками в коротко подстриженные волосы и злостно выдохнула. — Согл, — Нина поддержала её состояние. — Чуваки, — Алина сделалась осенённой и решительной — Давайте выйдем. — Куда? В окно? — Катя безрадостно усмехнулась. — На сцену. — Чё? — Богатырёва в непонимании уставилась на Медюкову — Чё, серьёзно? — Номер — наша территория, и никто не в праве его менять или вообще как-либо касаться. Как замазать кусок на картине художника, сказав, что это такое правило. — Блин, — Нина задумчиво закусила губу, а затем резко вскочила — Поляк, ты с нами?! — А? — Катя выглыдела ошарашенной и не готовой — Вы чё, правда?.. — Да! — это было сказанно с таким грозным рычанием, что та вздрогнула. — Подожди, Аль! А как же гримм? Костюмы? — Нина крикнула вслед выбегающей из гримёрки Алине. — В жопу! — раздалось уже снаружи. Богатырёва глянула на сжавшуюся в неуверенности Польскую и выпрыгнула за Медюковой. Стразочки уже были на сцене, но первые аккорды только начинались. Охрана, как ни странно, не задерживала несущихся девочек, наверное, считая их просто опаздывающими участниками. Когда Алина и Нина промчались мимо ниего не подозревающих руководительницы и менеджера, те даже толком не успели ничего крикнуть им в догонку, не то что предпринять меры. Девушки выпрыгнули на сцену в секундную задержку, тяжело дышащие, но окрылённые. Чижовская и Шевчукова продолжали свою хореографию, не обращая никакого внимания на то, что творилось с зади и это было на руку. А вот девчонки, которые успели заметить прибежавших были очень шокированы. Зал, полный фанатов, взорвался улюлюканиями и криками, когда, вроде бы отстранённые участники, вдруг неожиданно явились в свет. Алина, не придала большого значения необыкновенно яркому шуму со стороны зрителей — ведь даже при выходе других популярных групп, пол и балки с прожекторами так не сотрясались — а продолжила номер, не отвлекаясь ни на чей ор, даже, если то были Рита или Екатерина Игоревна, зовущие их со сцены. Выступление прошло спокойно и без ошибок. Под громкие авации и аплодисменты группа поклонилась, и готовилась уйти, когда Алина, вдруг вырвала микрофон у прощающейся со зрителями Риты и обратилась к залу: — Постановка наша, и никто не в праве в неё лезть! А если кого-то бесит, что мы приехали в вашу страну, то в праве нас выгнать, но целой командой, а не по одному! Ясно вам?! Богатырёва быстро подбежала к Медюковой сзади и акуратно вырвала у пышущей яростью подруги микрофон, чтобы благоразумно дополнить. — Ту транслэйт хёр вордс, щи ис сэинг, зэт, иф ю сынк эбаут авар пэрформэнс эс э пикчэр, зэн нован хэс райт ту пэйнт овэр ит, бикоз ви ар зэ онли артистс то дэсайд вот ту чэндж ин ит. Алина олсл сэйд, зэт щи дазн нид то джастифай хёрселф то эниван, бикоз щи из э ливинг пёрсон энд хэс зэ райт ту мэйк мистэйкс. Зэт найт эт зэ бар, ит воз зэт ситуэйшн, вэн ю хэв ту литирали файт вайлд энималс визаут ту би син эс антиэколоджист. Кулчэрс ар дифэрэнт, бат пипл ар стил пипл эверивэр. Андэрстэндинг азэрс ис нот импосибл фор эниван. Зэтс ол. Сэнк ю! Нина обхватила Алину за горячую шею и повела со сцены. Уже за кулисами, девчонки обступили пару со всех сторон и закидали громкими возгласами. — Афиг, просто! — Вот это вы зажгли там! — Сумашедшие, — Рита сказала это со слабым упрёком, но в реальности довольно улыбалась. По дороге обратно в гримёрку, девочек, конечно же, перехватила руководительница группы. — Дуры! Какие же вы дуры! Боже! Дай сил на всё это! — Рук, спокуха! Мы выступили без единого промаха! Всё заебись! — Нет, ну посмотрите на них! Дончуку пришлось довести бедную женщину до ближайшего сиденья и успокаивать. — Где ваши успокоительные, тёть Катя, — Рита усадила руководителя на стул и стала ковыряться в её сумочке. — В маленьком кормашке поосмотри… — Ребят, сбегайте кто-нить за водичкой! — Дончук выловила из недр сумки заканчивающиеся таблетки и протянула Екатерине Игоревне. Алина стояла рядом при этом ощущая некий стыд перед женщиной. Нина сбегала за водой в гримёрку и быстро вернулась назад. — Вот вода! — Давай сюды, — изо рта Екатерины Игоревны раздался жалобный «ик». Руководителя успокоили и привели в порядок. Где-то там закончился очередной номер, и концертный зал снова зашёлся в аплодисментах. — Всё, — Екатерина Игоревна с усилием поднялась со стура и аккуратно обтерла своё лицо влажной салфеткой — Фанмитинг будет только в самом конце, так что давайте пока сходим куда-нибудь перекусить, а то я сейчас здесь задохнусь. — Дело, говорите, рук, — Богатырёва согласилась с руководителем — Куда хотите? Мы с Семкой платим! Алина удивлённо уставилась на подругу, срочно вспоминая, сколько денег оставалось наличкой. Они неспеша вернулись в гримёрную, где девочек снова встретили шумные и счастливые ребята, а ещё расстроенная Катя. Фамина сидела рядом и сочувствующе обнимала и гладила Польскую по спине, тихо приговаривая, что ничего страшного не случилось. Ну и что, что пропустила концерт? Ну и что, что струсила, как настоящее ссыкло, пока другие достойно защищали честь группы? Пустяки! В следующий раз повезёт! — Так, братва, — Рита, видя, что все из участников были на месте, прикрыла дверь наружу и громко сказала — Честь отстояли, врагов напугали! Молодцы! Особенно некоторые, которые проявили особую упёртость и мужество! — Лончук показала Алине с Ниной палец вверх. Медюкова с Богатырёвой ордо вытянулись и улыбнулись. К Екатерине Игоревне подошёл менеджер Пак и сказал что-то на английском. — Так, Стразочки! У вас сейчас возьмут интервью! Ничего страшного в этом нет! Всего-лишь скажете, как вам было выступление, как вам в Азии, что понравилось и всё такое — в общем, всего понемножку. А потом свободны до вечера! — У всех интервью берут? — Да, у всех. — А, если по-английски ни бум-бум? — Тогда по-русски. Менеджер Пак сказал, что у них есть переводчики, и ваши слова переведут на английский субтитрами. — А где потом можно посмотреть? — Нас будут по телеку показывать? — Этого я не знаю, ребята. С этими вопросами к менеджеру Паку, — руководительница отмахнулась от завала вопросами и спихнула всю ответственность на корейца. — Я хочу первой! — вдруг воскликнула Фамина, и все её без мешканий пропустили вперёд, туда, где менеджер Пак уже стоял и говорил с людьми из съёмочной группы. — Всем тихо! — когда Насте начали задавать вопросы, Екатерина Игоревна заткнула оживлённых девчонок. Все по очереди шли друг за другом, репетируя вслух или шёпотом свою речь и слова. Некоторые, как Алина и Нина, не видели смысла в планировании и считали, что естественнее будет просто импровизировать, когда будет озвучен вопрос. Когда настала очередь Медюковой, Нина пожелала ей удачи. Девушку поставили в нужное место, намеченное крестом из скотча на плитке пола, взяли с неё лучший ракурс в камере и задали вопрос: — How did you feel when you found out you were disqualified from the performance? Богатырёва тут как тут, сразу же взялась за перевод вопроса и шёпотом на ухо передала подруге: — Они спрашивают, про твои ощущения, когда узнала, что тебя дисквалифицировали. — А, — Алину словно осенило, и она сделалась язвительной — Кто вообще дал тал такое указание? Из-за чего это было? Из-за того, что я поставила на место чьих-то зажравшихся сынков? Я их не боюсь! — Поменьше агрессии, — Нина предупреждающе шепнула ей. — Why did you disobey the MCS's main office's orders? — Почему ты ослушалась запрета? — Не вижу смысла искать причины. Разве не ясно, что обвинения были несправедливыми? Почему этих ребят не отстранили? А? Я видела их мерзкие рожи сегодня на выступлении! И я ясно вижу, что роль здесь играет совершенно не законность, а бабки чьих-то толстых кошельков! — How did the performance go in your opinion? — Что думаешь на счёт выступления? — Было охренительно! Я никогда не чувствовала себя настолько довольной своим принятым решением, даже, когда в старшей школе сбежала с химии, чтобы помочь другану выстоять на стрелке! Люди со съёмочной группы поблагодарили Алину за участие и отпустили. Затем пришла очередь Нины. — Так, сейчас у нас обед до девяти, а потом собираемся здесь же, у нас фанмитинг! — руководительница прокричала группе, когда они вернулись в гримёрную, закончив с интервью. — Екатерина Игоревна, в какой ресторан хотите? — Нина мгновенно оказалась около женщины, пытаясь как-то загладить перед ней чувство вины за все нервные пытки. — Достаточно просто купить чего-то лёгкого. Сядем где-нибудь в парке, тут недалеко и подышим, — руководительница с благодарностью посмотрела на девушку. — О! А я тут знаю один неплохой продуктовый! Я там даже семки нашла! И совсем недалеко, — Алина предложила. — Мы сбегаем, Екатерина Игоревна? Вам что купить? — Богатырёва выжидающе посмотрела на женщину. — Семки и купите. И печенек ещё каких-нибудь, сладеньких, — руководительница сделала выбор. — Принято, рук! Мы тодна, ща, туда-сюда и пойдём в парк! — Нина договорилась с ней и побежала за исчезающей в проёме Медюковой — Семкаш, меня забыла! Алина не стала тратить время на верхнюю одежду и выбежала в одной домашней чёрной алкашке. Только сейчас девушка осознала, что выступала в ней перед всем народом — ну и ладно! Это для эффекта! Кошель был в карманах спортивок, и больше ничего было не нужно. Богатырёва догнала Медюкову уже у чёрного хода, и они вместе вышли из здания. Ещё был день. Солнце не успело опуститься за горизонт. Девушки шагали в своих белых кроссах по грязному снегу и в шутку толкали друг друга плечами. — Здесь, — сказала Алина, тыкнув носом в пожелтевшую вывеску на корейском с тем же куском цитруса сбоку — Я вчера сюда заходила. Тут такие семки с солью классные были. Попробуешь потом. — Ты мне не рассказывала, — без намёка на обиду сказала подруге Нина. — А ты вчера со мной и не разговаривала, — это был резонный факт, и Богатырёва согласно кивнула. Они зашли в магазин, и Алина повела Нину за собой к нужным полкам, по дороге рассказывая: — Я тут вчера познакомилась с каким-то пацаном. Не мог с кассой справиться, ему пришлось аж босса звать. — Ну ты прям каждый вчер находишь себе приключения. — Жить без этого не могу, — Медюкова ответила в шутку — Вот, тут они. — Ого! Вот это выбор! Даже в шоколаде, ничего себе у них вкусы! — Я те ела, — Алина кивнула на свою любимую пачку, взяла её с полки и передала подруге. — Посмотрим… — Нина покрутила упаковку с недоверием. — Печенье ещё нужно… — А вот, смотри, — Богатырёва указала на коробку с какими-то разноцвветными сердечками — Может, для людей с кардио-проблемами? — Скорее, чтобы они у них появлялись, — Медюкова осмотрела коробку и положила обратно. — О! А тут с арбузами даже есть! — Не, дороговато. — С кокосом мож тогда? — По чём они? Ну, эт можно, — Алина взяла коробку. Они пошли к кассе, за которой стоял парень в кепке. — Аньё! — Медюкова мило улыбнулась ему и дала ему свои продукты — Санлавер щитс, плиз. Нина стояла рядом и с непониманием следила за чужим диалогом. Мальчишка за кассой, по её мнению, был какой-то тощий и бледный — разве это нормальное состояние для человека? Алина забрала пачку семок из рук Нины и тоже отдала пареньку. — Эт ток, про которого я те говорила, — Медюкова объяснила — Все азиатскте пацаны, которых я видела, так на баб похожи. Смотри, даж серёжки носит. — Эт менталитет. — Та мне по барабану. Просто факт. Хотя ему, ничё так, идёт. Камсакамида, дружище! Кассир отдал Алине пакет и улыбнулся, а, когда заметил взгляд Нины, вдруг, испуганно замер и спрятал взгляд. — Выучила корейский? — Да. Чего только не сделаешь ради людей. Даж номер взяла, — Медюкова разблокировала телефон и показала подруге в доказательство — Расширяю зону культурной экспансии. — Смотри не сагри эту культуру, а то ещё мало не покажется. — Буду аккуратна. Ща пойдём к руку, и заплатим ей за все наши грехи. А, погоди! Нина врезалась в спину Алины, когда та резко остановилась. — Почему не на концерте, спроси его, а? — Медюкова бездумно схватила подругу за край футболки и посмотрела с огоньком в глазах. — Эм, — Богатырёва удивилась рвению подруги, но выполнила её просьбу — Сорри. Бат, арэнт ю эт зэ консэрт? — Ah? — парень выглядел растерянным неожиданным вопросом — I don't have money. — Чё сказал? — Что бедный и денег нет. — А ты скажи, что мы его провести можем. — Куда провести? Опять что-то удумала? Тётя Катя только со срыва, а ты её уже в следующий толкаешь? — Та мы по тихому, — Медюкова пришла с планом — Давай, ты пока возьмёшь тётю Катю с Ритой? Скажешь, что я там, в туалете. Запор, понос, тошнит, не знаю. А я пока пацанёнка через чёрный заведу и по бырику там проэкскурсирую. — Ты ж инглиша не знаешь, — Богатырёва недоверчиво вскинула бровь. — А он тут и не нужен. Достаточно увидеть и услышать, чтобы на всю жизнь запомнилось. — Лан. Только, если всё вскроется — ты всё сама. — Базара на ноль! — Эм, — Нина обратилась к заинтересованно поглядывающему в их сторону кассиру — Вуд ю вонт ту гоу то зэ консэрт виз ас? — Sorry? — Дело пяти минут, поц, — Медюкова заверяюще подмигнула ничего непонимающему кассиру — Сводим тебя туда и сразу вернём. Никто не заметит. — Май фрэнд вонтс ту тэйк ю ту зэ консэрт, — перевела Богатырёва — Чувак, ты его пугаешь. У парня ща шок будет. — Так это от радости! — Алина взяла пакет и с довольством пошла к выходу — Давайте! — Sorry! — парень вдруг вскрикнул, бегая паникующим взглядом с алининого лица на нинино — I won't go! I have job! I can't. I need to be here, sorry… — Чё болтает? — Медюкова спросила у подруги. — Та не хочет он. Оставь его, — Нина увидела, что сзади уже какое-то время стоит пожилой человек и терпеливо ждёт своей очереди оплатить покупку. Богатырёва взяла на себя роль взрослого и решила закончить этот неудавшийся спектакль, взяв Алину под локоть и доведя до дверей. — Погоди! Погоди! Пацан! Витязь, ёпт, отпусти! Кассир бросил на девушек озадаченный и немного тоскливый взгляд и вернулся к работе — к кассе подошёл новый покупатель. Уже на улице, когда дверь с колокольчиком захлопнулась, Алина вырвалась из хватки младшей и оттолкнула её. — Чё за цирк, Семкаш? — Та чё ты? Хотела человеку просто помочь! — Не всем людям нужна твоя помощь, и не всегда ты её вовремя даёшь. — Чё ты меня учишь? — А ты, кажется, не видишь, что творишь. Опять начинался какой-то срач. Медюкова сжала челюсть, чтобы сдержать плевок. — Иди к лиду с руком, — она кинула в Нину пакетом и пнула сугроб гразного снега, попав ей на штаны. — А ты куда? — Богатырёва терпеливо выдохнула, скрывая своё раздражение. — Выпить, — Алина кинула через спину и скрылась за углом. — На фанмитинг не опаздывай! Медюкова не ответила, а, хотя, скорее, просто не услышала. Нина вернулась к старшим, объяснив, что Алина ушла проветриться после концерта. Сама Медюкова же просто вернулась в отель, чтобы проспать так до самой темноты и проснуться от оглушающего будильника. — Где шаталась? — было первым вопросом от Риты, когда она встретила девушку около гримёрки — Таким хмурым видом тебе только фанатов пугать. Где тот настрой, что был у тебя днём? — Просрала, — Медюкова грубо прокашлялась, сбивая хрипоту в голосе — В номере отсыпалась. — Ясно. Девочки в столовке. Есть не хочешь? — Рита поправила девушке гнездо на голове. От речи женщины в Алине вдруг откликнулись воспоминания об отце. Как тогда, когда он ещё любил мать, сидел с маленькой дочкой, всё время заставлял непоседливую девочку сесть и нормально поесть. — Хочу, — Алина как-то удручённо отозвалась, смотря перед собой расфокусированным взглядом — спросонья всегда было так, немного уязвимо и с тягой к комфорту. — Пошли тогда, — Рита похлопала девушку по плечу и повела за собой. Пока они шли, Дончук заговорила о концерте. — Ваша с Нинкой речь зажгла людей. Тётя Катя говорит, что то видео теперь работает больше не как угроза нашей группе, а как реклама нашего концепта, тип стиль жизни «по понятиям». Хорошо вы, ну, сыграли на сцене. Все были в шоке. — Я знаю. В этом и был смысл, — Медюкова устало усмехнулась — Хотелось, чтоб эффектно. — Та там такой эффектище был, блин! Молодчины, правда, — Рита поощряюще похлопала девушку по спине — Кстати! К тебе тут тот твой китаец прибегал, спрашивал тебя, искал. Хотел сказать, что-то, но я разобрала, что. Хорошо, что ты азиатских друзей делаешь. Я, вот, так и не успела. Всё время то с Милкой, то с Катей, но без английского ни с кем и не поговоришь тут. — Язык — не проблема, — Алина ответила со знанием дела. — Да? Какие мудрые слова, — Дончук с любопытством окинула её взглядом — Много друзей уже сделала? — Та не очень. Там какой-то японский школьник, Ецин, вот, из СБита, а потом, вреча ещё, кассир смешной попался. Так-то, только три, получается… — Это уже много! Самое главное — с ними крепку связь поддерживать, а их не количеством с другими мериться. — Так где там Ецин был? — Китаец твой? А в столовую не пойдёшь? — Вначале его найду. Потом поем. — Окей, — Рита отпустила девушку, чтобы та ушла обратно в сторону гримёрных. Гримёрка СБита оказалась вообще в другом крыле здания — пришлось побегать, чтобы найти. Медюкову вначале встретил менеджер группы, потом уже нашёлся и сам Ецин, лупящий в мобилку и жующий мармеладки. Увидев Алину, он поперхнулся и зашёлся кашлем. Девушка участливо постучала ему по спине. Когда потом Ецин успокоился, Медюкова по-хозяйски спустила со стула чей-то рюкзак и села на него, прямо напротив парня. Ецин выглядел смущённым, но против ничего не сказал. Девушка без спроса взяла попробовать мармеладную конфету из пачки в его руке и одобряюще показала, что на вскус та «ничего». Взаимодействия у них были без слов. Алина уселась поудобнее в кресле и с интересом поглядывала на сидящую на диване кучу китайцев. Они были поглощены совместной рубкой в игру на телефонах и гостья в этот момент им была совсем безразлична. — Е́цин, — Медюкова обратилась к парню, скованно сидящему напротив — Ни хао ма? — Ха? — тот вдруг не сдержался и прыснул со смеху. — Чё, смешно сказала, да? — Алина улыбнулась в ответ, совсем не почувствовав обиды. — 我很好, 谢谢. 你呢? — Ецин чётко произнёс и в ожидании реакции уставился на девушку. — Эм… Теперь уже пришла очередь Медюковой чувствовать себя глупо и беспомощно. Что он только что сказал? Кого вызвал этим заклинанием? Без переводчика под рукой в виде той же Нины, Алина понимала, что ей совсем тяжело вести с людьми нормальные диалоги, и вовсе она была не права, когда убеждала Риту в обратном. — Difficult? — Ецин спросил, показав руками взрыв мозга и по-доброму усмехнувшись. — Дификулт, — Алина согласилась, неосознанно повторив за парнем этот жест. — 很难, — парень показал те же движения, но уже описав их на китайском. — Хэн нан, — девушка повторила, и неожиданно осознала, что поняла китайца без переводчика — это повергло её в некий радостный шок — и чтобы не оставаться в долгу добавила — «Хэн нан» — «сложно». — Сулоджуно? — Ецин попытался повторить. — Сложно. — Сулоджно, — парень выглядел до того серьёзным и сосредоточенном на моменте произношения, что Медюкова не сдержавшись, хохотнула и мягко потрепала его волосам — Ты просто прелесть, пацан. Кажется, внезапные приступы умиления с азиатов стали входить в привычку Алины. Ецин смущённо погладил растрёпанные волосы и улыбнулся в ответ. Они разошлись каждый к своим группам, когда стрелка часов оказалась на девяти. Выступление последней группы подходило к концу, и уже совсем сонные артисты готовились к финальному отрыву на встрече с фанатами в десять. Фанмитинги для разных групп проводились в нескольких разных залах одновременно, чтобы ускорить процесс и людям не приходилось ждать своей очереди поговорить с кумиром несколько часов. Стразочки и СБит в это время пересекались разве что минутно, когда их распределяли по залам. Ещё, где-то там, на виду мелькала Женя со своими, но, по понятным причинам, со Стразочками контакта она более не держала. Ну и ладно. — Выходят! — Рита крикнула группе. Девчонки построились в готовности залететь в зал, чтобы отработать свою финальную обязанность и, наконец-то, уйти домой со спокойной совестью. Дверь в небольшой зал открылась и из её недр вышла какая-то женская группа. Стразочки пропустили айдолов и заняли зал за ними. В зал уже начали впускать их фанатов через главную дверь. Стразочки заняли свои места, объявили о своей готовности, и фанаты начали спешным строем, один за другим, подходить к актрисам и то спрашивать их о самочувствии, то выпрашивать автограф или совместное фото, то дарить какие-то бесполезные и довольно нелепые аксессуары и просить примерить. Алине особенно запомнилось, как какая-то дамочка наглым образом потребовала её напялить на себя какой-то глупый бант и сфотографироваться. Медюкова недовольно шипела, но терпела, ибо Дончук предупредила, что сейчас её положение слишком шаткое для рискованных выходок — ещё одна ошибка и дальнейшего участия в турнире может больше и не быть — не хотелось так подставлять команду. Но Алина уже была готова плеваться ядом — наглецов в лице фанатов, особенно каких-то сопливых парней, оказалось больше, чем она ожидала. Она в открытую отказывалась исполнять позорные и тупые желания других людей, типа поцелуев в щёку, облизывания чужой помады или совместное поедание какой-то шоколадной соломки — что это за извращения такие?! К другим, кажется, приставали с не менее смущающими предложениями. Бедную Нину заставили надеть бороду Деда Мороза и спеть на камеру этот американский «Джингл бэлс». Уже молясь всем известным богам, Медюкова была готова к тому, что фанмитинг, как его называли, сейчас неожиданно объявят закрытым и Стразочки смогут спокойно вернуться в отель и отойти на боковую. И, Боже правый, так ислучилось! И Алина была бы довольна и счастлива, если бы в толпе возмущающихся фанатов вдруг не заметила знакомое лицо. Медюкова раньше считала, что у неё плохая память на лица и имена, а уж азиаты для неё все абсолютно на одно лицо, но, как оказалось, в жизни всегда бывают исключения, ведь Алина не сомневалась, что увидела среди мельтешащих людей Хикару. — Хикару! Здорова! — Медюкова аж подскочила со стула, чтобы лучше рассмотреть лицо. Фанаты оглядывались, искали того, к кому громко и без стеснения обращалась девушка и, наверное, планировали растерзать его в клочья, судя по обозлённым лицам некоторых. — Хикару, иди сюда! — Алина размахивала руками и подзывала к себе потерянного мальчишку. Хикару и вправду отозвался. Это был правда он. Медюкова была очень приятно удивлена встретить его здесь сегодня. Она ловко перепрыгнула через стол и подозвала японца поближе. Мальчик неловко и аккуратно пробиралься скволь толпящихся людей, которых уже силой начала разгонять охрана. Алина, как только поймала его протянутую руку, вытянула парня из массы и легко подняла на возвышающуюся площадку, где распологались столы для артистов. — Кто это? — раздалось со стороны Риты. — Кореш мой. Из Японии, — Медюкова приобняла мальчишку за плечи, показывая его девчонкам — Хикару зовут. Мальчишка, весь красный, дрожаще сжался, испугавшись всех тех подозрительных взглядов, что получил от участниц Стразочек. — Так, не пугайте его, — Алина крутила им, как любимой куклой, прижав его к своему боку, словно его хотели отобрать — Пацан трусливый. Боюсь сердце может не выдержать. — Да ты его сама сейчас задушишь своими бицепсами! — Фамина рассмеялась. — Тебя, почему-то, всё время тянет на какой-то определённый тип, — Нина подошла к стоящей паре — То дрожащий от страха школьник, то бледный и пугливый, как воробей, кассир. Скажи честно, у тебя какой-то фетиш? — Сама ты фетишь, ля — Алина благоразумно отпустила пацана и дала ему вдохнуть воздуха — У меня, может, друзья только такие. Либо меня боятся, либо меня уважают. Вот ты кто из двух? — Хэллоу, — к отпущенному на волю японцу обратилась Фетель — Ар ю фром Джапэн? Мальчик скромно кивнул и поклонился. — Донт би шай! — Фамина помахала ему, пытаясь расположить к компании. — Так, девчонки! Нас выгоняют! — раздался громкий голос Риты, и все стали расходиться. — Неужто домой! — Да! — Хикарка, давай, пошли с нами, — Алина легко похлопала паренька по спине и повела к выходу вслед за Стразочками. — А сколько тебе лет, Хикару? — к мальчику начали подходить все без разбору и заваливать разными вопросами; первой встряла Бык. — Sixteen, — японец ответил. — Погоди! — Таня только сейчас опомнилась — Он что, по русски говорит?! — Учит, — Алина, которая шла сзади и наблюдала за столпотворением, кивнула в ответ — Как я в японском, ну, может чуть-чуть хуже… — Ты слишком самоуверенная. Уж ты-то по-японски, навряд ли, даже поздороваться сможешь, — Фамина усмехнулась, обведя Медюкову принижающим взглядом. — Почему это? Могу! Аригато! — Это «спасибо»! — Тогда! Коничива! — Хоть один правильный ответ! Хикару, что шёл перед ними, и пытался отвечать на вопросы других людей, оказывается слушал болтавню Алины и Насти очень внимательно, потому что потом повернулся к Медюковой, показал палец вверх и сказал «Хорощо». — А я вот тоже кое с кем подружилась! — когда Алина думала, что диалог закончился, Фамина вдруг сказала хвастливым тоном. — Ну и с кем же? — С Машей из Екатеринбурга. Медюкова вдруг резко остановилась и сложилась пополам от смеха. Настя в непонимании уставилась на трясущуюся широкую потную спину. — Чего это ты? — Фамина ждала, пока подруга отсмеётся. Алина старалась вернуть себе самообладание. Она выпрямилась открывая на своём лице непривычно яркую улыбку и попыталась выразиться схвось отдышку от хохота. — Из всех… Блин… Возможных… Ё-маё… Людей… Ты выбрала именно русскую? — наконец-то, маска спокойствия возвращалась к Медюковой — Вот, тебе ж был выдан целый шведский стол из драконьих выводков: японцы, китайцы, корейцы — на любой вкус и цвет. Но выбрать, конечно же, надо было именно Машу! Из Екатеринбурга! Фамина уже сама, кажется, поняла свой промах и начала тихо посмеиваться с ситуации вслед за подругой. — Чё ржёте? — рядом с ними мимоходом остановилась Польская и с несдерживаемым любопытством спросила. — Почему ты за твоим Псом не смотришь, Поляк? — Алина уже сняла с себя последние остатки улыбки, а Настя всё ещё не могла успокоиться — Помоги ей исполнить мечту, а то у самой, по-моему, голова не достаточно из правильно места, для таких целей. Медюкова махнула Кате и ушла вслед за остальными, а пара подруг осталась разбираться с теми самыми «мечтами». Алина вышла на улиц, и к ней сразу подбежал Хикару. — Хорощё? — скорее всего, интересовался он тем, отчего девочки так сильно смеялись. — Хорошо. Очень хорошо. Хотя, может, и не очень, но тоже хорошо, — Алина прыкнула и потрепала пацана по волосам — Учи русский, и будем ржать с тобой так же. А ваш драконий пока буду укрощать. Японца подвезли на минивэне до его спрятанной в переулках гостиницы, ему пришлось распрощаться со Стразочками, но Алина договорилась с ним немым языком жестов держать друг друга на связи и не теряться. — Милый паренёк, — Бык заметила и многозначительно ткнула Медюкову в ребро. — Да… — тут девушка вспомнила, что совсем не поздравила Ецина с выступлением, и она так и не смогла подарить тому кассиру яркие эмоции — Ну хоть кому-то сегодня повезло. — Кому повезло? — Таня вначале не поняла, а потом снова натянула на рот свою раздражающую Алину хитрющую, как у лисы, ухмылку — Тебе, что ли? — и поиграла бровями. Ну разве можно было назвать Быка взрослым адекватным человеком? Честно, как будто, не тридцатник стукнул, а юношеские гормоны мозг простреляли. Медюкова утомлённо вздохнула и отвернулась к окну. «Надо бы поскорее забежать в тот продуктовый, потому что завтра рано утром уже вылет», — девушка для себя решила. Она посмотрела в окно и поныла, что они развернулись и встряли в пробку, совершенно точно, рядом с той самой улицей. — Остановите машину! — Алина выкрикнула. — Что случилось? — Милена перепуганно повернулась на пассажиров — Мы не можем здесь остановиться. — Просто тачку остановите! Я выйду! Срочно! — Кошель потеряла? — Таня спросила, хватая на эмоциях девушку за локоть. — Страх! — исправила Медюкова и открыла дверь минивэна прямо на ходу. — Блять! Аля! Куда?! — Господи! — Алина! Всё в самый последний момент. Алина в целости и сохранности добежала до тратуара и кинулась к магазину за поворотом. Девушка добежала и увидела, что, ну ёп твою, свет в нём не горел. Писец, блин. В отеле на её снова наорали. Обозвали всеми возможными именами животных и бессовестных людей. При чём тут к Милене и тёте Кате подключилась ещё и Бык, а потом даже Нина. Дончук уже отсыпала, так что её тревожить по этому поводу никто не стал. — Чё ты так резко выпрыгнула? — Богатырёва прикопалась к подруге. — Та вспомнила кое-что. — Что. — Та там было… Уже всё. — Чё было, а? Нормальным языком объясняйся. — Я те ничё не буду объяснять. — Семкаш, блин. Не исчерпывай терпение. — Да всё в норме. — Ты к тому магазину же побежала, да? Алина от удивления дёрнулась, поймавшись с поличным. — Ну и чё? — она начала защищаться. — Та ничё. Но можно ж в следующий раз вести себя, как нормальный человек? Если забыла — позвони или напиши, на крайняк, а не выпрыгивай прямо на дорогу! — Та лан! Всё ж обошлось! — В следующий не обойдётся, дура. — Базар фильтруй. — А ты мозги, хотя бы раз в день. Девушки расселись по кроватям, спрятавшись в телефоны, и комната погрузилась в напряжённую тишину. — А ты знала, что, оказывается, есть какой-то эффект другой рассы, при котором ты не можешь отличить челов с другого края земли, даже, если не расист? — Медюкова внезапно озвучила рандомную мысль. — Эт что ещё за хрень? — Только что прочитала. Не понимала, поч так сложно смотреть на Хикару и не видеть в нём того кассира или Ецина. — По-моему, это немного другое… — Богатырёва наменула на мысль, которую не озвучила. — А ещё, половина мира не может пить чистое молоко. — Откуда ты это берёшь, вообще? — ВК Факты, — Алина показала экран телефона. — Эт тип реклама? — Та не, просто в Янде нашла. — Ты своему корейцу написала? — Нина вернулась к теме. — Зачем? — а Алина возвращаться к ней не хотела. — Ну, ты там на таких скоростях к нему бежала. — Та уже не надо. — Даже не попрощаешься? Невежливо. А у них тут культура прямо на вежливости и построена. Медюкова замолчала и открыла чатовое окно с тем кассиром. — И чё писать-то? — А я чё тебе — строитель нормальных диалогов? Алина недовольно хмыкнула и пошла в переводчик, скопировала текст и отправила человеку: «안녕하세요» Чтобы не ждать ответа долго и в скуке, она отправилась в туалет. За чисткой зубов Алина уже задумалась о неадекватности своего поведения весь сегодняшний день. Неужели она настолько по-сумасшедшему выглядит в чужих глазах? В Саратове это, отчего-то, не было видно так ясно, как сейчас здесь. — Семкаш! — денеслось из-за двери. — Иду, — Медюкова умылась и вышла — Всё, свободно. Она увидела, как Богатырёва беспризорно копается в её телефоне, и неспешно подошла к развалившейся на её кровати подруге. Нина развернула ей телефон экраном к лицу и сказла, чтобы ответила. В списке уведомлений Алина кучу сообщений от того самого кассира. Она мгновенно приободрилась и выхавтила телефон из чужой руки, чтобы следом за этим потеснить Нину на кровати и завалиться рядом. — Как по-анлийски «хочу встретиться»? — Медюкова спросила. — Уже, как бы, ночь? Не? — Как будет, блин? — Дай сюда, — Богатырёва выхватила телефон, что-то написала и вернула. — Ай… лайк… ю… лэтс дэйт? Эт чё за херь? — Алина почувствовала подвох, перечитав настроченное подругой сообщение. — Это манеры. Так нужно говорить при знакомстве и когда хочешь кого-то пригласить, — Нина не сумела сдержать в себе улыбку. — Полная лажа, — Медюкова чувствовала подставу. — О! Ответил! — Богатырёва негромко уведомила соседку, толкнув её в плечо. — Эт чё? Опечатка какая-то? — Алина пыталась рассмотреть зашифрованный за набором чужих символов «;;;;;;;;;;» смысл. — Не знаю. Разберись, — Нина вернулась к своему телефону и перестала обращать внимание на чужие умственные метания. С горем по полам, Медюкова, разобравшись с языками при помощи доброго, в отличии от некоторых, переводчика, добилась от кассира согласия на быструю встречу рано утром перед тем самым продуктовым. Нина уже совсем скоро захрапела и Алина поменялась с ней кроватями, чтобы урвать свой кусок сна перед перелётом.