Сладкое наказание

Солнце игралось со скалами парящих островов, готовое уступать своё место луне. Маленький белокурый мальчишка с яркими рубиновыми глазами внимательно наблюдал за чудными животными этого острова через узкую щель в пещере. Сам остров был полон разноцветных камней, охраняемые как раз этими драконами... Их чешуя была довольно необычного оттенка, на свету она переливалась всеми цветами радуги, перламутр, их тельца оказались намного меньше, чем ожидал парнишка. — Как же они называются, — прошептал мальчик, присаживаясь на выступ, открывая энциклопедию о существах небес, наспех пролистывая страницы — о, нашел, раса Перланы. Редкие существа, находящиеся в основном в пещерах с водоемом. Охраняют "Кровь Старого Бога". Бордовый камень, дающий силу за определенную жертву, интересно... — Братец! — девочка с теми же рубиновыми глазами, как у мальчишки, кружилась над ним, с интересом наблюдая за его действием, — а что ты делаешь? — Тс-с, не привлекай внимание перланов. Девчушка мигом по-детски мило закрыла двумя ладошками рот. Она не знала, что такое перланы и почему нужно молчать, но раз её старший брат сказал - значит, надо! — А кто это? — уже шепотом поинтересовалась она, сев рядом с мальчиком. — Драконы. Они драгоценности охраняют, вот, посмотри, — старший показал рукой на щель, приглашая малышку взглянуть на этих существ, что она и сделала. — Ого! Они такие красивенькие, разноцветные, вот бы получить хотя бы одну чешуйку их! — Ага, я тоже об этом думал. Эта чешуя способна нанести раны Богам без возможности регенерировать повреждения. Опасная штука, лучше с этим не играться. Девочка завороженно смотрела за драконами и каждое движение вызывал у неё нескончаемый восторг. — А почему они такие разноцветные? — Смотри, лучи солнца попадают на камушки, камушки отражают этот свет, из-за чего лучи падают на их чешую. Ребенок с не очень умным выражением лица приняла слова брата, обрабатывая их в голове. А потом к ней словно пришло озарение. — А, поняла! — воскликнула она, после чего неуверенно стеснительным голосом продолжила— братик, а можешь посмотреть в будущее? Я хочу просто узнать, стану ли я Благодетелем, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! На отчаянную просьбу мальчишка лишь мягко, не по злому, рассмеялся, найдя свою сестру очень милой. Её только-только взял их приёмный отец в ученики, а она уже хочет занять место учителя, ну какая прелесть. — Ну ладно-ладно! Только учти. Я вижу лишь один исход из возможных тысячи, все будет зависеть лишь от тебя. Ангелочек радостно закивала и улыбалась так ярко и широко, будто ей предложили стать Благодетелем прямо сейчас и без замедления. Мальчик, воодушевленный радостью сёстры, закрыл глаза, его энергия проходила сквозь тело, казалось, что текла по венам вместе с кровью, светилась от его силы. Прошло пять-десять-пятнадцать минут, в это время девочка смиренно ковыряла камушки на отступе, напевая мелодию. Как только парнишка открыл глаза, он начал задыхаться, на его лице был страх, нет, даже не так, всепоглощающий ужас! Он инстинктивно схватился рукой за свою рубаху у сердца, пытаясь успокоить его ускоренный ритм. Девочка вздрогнула и сразу взялась за плечо брата, разволновавшись таким его действиям. — Братик? — Н-ничего... Я просто.., — Клод наспех пытался найти оправдание, — я просто долго не использовал свою способность. Не привык... Ты будешь Благодетелем! — с натянутой улыбкой протороторил быстро он, — нам надо идти, скоро стемнеет. Мальчишка так быстро взлетел и рванул в сторону их дома, что даже не заметил, с каким переживанием смотрела на него малышка Ноа, оставшись сидеть там и провожать его взглядом. Куда он так быстро взметнул? — П-подожди, Клод!

***

Вспоминая лицо своего брата тогда, Ноа только сейчас понимала, почему он был так напуган. Он ещё тогда знал.... Знал, что отец понесет наказание за Божью связь с мерзавкой Лидией. Он видел его смерть. Конечно, ничего не сказал... И Ноа знала, что Клод сделал так лишь потому что хотел защитить психику маленькой девочки от горя, головой понимала, но почему-то сердце саднило от горькой обиды. В то же время ей было его жаль. Брат увидел такое ещё совсем маленьким, не справившись со страхом смерти, сбежал от неё, лишь бы она не почувствовала тот накативший ужас, вынужденный справляться с этим в одиночку. Ноа пролежала в своей комнате всю ночь, слезы уже физически не могли литься из её очей. Она просто свернулась в клубок, надеясь спрятаться от невзгод, а вдруг они уйдут, если она от них сбежит? Но мысли начали накручиваться, посылая новую волной тревоги. "Я даже сейчас пытаюсь сбегать от проблем, а не готовиться к ним, как я стану Благодетелем терпения? Какая из меня терпеливость? Что я буду делать без учителя?" Её думы нарушил хриплый размеренный голос старика за дверью. — Дитя мое. Выходи, будь добра. И как же она не хотела этого делать. Видеть отца перед его смертью - как сыпать соль на новую рану. Очень больно. Это будут последние дни, когда она может видеть улыбку этого старика, чувствовать его крепкие объятия и слышать согревающие слова... Надо выйти. Бегать от проблем тоже плохой вариант. Страх перед пропастью может стать последним чувством перед тем, как земля обвалится и унесет в пучину страданий. Медленно Ноа поднялась со своей кровати, проникшим взглядом выискивая хоть какую-нибудь одежду, в итоге взяла своё мешковатое белое платье, что валялось на стуле, одела его и вышла в свет, представ перед учителем. — Наконец ты вышла, дитя. Прогуляйся со мной. Нам о многом предстоит поговорить. Каждое его слово, звук его голоса, все его естество наносили удары по и так сломленному сердцу Ноа, но как же хотелось провести с ним эти последние два дня... Поэтому долго не думая, она полетела за ним. Небеса и раньше для неё казались такими пустыми, даже со всеми чудесами этого места, все уже было заезженным, а теперь пролетая тут все виделось не просто пустым, а серой массой, не вызывающей какие либо эмоции. Это уже даже не скука. Приземлившись у хранилища Благодетелей, Сабир положил свою ладонь на широкую массивную дверь, направляя энергию, чтобы её отворить. И как только проход был открыт, он развернулся лицом к Ноа. — Совсем скоро ты займешь мое место. Я долгие годы, столетия готовил тебя к этому моменту. Жаль, что не увижу это воочию. Я горжусь тобой. Уверен, ты принесешь плоды нашей семье, общему Отцу Божьему и всем его детям. Но перед этим, я хочу тебе кое-что вручить. Пройдем в зал. Спокойной уверенной походкой он вошёл в хранилище. Высокие потолки и широкие окна давали волю витражистам создавать прекрасные картины из разноцветных стекол, сохраняя историю каждого Благодетеля, их подвиги и достижения. Весь зал был наполнен разными цветами, создавая симфонию для глаз. В самом зале красовались каменные массивные плиты, выгравированные под каждого Благодетеля, а над плитами витало их особое оружие. У Дианы, например, был веер, раскрашенный красными листьями клена. Такая незначительная вещь может быть смертоносной косой недругам и предателям. Над плитой учителя было копье, оно не было сделано из металла, кости или дерева. Копьё было высечено из молчания между звёздами и отполировано вечностью. Его белизна была не цветом, а его отсутвием, как первый иней на границе бытия и небытия, как свет, забывший свою источник. И только взяв его в руки, Ноа почувствовала тяжесть. На ощупь копьё было одновременно невесомым и невыносимо тяжёлым. Тяжёлым из-за груза ответственности, который она прочувствовала лишь коснувшись оружия. — Учитель. Я считаю, что я его не достойна. Я не готова. Я инфантильна, бездарна, во мне нет чего-то особенного, что дало бы мне звания Благодетеля. Я... Ни на что не способна, — и как только она могла думать, что вообще достойна быть ученицей такого великого существа? Как посмела думать, что она вообще что-то может, — Клод намного талантливее и усерднее меня, так почему я стала вашим учеником? — Не могу отрицать твою инфантильность, дитя, но когда я только увидел тебя, совсем малышку, не знающую, куда себя девать, я ощутил мощь и потенциал в столь маленьком тельце. Судьба никогда не ошибается. И раз она посчитала, что ты готова к трудностям, значит так тому и быть, — морщинистая рука старика легла Ноа на спину, ободряюще поглаживая по позвоночнику, — трудности не делают нас слабыми. Они полируют твои недостатки, превращая в достоинства. Нужны лишь время и усилия. Знаю, ты сейчас сломлена новостями моей скорой кончины, но я вижу твое светлое будущее. Не позволяй страхам закрыть твой дух и сердце. Выпусти свою силу наружу. Своей неуверенностью в себе ты закрываешь талант, о котором даже не подозреваешь. Раз ты держишь это оружие в руках, значит ты его достойна. Эти слова дали девушке почву, чтоб прорастить прекрасное дерево, если правильно посадить семена.

Уже некуда бежать. Пора прекращать прятаться от проблем и столкнуться с ними лицом к лицу.

***

Сидя в своём созданном для созидания месте, Ноа снова и снова приходили в голову слова учителя, которые он не раз повторял на тренировках.

"Твоя истинная сила требует колоссального личного терпения. Чтобы ускорить процесс для других, ты должна его пережить сама в своем сознании."

И девушка совсем не понимала, что значат эти слова, а точнее, как применять их в действии? Да-да, держи вот тебе семя, возвращайся, когда оно станет деревом. На таком испытании лишь два пути. Реально сидеть и ждать дерева или же найти способы ускорить рост. "Если я хочу узнать, как ускорить рост, нужно в своём сознании терпеливо наблюдать" Место для созидания было под стать будущей Благодетельнице терпения. Огромное пространство, вдоль которого стоят высокие колонны, их обвивают виноградные лозы. Посреди этого пространства песочные часы, размером с пятиэтажное здание. И песок не течет рекой, он стоит на месте. Время буквально застыло в этом пространстве. И пока она в этом пространстве, вокруг ничего не происходит, так как время остановлено. Одно из способностей, которое она оттачивала с учителем. Но только это Ноа и может. Останавливать время, уходя в пространство созидания в её сознании. И никто не может войти в это пространство, пока она не пригласит. — Я устала, надо бы отточить боевые навыки с копьём. И щелкнув пальцами, она открыла глаза, оказавшись снова в своей реальности. После того разговора с Сабиром, девушка хотела потренироваться одна. Найти гармонию с собой. А так как видеть небеса ей уже просто невыносимо, та решила по-тихому улизнуть в портал, что ведет в человеческий мир. Её вряд ли найдут люди, так как она посреди леса. Вокруг ни души. — Отец говорил, что у меня потенциал, но что я могу? Я даже защитить его не смогла.. И вновь начали наворачиваться слезы. Последние два дня она только и делала, что плакала, просто не могла остановиться. Под глазами от такого количества пролитых слез уже появились мешочки, а былой рубиновый цвет приобрёл другой, более выцветший оттенок. — Ангелочек, почему же ты плачешь? — насмешливый сладкий голос буквально выдернул её из болота самокопания. Резко обернувшись, она увидела её... Дьяволица, чьи голубые глаза все не давали покоя во время судебного разбирательства. Девушка предстала перед ней в топе с длинным рукавами и обычных чёрных брюках. Ноа поспешила вытереть свои слезы ладонями, растирая соленую влагу по лицу. — Не твое дело. Что ты тут делаешь? — Не твое дело, — передразнила та богиню, присаживаясь рядом с ней, — это из-за того старика? — на удивление дьяволица не была резкой. Наоборот, её вопрос был максимально аккуратным, из-за чего у Ноа неожиданно потеплело на душе. — Да. Наступило молчание. Аллен не знала, как можно помочь этой бедолаге, не могла подобрать каких-либо подходящих слов. Поэтому пришлось поддерживать в своей манере. Её язык нежно коснулся щеки богини, слизывая пролитые слезы, что солью остались на устах. Богиня же отпрянула в недоумении, вытирая уже не слезы, а слюну этой женщины. — Что за...? — Не плачь, тебе не к лицу, — прервала её недовольства Аллен, — смерть - это вещь неизбежная. Рано или поздно это бы случилось, учитывая то, сколько жизненной энергии у него осталось. И нет, не та привычная усмешка была на этом красивом личике, а красивая, нежная улыбка, предоставляющая надежду и веру. И Ноа захотелось так же улыбнуться ей в ответ. Да, это был странный максимально странный жест. Но она попыталась. Даже за эту попытку было как-то приятно. — Не думала, что демоны способны на сострадание. — А демоны и не способны на это, — хитрая и наглая улыбка вернулась, — просто не хочу, чтоб ты выглядела так жалко. И на удивление Аллен, Ноа не разозлилась от таких резковатых слов, а только тихо посмеялась. То ли над собой, то ли заметила, как тщательно пыталась демоница скрыть свою попытку поддержать под колкостями. Но для Аллен она выглядела так...красиво. Как идеально свет падал на эти немного запутанные снежные волосы, как рубины начали приобретать более яркий и насыщенный оттенок. Тот, который был при первом их столкновении. Эта слабая, но нежная улыбка, что больше подходило богине, нежели гримаса горя и страданий. Аллен поняла, что ей хочется высосать все эмоции из неё. Хочется узнать, какое выражение лица она ещё может сделать. Но не сейчас. Со временем. Засиживаться долго она тут не собиралась, поэтому встала, собираясь уходить. — Я Аллен. Было приятно увидеться с тобой вновь, ангелочек Ноа. Раз эта опушка уже занята, я найду другое место для тренировок. Не сказав больше ни слова, демоница развернулась и помахав рукой, пошла восвояси. А Ноа лишь могла смотреть ей вслед, любоваться изящной фигурой девушки и улыбаться от такого приятного нового знакомства. Ноа думала, что эта дьяволица та ещё стерва, но она оказалась очень даже сносной. Да, немного любит ехидничать, но.. Это добавляет ей какой-то остринки. "Не хватало ещё дружбу с демонами вести" — прошептал ей внутренний голос, — "Не забывай, зачем мы здесь" Точно. Тренировки. Этот маленький, мимолетный разговор с Аллен дал ей немного сил. Кажется, она даже готова возложить груз ответственности на свои плечи. Пока что.