Праздничный год

      – Кир… Кирюх… Я уехал… Не думаю, что надолго.       – Хорошо… Я позвоню, как поеду…       Филипп уехал на работу, но больше для контроля. Все заказы были расписаны вчера и, по идее, должны были справиться без него. Однако без присмотра оставлять еще не до конца сработавшийся коллектив не хотелось.              Кирилл проснулся только в полдень. Вчера Фил уже ушел спать, а они посидели с друзьями еще пару часов и доигрывали неожиданно долгую партию в настолку. После они многословно прощались и договаривались “встречаться чаще”. Впрочем, как и всегда. И очень долго ждали такси. Тоже, как и всегда. Так что Кир ушел спать ощутимо позже. Впрочем, проснулся он свежим и отдохнувшим. То, что он вчера перешел на безалкогольное пиво, а после и вовсе на чай, существенно спасло утреннее просыпание. Выйдя из спальни, Кир пошел, что называется “на запах”. На кухне, заботливо укрытое любимыми льняными полотенцами Фила, стояло блюдо. Сверху белел листок бумаги. “Кажется, день бананового хлеба уже был. Но он такой вкусный, что я не против бы и повторить”. Кир сцапал еще теплый кусок ярко пахнущего бананами печева и откусил. Потом сделал себе огромную порцию кофе. Он до недавнего времени довольно нейтрально относился к двадцать третьему февраля. Но в последние несколько лет стал “отмечать” эту дату по-своему. Да, у этой даты были общепринятые праздничные реалии. Но Кирилл всегда в этот день ездил навестить отца. “Кирюха, ты проснулся? Пожалуйста, заедь за мной. Не обязательно быть одному сегодня. Мне тут на днях напомнили, как важно побыть одному, не будучи одному” *А тебя отпустят?* “По сути, у меня сегодня выходной. Так что, да! Думаю, справятся без меня”. *позвоню, как подъезду* Кирилл обычно уезжал один. Но, кажется, был готов показать другую грань себя и Филиппу. Он неспешно поел, сходил в душ, оделся. Заехал в магазин цветов. Потом до Филиппа. Правда, того пришлось подождать минут десять, но Кир был не в обиде. – Привет, детка! – Извини, пришлось задержаться и кое-что доделать. Но, надеюсь, дальше будет штатно, и я до завтра буду совершенно свободен… – Дай-ка угадаю, – Кир смешливо наморщил нос. – Но телефон на беззвучно ставить не будешь? – Не буду, – не особо весело улыбнулся Фил. Кирилл ловко вырулил с небольшого пятачка парковки и поехал в сторону выезда из города. В этот праздничный день было немного желающих покинуть город. Особенно если учесть, что завтра будет рабочий день. Филипп чувствовал ровное, но какое-то надломленное настроение Кирилла, поэтому не лез с беседами, словами. Просто был рядом. “Южное кладбище” – гласила табличка. Филипп удивился, нахмурился. Ворота были открыты. Было пусто, лишь с неба сыпал снег крупными рваными лохмотьями. Кирилл покрутился по не широким дорогам между секторами, где едва ли могли разминуться две машины. – Это здесь, Филь. Тебе не обязательно.. – Пойдем. Кир, забрав с заднего сиденья купленные цветы, пошел вперед, пробираясь через сугробы. Филипп чуть подотстал, взяв из машины небольшую “дежурную” лопату. – Тут мой папа, – сказал Кир. Глухо и безжизненно. Филипп помог раскидать снег. А Кир положил цветы. – Он терпеть не мог гвоздики. Ромашек зимой не достать, поэтому герберы… Они похожи, – хмыкнул Кирилл. Он не стеснялся своих слез. – Мой отец не был хорошим человеком. Да и мужем он был ужасным. Но отцом был замечательным. Самым лучшим… Фил взял парня за руку и сжал его пальцы, показывая, что он рядом. Теперь, только теперь он в полной мере понял, почему Кир не принимал поздравлений в этот день. И почему обычно проводил день в одиночку. – Он, как ты понимаешь, единственный из семьи, кому было похуй на мою ориентацию. Знаешь что он сказал, когда узнал? Сказал: да похер, сын. Главное, чтоб ты не забывал, что ты мужчина. А кого и куда ты любишь все равно останется за закрытыми дверьми спальни. – Кирилл повернул голову и криво усмехнулся. – А знаешь что мать сказала? ПРОВАЛИВАЙ! Они невесело фыркнули. – Машина – его последний подарок. Фил оглянулся на автомобиль, на котором они приехали. – Да не эта, боже!!! Эту я сам купил! Он подарил мне запорожец! ЗАЗ 968М. Ну любил он этого древнего динозавра! В гараже стоит… Он ковырялся с ним, сколько я себя помню… Теперь я с ним ковыряюсь… Клянусь, это вЁдрышко один день ездит, потом месяц чинится… – и Кирилл смеется сквозь слезы. Они постояли еще немного и Филипп, прихватив лопату, идет к машине, давая Кириллу необходимое время. Он слышит негромкое: – До весны, пап… Когда они подъезжали к городу, зазвонил телефон Фила. – Ожидаемо, – буркнул он и принял звонок. Поговорил и пообещал перезвонить через пару минут. – Кир… Мне надо вернуться на работу… Часа на два-три… И, блядь, придется искать еще курьера… Пиздец смена. – Что случилось? Если по дороге “туда” в нем ощущался надлом, то сейчас – только светлая грусть и принятие. – Наш временный курьер не выдержал нервяков и нагрузки и психанул. На его место может выйти Стас, но тогда котроль кухни должен быть на мне. Как и заказы. Из ресторана курьера прислать тоже не могут: у них своя текучка. – Ну, поехали, помогу… Расскажешь только, что делать? Вы же вдвоем со Стасом быстрее управитесь? Заодно зазнакомлюсь с твоим протеже, – тот смешливо (и ревниво) наморщил нос. Филипп аж развернулся на сиденье: – Ты уверен? – Да а что дома делать? А так хоть вернемся вместе… Ну и жуть как хочется твою кухню посмотреть… – надоедливая мысль опять мелькнула на грани сознания и тут же испуганно сбежала, когда телефон Фила снова зазвонил. – Я еду уже, еду. Сейчас буду! Пусть Стас не дергается. Курьер будет… Мой друг поможет! Лера, успокойся! Да боже, натурой я ему отдам!! – хихикнул он. – Через десять минут буду! Они едва зашли в помещение, как их встретила Лера с двумя увесистыми сумками, и тут же затараторила: – Вы курьером побудете? У нас настолько внештатная ситуация… В общем… Вот это уже десять минут назад нужно было доставить на адрес… Пожалуйста, поехали!! Вы же не умеете самостоятельно с терминалом оплаты обращаться? Тогда поехали, я вам все расскажу по дороге! – Лера накинула на плечи куртку и решительно подпихнула Кирилла к двери. – Кир, аккуратно там! – свел брови Фил. Он видел искорку азарта у Кирилла в глазах: тот любил порой погонять. – Все будет в лучшем виде, шеф! – шутливо отозвался Кир и, подхватив сумки, открыл перед Валерией дверь. Фил покачал головой и пошел переодеваться, чтоб через пяток минут вступить на кухню: – Что тут у нас? ** – Вау!! Кирилл замер у дверей раздевалки, не смея пройти в “святая святых”, лишь издали оглядывая пространство кухни восхищенным взглядом. Металлические рабочие столы, стеллажи с посудой, стойки с приправами, соусами и бакалеей. Холодильники и морозильные камеры. Огромные печи, плиты, духовки, фритюрницы, тестомесы. Довольно экзотичная для несведущего человека конвейерная плита для пиццы. И все было в движении. Все нарезалось, складывалось, замешивалось, взбивалось, жарилось, пеклось… Стас, завидев новенького, а главное, заметив взгляд своего шеф-повара на того, подошел ближе, панибратски приобнял за плечи и широким жестом обвел кухню рукой: – Воззри же наш систематизированный хаос! Но в одежде вот эту полоску не пересекай, а то шеф тебе бубенцы снесет! – он кивнул на обозначенную синей изолентой “черту ярости”, как ее называли коллеги. – Такой суровый? – вздернул брови Кир. – А то! Настоящий зверь! – хихикнул Стас и тут же представился: – Стас. – Кирилл! – улыбнулся он, протягивая руку для пожатия. Стас заприметил кольцо, но промолчал, делая для себя выводы. – Шеф, гонец прибыл! Да здравствует гонец! – зычно крикнул Стас в недра кухни. А Кирилл смотрел на своего любимого в естественной среде обитания. Тот буквально порхал по кухне: подлететь к плите, помешать, посыпать, накрыть крышкой. Потом к холодильнику, достать соус, живописно залить им салат. Вернуться к духовке и достать небольшой одноразовый судочек для запекания, сыпануть сыр и вновь задвинуть в духовку. – Кир, буквально пять минут… Кофе хочешь? – Хочу! – Слева от раздевалки чайник: там и кофе, и сливки. – Не велено, гражданин начальник, черту пересекать. – Не-не-не! – рассмеялся Стас. – Не велено переступать черту в одежде! Так что, раздевайся!! Увидев возмущенный взгляд шефа и смешливый гонца, картинно потянувшегося к ремню джинс (глядя, впрочем, на Филиппа), Стас захохотал. – Я поухаживаю… Нервные какие все сегодня… Уже скоро Кирилл уехал на очередной заказ, галантно прихватив по пути Валерию, которая опасалась отпускать заказ с незнакомым парнем без пригляда. А Стас, поймав взгляд Филиппа, только пихнул того кулаком в плечо, буркнув: – Все норм, шеф. Не прогони. Клевый мужик. Впрочем, Филипп решил никак это не комментировать. ** Кирилл рухнул на кровать и устало провел ладонями по лицу: день был очень выматывающим. – Филь, у вас всегда такой пиздец на работе? – пробормотал он. – В смысле? Сегодня все было исключительно спокойно. – Это спокойно? – Кир сел на кровати и внимательно посмотрел на любимого. – Да, Кир. Это вообще мегаспокойно. Никакой спешки, никакого аврала. Все размеренно и неспешно. – Филипп снял майку и, нюхнув, поморщился: точно в стирку. – Я в душ… Когда он вернулся, Кирилл уже спал, смешно чмокая губами. Филипп сгреб его в обнимашки. Кир тут же развернулся и уткнулся лицом ему в шею. Фил улыбнулся, ощущая дыхание Кирилла на себе. Он радовался, что, наконец, Кир доверился ему настолько, чтоб разделить боль сегодняшней даты на них двоих.