Праздничный год

– Ничего себе меня выключило вчера!! – Кир только вышел из душа и пристроился на кухонной табуретке. – Я вообще удивлен, что ты домой таким живчиком возвращаешься. Это я – несколько часов и курьером. А ты же носишься по кухне столько часов подряд, не присев… Ахренеть… – Да брось ты… Дело привычки… Ты тоже первые дни после сервиса едва живой приползал. А сейчас уже попривык, пообмялся… Горячие бутерброды оседали в желудке приятной тяжестью. Кир листал список сегодняшних праздников. – Тааак… Предлагаю отметить день кукурузной лепешки! Купить на вечер начос и пива… Или просто купить лотерейки! – Не хочу начос! – поморщился Фил. – Но буду не против накатить чего-нибудь… – Ну, значит, договорились… – Кирилл потянулся. – Надо собираться… *** Кирилл стоял в пробке. Вообще в этом не было ничего удивительного: в часы пик, как правило, такое случалось. Но Кир обычно выбирал маршрут “окольными” путями, поэтому добирался без помех. А тут зазевался и не успел вовремя перестроиться. Из магнитолы лилась ненавязчивая музыка, и он постукивал по рулю в такт.       Он все думал, что же его так напрягает. Фил был каким-то напряженным, уставшим. Но это и неудивительно: тот работал без выходных, высыпался последний раз черт знает, когда.       Кир начал анализировать события последних дней. И вдруг понял, что банально даже не помнит, когда сам готовил. Да он даже посуду от силы пару раз мыл. В доме не прибирался с момента своего больничного, а это было в январе! Он приходит после работы или курсов на все готовенькое: к чистом постиранному белью, к полной тарелке, к идеальному домашнему порядку.       Даже форму свою он не стирал: он банально каждый раз забывал про брошенный в коридоре пакет. Но после выходных (с напоминания Фила), каждый раз снимал сухой и чистый комбез с батареи.       С утра он всегда брал с собой готовые лотки с едой. Причем, каждый день было что-то новое, заботливо приготовленное и уложенное. Ни разу не было несколько дней одного и того же блюда.       Фил заебался. Работа на работе в режиме нон-стоп. Масленица еще эта, и тонна блинов каждый день. Потом домашние дела за них двоих… Кир не помнил, чтоб дома было грязно, не пахло едой или не было чистых (и разобранных по парам!!) носков в ящике.       – Вот это я ахуел… – протянул Кир. Услужливая память подбрасывала все новые и новые воспоминания. А ведь… Сзади засигналили, и Кир, чертыхнувшись, продвинулся в пробке вперед. А эти курсы? Ревность на пустом месте не возникает. А значит? Неужели Филипп воспринял его, Киров, восторг от Олега не как от преподавателя, который умеет очень доступно и правильно преподнести информацию, а так, будто он немножко “запал” на другого… А ведь со стороны-то это выглядит… преподаватель просит вне занятий обращаться к нему по имени, он после занятий, на ночь глядя, приглашает к себе за инструментом, он выпивает с ним в баре в предпраздничный день. – Пиздец… какой же пиздец!! А Филипп все это дерьмище переживал молча, в себе. Не выказывал ему никакого недовольства, не делал замечаний. А ведь все это его сильно цепляло и задевало. Раньше всю домашнюю работу они делили поровну. А теперь? Да и вся эта ревность… Фил единожды лишь сказал, что Олег относится к нему иначе, не как к другим ученикам… А он, Кирилл, только отмахнулся. И Фил больше не поднимал эту тему, терпел все молча и лишь на одном доверии. Пиздец. Сзади вновь засигналили, и Кирилл, включив поворотник, свернул в какой-то двор. Ему нужна была минутка. В какой-то момент времени он вдруг сосредоточился только на себе: вся эта смена работы, новый коллектив и курсы. Работа, которая действительно нравилась и, помимо дохода (как и полагается), приносила еще и настоящее удовольствие. И в круговерти всех этих факторов он просто забыл, что быт, совместная жизнь, - это дело двоих. Как и отношения. И над ними надо работать тоже вдвоем. Аксиома “кто везет, на том и едут” здесь неприемлема.       Впрочем, времени предаваться самобичеванию уже не было: он и так непозволительно опаздывал.       На работе Кир закрутился в круговерти дел. Он не забыл о тех мыслях, что так долго царапали его сознание, прежде чем вылезти наружу. Но он не позволил себе рухнуть в пучину самокопания и недовольства собой – хотя хотелось. Он направил свои размышления на то, как все исправить.       Идеи на этот счет приходили, конечно. От адекватных: поговорить, извиниться, разгрузить любимого, до безумных: завести тараканов (Женька как раз жаловался, что соседи потравили, и все насекомые побежали к нему “прятаться”) и перебить их тапками, имитируя, конечно, тараканов в голове.       Поведя плечами и скинув эту довольно прилипчивую мыслишку, Кир принялся за дианостику очередного авто. **       Фил размеренно работал. Сегодня на кухне было необычайно тихо. После безумных праздничных дней наступили будни, и большая часть коллег ушла на заслуженные выходные. Фил и сам бы “сбежал”, бросив кухню и обязанности на Стаса. Все же последние дни более чем говорили в пользу того, что тот со всем справится. Но провести день дома в одиночку показалось ему настолько безрадостной перспективой… Да и Стасу было бы хорошо несколько дней провести дома. Насколько он знал, Диму выписали, и парни явно хотели бы провести несколько дней вдвоем.       Леры сегодня тоже не было: та, едва появилась возможность, убежала на выходные, и ее подменила Светлана: лет сорока, очень рубенсовских форм веселая хохотушка с короткими волосами, кучей татуировок и безгранично добрым сердцем. Раньше Фил не так часто с ней работал. Пересекался, конечно, но не более: она работала в том филиале, который расформировали. Впрочем, сейчас они довольно быстро нашли общий язык, и уже через пару часов болтали, будто были знакомы полжизни.       От Кира сообщений не было, что было удивительно. Обычно тот писал несколько раз за день. И, едва отдав заказ, Филипп набрал сам: “Как твой день?” *Дырявые ведра сегодня идут чередой*, и следом еще одно *Приехал мужик, говорит, стеклоподъемник перестал работать. Вскрываю, а у него куска проводки нет. И, судя по мышиному гнезду, его съели* Фила аж передернуло, когда он представил эту картину. Но в то же время ему стало очень любопытно. “И что с ним сделали?” *Заказали детали… Приедут через недельку. Для него такие питомцы тоже неожиданность* и куча радостных смайликов. Фил улыбнулся. После вчерашнего дня и того времени, что они провели вместе (пусть и в довольно напряженной ситуации), немного разжало тугой узел в груди, что так мешал Филиппу жить. И сейчас все скопившееся напряжение стало подотпускать. ** – Филь, ну ты как? – Кирилл уже выезжал с парковки автосервиса и позвонил Филу, поставив на громкую связь. – Я все… Уже еду домой. Устал и чет сплю на ходу… – Ну надо думать, ты который день уже работаешь… Приедешь, в душ и в люлю… Сам Кир, прежде чем повернуть к дому, заехал в магазин. Привычная квартира встретила необычайной тишиной. Судя по обуви, Фил был дома. Кир скинул куртку и тихонько пошел на кухню. Там все было так же, как и утром. Кир заглянул в зал, где никого не обнаружил. Любимый обнаружился в спальне. Филипп спал так сладко, подложив ладошку под щеку, что тревожить его своим присутствием казалось неправильным.. Его телефон лежал рядом на подушке, как будто Фил смотрел что-то, перед тем, как уснул. Скорее всего, так и было. Кирилл грустно улыбнулся, накрыл его одеялом и ушел на кухню. Все разговоры подождут до завтра. Открыл бутылку пива и налил себе бокал. Перед ним на столе лежала пара мгновенных лотереек. – Эники-беники…. – начал Кир считалочку и начал стирать защитный слой на билете, загадав, что если он что-то выиграет, то все наладится. Спустя минуту он разглядывал небывалую сумму выигрыша в 1000 рублей. – Раньше мне так не везло! – хмыкнул он, закрепляя выигрышный билет на холодильнике. – Если Фил тоже выиграет, то случится что-то мега приятное, – снова загадал он.