Праздничный год

      Вчерашний день парни провели вдали друг от друга, но очень бурно.       Кирилл встал по будильнику в шесть утра, потому как ему надо было к семи заехать за Сергеем Сергеевичем Кудрявцевым – его инструктором по вождению. Они договорились на целый день уехать на трассу. А Филипп к девяти утра поехал на встречу с мамой Стаса в их пенсионный кружок.       Надо сказать, Филипп произвел там фурор. Все леди тут же прихорошились, поправили прически и с безграничным воодушевлением смотрели на смущенного донельзя парня. Мама Стаса – Зинаида Михайловна – тут же шикнула на своих товарок и, налив Филиппу кофе, села рассматривать его вязание.       – Какие у тебя рядочки ровные! Да как хорошо все получается! Я в такой технике еще не вязала! Надо попробовать!! Если в следующие выходные ты будешь свободен – мы будем рады тебя видеть! И я как раз подготовлюсь, возьму с собой цветные моточки, а ты будешь подсказывать…       – А я вот хотел спросить…       И Филипп со всей своей дотошностью принялся “пытать” Зинаиду Михайловну и ее подруг по всем интересующим вопросам. Впрочем, те были только рады вниманию. Надо сказать, Фил не чувствовал себя глупо или лишним. Ему было искренне любопытно общаться с этими людьми, и, помимо полезных навыков, они обсудили кучу любопытных моментов. И Фил подумал, что был бы не прочь посетить этот кружок по интересам еще раз.       Кирилл же, помимо Сергея Сергеевича, взял на борт еще и его сына, который шел по отцовым стопам, но “болел” больше внедорожной ездой. Никита был невысоким, но крепким коренастым парнем с очаровательными веснушками и щербатой улыбкой, что придавало ему вид лихой и молодило лет на десять точно. Впрочем, парнем он был интересным и, пока они ехали до внедорожной трассы, неторопливо и обстоятельно провел теоретический инструктаж. Кир же, который не то чтоб не знал многих моментов, а даже не заострял на них внимание, внимал. Тема была для него интересна, и он без стеснения переспрашивал и уточнял то, что не понял с первого раза.       К 17.00, когда у них закончилось занятие, Кирилл чувствовал себя вымотанным, несчастным, но в то же время удовлетворенным. Он очень устал, и ему нужно было время, чтоб уложить в голове всю полученную информацию. Когда он развез своих инструкторов по домам, позвонил Филиппу:       – Филь, детка, ты где?       – На работе, – вздохнул Филипп. После пенсионного кружка он пошел было закупиться мясом и рыбой – их запасы существенно поистощились, но позвонил Саша с просьбой приехать. – Я скоро освобожусь…       – Давай, заеду за тобой?       – О! Было бы хорошо!       Когда они, уже сидя в машине, посмотрели друг на друга, то задорно ухмыльнулись: вид у обоих был такой, будто они вагоны разгружали. Уставшие, невыспавшиеся…       – Я испек черничных булок, – улыбнулся Филипп, кивая на пакет в своих руках. – В честь дня выпечки, кстати!       – А тебя чего вызвали-то? – спросил Кирилл, выцепив ароматную сдобу и с наслаждениям впиваясь в черничный бок.       – Ставят стойку для самовывоза. И нужно было некоторые моменты уточнить… А наш главный переложил это на меня… Ну и парни там банкет большой делали, а их вопросами задеграли…              Дома они, не сговариваясь, ушли в ванну и, набрав ее полную и добавив пену, засели отмокать. Кирилл делился впечатлениями от занятий, а Фил – от пенсионного кружка.       – Надо сказать, Филь, у нас получился весьма неоднозначный выходной. Но познавательный!!       – Делаю ставку, Кир, что тебя пригласят работать на базе этой школы вождения. Или инструктором, или ремонтником.. Ты же говорил, что обслуживаются все трофи-внедорожники…       – Да брось ты… там своих работников до фига, – впрочем, мысли Кира уже давно шли по другому руслу… – Пойдем в кровать?..       Кирилл потянулся так, что задрожали мышцы. Новый день начался для него в обед… Нет, с утра он встал, сходил в душ и, решив поваляться, пока Фил не проснется, вернулся в кровать. Коварный сон затянул его в свои объятия так, что Кирилл даже не уловил этот самый момент. А второй раз он проснулся, когда влажное после душа тело прижалось к нему со спины.       – Какой ты мокрый… – пробухтел Кир, впрочем, тут же выгибаясь навстречу гладящим его ладоням.       Фил, не обращая внимания на ворчание, уже вовсю хозяйничал, распаляя ласками. Поцелуи, легкие, будоражащие фантазию укусы смещались все ниже, пока он не взял в рот уже полностью возбужденный член Кира.       – Фиииииил… – простонал он, вскидывая бедра вверх, чем тут же воспользовался Фил, разводя его ноги шире, чтоб добраться до сокровенных мест.       Настроение у Филиппа было игривое, поэтому своими ласками, поцелуями, губами и пальцами он доводил Кира почти до оргазма, но тут же сбавлял обороты, не позволяя кончить. Кирилл метался по кровати, находясь в безграничном напряжении и жаждая разрядки.       Когда Фил, наконец, вошел в него, Кирилл выгнулся дугой и почти сразу кончил. Но Фил не давая время прийти ему в себя, продолжал двигаться, раздражая все нервные окончания толчками и ласками и надрачивая еще не опавший член. Кир забился в сухом оргазме, когда Филипп, догнав свое удовольствие, сделал еще несколько мощных толчков. Приводя дыхание в норму, Фил улыбнулся, глядя на глубоко дышащего Кира. – Вот это ты дал, Филь… – Пойдем в душ. – Не… Мне надо чутка времени… “Чутка времени” растянулось на еще один заход, и, в итоге, завтракать они сели только в 15.20. – Чем займемся? – спросил Фил. Настроение у него было на высоте, и его обуревала жажда деятельности. Кирилл, отпив кофе, полез в телефон. – Ну… праздников сегодня много… Но один меня сподвигает… – На что? – полюбопытствовал Фил. – Пошли со мной на свидание? Есть в городе кафе-музей, называется “Квартира”... Отметим день музеев… – Пошли.. ** “Квартира” понравилась обоим. Это было уникальное место      . Вход через сувенирную лавку. Часть лавки была стандартной: полки и стеллажи с товарами, улыбчивая девушка-продавец, касса. А часть – будто они заглянули в деревенскую избу: кусок печки, лавки. Чуть дальше – коридор, и вот ты уже попадаешь на улицу города, каким он был в 60-х годах. Телефонная будка, автоматы с газировкой. Лавочка с забытым на ней кошельком. В кошельке – монетка. Везде можно было пофоткаться, посидеть, потрогать. Было даже несколько вешалок с антуражной одеждой, которую, конечно, можно было примерить. Всего было несколько помещений-залов. Портовая забегаловка, где можно было сидеть на ящиках из-под стеклянных бутылок; ресторанчик “под открытым небом”, оформленный так, будто сидишь в уличном кафе и смотришь на набережную; обычная квартира, где столы под нарядными скатертями стояли между старых стеллажей, шкафов, а в углу уместился патефон с пластинками. И, наконец, квартира состоятельных граждан, где антураж был соответственным. Кафе-музей был сделан очень грамотно. Комфортная зона для фотографирования была в каждом зале и располагалась так, что не мешала сидящим за столами. Еда была вкусной, сытной. А еще здесь даже была сцена, где проводились различные тематические выступления и концерты. В общем, и Филипп, и Кирилл были впечатлены и безгранично довольным тем, что выбрались из дома. Наевшись, нафотографировавшись, они решили пройтись пешком: жара спала и на улице было хорошо. Ветерок с запахом сирени и других цветов радовал, и они, не торопясь, шагали по улицам, болтая о всякой ерунде и строя планы на будущее. Впрочем, погода вдруг начала хмуриться, и легкий ветерок уже не казался ласковым и мягким. А вскоре первые тяжелые капли упали на асфальт. До дома было еще несколько кварталов, но они не торопились. Ну, намокнут… да и ладно. Когда ливень стеной воды едва не сбил с ног, Кирилл рассмеялся и, раскинув руки, закружился под ледяными струями. – Кайф-то какой!! А Филипп, глядя на него, улыбнулся: – Люблю тебя! Из проезжающих машин им посигналили. и они, помахав, пошли под дождем дальше, к дому. Добравшись в квартиру, оставляя за собой мокрые следы, они добрались до ванны и, обливая друг друга теплой водой из душа, отогревались, целуясь и обнимаясь. – Хочу продолжения горячего утра, – улыбнулся Кир, прижимаясь все ближе и демонстрируя свои намерения. – Ничего не имею против, – согласился Фил.