Бракованный

Адам пробудился с судорожным вдохом — хотя пробудился недостаточно всеобъемлющее слово для того, чтобы описать это ощущение. Точно его рывком выдернули на поверхность с глубины нескольких тысяч миль. Из ртутного океана. — Шшш, — послышался взволнованный хриплый голос, — посмотри на меня, Адам. — Ай!.. — Прости. Мне нужно было проверить реакцию твоих зрачков, — болезненно-яркий свет потух, и постепенно Рослин начал различать белые стены судна для клонирования, тугие ремни на своей груди и красивое, но встревоженное лицо девушки-андроида. — Все хорошо. Ты в камере адаптации, — маленькая рука сжала его ладонь, и Адам стал дрожать чуть меньше. — Как? — коротко спросил он, но HIVE понял. — Один из линейных кораблей Плеяд подбил «Орион». Ты погиб от разгерметизации, — проскрипел ИИ. — Чендарский барьер, — вспомнил Адам. — Угу. Я произвел резервное копирование твоих воспоминаний как раз перед тем, как ты, любопытный болван, активировал Алтарь Древних. — И снова нарушил предписание комиссара Хоук, клонировав меня, — криво ухмыльнулся Рослин. — Я все еще жду обещанный отпуск на Эдеме-12, — закатил глаза HIVE. — А мне ты должен бутылку плазма-джина за ту историю с Дексом, — прочистил горло кто-то третий. — Призрак? — удивленно воскликнул Адам. — Он был моей огневой поддержкой на пути сюда, — пожал плечами андроид. — С каждым разом здесь ошивается все больше Реваншистов, — темнокожий мужчина нетерпеливо прохаживался взад-вперед по тесной комнате, — предлагаю сваливать отсюда, пока они не прислали подкрепление. Эти суеверные придурки до усрачки боятся возвращения «Бессмертного». — И вот он я, жив-здоров, — с мрачной иронией произнес Адам. Ремни расстегнулись, он попробовал подняться с кушетки, однако ноги его не слушались. — Полегче, парень, — HIVE и Призрак подхватили его с обеих сторон и потащили в ангар потерпевшего крушение, но все еще функционального судна. *** — Все тело ломит, — поморщился Рослин, опускаясь в приятную теплую воду. — Клонирование — невообразимый стресс для организма. Твоя нервная система все еще перестраивается под нового носителя, формируются новые нейронные связи, — HIVE потянулся к кнопке на бортике джакузи, чтобы включить пузырьки, — повернись, я сделаю тебе массаж. Кряхтя от боли, Адам подчинился. Андроид не церемонился с ним, разминая ноющие мышцы, точно тесто для плутонских хинкалей, но он не жаловался. Он знал, что так нужно, и что HIVE искренне заботится о нем. Щипками и растираниями разогнав кровь по его телу, ИИ перешел к более плавным, поверхностным поглаживаниям. Закрыв глаза, Рослин обмяк в его руках. — Больше не клонируй меня, HIVE, — пробормотал он. — Адам, мы уже это обсуждали… — напрягся тот. — Я устал быть бессмертным, — Адам говорил едва слышно, борясь с поступающим к горлу комком, — я так много раз умирал и воскресал, что словно и не жил никогда. HIVE нежно привлек человека ближе к себе, тщательно подбирая слова: — Слушай… я понимаю. Нас использовали, нас больше года заставляли убивать и умирать ради цели, деталей которой нам до последнего не раскрывали. Просто… просто… — ИИ говорил с трудом, его голос стал надтреснутым. Адам поднял взгляд, с удивлением наблюдая за катящейся по его щеке слезинкой. — Я хочу, чтобы ты умер своей смертью. Даже если я в итоге останусь один, я буду знать, что ты прожил долгую, счастливую, полноценную жизнь. Свою собственную жизнь. — О, HIVE, — Адам потянулся, чтобы смахнуть маленькую каплю, — о мой милый, пожалуйста, не плачь. — А я и не плачу. Просто здесь слишком влажно, — пробухтел ИИ, яростно протирая глаза. Рослин слегка отстранился, чтобы иметь возможность осыпать поцелуями его очаровательно раскрасневшееся лицо. Наконец он решился озвучить ту самую шальную мысль, что уже долгое время вертелась в голове: — HIVE… а ты хотел бы стать человеком? У нас есть корабль для клонирования, у нас есть банк ДНК колониальных военных… он может переносить сознание с цифрового носителя в живой мозг… Заплаканные голубые глаза расширились. Впервые Адам видел своего электронного возлюбленного в таком смятении. — Ну… во-первых, это неэтично… — Мне плевать, насколько это этично, — с жаром выпалил Рослин, — я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Мы найдем того, кого уже нет в живых, сделаем тебе фальшивые документы и махнем на Эдем-12, как ты и хотел… — Стоп-стоп-стоп, — перебил его HIVE, посерьезнев, — это слишком много для меня, Адам. Я к этому-то телу едва привык. И во-вторых. Ты когда-нибудь задумывался, сколько петабайт занимает человеческое сознание? Синапсов в мозге самого распоследнего тупицы во много раз больше, чем мемристоров у любого, даже очень навороченного ИИ. — Но… — попытался возразить Рослин. — Мы можем получить овоща на выходе, — HIVE многозначительно понизил голос. — Ты готов в случае неудачи утилизировать эту мычащую тушу? Рослин вздохнул и виновато поник. — Нет. Прости. Ты как всегда прав. — Все в порядке, — HIVE мягко взъерошил его волосы, — я тронут твоей заботой обо мне, правда. И мне не быть счастливее, чем я есть здесь и сейчас, Адам. Рядом с тобой. — О Сол, HIVE, — глаза мужчины искрились от нежности, — я люблю тебя. Их губы слились в сладком, долгом поцелуе, во время которого Адам обнаружил себя на коленях андроида. — Здесь тоже нужен массаж? — хмыкнул он, когда узкая ладонь скользнула по его паху. — Всенепременно, — промурлыкал ИИ, — во избежание эректильной дисфункции. Рослин с готовностью прильнул к гибкому члену любимого своим. Уж что-что, а эректильная дисфункция в присутствии HIVE ему не грозила. Крепко обхватывая их обоих кулаком, андроид включил легкую вибрацию, заставляя человека громко и протяжно стонать. — О Боже, это… — Как в первый раз, да? — подсказал HIVE, принявшись покусывать и посасывать мочку уха мужчины, одновременно щадяще двигая кулаком вверх-вниз. Адам в ответ содрогнулся и захныкал. Прошло всего несколько часов после клонирования, а оно всегда делало его необычайно чувствительным. Еще не до конца откалиброванные, не привыкшие к внешним воздействиям нервные окончания воспринимали прикосновения с наслаждением, граничащим с болью. Свежая кожа то и дело покрывалась мурашками. HIVE ускорил ласки, снова целуя его. Рослин исступленно задрожал, после чего его новое тело пронзила слабость. — Тихо-тихо, я держу тебя, — озабоченно бормотал HIVE, поглаживая тяжело дышащего человека по спине, — тебе бы еще часок-другой отлежаться в камере адаптации. — Нет, — слабо отозвался Адам, зарывшись лицом ему в шею, — просто побудь со мной. — Конечно, любимый. Отдыхай. «Любимый,» — подумал про себя соскальзывающий в дрему Рослин, — «охренеть».