Криогенный ожог

Глава 51. Старый сон. Среди вздымающихся волн Чэн Чжо даже не обернулся на оклик. Фу Тинсяо поднял взгляд и увидел, что примерно в двадцати метрах от них уже ждал быстроходный катер, чтобы подобрать тех двоих. Он сразу понял, что Чэн Чжо преследует преступников, и если они успеют подняться на борт, начнётся погоня уже в открытом море. А при таком сильном ветре и густом тумане море становилось совершенно непредсказуемым, к тому же такие условия были только на руку беглецам. Если их и можно было задержать, то действовать нужно было без промедления, дорожа каждой секундой. В этот момент рядом А-Та снова согнулась, и её вырвало желудочным соком, среди которого тянулись тонкие прожилки крови. Лицо девушки стало мертвенно-бледным, мокрые от пота волосы сбились в спутанные пряди и прилипли к щекам. Было видно, что она держится из последних сил. Но тут подбежал Чжан Хаожань. — Заместитель командира, скорая и второй отряд уже прибыли! — Уложите её на землю, — распорядился Фу Тинсяо, затем повернулся к А-Те. — Ты можешь открыть рот? Та с трудом подчинилась. В свете портового прожектора Фу Тинсяо отчётливо увидел ссадины на дёснах и ещё не сошедший отёк с покраснением в горле. Лицо его сразу изменилось. — Возможно, она что-то проглотила, чтобы спрятать внутри. Она проглотила флешку! Слизистая желудка повреждена. Немедленно везите её в больницу, нужно как можно скорее сделать рентген и определить, где она находится. Чжан Хаожань поспешно кивнул и принялся связываться с медиками. Фу Тинсяо вновь посмотрел на море, где силуэты Чэн Чжо и двух преступников уже расплывались в темноте. — Второй отряд, принимайте место происшествия! — приказал он подоспевшим сотрудникам. На ходу снимая рацию и остальное электронное оборудование, он направился к патрульному катеру, после чего отдал распоряжение сотрудникам береговой охраны порта: — Подготовить два катера. Один пойдёт со мной, на помощь Чэн Чжо. Второй — за преступниками! Сейчас в Биньцзяне стояла ранняя весна, а морская вода обжигала холодом. При такой температуре уже перестаёшь ощущать воду текучей. Она казалась чем-то холодным и твёрдым, будто тысячи лезвий, вонзающихся в каждую мышцу, которая продолжала двигаться. Подозреваемые в тёмно-зелёной одежде уходили в направлении на два часа. Чэн Чжо опустил голову и механически повторял одни и те же движения: гребок, толчок ногами, вдох. Пробиваясь сквозь всё более густую ночную тьму, он плыл вглубь акватории порта. Между болью и наваждением порой всего один шаг. Всё было слишком похоже на тот день двухлетней давности. Чэн Чжо начал слышать голоса. С берега коллеги громко звали его. Полицейские сирены, шум волн, даже рокот корабельных винтов — всё сливалось в оглушительный гул. Но стоило ему с головой уйти под воду, как вокруг наступала невиданная прежде тишина. Искать напарника рядом с собой или преследовать особо опасных преступников — по сути, разве не одно и то же? Ведь и то и другое — стремление докопаться до истины. До тех двоих оставалось совсем немного. Ещё чуть-чуть, и он сможет их схватить. Если поймать их сейчас, трагедия двухлетней давности не повторится. Он не хотел вновь повторять тех же ошибок, не хотел снова упускать свой шанс и тем более не хотел навсегда остаться в плену того моря из прошлого, которое невозможно было пересечь. Он хотел сделать новый шаг, хотел… — Чэн Чжо!!! Вокруг него бушевали волны. Кажется, кто-то прыгнул в воду и крепко схватил его. Однако Чэн Чжо будто ничего не слышал, он попытался снова сделать гребок, но этот кто-то крепко прижал его к себе. Хватка была такой сильной, что он не мог пошевелиться. Чэн Чжо с какой-то отрешённостью перевёл взгляд в его сторону. Это был Фу Тинсяо. Тот снял очки, морская вода насквозь промочила его одежду, отчего он казался удивительно ясным и таким красивым. А в его обычно холодных глазах сейчас читалась лишь тревога. Одной рукой Фу Тинсяо держался за борт катера, другой крепко обнял Чэн Чжо, со всей силы притянув его к себе. — На борт! Но Чэн Чжо покачал головой. Он был весь совершенно промокшим, а в свете прожектора катера его лицо казалось пугающе бледным. — Я должен поймать их. — За преступниками уже отправилась береговая охрана. Фу Тинсяо сразу понял, что с Чэн Чжо что-то не так. Вместе с сотрудниками береговой охраны он с трудом втащил Чэн Чжо на катер. Тот не сопротивлялся, лишь продолжал смотреть в сторону моря, где всё дальше и дальше удалялись огни. Он совершенно не замечал никого вокруг. Их лодка развернулась к берегу. Фу Тинсяо молча смотрел на Чэн Чжо, затем, спустя какое-то время, он кончиками пальцев легко коснулся его щеки, словно хотел повернуть его лицо к себе. Но, поколебавшись всего секунду, всё же отдёрнул руку и тихо спросил: — Ты в порядке? — …Со мной всё хорошо.  Морской ветер был таким холодным, а пальцы Фу Тинсяо — тёплыми. Из-за этого мимолётного прикосновения Чэн Чжо наконец перевёл взгляд на него. — Как дела на берегу? А-Ту нужно как можно скорее отвезти в больницу, с ней что-то не так. И ещё… У сотрудников береговой охраны, которые преследуют преступников, есть оружие? Они, скорее всего, пытаются уйти в международные воды, поэтому нам нужно… — Я уже обо всём позаботился, Чэн Чжо. Успокойся. На этот раз Фу Тинсяо всё-таки протянул руку и, словно заключив Чэн Чжо в объятия, несколько раз похлопал его по спине. Он видел, как его сбившееся дыхание постепенно становится ровнее, и когда Фу Тинсяо снова заговорил, в его голосе звучала мягкость, которой он и сам не заметил. — А-Ту спасли, флешка тоже у нас. Операция прошла успешно. Успешно? Чэн Чжо посмотрел туда, где вдали уже исчез из виду быстроходный катер, и мысленно задал себе этот вопрос. Фу Тинсяо снял куртку, накинул ему на плечи и крепко прижал к себе. Глядя в его тёмные глаза, он тихо спросил: — Ты что-то вспомнил? От этого вопроса Чэн Чжо едва заметно вздрогнул. — Чэн Чжо, о чём ты думал, когда прыгнул в море? — снова спросил Фу Тинсяо. Этот вопрос, казалось, вскрыл в глубине его памяти болезненное воспоминание. Чэн Чжо молча прислонился к Фу Тинсяо. Сам того не замечая, он полностью расслабился, будто привалился к якорю, способному удержать корабль на месте. Затем закрыл глаза и ничего не ответил. На самом деле он действительно вспомнил события двухлетней давности. День, когда погиб Ли Синь, был самым обычным рабочим днём. Дел в городском управлении было не много. После еды им не нужно было заступать на дежурство, но ещё до ужина Ли Синь предложил снова съездить на патрулирование в порт. В то время по всей провинции Пинхай проходила операция «Борьба с организованной преступностью в прибрежной зоне», в рамках которой основные усилия были направлены против преступных группировок. В старом порту давно переплелись самые разные интересы, а прибрежные участки в зоне контроля, где было очень мало людей, создавали почти идеальные условия для теневой деятельности. Поэтому начальник городского управления лично распорядился установить за этим районом особый контроль. Чэн Чжо, разумеется, не возражал против такого выезда. Он собирался сначала позвонить и заказать в городское управление доставку своих любимых вонтонов в остром масле, чтобы позже поужинать вместе с наставником. — Тебе ведь в этом месяце ещё не выплатили компенсацию за питание, так что сегодня угощаю я, — сказал Ли Синь. — Да сколько лет я уже зарплату получаю. Как можно позволить наставнику платить за меня? — беспечно отмахнулся Чэн Чжо. С тех пор как он начал зарабатывать, деньги у него никогда не задерживались. Впрочем, его это нисколько не волновало, и если он оставался без средств, то просто возвращался поесть домой. Родители были этому только рады. — Да что там у тебя за скудные гроши, — усмехнулся Ли Синь. — Вот станешь командиром отряда, тогда и поговорим. Услышав это, Чэн Чжо сначала осторожно оглянулся, проверяя, не слышит ли их кто-нибудь, а потом тут же расплылся в озорной улыбке и придвинулся ближе. — Наставник, если так рассуждать, то, когда я стану командиром отряда, вы уже будете командиром подразделения? А командир Фэн тогда, выходит, в начальники городского управления метит? Ли Синь слегка шлёпнул его и со смехом выругался: — Иди ты. Хватит молоть ерунду. В эту небольшую забегаловку они заходили вместе уже не раз. Когда из-за работы полицейские не успевали поесть, они оставляли деньги на маленьком столике у себя во дворе, сотрудник заведения приносил заказ прямо в городское управление и забирал оставленную оплату. Перед тем как сесть в машину, Ли Синь положил деньги на стол, а Чэн Чжо ещё прижал их камнем. — Вечером будет ветрено. Если унесёт, останемся без ужина. От контрольно-пропускного пункта A до контрольно-пропускного пункта K было чуть больше десяти минут езды. В тот день вокруг порта на удивление было очень тихо. Над головой возвышались гигантские козловые краны, холодный белый свет прожекторов равномерно заливал всё вокруг, и лишь несколько контейнерных перегружателей плавно скользили по рельсам. Казалось, именно так, медленно и размеренно, «дышал» порт. Чэн Чжо бывал здесь уже много раз и давно привык к этому пейзажу. — Сегодня же пятница. В девять вечера обычно самый пик разгрузки. Почему так тихо? — сказал он, взглянув на часы. В этот момент у Ли Синя зазвонил телефон. Некоторое время он молча слушал, после чего коротко бросил: — Понял. Повернувшись к Чэн Чжо он пояснил: — Звонили из центральной диспетчерской службы. Давай ещё раз заедем проверить КПП A. Всё равно потом оттуда будем выезжать на шоссе. Возможно, уже тогда Чэн Чжо следовало насторожиться, ведь события начинали развиваться в направлении, которого он не мог в дальнейшем ни предвидеть, ни остановить. Полицейская машина ещё не успела свернуть за угол, как возле складов, где совсем недавно всё было спокойно, началось какое-то движение. Чэн Чжо был за рулём, поэтому припарковался неподалёку и, оставаясь в укрытии за стеной, стал наблюдать за происходящим. Впереди остановился чёрный микроавтобус из которого вышла группа людей в рабочей форме. Скрутив мужчину в рубашке с бейджем на груди, они повели его в грузовую зону. — Тут что-то не так. Я пойду посмотрю, — коротко бросил Ли Синь. Проверив снаряжение, он открыл дверь машины и уже собирался выйти. Чэн Чжо тоже понял, что дело явно нечисто. Неестественная тишина, повисшая над портом, словно предвещала что-то недоброе. Он уже хотел заглушить двигатель и пойти следом, но Ли Синь остановил его одной фразой: — Разделимся. Ты — за машиной, я — за людьми. Чэн Чжо хотел возразить, но времени на это уже не было. Чёрный микроавтобус резко сорвался с места. Чэн Чжо пришлось вдавить газ в пол и броситься следом, но преступники явно знали местность лучше него. Через десять минут погони в рации раздался звук. Сначала он услышал тяжёлое, прерывистое дыхание и шорох одежды, а в следующее мгновение — глухой удар. У Чэн Чжо внутри всё оборвалось. Он немедленно позвонил в городское управление, но никто не ответил. Сердце бешено колотилось, тревожное предчувствие становилось всё сильнее. Тогда он набрал номер Ли Синя, затем попытался вызвать его по рации, но ответом снова была лишь тишина. Сумерки быстро сгущались, и видимость становилась всё хуже. Чёрный микроавтобус впереди уходил всё дальше. Стиснув зубы, Чэн Чжо резко развернул машину и помчался обратно, туда, где совсем недавно высадил Ли Синя. Остановившись, он выскочил из автомобиля и бросился вглубь грузовой части порта. Здесь было очень тихо, лишь шум волн доносился с моря. Позже, вспоминая тот день, Чэн Чжо понимал, что это был самый тёмный отрезок пути в его жизни. Необъяснимый, всепоглощающий ужас овладел им. Казалось, он идёт навстречу гибели, и конца этой дороги было не видно. Добравшись до зоны разгрузки, Чэн Чжо увидел вдалеке на земле большую лужу крови. Подбежав ближе, он обнаружил рядом служебное удостоверение Ли Синя и его табельный пистолет, а вдали быстро уходил прочь скоростной катер. Чэн Чжо сразу заметил, что в воде крови не было. Кровавый след тянулся от зоны разгрузки до причала. Значит, Ли Синя не избили и не сбросили в море, его увезли на катере! Но тот уже уходил в международные воды. Поблизости не было ни одного судна, которым можно было бы воспользоваться. Чэн Чжо снова позвонил в городское управление и запросил подкрепление, но он понимал, что даже если коллеги выедут немедленно, быстро добраться сюда они всё равно не смогут. В отчаянии он стиснул зубы. Не раздумывая больше ни секунды, он прыгнул в воду и изо всех сил поплыл вперёд. Морская вода была ледяной. От тепла, которое было днём, казалось не осталось и следа. Волны обжигали кожу, а он продолжал плыть. Чэн Чжо был одним из лучших пловцов провинции, и сейчас вся эта подготовка должна была пригодиться, но сопротивление воды будто отнимало у него последние силы. Движения становились всё более скованными и неуклюжими. Тело налилось тяжестью, словно севшая на мель лодка, — сколько бы он ни пытался, продвинуться вперёд никак не удавалось. Перед собой Чэн Чжо видел лишь кормовые огни катера, но так и не мог понять, становится ли расстояние между ними хоть чуточку меньше. Вдали послышались звуки полицейской сирены. Наверное, подоспело подкрепление. Следовало доверить преследование скоростному катеру, но его не отпускало какое-то необъяснимое чувство тревоги. Будто что-то под водой схватило его за лодыжку. Чэн Чжо чувствовал лишь, как и он сам, и его сердце всё глубже уходят на дно. Когда луч прожектора скользнул по палубе рыболовного судна, ему показалось, что он увидел Ли Синя. А затем плеск волн, гул винтов и крики заглушили даже звук его собственного дыхания. Что было потом, Чэн Чжо почти не помнил. Кто вытащил его из воды, когда он оказался на берегу — всё это стёрлось из памяти. Казалось, какая-то часть его навсегда осталась в том море, продолжая без конца погружаться в морскую бездну. Все воспоминания о прошлом превратились в один бесконечный кошмар, словно он снова и снова тонул. Вокруг не было ни людей, ни звуков, ничего, за что можно было бы ухватиться. И некому было вытащить его обратно на поверхность. В ту же ночь городское управление организовало срочную поисковую операцию, а затем обратилось за помощью в управление провинции, которое направило четыре вертолёта. Но ночью снова пошёл дождь. Сильный ветер и густой туман сделали обстановку на море крайне сложной, и проводить спасательную операцию в таких условиях было чрезвычайно трудно. Из управления провинции прибыли три группы руководителей, и Чэн Чжо пришлось десятки раз, снова и снова, подробно рассказывать обо всём, что произошло. Через два дня в закрытую акваторию вошёл поисково-спасательный отряд, насчитывавший несколько сотен человек. Они поочерёдно использовали траловые сети, гидролокаторы и подводные аппараты. В то время скорость ветра над морем достигла предельного значения для проведения поисковых работ. И всё же люди продолжали прочесывать дно на двадцатиметровой глубине, в мутной илистой воде, где видимость не превышала длины вытянутой руки. Спустя неделю поиски по-прежнему не дали никаких результатов, и управление провинции официально сообщило о случившемся общественности. Одновременно с этим были обнародованы результаты анализа крови, обнаруженной в зоне разгрузки порта. Он показал её совпадение с ДНК Ли Синя. Ещё через месяц были обнародованы результаты экспертизы. По оценке специалистов, объём крови, обнаруженной на участке от зоны разгрузки до посадочного причала, превышал две тысячи миллилитров, что соответствовало смертельной кровопотере. Шансы выжить были крайне малы. После этого поисковую операцию в порту официально прекратили. Спустя три месяца городское управление выпустило внутреннее уведомление. Ли Синь был признан погибшим при исполнении служебных обязанностей, компенсацию получил его престарелый отец, а Чэн Чжо официально вернулся к работе по завершении служебной проверки и оформления всех материалов по происшествию. В конце того же года за выдающиеся заслуги в ходе операции «Борьба с организованной преступностью в прибрежной зоне» Чэн Чжо был награждён личной медалью «За заслуги» второй степени и официально назначен командиром первого следственного отряда городского управления, заняв место Ли Синя. С тех пор Чэн Чжо снова и снова видел один и тот же сон. Каждую ночь ему снилось, что он всё ещё находится в море. Во сне он не мог плыть и лишь продолжал уходить всё глубже на дно. Его окружала чёрная илистая бездна. Ледяная морская вода стремительно заполняла рот и нос, не давая дышать. И всякий раз в памяти всплывали последние слова, которые сказал ему Ли Синь: «Разделимся. Жди меня здесь». Жди меня здесь… Ждать катер, который всё дальше уходит прочь. Ждать человека, который уже не обернётся. Ждать и не получить ответа на собственный крик. Ждать правду, ушедшую в морскую бездну. Ли Синь велел ему ждать, и Чэн Чжо всего лишь выполнял приказ. Разве не так? Он просто сделал то, что на его месте сделал бы любой. — Наставник! Не-е-ет… Бах!!! Чэн Чжо резко распахнул глаза. Стены комнаты были чистыми, но за долгие годы без ремонта успели пожелтеть. Холодный свет лампы накаливания расплывался перед глазами, и в этом свете вырисовывался высокий худощавый силуэт. Мужчина в белой рубашке, прислонившись к стене и опустив голову, внимательно читал материалы дела. Сердце Чэн Чжо бешено колотилось в груди, в ушах стоял гул. Опустив взгляд, он увидел, что укрыт чьей-то курткой. Он находился в комнате отдыха городского управления. И хотя Чэн Чжо двигался почти бесшумно, куртка тихо зашуршала. Сидевший неподалёку и полностью сосредоточенный на чтении Фу Тинсяо тут же поднял голову, заметив, что Чэн Чжо проснулся. Он отложил папку и подошёл ближе.