Ленивейший торговец мира зверолюдей / Number One Lazy Merchant of the Beast World

      Восемнадцать мэтров явились на порог со своим багажом. Маленький снежный барс заранее поручил Папе-дворецкому обустроить в гостиной временный учебный зал.       В центре установили тот самый стол, что раньше стоял в кабинете на втором этаже. Перед ним выстроились восемнадцать рабочих мест со стульями, а над ними парил огромный 3D-экран. Он был настроен так, чтобы транслировать процесс резьбы Жун Минши в мельчайших деталях и под самыми невероятными углами.       Тем временем малыш, уже успевший приложиться к вину, активировал свои инструменты на лапах и с невероятной скоростью вырезал бурундука, набившего рот грецкими орехами.       У бурундука был пестрый мех — смесь рыжего, серого и коричневого, — пушистый хвост и комично раздутые щеки. Крохотные черные глазки блестели, а передние лапки крепко сжимали большой орех. Зверек склонил голову набок, усердно пытаясь разгрызть скорлупу; в каждой его ворсинке чувствовался азарт и легкое недоумение.       Едва мэтры вошли в дом, Жун Минши закончил работу. Он отодвинул готовую фигурку в сторону и тут же схватил следующий камень. Только тогда мастера заметили, что на столе рядом с наставником уже стоят три или четыре свежие скульптуры.       Испытывая жгучее раскаяние за опоздание, старики побросали чемоданы и бросились занимать места. Устроившись, они обнаружили рядом с каждым креслом аккуратные стопки камней низшего класса. Мэтры были тронуты: Мастер Жун оказался на редкость заботливым учителем, заранее подготовив материалы для практики.       Сам малыш в этот момент пребывал в необычном состоянии. Его глаза сияли неестественным блеском, пока он пристально изучал новую заготовку. Он открыл интерфейс терминала, пролистал бесчисленные снимки звериных форм и выбрал изображение ежа. Тщательно увеличив детали, он занес лапы над камнем и запустил резцы.       Восемнадцать пар глаз завороженно следили за движениями наставника. К их великому удивлению, под лапами маленького снежного барса начал стремительно проступать вовсе не еж, а… очень сердитый черный дракончик?       Это был крошечный ящер с маленькими крыльями, который хмуро взирал на собственное гнездо. В гнезде были разбросаны редкие золотые монетки, и дракончик, забавно шевеля когтями, пытался их пересчитать.       Однако золота явно не хватало — в этом пестром камне золотистых прожилок оказалось слишком мало. Дракончик сузил зрачки, его рот превратился в тонкую линию, а хвост за его спиной яростно изогнулся. Было очевидно: дракон вне себя от того, что его казна пуста, и вот-вот взорвется от ярости! Работа была выполнена безупречно. Казалось, попытайся кто-нибудь забрать хоть одну монетку, и этот малютка тут же пойдет в атаку.       Но всё же… а как же ежик? Почему он вдруг стал черным драконом? Более того, было заметно, что к этому дракончику мастер относится с куда большим трепетом, чем к предыдущему бурундуку.       Маленький снежный барс бережно обхватил фигурку лапками, переставил её на край стола и легонько погладил дракона по голове, словно успокаивая. Затем он спрыгнул со стола. Походка его была немного неуверенной, но он очень быстро добежал до лифта и скрылся внизу.       Вскоре малыш вернулся. Вскарабкавшись на стул, а затем и на стол, он открыл свое пространственное хранилище и высыпал в каменное гнездо несколько настоящих золотых монет.       — …       — …       — …       Выражение мордочки каменного дракона, конечно, не изменилось, но мастерам необъяснимым образом почудилось, что теперь ящер абсолютно доволен жизнью.       Глядя на обилие драконьих мотивов в гостиной, мэтры сохраняли внешнее спокойствие, но в душе их царила печаль.       «Наш Мастер Жун без памяти влюблен в этого Черного Дракона…»       Если маршал узнает, что они пробрались в дом сразу после его ухода, им точно несдобровать — придется лично объезжать все сто восемьдесят филиалов. Маленький снежный барс был непоколебим в своем решении, и воле маршала он бы не воспротивился.       Старики посмотрели на дракончика, бдительно охраняющего свое золото. Раз уж им всё равно суждено пахать в мастерских, они решили хотя бы эти три дня провести здесь с максимальной пользой!       Оставив дракона в покое, малыш вильнул хвостом, взял следующий камень и быстро, уверенными движениями вырезал обещанного ежа. После этого из-под его лап одна за другой начали выходить фигурки. Звери были самых разных видов, и в каждой работе техника исполнения была выше всяких похвал.       Каждый из мэтров находил в этом процессе что-то своё. Они провели в индустрии резьбы десятки лет и не испытывали недостатка в технике. Сложившийся годами стиль изменить было трудно. То, чего им действительно не хватало — это нового взгляда на камни низшего класса.       Резчик не просто переносил форму зверя на камень, он использовал естественные цвета и вкрапления породы, чтобы передать саму душу существа. Оказалось, что даже если пропорции слегка отличались от идеала, «одухотворенность» позволяла энергии из отсеченных частей камня возвращаться обратно в фигурку.       Тот самый дракончик на столе был лучшим примером. Мастера знали: даже если маршал в детстве и был упитанным драконом, его крылья были гораздо больше, и он точно не выглядел так мило. Но характер… Мало найдется драконов, равнодушных к золоту. Маршал сейчас не афишировал это хобби, но, видимо, маленький снежный барс нашел к нему ключик.       В практике мастеров случались подобные работы, но возвращаемая в них энергия была ничтожной. Теперь же перед ними открылся новый мир, созданный Мастером Жуном! Это звучало просто, но на деле требовало от резчика внимания к каждому камню и полного отсутствия пренебрежения к «бросовому» материалу.       Более того, мастера смутно ощущали: им пора просить Ассоциацию резчиков пересмотреть правила тестирования. Процент активации больше не отражал всей мощи работ их наставника. Нужно было учитывать общую сумму сил, пробужденных резьбой. Они чувствовали: как только это правило вступит в силу, оно перевернет весь рынок энергетических камней.       Жун Минши потратил почти все силы, его глаза начали слипаться, но он упрямо не засыпал. Несмотря на опьянение, он помнил, зачем позвал этих людей. Он указал лапкой на Папу-дворецкого, прося того пояснить дальнейшее.       Дворецкий Папа посмотрел на мастеров и вежливо улыбнулся:       — Мастер передает, что вашим сегодняшним заданием будет вырезать все камни, лежащие рядом с вашими столами.       Затем Папа разослал мастерам изображения зверей. Когда с этим было покончено, Жун Минши потер мордочку лапками. Взгляд его был мутным, а язык словно заплетался:       — Это часть военного заказа, который я принял… так что мы все получим дивиденды…       С этими словами барс зашел в свой аккаунт и разделил огромную сумму, присланную министерством обороны, на девятнадцать частей. Восемнадцать долей он мгновенно перечислил мэтрам. Даже разделенная на девятнадцать, сумма для каждого была более чем внушительной.       Группа мэтров, которых, казалось, никогда не интересовали деньги, погрузилась в молчание.       На самом деле у большинства из них были семьи, которые нужно было кормить. Кто не хотел бы заработать? Но гордость не позволяла им идти на поклон к Орану. Дивиденды от академии были неплохими, но почти полностью уходили на исследования. Маленький снежный барс не только учил их искусству, но и одним махом обеспечил их финансово. Чувства мастеров были неописуемы.       Малыш на столе приоткрыл рот, сверкнув белыми острыми зубками. Он заявил с завидной самоуверенностью:       — Если будете держаться своего Мастера, станете неприлично богаты! Сможете покупать своим оборотням только самое лучшее. Больше никогда не придется считать кредиты!       Все почтенные мастера, у многих из которых сыновья уже обзавелись собственными детьми, только и смогли, что промолчать.       — Ах да, это военный заказ, всё должно быть строго конфиденциально, — Жун Минши озадаченно потер макушку лапкой, призадумался и добавил: — Иначе… иначе я натравлю на вас своего Большого Черного Дракона, и он с вами разберется.       При упоминании маршала мэтры синхронно сглотнули.       Закончив речь, малыш окончательно перестал что-либо соображать. Он сполз со стола и, пошатываясь, побрел к лестнице на второй этаж. На ходу он бормотал:       — Вы тут работайте… а я пойду… посплю со своим зверем…       Поднявшись на пару ступенек, маленький снежный барс вдруг осознал: Большого Черного Дракона нет дома…       Малыш замер в растерянности. Затем он понуро опустил голову, открыл в терминале Звездную сеть и начал лихорадочно скупать постельные принадлежности. В корзину полетели: огромный золотой матрас, золотая подушка, золотые наволочки, мягкое золотое одеяло и такие же простыни…       Подумав, что этого мало, малыш добавил к заказу две пары тапочек из чистого золота!       Мэтры, еще не успевшие приступить к резьбе, с изумлением наблюдали за этим шопингом. Такой вкус был совсем не похож на их наставника.       «Значит… маршал Аоцзя действительно без ума от золота!» — к такому выводу пришли все восемнадцать мастеров одновременно.