Десять лет до встречи на углу

      В кофейне повисла такая тишина, что стал слышен гул холодильника с десертами. Том Реддл стоял, возвышаясь над ситуацией, и его рука на талии Драко была не просто жестом поддержки — это была маркировка территории. Властная и недвусмысленная. — Значит, это и есть та самая семья? — Том слегка склонил голову набок, его голос звучал вкрадчиво, почти нежно, но в нем чувствовалась сталь. — Многовато для случайной встречи, не находитe? — Том, пожалуйста, — тихо произнес Драко, накрывая ладонь мужа своей.       Люциус Малфой смотрел на руку Тома так, словно та была раскаленным клеймом. Его сын, его наследник, которого он планировал выдать за одну из чистокровных дочерей Гринграссов, стоит здесь, в общественном месте, в объятиях мужчины, который выглядит опаснее, чем весь криминальный мир Лондона вместе взятый. — Драко, кто этот человек? — голос Люциуса дрожал от едва сдерживаемого гнева. — И что это за ребенок, который называет тебя отцом? — Это мой муж, Том Реддл, — Драко расправил плечи, не отводя взгляда. — А это наш сын, Скорпиус. Если ты хочешь поговорить, мы можем это сделать, но не здесь. Скорпиус, иди к машине, ключ у тебя в кармане. — Но пап... — мальчик покосился на Сириуса, который рассматривал его с нескрываемым изумлением. — Иди, Скорп. Мы сейчас придем, — Том улыбнулся сыну, и эта улыбка была настолько искренней, что Нарцисса невольно вздрогнула. Она никогда не видела, чтобы на Драко так смотрели в их доме.       Когда Скорпиус, бросив последний подозрительный взгляд на Люциуса, вышел, Том повернулся к семье Малфоев. — У вас есть пять минут, — холодно произнес он. — Мой муж не обязан вам ничего объяснять после того, как десять лет назад он ушел из вашего дома с одним рюкзаком и синяками на душе, которые я лечил годами. — Синяками? — Нарцисса прижала платок к губам. — Мы любили его! — Вы любили проект под названием «Драко Малфой», — отрезал Драко. — Вы любили свои планы на меня. Том полюбил меня самого. В ту ночь на заправке он не спросил мою фамилию. Он спросил, почему я дрожу.       Сириус Блэк, который до этого молчал, вдруг усмехнулся и сделал шаг вперед. — А парень не промах, Люциус. Твой сын нашел себе кого-то, кто наконец-то заткнул тебе рот. Привет, племянничек. Выглядишь... — Сириус окинул Драко взглядом, — гораздо лучше, чем в тех чопорных костюмах, которые тебе навязывали. — Спасибо, Сириус, — Драко едва заметно улыбнулся. — Я рад, что ты всё еще носишь ту же куртку. — Хватит балагана! — рявкнул Люциус. — Драко, ты вернешься домой. Нам нужно обсудить аннулирование этого... союза и будущее мальчика. У Малфоев не может быть «приемных» наследников без проверки.       Том сделал шаг навстречу Люциусу. Он был ниже Малфоя-старшего всего на дюйм, но казалось, что он заполняет собой всё пространство. — Послушайте меня внимательно, мистер Малфой. Скорпиус — мой сын. Драко — мой муж. Если вы еще раз произнесете слово «аннулирование» или «проверка» в их адрес, я сделаю так, что ваше состояние, которым вы так гордитесь, превратится в пыль быстрее, чем вы успеете позвать своего адвоката. И поверьте, у меня для этого достаточно ресурсов.       Северус Снейп, стоявший в тени, внимательно наблюдал за Томом. Как человек, привыкший читать людей, он видел перед собой хищника высшего порядка. И, что самое удивительное, этот хищник был абсолютно предан Драко. — Люциус, оставь их, — внезапно подала голос Андромеда Тонкс. — Посмотри на него. Он счастлив. Разве не этого мы хотели? — Счастлив в тени этого... человека? — выплюнула Беллатриса. — Я не в тени, Белла, — Драко взял Тома за руку, переплетая их пальцы. — Я наконец-то на свету.